treat you like a gentleman

      Разумовский просто ненавидит находиться здесь. Отказаться было бы грубо — медийный человек как-никак, но прийти сюда, пожалуй, в сто раз хуже. Везде толпы народу, кто-то уже набухался, соорудил палатку и орёт кальянный рэп. Сережа же сидит в лаунж зоне для ВИПа. Тут кондиционер, закуски и тиктокеры. Еще открывается вид на сцену: на ней сейчас скачет какая-то певичка, треки которой обычно переключают на следующий в машине. Вообще вся программа фестиваля была сомнительной — на сцене либо ноунеймы, либо рэперы. Из рэперов Серый уважает только Фейса, от остальных блевать тянет. К нему в третий раз пристает девушка — «а вы правда Сергей Разумовский?». «Нет, блять, прикалываюсь. Я Лукашенко, не признала, девочка?» — думает Разумовский. Такие тупорылые вопросы Сережа терпеть не может, поэтому говорит, что нужда замучила, хватает бокал с шампанским и покидает лаунж зону, направляясь в сторону трейлеров для артистов. Там людей хоть поменьше. Серый буквально летит занимать место на высоком стуле, когда кто-то врезается в него. Шампанское растекается по рубашке и Разумовский явно сегодня нацелен на убийство человека. — Блять, сорян. Сейчас я принесу салфетки, ладно? Стой тут, пять секунд… Сережа в ахуе. Его дорогущую рубашку облили, обратились к нему на «ты» и оставили в позорном состоянии в одиночестве? Какой-то высокий парень, одетый во все черное, мчится к трейлеру, пока Разумовский стоит с открытым ртом. — Слушайте, все нормально, я просто съезжу домой. И шампанское мне не нравилось это. И люди тут, — Сережа, оценивая, смотрит на молодого человека, — на троечку. Он специально выделяет окончание слов, напоминая, что на «ты» они не переходили. Что вообще этот умник о себе возомнил? — Из-за рубашки? Брось, я дам тебе свою. Не волнуйся, она чистая и глаженая для выступления. Блохами не заразишься, — незнакомец тычет в него салфетками. Как будто они спасут ситуацию. Алкоголь уже впитался в ткань, и теперь от Сережи разит сладким спиртом. — Выступление? Вы выступаете сегодня? — конечно, он, блять, выступает сегодня, он из трейлера прибежал. Возможно айкью Сережи падает, когда он видит симпатичных татар. — Ага, вечером. Приходи. Но сначала переоденься, ты как будто соском обоссался, — парень улыбается Серому и второму дается с большим трудом не хихикнуть в ответ. Разумовский пожимает плечами и идет за ним в его трейлер. Если его там расчленят, то убийцей хотя бы будет горячий кареглазый парень. — Как вас зовут? — спрашивает Серый, заходя в сомнительный автотрейлер. — Олег. А ты этот… рыжий из Vmeste, да? Разумовский? — отвечает он, копошась в шкафу. Сережа опешил второй раз за пять минут. Да чтоб с ним так общаться, нужно его минимум 10 лет знать. Наглость — второе счастье, он все понимает, но того, что какой-то битбоксер Олег его называет «рыжим из Vmeste» он не потерпит. Разумовский на это только мычит что-то утвердительное и принимает чужую рубашку. Белая и на два размера больше, чудесно! — Другой нет, извини, — улыбается Олег, глядя на то, как рыжий расстегивает свою испачканную рубашку. Он не отворачивается, когда Сережа снимает одежду, просто смотрит на него оценивающим взглядом. Пусть смотрит, у самого-то, наверное, пивное пузико и дорожка меха от паха до пупка. Разумовский быстро надевает чужую рубашку, едва тонет в ней, но, в целом, она и правда выглядит недавно купленной, так что Сережа все-таки выдавливает «спасибо». — Извини еще раз. Приходи в 8 к сцене, я там с ребятами буду выступать. Тебе понравится, — Олег улыбается и есть ощущение, что если бы у него был хвост, то сейчас он бы вилял из стороны в сторону с бешеной скоростью. — Посмотрим, — хмыкает Сережа, выходя из трейлера. А еще что ему сделать, минетик на блюдечке может? Но мысленно делает заметку посмотреть в программе, кто выступает в 20:00. Они не прощаются, Разумовский просто уходит, оставляя свою грязную рубашку в трейлере. Пусть хоть обдрочется на нее и вспоминает, как «рыжий из Vmeste» на инди битбоксера внимание обратил.       «Какой-то уебок пролил на меня шампанское. И дал свою рубашку. Он эмо и горячий» — Сережа быстро набирает сообщение Марго и уходит обратно в лаунж зону подальше от хамоватых битбоксеров. «Ты реально разделся перед первым встречным? Я была лучшего мнения о тебе, Сереж» — отвечает Марго почти мгновенно. Разумовский закатывает глаза на шутку подруги — в их дружбе за юмор всегда отвечал он. И за мозги. И за красоту. И за красноречие. И за силу. И за скромность, очевидно. Он убирает телефон и берёт программу дня, ища взглядом время 20:00. И вот какая-то рок группа, которая называется «15:26» выступает в указанное время. Во-первых, Олег не эмо битбоксер, и Сережа почти разочарован. Во-вторых, он рокер, и это пиздец. В-третьих, кто, блять, называет группу цифрами? У рокеров совсем мозгов нет? Разумовский снова вытаскивает телефон и быстро печатает Марго: «Ты знаешь группу 15:26?». Ответ поступает незамедлительно — «Да, они ахуенные!!! Солистка очень горячая». У Марго любая женщина горячая, если у нее есть вагина, так что веры ей особо нет. Но Сережа понимает, что живёт в каком-то пузыре, раз не знает и трети артистов в программе. Может, стоит начать выходить из дома не только за макаронами от А4. Может. Он не уверен, что готов к таким переменам. До восьми всего пара часов, и, ладно, Разумовский сходит послушать, что там за счетоводы музыку пишут. *** — Бля, Вад, я его привожу в трейлер, а у него ебало как будто он реально деда лопатой убил, — Олег выжимает лимон в стакан, мешая сок с газировкой. — Рыжие все ебанутые. Кроме Эда Ширана. Его я уважаю, — Вадим пожимает плечами и, кивая в знак благодарности, забирает стакан из рук Волкова. Из сумки достаёт флягу и наливает содержимое в стакан, мешая с тем, что есть. — Ты тоже умом не блещешь. Бухать перед выступлением — так себе затея, — Олег косится на дракона, который улыбается так, словно одолел и принца, и принцессу, и золото получил в придачу. — Это для связок, тебе не понять, — отвечает Вад, делая лицо мудреца. — Дебил, ты на барабанах играешь, какие связки? — Джесс кидает в него барабанные палочки, закатывая глаза. Волков просто улыбается — вот они, его семья. Джесс, Вад и Мальвина. В семье не без урода, поэтому последний неделю назад бахнул волосы в синий. Пиздов вставили мама не горюй, но Шура — самый упрямый человек в мире, так что цвет оставил. Но заработал прозвище «Мальвина», слыша которое, закатывает глаза настолько, что они за веки западают. — Че за рыжий? Из Vmeste? — спрашивает Джесс, закидывая ноги на Вада. — Ага, ему почему-то не понравилось, когда я его так назвал. Комплексует может, хз, — отвечает Волков, потягивая напиток из трубочки. — Надо было повежливее. Потенциальный спонсор, — упрекает того Джесс. Она голос разума в их группе. До первого шота. — А Мальвина где? — возникает Вадик. — Просирается после твоей забегаловки, — закатывает глаза Джесс, пиная блондина. Они живут в одном доме. Да, их тошнит друг от друга. Зато коммуналка дешевле выходит. Так что, когда Олег не дома, а Джесс все заебало еду заказывают либо идут в первую попавшуюся кафешку. А живут они не на Патриках, ясное дело, так что травануться в их райончике как два пальца обоссать. Вадим только пожимает плечами — тут каждый желудок сам за себя.       «Первые на сцену «Реки». Повторяю, «Реки» через 10 минут» — оповещает их рация на кухонном столе. Они третьи в списке, а значит, по-хорошему уже надо бы было собираться. Ребята разбредаются по своим трейлерам, потому что тусить у Вада оказалось в сто раз прикольнее — у него, как у дракона, повсюду золото, над которым он чахнет. Откуда-то надыбал алкоголь, купил огромную пачку конфет из Гарри Поттера со вкусом блевотни и успел разрисовать собственные барабанные палочки. Теперь можно будет бросить кастомную вещицу в толпу и выколоть ей кому-то глаз. Вадим — фантазер. Волков заходит в свой трейлер, думая о Разумовском и о том, придет ли он на выступление. Почему-то он хочет, чтобы рыжий там был. Возможно, дело в том, что Сережа забрал его рубашку для выступления и теперь Олег будет выступать топлесс. Он об этом отказывается думать, просто переодевается в кожаные штаны и нацепляет массивные ботинки. Кажется, их менеджер ебанулся, потому что выступать в этом прикиде летом это просто как самоубийство изощрённым способом. Нацепляет на себя металлическую цепочку, холод которой приятно распространяется по шее. Вад скажет, что он с ней, как дворовая псина. И в принципе, будет прав. Объявляют следующего солиста, когда Олег старается зачесать волосы назад с помощью воды. Естественно, ничего не выходит, а стилисты стоят овердохуя, так что он оставляет шевелюру топорщиться во все стороны. Быстро подводит глаза черным карандашом Джесс, который по его мнению только подчеркивает его синяки под глазами. Но Шура говорит, что это горячо. Олег не особо верит тому, у кого синие волосы и пластырь на носу, но перед каждым выступлением глаза все равно намалевывает.       Дальше уже все отработано. За кулисами у каждого свой обряд перед выступлением. Вад скорее всего трахался с кем-то десять минут назад, Шура ничего не ел последние сутки, Джесс позвонила родителям, а Олег вчера наелся химозной еды перед телевизором. — Следующими для вас выступят… Пятнадцать двадцать шесть! — ведущий не отпустил шутку про название группы и на том спасибо. Они вываливаются на сцену, занимая свои позиции. Вадим на барабанах, Шура на басу, Джесс с микрофоном, у Олега электрогитара и микрофон. Волков пытается высмотреть в толпе рыжую макушку, хотя бы вдалеке, за людьми, хотя бы с краешку… Но натыкается на угрюмое лицо прямо у баррикад. Идиотская улыбка тут же расползается по лицу гитариста и он, забывая, что стоит на сцене, кивает рыжему в знак приветствия. Он в его рубашке. Разумовский закатывает глаза. — Here to take my medicine, take my medicine… — начинает Джесс, прильнув обеими руками к микрофону. На ней топ с надписью «I ❤ emo pussy» и черная мини юбка. Конечно она собирает на себе все взгляды. — Treat you like a gentleman… — вступает Олег, прикрывая глаза, — Give me that adrenaline, that adrenaline, Think I'm gonna stick with it… Он знает, что Разумовский прожигает в нем дыру. Но если у рыжего взгляд — пламя, то у волка взгляд — нож. Он смотрит в ответ.       У Олега с Джесс голоса совсем разные и из-за этого их микс создает что-то, что проходится мурашками по спине и заставляет обратить на себя внимание. На Шуре кожаный пиджак, надетый на голое тело и такие же кожаные штаны как у Волкова. На Ваде какое-то блядушное черное кожаное боди с офисными брюками. Когда-нибудь их всех посадят за пропаганду чего-то там по статье какой-то там, но сегодня у них в меню Medicine. — And up to your mouth, I'm feelin' it out, I'm feelin' it now, — тянет Волков практически улыбаясь в микрофон. Во время припева он отходит от стойки, ударяя по струнам. Толпа ликует. Никто не знает текст — это анрелиз, которые они предоставляют народу впервые, но судя по бурной реакции, фанаты заставят 15:26 залить песню в сеть. Шура носится по сцене, Джесс буквально обвила собой микрофон, а Вад ебашит по барабанам как в последний раз. И прямо сейчас Олег обожает жить. Жизнь ощущается, как рок, как музыка, как кайф. Он улыбается Серёже и видит это в его глазах — маленький огонек. Разумовский сколько угодно может это прятать, но Волков отыскал. И теперь Олег знает, что он там есть. Главное не упустить. Же-ла-ни-е. Волков снова льнет к микрофону: — The boys and the girls are in I mess around with him And I'm okay with it, — он поднимает руки в воздух в жесте «сдаюсь». Это — чуть ли не каминг аут. Но Олегу по кайфу. Сам текст написал, сам спел — он мальчик самостоятельный. Улыбается по-дурацки. Это представление для Сережи. Для олеговой рубашки на нем и для той, что в его трейлере. Шура спускается на колени, запрокинув голову — девушки орут, и парни, кажется, тоже. Вадим крутит палочки меж пальцев и действительно запускает их в толпу. Благо, их хватают руками раньше, чем они выкалывают кому-то глаза. Но Волков единственный хмурится, потому что Разумовский, стоя в первом ряду, имеет наглость достать телефон и начать кому-то печатать. Олег долго не думает — ждет, когда музыка стихнет, хватает микрофон и начинает своё личное представление. — Должен прервать наше выступление… — начинает волк серьёзным голосом, — видите ли, у кого-то из наших поклонников есть неотложные дела! — Олег садится на корточки на сцене прямо перед Разумовским, — поделитесь с нами, что случилось? Ваша кошка рожает, вы забыли выключить утюг? Собака съела домашнее задание? План работает на ура. Тот огонек в глазах, который увидел Волков, разгорается, норовя превратиться в настоящий пожар. — А что с вашей рубашкой? Утюгом ожог поставили? Че ж в штанах выперлись, без них посвободнее было бы, — у Сережи нет микрофона, поэтому ему приходится говорить в два раза громче обычного. — Нет, один миллиардер стащил ее с меня и напялил на себя, можете себе представить? — парирует Волков. Сейчас рыжий на главном экране, и даже когда он в идиотских очках несложно догадаться, кто это. Рубашка на два размера больше и наглый прищур все говорят за себя. Разумовский в ответ показывает два средних пальца и улыбается. Волков надеется, что этот момент кто-то заснял, потому что он точно войдёт в историю. Вот такой Разумовский должен быть в газетах, на вывесках и в детских учебниках. Настоящий. И в рубашке Олега.       Они исполняют еще два своих хита. Отдают себя моменту, общаются с толпой и шутят кошмарные, кошмарные шутки. Джесс прилетает лифчик и, уходя со сцены, она забирает его как победный трофей. Они идут в сторону трейлера, говоря о том, насколько это было ахуенно. Потому что оно было. Каждая секунда. Ради этих секунд стоит жить и стирать пальцы в кровь об струны. Музыка это не мясо, но тоже что-то кровавое. Как отдавать свои уши толпе, а толпа тебе в ответ — «ты изначально был глухим». — Да что ты, блять, вообще о себе возомнил, — Разумовский бежит за ними, и Олег поворачивается к нему с улыбкой на лице. — Прости? — невинно спрашивает Волков. — Я с тебя рубашку не снимал, ты облил меня шампанским и… и хватит так улыбаться, выглядишь как еблан. Конечно, Волков только шире расплывается в улыбке. — Ребята, это рыжий из Vmeste, помните? — он обращается к группе так, словно родителям представляет своего бойфренда. — Меня зовут Сергей Разумовский. Олег, — рыжий цедит это сквозь зубы, протягивая букву «е» в его имени и делая «г» максимально твердой. — Джесс. — Шура. — Вад. Пойдёшь с нами бухать? Дракон — рандомайзер предложений. Слова не проходят никакую фильтрацию, а в языке отсутствуют кости. Волков знает, что Сережа откажется. Но Разумовский зло смотрит на него и внезапно выдаёт короткое «да». — Мы в ВИП для музыкантов, надыбаем тебе проходку, Сергей Разумовский, — улыбается Джесс, закидывая руку тому на шею. — Так что ты конкретно делаешь? — спрашивает Шура, идя рядом. — Я основатель соц сети Vmeste. Программист, — отвечает Разумовский, косясь на Джесс — он явно не фанат прикосновений. — Айтишник типа, — кивает Шура. — А мы про сиськи с жопами поем, — хмыкает Вад, пихая Олега в плечо. — Да, я слышал. Кто из вас пишет песни? — спрашивает Разумовский, и все, как по команде, поднимают руки. — У нас демократия. Все пишут, все исполняют, всех это устраивает. Нас бы не устроил вариант, где после трека следует имя кого-то одного из нас, — отвечает Джесс, пожимая плечами.       ВИП зона для артистов — это отдельная площадка с собственным баром, высокими стульями и длинным столом. Разумовский проходит без проблем — у него на шее висит ВИП пропуск, с которым можно попасть практически куда угодно. Да и лицо его светилось уже на весь фестиваль — спасибо Олегу. Он, кстати, все еще без рубашки. И Серёжа соврет, если скажет, что не смотрит. Ему не стыдно, просто… по-другому. Иначе. Удивительно, но у него и в помине нет пивного пузика. У Олега хорошая форма и тату с башкой волка на всю спину, — тут любой адекватный человек смотреть будет. Но Разумовский уверен, что за этим телом ничего не скрывается. Что он пустой внутри, что такой же, как и другие. — Шоты! — кричит Вадим, и все улыбаются — видимо, это у них традиция. Дракон заказывает пять шотов текилы с лаймом и солью, и Разумовский медленно начинает понимать во что он ввязался. — Олег, ты первый! — орет Вадим и Волков, глядя чётко Серому в глаза, спиной ложится на продолговатый деревяный стол. Вад сыпет щепотку соли в чужую надключичную ямку и добавляет пару капель лайма. Наклоняется к шее Волкова и слизывает соль, тут же выпивая шот текилы, а затем закусывает это лаймом из рук Олега. Просто пиздец. Просто ебанный пиздец. Он в пиздеце. Все хлопают, кричат и следующим на столе уже оказывается Вад. Пьёт Джесс. Затем Шура. Затем все снова пихают Олега и почему-то суют ему в руки шот. — Только ради всеобщего веселья, — цедит рыжий, посыпая ямку солью. — И никак иначе, — хмыкает Волков, прикрывая глаза как оно было на сцене. Разумовский наклоняется к чужой шее и слизывает языком соль, чувствуя как пиздецки жарко от олеговой кожи. Затем выпивает шот и присасывается к лайму в руке Олега. Кислота и ощущение чужих пальцев на своих губах ебануто контрастируют и Сережа выдыхает через рот, опаляя руки напротив дыханием. Волков в ахуе. Сережины ресницы дрожат. Никто ничего не замечает. Кроме них.