После съёмок

После долгих и утомляющих съёмок Дима просит младшего остаться в студии , чтобы поговорить .Иманов, хотел отказаться, но чтобы не обидеть друга всё равно согласился. И вот они сидят на небольшом диване. Казалось бы, нужно побыстрее начать и закончить разговор и разъехаться по домам. Но когда Масленников начал что-то объяснять Эмиль будто выпал из этого мира. Просто завис и смотрел куда-то в пол. Что не могло не насторожить. Поэтому голубоглазый замолкает и подсаживается поближе. Эмиль не может смотреть в голубые глаза напротив. Такие чистые и завораживающие, что кажется могут затянуть в неведомые места. Сложно и больно. Больно осознавать, что эти глаза сводят с ума не давая спокойно спать. Понимание, что твои чувства не взаимны невероятно болезненно. -Ты меня слышал? Что-то случилось?- беспокойно спрашивает Дима. -А , да. - выходит из транса Эмиль.- Нет. Всё нормально. И не переживай за меня пожалуйста. -Я прекрасно вижу, что с тобой что-то не так в последнее время. Расскажи мне. Безполезно врать. Я вижу, что с тобой что-то происходит. И это делает тебе больно. Иманов вздохнул и поднял голову, заставляя себя встретить взгляд Масленникова. Внутри всё бурлило, как в смятом море, и он не знал, как выразить то, что его терзало. Открыться другу казалось невозможным, но в голосе Димы была искренность, которая не оставляла места для отговорок. -У меня… просто мысли, - произнёс он тихо, не в силах выговорить всё сразу. – Я пытаюсь понять, что происходит. Эти глаза… они словно манят, но при этом причиняют столько боли. Голубоглазый нахмурился. - Если кто-то из твоего окружения причиняет тебе страдания, я могу помочь. Ты не один.- поддерживает старший и касается чужого плеча. Эмиль вспомнил моменты, когда они сидели вместе, делились шутками и мечтами. Он почувствовал, как страх потерять это тепло подталкивает его к откровенности. - Просто… иногда кажется, что чувства – это клей, который склеивает людей, а бывает, это самый острый нож, которым они могут ранить друг друга.- кареглазый держится из последних сил, чтобы не заплакать и убежать куда подальше. Лишь бы не потерять друга, которым он дорожил. А всё из-за какой-то гребённой любви! Из-за всплеска чувств и эмоций, но не более! Эмиль чувствует, как дрожат руки и плечи, а ноги подкашиваются. К горлу подбирается ком и младший шумно сглатывает. - Прости, что я делаю тебе больно,своими расспросами. Но я правда хочу помочь . - Масленников обнимает парня за плечи и тяжело вздыхает. Иманов забирается в объятия и всхлипывает. Кладёт голову на плечо и вдыхает запах чужого тела. - Так легче?- спрашивает старший с тёплой улыбкой и гладит кудряшки. - Немного. - неуверенно отвечает. - Спасибо за поддержку. Теперь я наверное могу сказать то, чего невероятно боялся . - тяжело вздыхает. - Вообщем, ты мне нравишься. Достаточно давно, но не, как друг, а просто, как парень. Не знаю, что со мной не так. Я себя ненавижу за мои чувства! Это твои глаза сводят меня сума! Иманов опускает взгляд и заливается румянцем. Он прекрасно понимает, что признаться пришлось бы рано или поздно. И в любом случае для него это было очень больно и страшно. Ведь есть риск потерять дружбу и не получить взаимности и понимания. Молчание со стороны Димы только подливает масла в огонь. Страх окутывает тело тяжёлым ватным одеялом. Будто-то что-то давит сверху и любая попытка выбраться наружу обламывается. И это повторяется из раза в раз. Когда кажется, что ты задохнёшься от нехватки воздуха, кто-то убирает невидимый камень с одеяла и протягивает руку. Эмиль надеясь, что это не его бредни поднимает карие глаза и смотрит на сидящего на против. Масленников смотрит ласково и спокойно. Без отторжения или неприязни. В его голубых глазах виден свет в тёмном коридоре, освещающий путь дальше. - Прости, что заставил ждать. Я должен был сказать тебе сразу. - Дима прокашлялся.- Я тоже любил тебя все это время. Но я сомневался, думал, что всё это пройдёт. Но тепло внутри дало понять, что это не наваждение. Иманов с трудом осознавая происходящее крепко обнимает парня прижимаясь всем телом и утыкается носом в шею. Масленников обнимает в ответ и целует в макушку, перебирая мягкие каштановые кудри. Кареглазый чувствует, как по щекам текут слёзы. Но они не обжигают лицо. Ведь это слёзы радости.