Котопёс или пособие о том, как дёрнуть кота за хвост без последствий.

Антон сидел на последнем ряду в аудитории и хмуро смотрел на улицу. И зачем ему только эта этика? Ему бы сейчас с Макаром, гибридом человека и ротвейлера, в мячик или в бумеранг поиграть. Да хоть по лесу побегать и в грязи поваляться! А ему тут про какие-то вилки затирают... Какая вообще разница, чем есть? Главное ведь, чтобы вкусно было... — Шастун, не отвлекаю? — пробасил преподаватель. — Вы так скулите, вам настолько нравится мой предмет? Ещё и хвостом так виляете, уже почти всё вокруг себя подмели. Может, выйдите и ответите на пару моих вопросов? Черт бы подрал этого пуделя, или кто он там... Все гибриды, находящиеся в помещении, сразу обернулись на него. Антон, прижав уши, медленно встал и поплелся к центру аудитории. Хвост уныло шлепал его по ногам. Проходя мимо одной из парт, он услышал ехидный смешок и сразу навострил уши. Ну конечно, Матвиенко. Неудачный пробник добермана, как любил его называть Шастун. Мелкий чихуахуа всегда смеялся над ним, а чуть что, сразу поджимал хвост и бежал к своим друзьям. Только тявкать и умеют такие мелкие собаки. И как его зачислили в одну группу с ним? А там, где-то далеко, на физкультуре сейчас бегает Макар. А потом, может, им разрешат включить на полную водный гидрант и поиграть в воде... — Итак, Антон Андреевич, я вижу, вы крайне заинтересованы моим предметом, — лектор поправил очки и с победным видом уселся на своё кресло. — Не могли бы вы повторить, будьте так любезны, какими вилками мы должны есть сыр? Сыр.. Антон бы сейчас съел целую пачку. Жаль только, что собакам его не дают часто. А почему? Он же такой вкусный! А если расплавить его в микроволновке... Преподаватель предупредительно тявкнул. Солнце отразилось в его очках. Антон встряхнул головой и почесал себя за ухом, пытаясь вспомнить хоть что-то из слов лектора, помимо слов приветствия. — Ну, не знаю. Мелкой какой-нибудь, всё равно больше одного кусочка не дадут, — он пожал плечами. По аудитории пронеслись смешки. Пудель зарычал и снова настала тишина. Мужчина покачал головой: — Шастун, Шастун. Вы ведь золотистый ретривер, верно? Одна из самых обучаемых пород, а ведете себя как не знаю кто. Ставлю неуд, свободны. Антон прижал уши и поплелся к своему месту. И почему все пудели, которых он знал, такие? Думают, что самые важные. Да кто говорит неуд? Надо будет напроситься на отработку, а то он так вылетит из уинвера. А все-таки погода хорошая... Прозвенел звонок и все начали быстро собираться. Был перерыв на обед, нужно успеть прийти туда быстрее, чем хомяки или им подобные. Напихают себе всё по сумкам, и останется только какое-нибудь гнилое яблоко. Кто вообще ест яблоки? А если оно будет кислым? Антон однажды пытался съесть дольку — ему предлагала Оксана, гибрид кролика, — так он чуть не умер от этой кислоты. За своими мыслями Антон не заметил порог перед выходом и удачно споткнулся. Но не упал. Честно говоря, с его неуклюжестью, это успех. И почему большинство больших собак такие? Хотя, русские борзые сама элегантность.. Уши Антона повернулись ровно налево. Опять этот гиеньий смех! Он увидел Серёжу, который вилял хвостом и, смотря то на него, то в телефон, что-то быстро печатал. "Интересно, кому," — подумал ретривер, заранее зная ответ. — Косоглазие не заработай, Мативенко. И так уже косой-кривой, — сказал Антон и, уловив запах, идущий из столовой, побежал туда. Услышав в ответ то ли ругательства, то ли тявканье, ретривер понесся в сторону запаха, что манил его уже несколько минут. Мда, он, как всегда, опоздал. Опять стоять миллиард лет, а потом драться с каким-нибудь петухом (иногда буквально с петухом) за последнюю булку. В голову, как назло, полез момент из Гарри Поттера, когда Сириус Блэк кричал о том, что он 7 лет ждал в Азкабане. А ведь Сириус тоже был собакой. Интересно, а почему он не сбежал из тюрьмы, притворившись псом? Хотя, Антон тоже не со всех пар сбежать может. А если еще и за холку поймают... Почему, когда его хватают за холку, то он такой покладистый? Так со всеми собаками, правда? Надо будет попытаться сделать так с Матвиенко, вдруг поможет... Живот предательски заурчал. И почему Антон не поел утром? Там, дома, его ждут вкксные пирожки с печенью и плойка. Надо позвать Макара после учёбы. Желательно, чтобы он еще и игру вернул, а то ужас какой-то... Из роя мыслей вывел знакомый голос, что окликнул его. Уши Антона навострились, а хвост завилял: — Антош, давай к нам! — откуда-то спереди мурлыкнули. Окинув всех, кто повернулся в его сторону с хумрым лицом, победной улыбкой, ретривер поднял хвост и гордо прошагал вперед, прорываясь сквозь людей. Гордо он шел до первой подставленной ноги. Упав, он грозно тявкнул. Ведь если тебе плюют в спину, значит, ты впереди. Поднявшись под редкие смешки, он посмотрел на человека, который щедро предложил ему пройти вперёд. Дима был не самым обычным котом. Нет, конечно, он был и занудой (что взять с британца), и не дотронься до него лишний раз (что взять с британца), и иногда смотрел так, что Антон чувствовал себя самой тупой амёбой (что взять с британца). Но в другом он был довольно сносным. Антону даже не хотелось на него никогда лаять. Может, дело сыграла разница в возрасте, кто знает. Ну или совместимость у них хорошая. Надо будет спросить у Олеси. Эта белка верила в всякую тарологическо-гороскопную тему, должна что-то сказать. И вот опять этот взгляд Димы. Ну что он опять сделал не так, а? — Антош, ну аккуратнее же надо быть, — серый кот вздохнул и потер переносицу. — Да ладно тебе, Поз, — хвост, до этого стоящий дыбом, резко опустился. Ну неуклюжий, ну все не без греха. Ну сломал однажды вот так же ногу, пока бежал к друзьям. Ну и что? Каждый имеет право на ошибку! — Серьёзно, Дима, не ругай щеночка. Я читал, что у многих собак в его возрасте отключается инстинкт самосохранения, что поделать, — растягивая буквы, рядом раздался знакомый, язвительный голос. Как Антон не заметил его раньше? Надо быстрее уходить от культа еды. А зачем уходить? Он же не гонится... А если бы еда в их столовой ожила и стала летать за ними, как в смешариках? Стоп, что про него только что сказали? Это типо был намек на то, что он безмозглый? — Арсений, прекрати, — наконец-то этот фирменный взгляд Димы обращен не на него. Этот персидский кусок шерсти стоял и ему было все равно! А что, так можно было что ли? Почему он не скукоживается под натиском Димы? Почему он лишь хмыкнул и оплатил свою еду?... Как же он бесит Антона! Вот бы облаять его и загнать на самое высокое дерево! Вот бы... О! Сегодня приготовили шницели из индейки! Ураураураураура!