Красиво жить не запретишь

Если бы Арсений мог не ебать себе голову, он бы и не ебал. Он бы вообще с радостью ебал бы себя – кем-нибудь, определённо, причём именно он сам себя другим человеком и никак иначе. Но вместо этого он бьётся головой о столешницу и коротко стонет: очередной раз, когда он задерживается в офисе, перечёркивает все шансы на личную жизнь и хоть какие-то отношения. Даже на одну ночь. Тем более на одну ночь. Потому что когда-то давно одна поэтесса завещала, что “нельзя спать с человеком, который не может тебя рассмешить”, а Арсений почему-то поверил; теперь у него не получается трахаться без малейшей симпатии к чувству юмора. Артём занудно тянет, что Арс просто сапиосексуал, и пошловато подмигивает, сразу хохоча, Олеся убеждает, что Рыбы просто склонны к романтизации даже такого плотского процесса, как секс, а Макс хлопает его по спине и предлагает сгонять всё-таки в баню как-нибудь, косясь на ту же самую – и бесконечно для Максима удивительную, да, – Лесю: – Ну шо ты, братишка, давай, соберëмся пацанами, позовём девочек, мальчиков, кого ты там предпочитаешь. Или на секс-вечеринку, туда и малая пойдёт. Ну чё ты киснешь! На каждое такое предложение Арсений только мотает головой и нервно моргает одним глазом в сторону монитора. У него сексуальные отношения только с работой. И, ну, если быть совсем честным, ещё с узким кругом подписчиков на одном из бесконечных веб-кам сайтов. Когда-то давно Арс всерьёз этим всем занимался: работал в студии, платил 50 процентов своего дохода за аренду красивой комнатки, настроенную камеру и полную анонимность. Его хватило на два года такой “серьёзности”: анонимности не было, админы сливали информацию всяким психопатам, а те, в свою очередь, пытались шантажировать и Арсения, и добрую половину “моделей”. От всего этого – а ещё от понимания, что на твою дрочку смотрят не только те, кто тебе платит, но и те, кому платишь ты, – крыша поехала довольно бодро и в не совсем понятном направлении. Пришлось прекратить. Чтобы через полдесятка лет вспомнить, как на самом деле приятно получать удовольствие за деньги – особенно, если тебя никто посторонний не касается. Мысль об этом самом удовольствии немного поднимает настроение: Арс смотрит на часы, прикидывает, как надолго придётся задержаться, и быстро выставляет на том-самом-сайте заставку на эфир, мол, милые-дорогие, я уже здесь, начнём чуть позже, пока-пока! Кто-то из постоянных его зрителей сразу пишет в чат, кто-то даже кидает токены, и это тоже приятно: в конце концов, когда тебе платят за то, что ты просто такой красивый есть и приходишь подрочить на камеру, можно и порадоваться жизни. И тому, что ипотека закроется чуть быстрее, чем планировалось. Из офиса нужно уехать через полтора часа, чтобы нормально добраться, сходить в душ и морально подготовиться. На прелюдии в душе и растяжку Арсений времени не тратит: его подписчики любят смотреть, как он трахает себя пальцами, потихоньку добавляя к первому ещё один, ещё, ещё… Иногда он даже входит в себя сложенной в “лодочку” ладонью, а потом долго не может отдышаться, когда кончает в таком положении: всё тело сводит, и раскрутиться из этой креветки в итоге получается не сразу. Но Арсу нравится – и фистинг, и большие игрушки, и двойное проникновение. И количество денег, которые приходят потом на счёт, потому что зрители не умеют разговаривать о своих сексуальных желаниях с партнёрами. Или вообще ни с кем. Вот Арсений бы точно об этом с удовольствием поговорил, да только не с кем. Все полтора часа после того, как коллеги расходятся, он хихикает над сообщениями в чате и подписями к донатам – хорошо, что сидит с личного ноутбука, а вай-фай на него раздаёт с телефона, – вместо того, чтобы погрузиться в дорожную карту проекта и продумать все риски. У него, если быть совсем честным, от этих проектов уже голова кругом, и Арс сдаётся ровно в 20:30, выключает рабочий комп, хлопает крышкой ноута и заходит в приложение каршеринга. Внутри что-то приятно съёживается – возможно, это его потребность во внимании. И она же распускается буйным цветом, стоит только включить камеру спустя ещё час: в его “комнате” уже тусуется больше сотни зрителей, кто-то из них накидал больше тысячи токенов только за время “превью”, и Арс радостно считает, что завтра на счёт придёт минимум полсотни долларов. С нынешним курсом даже выгодно, думает он, улыбается в камеру и машет одной рукой, второй потирая ключицу под воротом белого махрового халата. Обычно он заморачивается, конечно, подбирает образ, разыгрывает какой-никакой сюжет, что ли, но сейчас даже думать об этом стрёмно: планирование хочется оставить в офисе, как и всю душность коллег, собственную закованность в рамки дедлайнов и техзаданий, невозможность забить на чужие эмоции и мнения хотя бы на секунду. Прямо сейчас он может позволить себе всё, что захочет. И даже чуть больше – если ему за это заплатят. Ну, в рамках каких-то приличий, всё-таки. В чате пишут на английском – Арс специально выбрал сайт, на котором русскоязычной аудитории немного, чтобы и язык прокачать, и чуть спокойнее себя чувствовать. Конечно, от развиртуализации и шантажа этот способ не обязательно спасёт, но, как показала его практика, русскоязычная аудитория более жадная и требовательная, а европейцы и американцы готовы платить даже за улыбку. Прямо сейчас, кстати, 5 токенов за неё и прилетают. Арсений широко улыбается, показывает клычки, чуть задрав верхнюю губу, посылает воздушный поцелуй в камеру. И дёргается – никак не привыкнет к звуку начала привата. – Hi! – он хлопает глазами, снова машет экрану, делает музыку потише; совсем без сопровождения у него начинать не получается, а кальянный рэп расслабляет, не особенно нагружая мозги. – How’s it going, – всматриваясь в ник, Арс читает по буквам что-то непроизносимое. “Всё круто” “Клёвый трек” “Ничë страшного, что я по-русски?” Прикол. Нет, конечно, русские на сайте сидят. И даже пишут часто, прям в чат обычно, что найдут и жёстко трахнут Арсения в жопу, а потом заставят отсасывать грязный член до закатывающихся глаз и текущей слюны, но денег обычно не оставляют. Максимум – пятьдесят бесплатных токенов, которые сайт даёт каждому зарегистрированному пользователю. – Да, всё нормально, – замешкавшись, Арсений всё-таки кивает и старается смотреть в камеру; так зрителю кажется, что ему смотрят в глаза. – Забавно, обычно наши соотечественники не пользуются такими… Услугами. “Да если честно, меня перекинула реклама с порнушного сайта” “Хотел вернуться, а тут ты” “И трек! Обожаю этих пацанов, но на Кипр они чёт давно не приезжали. Был на их концерте?” – Нет, я не особо фанат, если честно, обычно включаю фоном, – посмеиваясь, Арс вертит в ладонях концы пояса от халата, пытается не отводить взгляд и при этом следить за собственным лицом. – Будем о музыке говорить? “Это не музыка” “Это чистый кайф” “Ауф” Вместо ответа Арсений громко смеётся, прикрывая рот ладонью и запрокидывая голову; вообще он обычно морщит нос и складывается пополам, когда ему смешно, но здесь он играет роль – и старается из неё не выходить. “У тебя красивый смех” “И ты красивый” “А ещё у тебя даже на вид кожа такая мягкая, я бы хотел тебя потрогать” “Меня, кстати, Антон зовут” – Очень приятно, – выдержав театральную паузу, Арс снова проводит кончиками пальцев по ключице. – Антон. А я Арсений. “Правда?” “Не псевдоним?” “Прикол, красивое имя” “И ты красивый” “Или я уже говорил?” – Можешь повторяться, мне приятно, – все эти томные улыбочки и расшаркивания начинают раздражать, потому что Арс, вообще-то, пришёл сюда потрахаться, пусть даже и с самим собой. А общаться с милым и, видимо, не особенно заинтересованным Антоном, в его планы не входило. В него бы что-то другое вошло уже, наконец. “Супер, тогда ещё раз скажу, что ты красивый” “Или напишу” “Блин, было бы прикольно, наверное, исписать всё твоё тело комплиментами. Ну там, опять же, красивый, яркий, умный, интересный, сексуальный. Тебе бы понравилось?” – А тебе? – вместо прямого ответа Арсений нажимает на пару кнопок, уменьшает зум на камере и развязывает наконец бесячий халат, скидывает его с плеч, оставляя болтаться на локтях и прикрывая все стратегически важные места тканью. – Мне кажется, на мне столько места бы пустого осталось. “Нет, слушай, я бы взял с собой словарь синонимов, чтобы всё исписать” “Ты правда очень” “Настолько, что порно у меня нет, а стояк есть” Отвечает Арсений коротким и искренним – в отличие от предыдущей своей реакции на шутку, – хихиканьем, быстро спохватывается, томно смотрит в камеру, хлопая ресницами. На экране снова бегут строчки – и сам он тоже возбуждается. “Мне кажется, тебе нравится пожёстче, но я бы, наоборот, хотел бы быть с тобой нежным” “Знаешь, вот эти все осторожные касания, мягкие поцелуи, прядку за ухо убрать” “Чтобы ты разомлел, растёкся и полностью мне доверился” – И чтобы ты, как маньяк, мной воспользовался? – чтобы скрыть нелепость собственной реплики, Арс даже поигрывает бровями, но очень хочется уронить себя на пол и постучать о него головой: какой же дурак. “Нет” “Короче” “Раз уж мы тут” “Я сейчас буду писать тебе, что бы я с тобой делал, а ты делай, ладно?” “Только повторяй обязательно прям вот как я пишу” “Тебе понравится” “Обещаю” “(Я надеюсь)” Скобки снова заставляют захихикать, но Арс принимает серьёзный вид и кивает снова, соглашаясь на всё, что угодно. Почему-то про правила ему даже в голову не приходит сказать; может быть, потому что вряд ли Антон заставит его обливаться молоком или пить мочу. И в том, и в другом случае Арсений блевал даже от одного предложения, до осуществления не дошло. “Тогда” “Блин” “Тогда сначала сними халат, пожалуйста. И сядь. Вот, да, чтобы видеть экран” “Спасибо” Какое-то время Арсений ничего больше не делает – потому что Антон не пишет, – и просто сидит со сложенными на коленях ладонями, чувствуя себя одновременно заинтересованно и глупо. Хочется прикрыться, завернуться обратно в халат и вообще закончить на сегодня, но что-то внутри уговаривает его не торопиться. К счастью, сообщение снова приходит. “Прости, увидел, что счёт почти на нуле, не хотел, чтобы мы прервались на самом интересном” “А ты послушный” “Хороший мальчик” От этой ремарки хочется сначала огрызнуться, но потом Арс чувствует, что едва ощутимо краснеет – щёки совсем чуть-чуть печёт, – и понимает, что ему приятно. “Я бы погладил тебя по голове сейчас и по щеке большим пальцем, провёл бы им по губам, чтобы ты прикусил и даже немного засосал” “Это можешь не повторять, это неудобно” Усмехнувшись, Арсений всё-таки берёт в рот большой палец, немного выворачивая ладонь, посасывает, прикрывает глаза. Сайт звенит уведомлением о донате. “Красиво”, – подписывает Антон 1000 токенов, и не конвертировать их ещё в 50 долларов не получается. Сегодня удачный вечер. “А ты же сможешь переставить ноутбук к стене, да?” “Прости за наглость” “Хочу посмотреть на твою задницу” Без комментариев Арсений передислоцируется: вместе с ноутбуком разворачивается, немного вертит задом, сидя на коленках, а потом всё-таки встаёт в коленно-локтевую, прогибается в спине так сильно, как может, почти распластавшись грудью по кровати. Мягко проводит по ягодице ладонью, слегка шлёпает – не удерживается, пусть Антон и обещал ему исключительно нежность и никакого насилия, – а потом оттягивает её. Только после этого смотрит в чат. “Красиво” “Посидишь так?” “Блядь.” “Арсений” “Ну бляяяяяяяяяяяядь” “Ты лучше любого порно” “Не молчи только, пожалуйста” “Ух” “Было бы классно сжать твою задницу в ладонях, чтобы потом остались лёгкие следы” “И ВЫЛИЗАТЬ” “Прости” “Прости” “Прости” “Не знаю, любишь ли ты римминг” “Но я бы тебя сожрал, правда” “С тебя бы слюна капала” Хорошо, что его лицо не видно: Арсений хитро улыбается сам себе, тянется за смазкой, лежащей вместе с игрушками в небольшом ящичке у самой стены, осторожно открывает, чтобы Антону не было слышно щелчка, заводит руку за спину, немного поднимает. Льёт прозрачную смазку на промежность, не сдержавшись от тихого стона; смазка прохладная, на тёплой коже ощущается контрастно и охуенно. “Дааааааааа, вот так” “Серьёзно, у меня полный рот слюны” “Ты наверняка очень вкусный” – Может быть, не пробовал, – говоря это, Арсений проводит ладонью по члену пару раз, сжимает его у основания и убирает руку от себя. Ему хочется нормального секса, пусть и по сети, а не в кулачок и на бочок, поэтому он сдерживается изо всех сил. “Я бы хотел всего тебя трогать, конечно, и облизывать, и целовать, но сейчас не могу думать ни о чём, кроме твоей задницы” “Прямо сейчас думаю о том, как засунул бы в тебя большие пальцы и растянул так сильно, чтобы залезть языком внутрь” “Может, не сразу, конечно, тебя же надо растянуть” “Но бля, какой ты” “Бля” – Возможно, на это не понадобилось бы много времени, – Арс говорит тихо, заводит за спину теперь уже обе руки, неудобно выворачивает и по растёкшейся смазке вводит в себя сразу оба больших пальца. Долго так держать руки он не может, но Антону, видимо, и этого хватает. “Ссссууууукккааааа” “Пиздец ты волшебный, конечно” “Где таких только делают” – А вот всё тебе расскажи, – снова усмехается Арс, приподнимается, достаёт из коробки небольшой реалистичный фаллоимитатор и прячет под грудью, чтобы Антон не видел. Он расслаблен, и эта игрушка может сейчас войти в него без прелюдий, нужно будет только немножко перетерпеть, но торопиться не хочется; да и сам Антон его не торопит, несмотря на то, что токены с его счёта неумолимо улетают. “Засунь в себя три пальца, пожалуйста” “Представь, что это я” “Осторожно и медленно ввожу их в тебя и вытаскиваю полностью, второй рукой сжимаю бедро” “У тебя такая тонкая кожа, синяки остаются, наверное, да?” “Это красиво” “Люблю следы” – И я, – вдруг признаётся Арсений, хотя вообще-то редко об этом говорит на эфирах. – Мне нравятся укусы и засосы. И синяки, да. Вообще люблю принадлежать, знаешь. “Мой внутренний собственник в ахуе” “Я бы так хотел тебя укусить” “Нежно совсем, но ощутимо” “Чтобы ты знал, чей ты мужчина” “И кто твой мужчина” Арс снова стонет; ему впервые так сильно нравится приват, он возбуждается от слов и внимания, от фантазий и фантомного ощущения чужого языка и губ на коже. В голове сам собой рисуется образ партнёра, и Арсений не останавливает воображение, представляя высокого улыбчивого парня, который трогает его, целует, обнимает и уже, кажется, прижимает головку к анусу. Самое время. Всё так же тихо Арсений льёт смазку свободной рукой на игрушку, размазывает и меняет руки; водит по промежности фаллосом, улыбаясь тексту. “Да, я бы так делал” “Точно” “Чтобы ты попросил в тебя войти” – Пожалуйста, Антон, – чуть громче, чем раньше, говорит Арсений, снова проводит вверх-вниз по промежности игрушкой, а потом всё-таки входит – только головкой. “Не торопись” “Да” “Я бы вышел из тебя сразу и несколько раз повторил” Арсений послушно делает то, что пишет Антон, стонет – тоже громче, совершенно не стесняясь. “И вошёл бы резко до конца” Игрушка входит до стоппера, заставляя Арсения больше вскрикнуть, чем простонать. Больше он в текст не смотрит. Ему нравится ощущение внутри, он делает с самим собой то, что любит, надеясь, что Антон оценит; сейчас хочется сосредоточиться на себе, а не думать, что бы с ним делал малознакомый, пусть и милый, парень. Темп сам собой нарастает, Арсений периодически меняет руки, прикрывает глаза, иногда обращает внимание на звон уведомлений – кажется, Антону нравится и так, если он продолжает донатить. Вместо слов Арс стонет, раз в пару минут то ускоряется, то замедляется, раздвигает ноги шире. В какой-то момент фокусируется, чтобы посмотреть на экран и, сконцентрировавшись на несколько секунд, приблизить картинку: теперь на экране видно только его задницу, в которую входит игрушка. Оргазм маячит где-то на подходе, и Арсений бездумно тянется за другой смазкой – хочется кончить “вместе”. Ну, как. Не особенно заморачиваясь, он оставляет игрушку внутри, снова фокусирует взгляд и льёт уже белую, похожую на сперму смазку, поверх ануса, откидывает бутылёк куда-то на пол. Кончает, окончательно завалившись на кровать. На автомате немного отодвигает картинку. Поворачивает голову. “Пиздец” Читать, что там Антон написал выше, ему совсем не хочется, поэтому он смотрит только на последние сообщения. “Если б я знал, что ты тут есть, я бы вообще никакой порнухи больше не смотрел” “Ебать” “Я кончил за минуту, Арсений” “Прямо сейчас я бы тебя ещё раз вылизал, конечно” “Люблю, знаете ли, облизывать красивых хороших мальчиков” “Это было супер” “Ты охуенный” “Бля, как же мне повезло с тобой” После этого сообщения приват заканчивается. Ответить Арсений не успевает, потому что Антон пропадает из чата сразу же; на секунду становится грустно, что его так быстро покинули, но баланс на сайте, показывающий почти 12 тысяч токенов – 600 долларов, охуеть, – моментально возвращает настроение в радостную часть спектра. Он выходит из эфира, не попрощавшись ни с кем больше, не заходя в онлайн, разваливается на кровати, тяжело дыша. Телефон пиликает уведомлением из инстаграмма. На “рабочий”, модельный аккаунт приходит сообщение. “Кажется, мне нужно приехать в Питер” Арсений широко улыбается.