Эффект Ворона

— Дисквалифицировали. Одно единственное слово повисло в раздевалке, будто ненадолго оглушив всю команду. Восемь пар глаз обратились к тренеру; Ваймак потёр переносицу и продолжил. — КРЭ объявил, что начнёт расследование в отношение университета, меня и Эбби, как ответственных за ваше здоровье. Оцепенение резко спало. — Это несправедливо. Ни вы, ни Эбби никак не виноваты в.. случившемся, — слова Дэн были тверды, несмотря на дрожащий голос и опухшие глаза; давали о себе знать бессонные ночи, проведённые у койки Бойда. — Да, тренер, — Ники горячо поддакнул, — к тому же, у Мэтта есть все шансы скоро оклематься и вернуться в строй. Но этого недостаточно. — Два передоза за один месяц, Хэммик. С одним летальным исходом. Тут уже дело не о дефиците игроков. — Значит, мы вне игры? Окончательно? - голос Кевина напоминал треснувшее стекло. Дэй был бледен, как полотно, руки дрожали. Даже левая, в гипсе. Тренер мрачно кивнул и подвёл итоги. — Будет разбирательство. Не могу сказать, что будет дальше, но не исключено, что команду распустят. Снова повисло молчание. На протяжение всего собрания, Натаниэль ощущал тяжёлый взгляд, что прожигал ему спину. Конечно, Миньярд догадывался. Как бы ни был осторожен Нат, как бы не заметал следы, он кожей чувствовал, что с него не спускают глаз. И не только на корте. Натаниэль и сам не совсем понимал, как настолько быстро он оказался в постели Миньярда. Хотя возможно в чём-то это было логичным. Держи врагов ближе, чем друзей? Как бы то ни было, это не выходило дальше постели. Секс с Эндрю был как одновременно похож на то, что он видел в Гнезде, так и нет. В Эверморе существовал секс из ненависти, безысходности. Иногда по приказу. Не что-то свободное. Ночи с Эндрю были чем-то близким. Поменьше слов в самой постели и ни одного вне спальни. Они не обсуждали это. Ни друг с другом, ни с кем-то ещё. Никаких рук. Никаких поцелуев. Натаниэль быстро усваивал правила. В Гнезде этому учили быстро. Но в отличие от правил Рико, которые было приятно нарушать, Нат легко следовал указаниям Эндрю. Лучше было самому убрать руки за спину или позволить Миньярду прижать их по бокам от головы, чем вынуждать его использовать наручники, отдававшие слишком красными вспышками в памяти. Даже сейчас кожа на запястьях до сих пор горела от фантомного сжатия. Тенденцию того, что происходит Эндрю ухватил быстро. Ведь именно с переводом второго новичка, нет, Ворона, в команду, бывшие наркоманы внезапно вернулись к старым привычкам. Гордону повезло меньше, Бойду больше. Кто там любит троицу? Определенно не Эндрю Миньярд. Тем ироничнее, что третий номер на его джерси. И на левой скуле Натаниэля Веснински. Неважно, пока третьим бывшим (ха, а они бывают?) наркоманом Лисов был Аарон. Поймав цепкий взгляд вратаря, Нат уловил едва заметный наклон головы и вышел за ним. — Бывал раньше в Колумбии? *** О «Райских сумерках» Нат слышал и раньше. Точнее, о том, как Миньярд приводил сюда подозрительных новичков на проверку. Хотя кажется в этот раз он слегка опоздал. Оставив брата и кузена разбираться с напрочь разбитым Дэем, Миньярд оттащил Ната в сторону барной стойки. Бармен с кипенно-белыми волосами и татуировками змей на обеих руках, коротко окинул взглядом сперва его, а затем на Эндрю. Веснински показалось, что при виде него, глаза бармена стали внимательнее, хотя за тёмными линзами, было трудно разглядеть. — Дрю! Вам как обычно? — в низком голосе, скользнул итальянский акцент. — Бутылка водки, мартини, две текилы, — буднично отчеканили в ответ. Бармен кивнул и выжидательно посмотрел в сторону Ната. — Выбери сам, — Натаниэль не был в настроении выбирать. Главное, попытаться полностью стереть из памяти всё, что возможно. Если Миньярд хотел развязать ему язык, что ж... удачи. Язык ему подрезали давно, ещё до Гнезда. За столиком остался лишь Кевин. Настолько уничтоженным своего бывшего брата, Нат не видел никогда. Ещё полтора месяца назад, он бы разбился в лепёшку, чтобы вытащить Дэя из этого состояния, лишь бы тот не топил себя в стакане со спиртным, но сейчас он равнодушно потягивал ром с колой. Миньярд всё так же не сводил с него глаз. Ожидал, когда пыль подействует? Легче сорвать этот пластырь, как можно скорее. Наклонившись к чужому уху, Нат выдохнул: — Если хочешь добиться от меня признания, тебе придётся вывести меня в место, где сможешь меня услышать. И лучше прямо сейчас. Спрашивать, откуда Миньярд взял ключи от подсобки клуба, наверное было бестолковым вопросом, однако пыль опустошала голову и язык начинал вести самостоятельную жизнь. — Тот бармен поэтому так на тебя смотрел? Не первый раз таскаешь у него? Или.. — не успев фразу договорить, Нат обнаружил себя прижатым к стене подсобки. Эндрю Миньярд, не больше шестидесяти дюймов в высоту, буквально пригвоздил его к пыльной поверхности, так что почти не двинуться. — Тебе очень нравится молоть языком, да? Этому в Гнезде так хорошо учат? Сперва наплёл тренеру дивную сказочку о том, как тебя вдохновил побег Кевина. Потом продемонстрировал Эбби побои. Играл убедительно, десять баллов. Даже Дэй поверил. Вот только странно получается, — Эндрю чуть прищурил глаза, — сбегает Кевин, и три недели спустя ещё один побег. И не просто Ворона, а Натаниэля Веснински, ещё одного из личных прихвостней Морияма. Мне довелось встречаться с Рико лично. Он не из тех, кто так легко отпускает свои игрушки. Я ни за что не поверю, что тебе удалось так легко уйти. Точно так же, как не поверю в то, что в течение месяца после твоего перехода Бойд и Гордон внезапно взялись за старое. Натаниэль впервые встретился со взглядом вратаря настолько прямо. Даже несмотря на полумрак, он явственно видел жгучую ярость, прикрытую равнодушием. — Испугался, что близнец будет следующим? — таиться не было смысла. Эндрю знал, что он замешан, но без доказательств едва ли признание Натаниэля будет иметь хоть какую-то силу. Лезвие практически мгновенно прижалось к его горлу; не настолько сильно, чтобы перерезать, но достаточно, чтобы выступила кровь. — Просто предупреждаю, что если бы эта мысль пришла тебе в голову, то она стала бы твоей последней. В лице Миньярд не изменился, словно не он держал нож у чужой шеи. Впрочем, Нат заранее знал, с кем связался. А ножами его не запугать. Голова всё больше тяжелела, в застёгнутой наглухо рубашке становилось трудно дышать. — Зачем тебе нужен этот разговор? Зачем поить меня алкоголем с наркотой, чтобы расспросить? Правда тебе ничего не даёт, — Нат склонил голову вбок, откидывая прилипшую ко лбу чёлку, — или это только предупреждение, чтобы я не трогал твоего брата? — Хотел узнать, способен ли твой пиздливый рот вообще говорить правду. Смех вырвался сам собой, пыль совсем пудрила сознание. — Рот у меня вообще способный. Ты проверял. Когда Миньярд дёрнул его за волосы на макушке, приземляя головой в стену, Нат лишь тихо зашипел. — Что ж, заслужил, признаю. Нат облизнул пересохшие губы, и на мгновенье ему почудилось, что глаза напротив стали чуть темнее. — Раз уж я ответил тебе, твоя очередь. Мне тоже есть, что спросить у тебя. — Нет, я не собираюсь сдавать тебя копам, можешь не переживать, — нож исчез в складках чёрных повязок, но расстояние между ними так и не уменьшилось. — Я знаю о твоих особых отношениях с полицией, так что и не думал, что у тебя под повязками жучок. — Тогда что? — настала очередь Эндрю слегка наклонить голову, в ожидании ответа. — С момента моего прибытия в команду, ты не сводил с меня глаз, — Нат сделал паузу, чтобы заставить одурманенный мозг работать, — только потому что, изначально подозревал, что со мной что-то не так? Это точно не потому что я – бывший Ворон. Ведь Кевина ты быстро подпустил к себе для защиты. А меня напротив, опасаешься, хоть и трахаешься. Значит, это что-то другое. — Пораскинешь мозгами – может сам догадаешься, — Миньярд наконец отступил, вернув себе привычное безразличие. Щёлкнула зажигалка и к головокружению примешался едкий запах сигарет. Натаниэль не рисковал отходить от стены, зная, что вряд ли устоит твёрдо. А Эндрю его выносить вряд ли станет. Никак не комментируя положение Веснински, он глубоко затянулся и протянул сигарету. — Прочистит мозги немного. Сигаретный дым наполнил лёгкие Ната и действительно дал некоторое облегчение. Он не мог вспомнить, когда курил в последний раз. В Гнезде было легче раздобыть наркотики, чем сигареты; слишком большой риск попортить лёгкие, а как следствие потерять возможность к быстрому бегу на корте. — Мне похуй, что и как именно ты сделаешь, но если расследование в отношении Ваймака закончится его арестом или увольнением, ты серьёзно пожалеешь о том, что вылетел из Эвермора. Я тебе обещаю. Тридцатью минутами спустя, Нат уже ждал снаружи клуба, ожидая, когда Эндрю приведёт изрядно набравшихся Хэммика и Дэя. Второй Миньярд шёл сам, хоть и не очень твёрдо. Проигнорировав присутствие Веснински, за исключением пьяной улыбки Ники и убитого взгляда Кевина, компания забралась в машину. Как и по пути в «Сумерки», Эндрю посадил его рядом. Ната пробрал смех, от мысли, что его не пустили к остальным, видимо из опасения, что он мог вколоть кому-то наркотики при всех. Слишком просто. К тому моменту, когда их Лексус выехал на шоссе, пыль уже почти полностью выветрилась. Нат обернулся через плечо; близнец Эндрю клевал носом, но упрямо смотрел в окно, остальные спали. Взгляд Натаниэля скользнул по Эндрю; сосредоточен на дороге, пальцы мертвой хваткой на руле, машина неслась быстро. Впереди замаячил светофор. Дыхание пропадало, словно воздух в салоне загустел. Слух застывал, звуки пропали. Красный. Эндрю ударил по тормозам, однако машина не собиралась останавливаться. С визгом колёса проехали по асфальту, прорезав ночную тишину, машина перелетела через ограждение, и перевернувшись, влетела в дерево. Вылезти из покорёженного салона было сложнее, чем Нат изначально предполагал. Дверь заклинило и пришлось выбираться в окно. Отдышавшись, он пригляделся к сидевшим сзади; в темноте было не разобрать, что с Дэем и Хэммиком, но на светлой макушке Миньярда определённо виднелась кровь. Нат перелез к окну переднего сиденья. — Сукин..сын.. — голос Эндрю казался более тихим, свистящим; кажется пробило лёгкое. Натаниэль прислонился спиной к груде металлолома. — Да, знаю. Но честно говоря, после того, что ты устроил мне в клубе, было чертовски глупо оставлять меня одного рядом с твоей машиной, — Нат прикрыл глаза, голова кружилась, поднялась тошнота, — знаешь, Рико хотел, чтобы я начал с тебя и твоего братца. Кажется, он так и не простил тебе отказ вступить к нам. — Чтобы стать такой крысой, как ты? — Эндрю без толку пытался откашляться; жидкость заполняла лёгкие. — Крысой? Это Кевин. Сбежал и бросил нас. Меня и Жана, — Нат зажмурился сильнее, удерживая себя от обморока, — он знал, что с нами будет, и всё равно сбежал. Жан поплатился несколькими пальцами из-за его трусости и предательства. И не только. — Твой королевский ублюдок, — снова кашель, — расхерачил ему руку в мясо. Или ты это в расчёт не берёшь? — Он подставил Жана, — Нат зашипел, — из-за него Жана подвергли такому, что тебе и не представить, — ядовито выплюнул он Миньярду. Кашель, кашель, кашель. — И ты решил побыть на побегушках у этой мрази, чтобы отомстить Кевину? — Чтобы Рико не убил Жана, — Нат слегка приоткрыл глаза; Эндрю смотрел на него почти не моргая, медленно дыша, — ты лучше меня знаешь каково это, защищать брата. Ты пытался спасти Аарона, а я спасаю Жана. Взгляд Эндрю опустился на осколок, что прорезал чёрную ткань на животе Веснински. — Ты планировал это с самого начала? — Не был уверен до сегодняшнего вечера, — Нат прикрыл осколок, поморщившись от боли, — а потом не осталось выбора. Спасибо, что помог решиться. Кашель наконец прекратился. Устало откинув голову назад, Натаниэль поднял взгляд к постепенно исчезающим звёздам на предрассветном небе. *** — Дисквалифицировали. Нат вздрогнул всем телом и резко поднял голову на говорящего Ваймака. Все присутствующие были слишком озабочены словами тренерам чтобы заметить странную реакцию новичка. Кроме одного человека, разумеется. Снова проигнорировав этот взгляд, Нат прошёлся глазами по остальным; Дэн уже поддерживающая тренера, а Ники капитана; бледный Кевин, прислонившийся спиной к своему шкафчики; Уокер рассеяно гладившая молчаливую, как тень, Элисон; Аарон, хранивший апатичное спокойствие, сидя рядом с братом. Проморгавшись, Нат встретился взглядом и с ним. Миньярд подозрительно приподнял бровь и кивнул на выход из раздевалки. Нат мешкал пару секунд, прежде, чем выйти за вратарём. — Бывал раньше в Колумбии? Сердце Ната забилось чаще. В «Райских сумерках» было точь-в-точь, как во сне Натаниэля. Если это был сон. Он ещё не совсем разобрался. В этот раз, не дожидаясь остальных, Нат шагнул к барной стойке, пока Эндрю не опередил его. — Бутылку воды. Бармен чуть приподнял брови. — И только? — наткнувшись на брошенный в ответ взгляд, парень кивнул, — воды так воды. Сзади насмешливо раздалось. — Трезвенник в клубе? Или надеешься, что Ники превратит её в вино? — Хроническая непереносимость алкоголя, — пробормотал Нат, не глядя в сторону Эндрю. — Зачем тогда согласился поехать? — Миньярд облокотился о стойку. — Потому что, ты попросил. К тому же, не помешает немного снять напряжение после вче.. сегодняшнего. Смерив его недоверчивым взглядом, Эндрю взял напитки для остальных. Что ж, он недооценил Миньярда. Даже не будучи накачанным пылью, он оказался прижат вратарём к стене, но на этот раз не в подсобке, а в уборной. — Я понимаю, что мы шифруемся, но туалет клуба, Миньярд? Мне кажется это моветон. — Ты сегодня чертовски странно ведёшь себя, Натаниэль, — Эндрю покатал его имя на языке, снова (а снова ли?) прижимая лезвие к горлу Ната, — после объявления тренера, ты отреагировал так, будто не ожидал, что Лисов дисквалифицируют после твоих стараний. Гордон, затем Бойд. Умно. Хотя и не слишком осторожно. Думаешь, что настолько хорошо прячешься? Нат лихорадочно соображал. В этот раз его сознание было свободно от влияния наркотика, но как это ни странно, легче от этого совсем не становилось. — Скажем так, всё произошло не совсем, как я этого ожидал, — полуправда лучше, чем ничего. — Неужели? — Эндрю издевательски приподнял брови, — ты ожидал, что у тебя будет возможность устроить третий передоз прежде, чем КРЭ возьмётся за Ваймака? Не слишком ли открыто? Или таков был изначальный план – выставить Пальметто рассадником наркоманов? — Н-нет, — Нат встретился прямым взглядом с Эндрю. В более ярком свете, он чётко видел чужую радужку. На пробу, он облизнул губы, чтобы проверить. Ему не показалось. Медовые глаза стали чуть темнее от этого жеста. Всего на мгновенье, а затем Миньярд оттолкнул его, убирая нож. — Не знаю, что ты там ожидал, но тебе лучше разобраться с последствиями, потому что, если расследование закончится арестом Ваймака или его увольнением, то Рико покажется тебе ангелом во плоти. Восстанавливая дыхание, Нат не знал, попробовать ли ему снова. — Ты узнал ответы, которые хотел. Я имею право на один вопрос. Эндрю закурил, откинувшись на дверцу кабинки, и вопросительно дёрнул бровями. — Почему Кевина ты взял под свою защиту, а меня лишь буравил взглядом исподтишка с момента, как я перевёлся в команду? И при это всё равно мы как-то оказались в одной постели, — краем сознания Натаниэль подумал, что вот-вот Эндрю должен был вручить ему сигарету. И действительно, не меняясь в лице, Миньярд выпустил дым, мгновенно заполнивший узкую кабинку, а затем приблизившись почти к самому лицу Ната, передал сигарету в чужие пальцы. — Если пораскинешь мозгами, может сам догадаешься. Ожидая возвращения Эндрю из клуба с остальными, Нат нервно поглядывал на автомобиль. Резать ли тормоза снова? Закончится так же, как "во сне"? Семь минут томительных попыток убедить себя, привели к тому, что нож был всё же убран. К чёрту. Он сделает это иначе. Приближаясь к светофору, Нату впервые за день стало настолько не по себе от нескончаемого чувства дежавю. Он нервно оглядел остальных. Ничего не изменилось: Аарон пялился в окно, Кевин и Хэммик заснули. Красный. Лексус послушно замер, когда Эндрю нажал на тормоз и Натаниэль выдохнул, ощутив, как к заледеневшим пальцам снова поступает кровь. Слева дважды моргнуло, завизжали шины, что-то прогрохотало и всё утонуло в темноте. *** — Дисквалифицировали. От резкого поднятия головы, Натаниэль с силой ударился затылком о стену. Паника пролезла под кожу не хуже, чем ножи отца. Или Эндрю. Не дожидаясь его сигнала, Нат выскочил из раздевалки, пытаясь удержаться за стену. Эндрю вышел вслед за ним. Заметив очевидно бедственное состояние, Миньярд взял его за локоть и потащил к выходу из раздевалки, на улицу. Оказавшись на свежем воздухе, Нат попытался глубоко дышать, чтобы унять дрожь в теле. — Паническая атака? Голос вратаря доносился, как сквозь толщу воды. Или как из разбитой машины, с пробитым лёгким. Нат быстро отмахнулся от этой мысли, пытаясь собраться. Зажмурив глаза, он прижался лбом к железному ограждению корта. — Н-не знаю. Не знаю, что со мной вообще происходит. — Может ты случайно принял то, что подсунул Гордону и Бойду? — притворно невинным тоном поинтересовался Эндрю. Честно говоря, после произошедшего, Нату эта мысль не казалась такой уж бредовой. Может он правда не заметил, как проглотил таблетки, которые предназначались Мэтту? И теперь галлюцинирует снова и снова, пока в реальности лежит в предсмертных судорогах? Возможно так было бы лучше. Всё равно он выполнил свою часть сделки, Лисы больше не помеха Рико. Он должен оставить Жана в покое. — Ты бывал раньше.. — Нет, я не хочу нигде бывать, — оборвал Нат, — я хочу только чтобы сегодняшний день закончился и всё. Позволив ему привести дыхание в порядок, Эндрю потянул его за рукав к машине. — Я же сказал, что не хочу... — Тебе нужно убраться отсюда, — теперь уже Эндрю безапелляционным тоном прервал его, — просто уедем до конца дня. Эндрю просто ехал вперёд, без конкретного маршрута, замечая, что Веснински невольно вздрагивал около каждого светофора. — Хочешь остановиться? Чуть поразмыслив, Нат судорожно кивнул. На него действительно накатило облегчение, когда Лексус Эндрю притормозил у какой-то закусочной. Приглушённое освещение и минимум посетителей, немного успокоили расшатанные нервы. Заказав по кофе, они сели друг напротив друга, хотя Натаниэль в попытке занять чем-то руки, больше сосредоточился на том, чтобы измельчить салфетку в труху. Эндрю апатично наблюдал за этим непотребством, методично высыпая в свою чашку сперва свой пакетик сахара, а затем и Ната. — Представляешь на её месте кого-то конкретного? Прекратив измываться на останками салфетки, Нат отпил кофе, выбирая слова так, чтобы не сойти за сумасшедшего. — У тебя бывало такое, что мир вроде в порядке, но ты чётко ощущаешь, что будто сходишь с ума? Что, всё не так, как должно быть.. — Ничего в мире не идёт так, как должно быть. Бо́льшее количество несправедливого дерьма бы тогда не случилось. Так что, мир просто идёт дальше. А сходишь ты с ума или нет, его не касается. И отвечая на твой вопрос, — Эндрю одним глотком осушил половину чашки, — Да, были дни, когда я ловил себя на похожих мыслях постоянно. — И как ты с этим справлялся? — Нат постепенно отогревал ладони, и чувствовал будто дышать становится немного легче. — Тебе мой способ не подойдёт. К тому же, я и сам им больше не пользуюсь, — взгляд Ната упал на повязки. — Я буду прав, если предположу, что они не только для удобного хранения ножей? Совсем осторожная попытка Ната была оценена едва приподнятым уголком губ. — Эта информация явно не предназначена для Ворона. Натаниэль угрюмо вернул глаза в чашку. — Я Лис. — Да ну? А это дерьмо у тебя щеке просто переводная наклейка? — Эндрю допил и начал крутить нож из столовых приборов на манер "бутылочки". — У Кевина есть такая же! — загорелся Натаниэль. — Кевин ушёл, — отрезал Эндрю, — он понял, что оставаться в вашем гадюшнике это медленное самоубийство и свалил. — Я тоже. — Не лги. Ты не сбежал. Тебя отпустили, — Эндрю смотрел так, будто видел сквозь кожу и кости, видел как мысли роились, вспыхивали и угасали одна за другой, пытаясь сплестись в правдоподобную ложь. У Натаниэля была легенда. Но на такой случай он ничего не планировал. И навыки лжеца были слишком выбиты из строя прошлой (или прошлыми?) ночью. Но что пугало Ната больше всего, так это неизвестность. Незнание, повторится ли это снова и почему это повторялось вообще? Нат отставил чашку и встретился глазами с Эндрю. — Если я расскажу тебе правду, ты обещаешь выслушать до конца и не счесть меня психом? Справедливости ради, Эндрю действительно выслушал Ната до конца, не перебивая, и даже обошёлся без едких комментариев, лишь затягиваясь, время от времени. Нат опустил лишь факт того, что в первый раз тормоза испортил именно он. — Либо ты держишь меня за полного идиота, либо ты всё таки псих, от которого Рико очень креативно избавился. Даже не знаю, какой вариант обиднее. Нат опустил голову на руки. Он знал, что скорее всего так будет. — Я не считаю.. блядь! Я просто пытаюсь понять, что за херня творится. Поверь, если бы я хотел, то придумал бы что-то поправдоподобнее, чем это. Думаешь, я сам не слышу, как звучит это со стороны? — Раз ты и сам это понимаешь, то не жди, что я поверю. Вцепившись ногтями в собственную кожу, Нат прикусил губу, лишь бы удержать себя в руках. Слегка шлёпнув по запястью, Эндрю протянул ему незаконченную сигарету. — Прекрати себя увечить, итак достаточно впечатление произвёл. Я сказал тебе, не использовать мой метод. Нат нервно затянулся, и непонимающе взглянув на Миньярда, разжал пальцы. — Твой метод? — А мне казалось, что ты уже догадался, — с мрачным смешком, Эндрю сдул истерзанные остатки салфетки, которые приземлились на джинсы и толстовку Ната, — уже темнеет. Поехали. Натаниэль похолодел. — Я не хочу сегодня возвращаться в общежитие. — А я не хочу ночевать ни в этой дыре, ни в машине. Снимем номер в мотеле до утра, — Эндрю отсчитал несколько купюр и оставил на столе. — И учти, никто не поверит в совпадение, что я умер, едва оказался с тобой наедине, так что, тактика сработавшая на Бойде и Гордоне со мной не пройдёт. Нат потушил сигарету в пепельнице, поднял куртку с диванчика и вышел за Эндрю из закусочной. К тому времени, как они нашли мотель уже стемнело. Всю дорогу Нат ощущал себя натянутой струной, готовой лопнуть в любой момент. Однако в этот раз аварии не произошло. Эндрю быстро разобрался с номером, взяв один двухместный с отдельными кроватями. Однако в самом номере выяснилось, что вторая кровать, под старым матрасом, скрывала очевидную поломку и спать на ней невозможно. Никак не прокомментировав, Эндрю стащил матрас со сломанной кровати на пол, отпинал его к стене и сел, начав разуваться. Бросив куртку на вторую кровать, Нат тоже снял обувь. — Я и сам мог бы спать на полу, это не проблема, знаешь ли. Не удостоив его ответом, Эндрю выключил свет и лёг на матрас, прижавшись спиной к стене. Почти двадцать минут ёрзания прервались нетерпеливым: — Ты решил сломать единственную целую кровать? — Не могу уснуть. Эндрю приподнялся; Нат мог видеть только силуэт, но воображение живо рисовало привычное равнодушие, чуть сбитое полусонным состоянием. Наконец, вздохнув, он перебрался ближе к кровати. — Колыбельных я петь не умею, — сев в ноги, он спросил, — помочь? Его хватило только на кивок. — Руки под подушку. Тут же засунув ладони за голову, Нат откинулся на подушку, и ощутил как чужие руки на ощупь расстегнули ему ремень, и Эндрю забрался под одеяло. Отдышавшись, Нат некоторое время просидел в темноте, прислушавшись к дыханию Эндрю, который вернулся на матрас. Поняв, что Миньярд тоже ещё не уснул, он позвал. — Эндрю? — Если ты ходишь во сне, самое время предупредить меня. Все остальные ЧП утром. — Кажется, у меня вырабатывается иммунитет к твоему виду общения. — Оно регулярно мутирует. Посколько темнота в номере была кромешной, Нат позволил себе самую настоящую полноценную улыбку, за последнее время. Очень долгое время. — Ты мне сразу не поверил? — Выражайся яснее. — Когда я пришёл в Пальметто, ты с самого начала подозревал меня? Поэтому следил за мной? Возникла недолгая пауза. — Пораскинь мозгами, может сам догадаешься. Но лучше утром. Спи. Нат еле сдержался, чтоб не застонать в подушку. Однако этот вечер хотя бы дал надежду, что повторяющийся кошмар закончится. Среди ночи Нат проснулся от глубокого кашля и удушливого чувства. Адски не хватало воздуха. Открывшиеся с трудом глаза тут же начали слезиться. Вокруг стоял почти чёрным дым. — Эндрю! Пытаясь дышать в рукав, Нат сполз с кровати, дополз до матраса на полу и потряс Миньярда за плечо. Эндрю не двигался. Натаниэль без сил рухнул рядом, уткнувшись в чужое запястье. Из-под повязок виднелась тонкая паутинка бледных шрамов. Дым заполнил комнату. *** — Дисквалифицировали. — Блядь! Нат бежал не разбирая дороги, просто бежал вперёд, подальше от Лисьей Норы, подальше от Кевина, Эндрю и всего, что связано с этим проклятым местом. Нужно было немедленно собрать вещи и уехать. Плевать куда. Оставаться здесь невозможно. Вернуться в Эвермор тоже. Он позвонит Жану, обязательно, он попросит прощения, что не сможет быть рядом, как обещал. Возможно, что Моро возненавидит его так, как никогда не ненавидел Кевина. Ведь Кевин перед своим побегом никому ничего не обещал. Сползая по стене, Нат натянул капюшон на голову так сильно, что ткань затрещала под пальцами. Почему это снова произошло? В этот раз он не был в машине. Это было в мотеле. Мотеле, который, блядь, сгорел именно в эту ночь. Так было бы с любым местом, где бы Натаниэль остался на ночь? А может тогда всё же стоило вернуться в Эвермор? Чтобы грёбанное Гнездо сгорело вместе со своим Королём и провалилось к чёртовой матери. Истерический смех пробрал его в тот момент, когда он представил себе лицо Рико, когда бы он понял, что застрял вместе со всеми в своих обожаемых подземельях и больше не выберется отсюда, не причинит боли Жану, и не заставит Натаниэля причинять её другим. — Неужто у Воронов нервы сдают, как только у них что-то идёт не по плану? Нат не смел поднять глаз. Нет, сейчас он не позволил бы Эндрю увидеть его таким. Едва ли в своём уме, на грани натуральной истерики, неспособный даже вдохнуть полной грудью. Однако голос Эндрю внезапно оказался ближе. — Я уберу твои руки от капюшона? Зажмурив глаза крепче, Нат чуть разжал пальцы. — Да или нет, Натаниэль? «Да» сорвалось с языка легко, быстрее, чем Нат как следует его обдумал. Прохладные пальцы осторожно отцепили его от капюшона и Нат увидел, что Эндрю стоит перед ним на коленях. Всё ещё удерживая чужие запястья, он встретился глазами с Натаниэлем. — У тебя... — Я хочу поехать с тобой в Колумбию сегодня. Только с тобой. Без Кевина, Аарона и Ники. Нат видел, как в Эндрю боролись два сильных чувства. В конце концов, любопытство взяло верх над рациональным мышлением. Или скорее всего, он решил, что опоит Веснински ромом с пылью, чтобы обезопасить себя. На этот раз, он – Нат позволит ему это. *** — Дисквалифицировали. Дисквалифицировали. Дисквалифицировали. Может он просто мёртв? Что если тогда, в самой первой аварии он просто умер, и сейчас застрял в ёбаном чистилище? Натаниэль не был религиозен. Совершенно. Вряд ли был Бог или Дьявол. Даже если бы они существовали, им должно быть всё равно на него, одного из миллиардов, живущих на земле. Задаваться вопросами "почему я?", "почему этот день?" и сотнями других "почему?" было скучно и бесполезно. Вместо этого Натаниэль пытался прожить его каждый раз лучше, чем мог. В десятый раз, он сходил на могилу Сета Гордона. Сам не знал почему. Извиняться перед мрамором точно не входило в его планы. Просто ему хотелось этого. В шестнадцатый он навестил Мэтта в клинике, пообещав подружиться с ним, если он выберется из этого дня, а Бойд из реанимации. Через два-три раза, он звонил Жану. Просто услышать его Nat, ça va? и quand reviendras-tu?. Просто утешить. И каждый из дней, он проводил с Эндрю. В Лисьей Норе, в закусочной, в «Райских сумерках», где угодно, лишь бы рядом. Он делился с Эндрю теми ужасами Гнезда, которые терзали его, и скорее всего, поселившимися в его памяти навсегда. Делился воспоминаниями об отце и его щедрых подарках, испещривших его кожу под несколькими слоями чёрной ткани. Рассказывал о том, насколько больно было узнать, как Кевин ушёл. По-взрослому понятно и по-детски обидно. Но он понимал Кевина. В двадцать-какой-то день, он сказал ему это лично. От Эндрю Нат никогда не просил взамен, но получал. О детской колонии. О приёмных семьях, среди которых не нашлось ни одной, где хватило бы достаточно ласки для одинокого сироты. О знакомстве с Аароном и последующей жизни с матерью. Когда Эндрю сознался, что подстроил смерть Тильды, Нат не испугался. Страх ужалил его, когда Эндрю рассказал, что был с ней в машине, наплевав на возможность умереть вместе с ней. *** Оказаться снова в «Райских сумерках» было теперь будто менее страшно, когда он был здесь с Эндрю. В этот раз Натаниэль не ощущал себя крысой, на которой будут ставить эксперимент, и не мразью, которая втиралась в доверие, чтобы нанести удар. Сейчас он казалось был.. в безопасности? Он настолько отвык от этого ощущения, если вообще помнил, каково оно. Безопасным в его жизни не было ничего - ни родители, ни дом, ни что угодно другое, что должно давать ребенку чувство защищённости. Да, хоть Эндрю и не верил в то, что Нат рассказывал о своём дне сурка, но он слушал. И он видел. Снижая скорость машины, когда заметил чужие побелевшие костяшки. Едва заметно касаясь его плеча, когда Нат завис, глядя в тот самый, злосчастный светофор. Даже в тот первый раз, в подсобке, он предложил ему свою сигарету, чтобы дать немного очистить голову. Притвориться опьянённым Нату бы не составило особого труда, однако сымитировать запах алкоголя он бы не смог, поэтому пришлось пить как есть. Когда Нат ощутил, что пыль начала действовать в полную силу, он положил подбородок на плечо Эндрю и шепнул. — Если хочешь узнать, на что способен мой пиздливый рот, нам лучше уйти туда, где менее громко. В подсобке, дежавю, или хер знает, что это такое, усилилось, когда Эндрю толкнул его к стене и запер дверь. Снаружи. — Я не знаю, что с тобой происходит, но у тебя нервный срыв. Посидишь пока что, здесь. — Нет! Эндрю, не уходи, — ледяной страх растёкся по венам Натаниэля, — не оставляй меня здесь, Эндрю. Пожалуйста! За дверью послышался лёгкий стук, как если бы Эндрю стукнулся о деревянную поверхность лбом или затылком. — Не говори при мне этого слова, — таким голос Эндрю Нату ещё не доводилось слышать. Слишком тихий, слишком ломкий. Дверь открылась, но ненадолго. Эндрю быстро вошёл и снова запер их, сев спиной к двери. Поняв, что Эндрю не собирается бросать его тут на всю ночь одного, Нат сел напротив, поджав колени к груди. — Почему? — Может однажды расскажу. Но не сегодня, — раздался знакомый щелчок зажигалки, — почему ты хотел приехать сюда только со мной? Не сегодня. Натаниэль отдал бы многое, чтобы не сегодня наступило. Немного понаблюдав, как Эндрю выдыхает клубы дыма, Нат потянулся за сигаретой. Оказавшись вплотную к лицу Эндрю, он прошептал ему почти в самые губы. — Пораскинь мозгами. Может сам догадаешься. Золотистые глаза едва заметно, но всё же уловимо, расширились. Эндрю покачал головой. — Нат, у тебя.. — У меня нет нервного срыва, Эндрю. Напротив, кажется я мыслю яснее, чем за всю свою жизнь. И я точно знаю, как хочу закончить сегодняшний день. Натаниэль нарочито медленно облизнул губы, наблюдая за реакцией Эндрю? — Как думаешь, сюда не зайдут? Эндрю хрипло ответил. — Я предупредил Роланда, что скорее всего на всю ночь тут будет закрыто. — Отлично, — Нат подался вперёд, ровно настолько, чтобы Эндрю успел остановиться его или оттолкнуть, если бы захотел, — да или нет? «Да» на губах Эндрю ощущалось терпко, опьяняюще. Лучше пыли и текилы. Лучше всего, что Натаниэль когда-либо пробовал. Эндрю целовал его так, словно наконец мог передать что-то на той волне, к которой Нат никак не мог подключиться, а теперь не знал, как без неё дышать. Однако воздух действительно закончился слишком быстро, и пришлось отстраниться, едва ли на дюйм, только чтобы глотнуть немного кислорода. Неожиданно Эндрю сам уложил его руки себе на плечи. — Не выше, не ниже, — хриплый выдох. Нат рвано кивнул, сейчас он мог только следовать указаниям. Наблюдать, как Эндрю опустился на колени, быстро разбираясь с застёжкой на чужих джинсах, не было чем-то непривычным, но сейчас ощущалось совсем иначе. Ничего механического, он чувствовал себя живым, как никогда в жизни. Когда Эндрю вобрал его в рот, Натаниэль впервые не стал сдерживать голос. Было похер даже если бы их услышали. Всё равно. Особенно, если завтра не наступит. Сжав одеревеневшими пальцами ткань на плечах Эндрю, Нат из-под полуопущенных ресниц, рискнул взглянуть вниз, и снова захлебнулся стоном. Перед глазами плыло, голова была лёгкой. Кажется, язык Эндрю прочищал ему мозги лучше сигарет. Позвоночник прострелило вспышкой и Нат на несколько долгих мгновений задохнулся. В следующую секунду, рука Эндрю оказалась у него на шее, и Натаниэль позволил вовлечь себя в новый поцелуй. Когда Эндрю разрешил ему прислонить голову к плечу, Нат тяжело выдохнул. — Сколько.. сколько времени? — Без четверти полночь. — Хорошо, — Нат прикрыл глаза. Возможно они заснут раньше, чем что-то произойдёт. — Куда-то торопишься? - короткий смешок. — Спроси меня завтра. *** Дисквалифицировали. Натаниэль не хотел открывать глаза. Не хотел снова это слышать. Однако громкий стук заставил вздрогнуть и всё же рискнуть. Это была не раздевалка в Лисьей Норе. Он находился в подсобке «Райских сумерек». Под боком всё ещё сидел Эндрю, которого тоже разбудил стук. — Эндрю, — знакомый итальянский акцент, — я конечно всё понимаю, но мне нужно кое-что взять. Сколько вам нужно времени, чтобы привести себя в порядок? Натаниэль не сдержал смех. — Минуты.. три, — Эндрю покосился на Ната, свалившегося от смеха ему на колени, — может пять.