Лента

- Кейл-ним, это тебе! Сияющий Чхве Хан подбежал к своему парню, который спокойно сидел на кресле-качалке и лениво жевал виноград. Кореец протянул ему руку с красной коробкой и стал ждать, когда тот возьмёт подарок. Красноволосый просто вздохнул. После того как они начали встречаться, Хан стал ещё более прилипчивым и каждый день дарил ему что-то. Сначала это были огромные букеты из самых разных цветов, которые, благодаря магии, все еще гордо стояли на всех подоконниках поместья. Потом они переросли в мелкие, но довольно нужные вещи в быту. А сейчас это золото, да бриллианты. Иногда Кейл задаётся вопросом: не нашёл ли этот панк заброшенное логово дракона? - Спасибо, - Хенитьюз взял коробку и открыл её. Внутри все было покрыто красивым светло-красным бархатом, а середина была вытянутой и имела форму шеи, на которой была завязана чёрная лента с красными узорами по краям. Достав предмет из шкатулки, красноволосый думал как её привязать к своим волосам и привязывать ли. "Судя по коробке, это должно надеваться на шею" Парень быстро принял решение и обернул вокруг своей шеи украшение, завязав сзади бантиком. Кейл повернулся к Чхве Хану, чтобы спросить нравится ли ему, когда довольно сильная боль заставила его нагнутся и обхватить свой живот руками. Конечно, Хан со множеством сердечек в глазах смотрел на то, как Кейл-ним надевает его подарок. Как только брюнет увидел эту ленту в том заброшенном логове дракона, то сразу захотел подарить её ему. И если, из-за своего волнения, он, возможно, забыл попросить Эрухабен-нима проверить на подозрительные заклинания, то кореец об этом догадается определённо не сейчас. Рыцарь больше ни о чем не думал, когда увидел, как его сюзерен со стоном наклонился и обнял свой живот. - Кейл-ним! - Чхве быстро подбежал к другому и осторожно начал осматривать его на наличие травм, - Кейл-ним, что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь? Я сейчас же позову Эрухабен-нима! - Хан, - начавшему бежать в сторону двери мечнику помешала рука, которая схватила его за рукав, - стой. Немного дрожащий Кейл смотрел смущённо в глаза мастера меча из под лба. Он чувствовал себя странно: ему резко стало жарко, его сердце начало бешено стучать, а внезапная боль в животе отступила, оставляя после себя ужасную пустоту и странное ощущение трепета, из-за которой он теперь ёрзает на стуле. Хенитьюз медленно опустил свой взгляд вниз, облизывая свои губы. Вид открывался шикарный: широкие плечи, мускулистое тело, большие руки, сильные бедра. На последнем он и остановился. Чхве Хан стоял, приподняв руки, и смотрел на своего парня, как олень при свете фар. Это, честно, льстило рассматривание его тела таким наглым образом от конкретного человека, но его поведение нервировало. Сначала ему было больно, а сейчас он с раскрасневшими щеками и ёрзаньем на стуле растёгивал его ремень. Голодный взгляд снизу заставлял стоять на месте и просто позволять ему делать все, что душе угодно. Подождите.. Что?! - К-Кейл-ним! - мастер меча положил свои руки на плечи Кейла и отодвинул его, - Что ты делаешь? - Стой смирно, - снизу послышался приказ. Через пару секунд к нему добавилось и тихое, - Если не понравится, то сразу скажи. Ремень был снят, за ним открылась ширинка штанов. Кейл сидел и смотрел вперёд в раздумьях. От желанного его останавливала лишь тонкая чёрная ткань, а ураган мыслей стал ещё гуще. Что он делает? Как ему это сделать? Он ведь не заставляет Чхве Хана? А тому самому противно будет, если он сделает что-то не так, из-за отсутствия опыта? От раздумий Молодого Мастера отвлек запах, ужасно манящий запах, заставляющий прильнуть губами к источнику. Ткань боксёров быстро намокала под облизываниями потерявшего контроль Хенитьюза. Тот, как хотел, водил языком под поднимающемуся бугорку, попеременно целуя. Вскоре этого стало не хватать и осмелевший красноволосый вынул из оскорбленного куска ткани горячий член. Кейл, выдыхая, смотрел на этот орган потрясенным взглядом. Он был слишком большим и толстым для человека, выглядещего как 17-ти летний школьник. "Ну это понятно. Он же главный герой" Красноволосый замедлил свои действия, но жажда внутри была сильнее, чем страх, поэтому он медленно коснулся губами розовой головки, пробуя. Кейл спустился ниже к основанию ствола, проведя языком линию слюны, потом вернулся наверх, повторяя это движение ещё пару раз. Он остановился около одной из выступающих вен и надавил на неё языком, ощутив пульсацию. От все этих манипуляций, член брюнета гордо стоял и красиво блестел на свету. На головке выступила капелька преэкулята и красноволосый, как кот, лизнул её, издавая стон. Чхве Хан с красными щеками и огромными глазами наблюдал за своим сюзереном. Не зная куда деть свои руки, он просто держал их немного поднятыми по бокам и старался не шевелится. Мастер меча знает, что его размеры отнюдь не маленькие, поэтому его страх случайно порвать рот и горло своему парню не безосновательны. - Кейл-ним, может, мы.нгх.. - раскрасневшийся Хан издал полу-стон, полу-рык, когда Хенитьюз внезапно встал с кресла и сел своими бёдрами на пол. Кейлу было не очень удобно отсасывать у Хана на стуле, поэтому он и перешёл на пол, непреднамеренно заглатывая мокрую головку полностью. Главнокомандующий не остановился, а наоборот - с новой упертостью пошёл дальше. Продвигаясь вперёд, парень неумело водил языком по члену, но за свои старания получал хриплые стоны сверху. Достигнув той глубины, в которой начало ощущаться неприятное давление в горле, парень отодвинулся назад и снова вперёд, проходя руками по той части, до куда не смог достать. Кейл набрал свой медленный, немного ленивый, темп, в котором просто наслаждался ощущениями. Грубая ладонь опустилась на его голову и схватила его за волосы, заставляя его отстраниться от члена с влажным причмокиванием, а после встать на ноги и соединиться в голодном поцелуе. Рука Хана держала за затылок, а другая пристроилась на талии, закрывая Хенитьюза в замок без выхода. Кейлу казалось, что его рот грабят: то посасывают губу, то резко и грубо водят языком по всей полости, то оттягивают уголок его рта большим пальцем и засовывают язык ещё глубже, из-за чего он издавал стоны. Они разорвали поцелуй только тогда, когда у красноволосого начало темнеть в глазах от недостатка воздуха. Рыцарь прижал к стене своего сюзерена и прильнул к верхней части шеи, не закрытой светящейся красным лентой. Оставляя поцелуи и укусы на нежной коже, Хан протянул свои руки к спине Кейла и пытался развязать замысловатые узлы на его рубашке. Хенитьюз в долгу не остался и тоже начал в спешке расстегивать одежду другого. На пол успел упасть только плащ, как аристократа повернули лицом к стене и сильно стянули подвязки на спине, запутывая их больше. - Хан-а, - красноволосый тихо прохрипел, - Просто порви и ускорься. И Чхве Хан, как послушный рыцарь, выполнил приказ, а по комнате раздался звук рвущейся ткани. Правда, не одного предмета одежды. Терпение выходит за рамки и кореец порвал не только рубашку, но и верхнюю часть штанов с нижним бельём, оставляя обтягивающую штанину на длинных ногах. Мечник нагнулся и поцеловал меж лопаток, пока терся своим достоинством меж ягодиц другого. Красноволосый издал громкий вздох, когда руки стали пощипывать его соски. Вскоре розовые бутоны перекрасились в красивый красный и набухли от трения. Один из пальцев дотронулся до шрама на татуировке щита. Левая рука потянулась наверх и нежно гладила эту неровность над сердцем, заставляя вспомнить ту ужасную картину, когда Герой пронзил себя деревянным кинжалом. С злобным, скорее животным, рычанием, Чхве Хан собрал в кулак красную длину волос и заставил опрокинуть голову назад, впиваясь в губы. Теперь трение о задницу Хенитьюза начало имитировать грубые толчки. Кейл очень хотел прикоснуться к себе, погладить наконец-то изнывающий член между своих ног, но просто не мог. Его ноги больше не могут его держать, они неимоверно трясутся и гнутся под напористостью главного героя. Единственные, что его хоть как-то удерживают, это руки Чхве - одна все ещё нежно гладит его шрам, а другая жестко тянет его за волосы - и его собственные руки, которые пытаются держатся за стену. Хан хозяйничал в его рту так, как будто это его первый стакан воды за месяц обезвоживания. Молодой Мастер не может думать ни о чем, в мыслях витает только: "больше". Со следующим сильным ударом бёдрами, ноги все таки подкосились, и главнокомандующий чуть ли не упал на колени, но его вовремя подняли обратно в то же положение и осторожно кинули на край кровати. Сзади навис мастер меча, поставив свои ноги по обе стороны от других, и продолжил грубо двигаться в щели задницы другого, оставляя расцветающие засосы по всей худой спине. - Хан-ааах, - тихо простонал Кейл, зная, что тот его просьбу поймет. - Понял, - названный в последний раз поцеловал выделяющуюся косточку позвонка и побежал в ванную комнату, чтобы найти что-то наподобие смазки. Обшарив большую часть шкафчиков, Чхве Хан нашёл лосьон. Благо химии в этом магическом средневековом мире нет, поэтому и одного взгляда на состав хватило, чтобы увидеть исключительно натуральные продукты. Кейл, тем временем, пытался отдышаться и не слишком двигался со своего места, только приподнял нижнюю часть тела и елозил своим членом по простыне. Если бы он только знал какую картину открывал вышедшему из ванны Чхве Хану, то хоть постарался бы прикрыться от стыда: пол его тела лежало на краю кровати; голова повернута лицом вперёд; руки держатся за одеяло, как за спасательную нить разума; ноги, обтянутые разорванными штанами до бёдер и немного согнутые, стоят на земле, чтобы иметь устойчивость; а влажная от преэкулята открытая задница поднята в воздухе и виляет. Чхве Хан не удержался и легонько шлепнул своей ладонью по ягодице, вызывая громкий стон у своего аристократа. Хан вылил на пальцы смазку, кинув бутылочку на кровать, надавил средним пальцем на розовую дырочку. Кейл чувствовал себя как желе: конечности не могут нормально его держать и ему приходится непривычно выгибать свою спину, а тот шлепок, который вообще не был маленьким, заставил то место гореть. Ему даже в себя прийти не дают, как холодный палец уже извивается в его дырочке. Ощущения были не то что неприятными, скорее непривычными, но привыкнуть к ним можно. Вероятно темноволосый почувствовал расслабленность в теле и вставил второй палец, начав аккуратно им двигать. Через пару секунд Хан надавил на определённую точку, из-за которой по комнате раздался пошло-громкий стон, а владелец этого звука сильно дернулся. С хищной ухмылкой, мечник повторил это движение и получил более яркую реакцию: от его прикосновений пытались уйти. Эти повторяющиеся действия помогли ещё больше расслабить главнокомандующего и позволить играть с ним тремя, а вскоре четырьмя пальцами. Кейлу этого недостаточно, пустота внутри становилась все больше. Он пытался намекнуть об этом партнёру, дергая задницей в воздухе, но получил за это ещё один удар. Застонав, красноволосый закатил глаза и выгнул спину. Прошло уже достаточное количество времени на подготовку. Хенитьюз больше не предпринимал те действия ещё раз, а Чхве вытащил свои пальцы. Темноволосый нашёл на кровати забытую бутылку и вылил часть на свой забытый член. - Кейл-ним, все в порядке? - спросил запыхавшийся мечник, поднося головку своего достоинства к дырочке другого. Услышать только мычание в знак согласия Хану не понравилось, поэтому он осторожно повернул красную голову к себе, убирая волосы назад. Его встретили полные слез глаза и изгибающиеся вверх брови, - Мне продолжать? - Угум, - Кейл снова промычал и из его глаз вытекло пару слезинок. Темноволосый мягко поцеловал его, вставляя свой член и глотая стоны. Чхве Хан старался действовать аккуратно, поэтому и останавливался довольно часто, давая привыкнуть к увеличивающейся длине. Достигнув основания, кореец полностью перестал двигаться, игнорируя свои желания и этот приятный жар, и стал ждать какого-либо намёка своего возлюбленного, пока зацеловывал его спину. Через пару минут главнокомандующий начал вращать бёдрами, пытаясь получить то трение, по которому голодал. В ответ ладони в шрамах схватили его за бёдра и красноволосый почувствовал, что из него выходят. Оставив только головку внутри, мечник двинулся вперёд, а после ещё несколько раз повторил это движение под разными углами, пытаясь найти ту заветную точку. Хан набрал скорость и шлепки становились все чаще, а вздохи аристократа все громче. В один момент вздох превратился в громкий стон, а Кейл сильно выгнул спину, крепко хватая руками простыню. Ухмыляющийся кореец начал двигаться быстро и грубо, оставляя на принимающем теле множество следов. Устав от полу-согнутого положения, Чхве Хан выпрямился и за бедра поднял красную задницу ещё больше в воздух, заставляя Хенитьюза упираться грудью о кровать, а ноги выпрямить, чтобы хоть носочками доставать до пола; из-за того, что ноги корейца крепко стояли по обе стороны от его, аристократ не мог нормально раздвинуть их. Теперь его не просто трахали, а драли, как какую-то шлюху, выбивая из героя громкие рыдания. Кейл кончил слишком неожиданно, в один момент узел в его животе лопнул, его тело резко выгнулось и задрожало, а из его члена стрельнули белые капли на простыни. Он пытался отойти в разные стороны от перевозбуждения, сильно сжимая долбящий его член, но его возвращали на место. В скором времени его снова прижали к стене, рядом с кроватью, а его правую ногу подняли и положили на плечо. Кореец продолжил выбивать из него новые стоны, а его зубы кусали не тронутые места на шее, покусывая их даже через сияющую ленту. Член героя возбудился снова и двигался с каждым сильным толчком. Чхве Хан издавал хриплые стоны и отмечал каждую открытую часть тела своего Кейл-нима. Через пару толчков сюзерен, с воем, снова кончил, а рыцарь следом за ним внутрь в спазмирующийся орган. Парни тяжело дышали и постепенно сходили со своего кайфа. Капли спермы быстро выходили из зияющей дырки и текли по левой ноге Кейла, когда Чхве Хан с хлюпающим звуком вышел. Мастер меча хотел позвать своего возлюбленного, когда заметил, что тот потерял сознание. Следуя за мокрыми следами от слез и слюней, Хан увидел как красный свет от ленты медленно рассеивается. Осторожно развязав эту ленту и сделав пометку, чтобы все таки отдать этот предмет Эрухабену, кореец положил её на тумбочку у кровати и понёс замученного аристократа в ванную, чтобы привести и его в порядок. Чхве Хан ещё раз посмотрел на своего парня. Ему надо куда-то выкинуть эту разорванную одежду. Желательно, чтобы никто это не увидел. Желательно, чтобы Рон был в числе этих "никто".