Speedway City

– Поверю тебе на слово, королева скорости, — он завел мотор, и мы рванули по ночному городу, где неоновые огни казались огненными змейками, обвивающими улицы. Ветер свистел в открытом окне, смешиваясь с ревом двигателя, а сердце билось в такт ускорению. Я всё ещё не могла поверить, что спустя год согласилась на эту гонку — адреналин и страх переплетались, создавая странное ощущение живости. Как только Хенджин пригласил меня на свидание, я даже совсем забыла о гонке. Не представляю, что со мной сделали если б я не приехала туда. С этим всегда было строго. Если игрока не было на месте в назначенное время, ему полагалось наказание. Гонка на крови - самая опасная, но в тоже время завлекающая игра на жизнь. Это как наркотик, один раз попробуешь, захочется второй, а потом у тебя сносит крышу от скорости. Правила были такими: соревнуются от 2 до 6 человек, дело происходит на окраине города, по свистку игроки отправляются покорять трассу вокруг обрывы. Совершенно все равно на чем. В последний раз когда я участвовала, со мной соревновался чел на электронном самокате. К слову, он пришел вторым. Так вот, тот кто пришел первым на финиш получает право на абсолютно любое желание, он может его загадать любому участнику пришедшим после него, но только одному.  На прошлой гонке в Нью-Йорке, на которой я была зрителем, а точнее пассажиром с победителем турнира, он загадал обожраться «грибов» и пройти гонку еще раз. Это я никогда не забуду. Просто представьте, накуренный чел едет по трассе ЗМЕЙКОЙ в сантиметрах от обрыва, так он еще и во время объезда высовывал голову из машины и кричал, что как приедет на финиш - всех нагнет. Он не доехал. В двух метрах от финиша колесо его машины выехало за приделы трассы и он в ней вылетел с обрыва. Скорую так и не вызвали. Скорая помощь, пожарные, ОМОН, а особенно полиция были строго запрещены на гонке. Если кто-то умрет - это будут его проблемы. Самое главное здесь - это выжить и получить нехилый приз в размере пяти миллионов долларов. Я ехала на той гонке с парнем во всем черном, но на ярко красной гоночной машине. Почему я с ним ехала? Это было как раз в моем недавнем отъезде в Нью-Йорк,я приехала на эту гонку по приглашению подруги,которая не смогла приехать и передала свое приглашение мне ведь она говорит, что «сеульские гонки - это детский лепет, а вот Нью-Йорк! Тебе в общем билет нужнее»  – Сохи, ты что решила поучаствовать? Ты вроде завязала, - подошла ко мне моя рыжая знакомая с гонок в красной кожанке и рваных черных капронках. – Нет, Джинни не смогла приехать и передала приглашение мне, - улыбнувшись ответила я, – Пока я в штатах, согласилась, чем ваши гонки отличаются от сеульских. – Ооо, это ты по адресу. Знаешь, в Сеуле как-то по детски, а вот у нас, - начала возвышать точно такое, как и Джинни, свой город рыжеволосая, – Так, а чего я тебе рассказывать буду, пойдем посмотришь на это от первого лица, - подхватила меня за локоть подруга и повела в сторону компании парней. – Рейчел, что ты хочешь сделать? Я с ними спать не буду. – Сохи, не начинай, я тебе это предлагала в прошлый раз, я запомнила, что ты не хочешь спать с игроками для того чтобы завоевать их доверие для доступа к их слабым местам, - повторяла мои слова девушка. – Эй, крап!, - окликнула она парня сидящего на капоте красной машины. – Рей, сколько раз говорил, что я не крап, а крайт, - зарычал парень в маске, что я могла видеть только его черные глаза. – Да я запуталась уже в ваших кличках, почему нельзя называть друга друга по имени!, - возмутилась девушка. – Клички у собак или у твоего парня, а у меня звание. – Звание после того, как тебя укусила змея? Не смеши, - загоготала подруга, совсем позабыв обо мне. – Ты че пришла вообще, поржать? , - спросил парень в маске. – А, точно, прокатишь мою подругу? , - спросила она подтолкнув меня вперед, – Она в первый раз на наших гонках. – Совсем не каталась по нашим трассам что ли? , - крикнул кто-то с удивлением с соседней машины, оторвавшись от поедания своего пончика. – Я играю в Сеуле, - ответила я. — Сеул, говоришь? Значит, ты привыкла к нежным покатушкам с розовой пыльцой заместо крови? Наши трассы — совсем другой зверь, - произнес парень вставая с насиженного места, – Запрыгивай, - его слово - и по громкоговорителю объявляют о том, что игрокам нужно быть на старте. Я мигом занырнула в его красную спорт машину, а он в это время подъехал ко старту и вечно переглядывался с какими-то парнями на бордовой тойоте. По виду — их намерения были не самые благоприятные. В воздухе повисло напряжение, словно перед грозой. Пока я пялилась то на него, то на его противников он бросил мне короткий, но уверенный взгляд и сказал: — Не отвлекайся на них. Сегодня мы не просто гоняем — мы докажем, кто здесь главный. Мотор рычал, словно зверь, готовый вырваться на свободу. Вокруг начала собираться толпа: одни болельщики, другие — те, кто пришёл поставить на кон свои ставки и сделать эту ночь по-настоящему опасной. Девушка в коротких кожанках шортиках подняла флаг вверх - положила начало гонке и в этот момент время словно замерло. Я почувствовала, как адреналин хлынул в кровь, а парень нажал на газ — машина взмыла вперёд, оставляя за собой пылающий след. Красный спорткар загадочного парня, казалось, превратился в сгусток огня, пожирающий асфальт. Скорость была невероятной, воздух свистел за окнами, превращаясь в единый поток. Я прижималась к сиденью, чувствуя каждую вибрацию мощного двигателя. Цифры на спидометре мелькали с бешеной скоростью, и мне казалось, что мы летим, а не едем. Бордовая тойота не отставала. Она шла буквально по пятам, её фары слепили в зеркалах заднего вида, словно два злобных глаза. Парни внутри неё, должно быть, были так же решительны, как и мой водитель. Мы вошли в первый крутой поворот, и мой желудок подпрыгнул к горлу, когда машина наклонилась, демонстрируя идеальное сцепление с дорогой. Я непроизвольно схватилась за ручку над головой, но Крайт даже не дрогнул. Его взгляд был сосредоточен на дороге, а руки крепко сжимали руль, словно он и машина были одним целым. Тойота попыталась обойти нас на выходе из поворота, резко дёрнувшись вправо. Но парень в маске был начеку. Он моментально перестроился, блокируя им путь, и бордовая машина вынуждена была притормозить, издав раздражённый визг покрышек. Из-за этого манёвра мы получили небольшое преимущество. Улица превратилась в размытую ленту. деревья, туман, фонарные столбы, болеющие люди по сторонам сливались в неразличимые пятна. Единственное, что имело значение, — это линия дороги впереди и рёв моторов. Я чувствовала запах палёной резины и горячего металла. На каждом перекрёстке мелькали силуэты зрителей, чьи крики, смешанные с рёвом двигателей, создавали какофонию, полную адреналина. Мы вышли на прямой участок. Здесь всё решала чистая мощь и нервы. Хозяин красной машины выжал педаль в пол, и красная ракета снова рванула вперёд, но и Тойота не сдавалась. Она была буквально в сантиметрах от нашего бампера, и я чувствовала, как их намерение обойти нас проникает в салон. Нас разделяли не метры, а лишь желание победить. Я взглянула на него — на его лице не было ни тени страха, только холодная решимость. Мысли о том, что может произойти, исчезли, уступив место абсолютному доверию к человеку, который вёл эту машину. Эта гонка была не просто за скорость — это была битва воли. И я знала, что мы должны победить. Буквально в сантиметрах друг от друга красный спорткар пришел первым - на что люди, наблюдающие за гонкой заверещали. Только приехавшие парни тойоты вышли из машины громко хлопнув дверью и отошли назад, закуривая сигарету. А мой водитель-победитель вышел жать руки своим друзьям и принимать поздравления, на что я выйдя из авто мягко и искренне улыбнулась, начав хлопать в ладоши.  После гонки, в Нью-Йорке была традиция отмечать победу, в Сеуле сразу же после выполнения наказание мы расходимся, в ожидании следующей игры. Играла громкая музыка, что можно было оглохнуть, если подойти ближе хоть на метр, играла симфония удара шотов, наполненных алкоголем. Это однозначно веселее, чем в Корее.  Только почему то выигравший сидел неподалеку ото всех, все так же на капоте спорткара что-то печатая в телефоне, я решила к нему подойти: – Почему ты не со всеми?, - поинтересовалась я держа в руках 2 бутылки соджу и протягивая одну ему. Он поднял голову, его глаза, обычно сосредоточенные и острые во время гонки, сейчас казались немного усталыми, но в то же время спокойными. Телефон он тут же опустил на колени, а его взгляд задержался на бутылке соджу в моей руке, затем перешёл на ту, что я предлагала ему. На его губах появилась лёгкая, почти незаметная улыбка. — Спасибо, — сказал он, принимая бутылку. Его пальцы слегка коснулись моих, и по телу пробежала лёгкая дрожь. Он сделал глоток прямо из горлышка, затем снова посмотрел на меня. — Просто... нужно было кое-что решить. Да и мне обычно не до таких толп. Это не мой стиль. Он кивнул в сторону бурлящей вечеринки, где народ уже отрывался на полную катушку. Оглушительная музыка пульсировала в груди, заставляя вибрировать землю под ногами. Кто-то лихо танцевал прямо на крыше старой машины, кто-то пытался перекричать бас, рассказывая анекдоты. Воздух был пропитан запахами алкоголя, сигарет и победы. В отличие от Сеула, где всё было строго и по делу, здесь царила чистая, необузданная свобода. И я чувствовала, как эта энергия захватывает меня. — Да уж, это не похоже на корейские "отмечания", — усмехнулась я, делая глоток из своей бутылки. Соджу обжигало горло, но оставляло приятное тепло. — Там всё серьёзно. Выиграл — получил своё, проиграл — понёс наказание. И никаких тебе "симфоний шотов". Он хмыкнул, его взгляд вернулся к толпе, затем снова остановился на мне. — Зато здесь есть шанс по-настоящему выдохнуть. И... — он сделал паузу, словно подбирая слова, — и понять, ради чего всё это было. Я опустилась рядом с ним на капот, ощущая прохладу металла сквозь джинсы. Звездное небо Нью-Йорка мерцало над нами, хоть и было немного заглушено городскими огнями. — Ради власти на улицах? — спросила я, стараясь выглядеть невозмутимой, хотя сердце всё ещё колотилось от адреналина. Он снова взглянул на меня, и на этот раз его улыбка стала шире, хоть я видела только часть его губ, но его открытые глаза говорили сами за себя. — Не только, — ответил он, его голос был низким и обволакивающим. — Есть вещи важнее. Например... чтобы понять, что ты не просто гонщик. Ты тот, кто способен на всё. А ещё... — он отпил ещё немного соджу, его взгляд скользнул по моему лицу, — иногда, просто приятно знать, что у тебя есть кто-то, кто верит в тебя, даже если ты сам сомневаешься. Я почувствовала, как щёки заливает румянец. На секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом вечеринки вдалеке. Мы просто сидели, глядя на городскую ночь, которая казалась бесконечной.  Немного посидев я поинтересовалась: – Тебя правда кусала змея? – Год назад я отдыхал в Африке и бррр, - затрясся он от воспоминаний, – Было худшем решением пойти в обитающую среду в шортах и майке, - рассказал он и закатил рукава черногории худи показав шрам и тоже самое сделал с шеей. – Ничего себе! Прямо в шею, - вскрикнула я от удивления. – Хах, змея только в руку, а шея - это неудачная горка в аквапарке, - от чего мы вместе усмехнулись, – Если б я знал, что в Сеуле такие красивые девушки. то обязательно поехал бы туда, - немного пихнув меня бок сказал он, отчего мне стало еще больше неловко и как хорошо, что он не мог разглядеть мои красные щеки. Слегка успокоившись я поинтересовалась: – А почему ты в маске и тебя не называют по имени?  Он отставил бутылку соджу на капот и повернулся ко мне, так что наши колени почти соприкасались. В свете фонарей, что пробивались сквозь кроны деревьев, его маска казалась ещё более таинственной, скрывая часть его лица, но не взгляд. Глаза, цвета тёмного шоколада, были полны какой-то скрытой истории. — Маска... — он усмехнулся, и я увидела, как морщинки появились в уголках его глаз. — Это просто часть игры. Здесь все стараются сохранить инкогнито. Иначе, как бы ты отличила настоящего гонщика от обычного парня, который просто любит скорость? Это создаёт нужную атмосферу. А имя... — он замолчал, словно взвешивая что-то. — Зачем тебе моё имя, если можешь просто знать меня как того, кто только что выиграл? К тому же, есть имена, которые лучше не называть вслух. По крайней мере, пока. Его голос стал чуть тише, обволакивающим, и я почувствовала, как мурашки пробежали по моей коже, несмотря на тепло соджу в желудке. В его словах была загадка, обещание чего-то большего, чем просто ночная гонка. Я поймала себя на мысли, что мне очень хотелось узнать его имя. И узнать больше о нём самом. Я слегка смутилась от его слов, но решила не настаивать. Вместо этого я сделала ещё один глоток соджу, чтобы скрыть нервозность. Музыка на вечеринке словно отошла на второй план, оставив нас в своём собственном пузыре тишины и полумрака. — А что, если я захочу узнать? — вызов прозвучал из моих уст сам по себе, прежде чем я успела его обдумать. Он наклонился ближе, его глаза сверкнули в свете фар. Я почувствовала запах его парфюма — что-то свежее и мужественное, смешанное с запахом бензина и адреналина. Моё сердце забилось чаще. Он был так близко, что я могла видеть каждую ресничку, каждую линию на его лице, не скрытую маской. — Тогда ты должна будешь это заслужить, — прошептал он, и его взгляд скользнул от моих глаз к моим губам. — Или, может быть, я просто решу, что настало время. Он протянул руку и медленно, почти невесомо коснулся моей щеки. Его большой палец погладил кожу, посылая волну тепла по всему телу. Я замерла, дыхание перехватило. Весь мир вокруг нас исчез, осталась только его рука на моей щеке, его глаза, проникающие в самые глубины моей души, и напряжённое ожидание. Он наклонился ещё ближе, и я невольно прикрыла глаза, предчувствуя неизбежное. Я почувствовала его тёплое дыхание на своих губах, и в следующее мгновение его мягкие, уверенные губы накрыли мои. Это был нежный, но решительный поцелуй, который мгновенно заставил забыть обо всём на свете. О гонке, о соджу, о шумной вечеринке. Был только он и я, под мерцающими звёздами Нью-Йорка, и обещание чего-то нового, начавшегося прямо здесь, на капоте его красного спорткара. И сейчас, сидя в машине Сынмина, я еду на сеульскую гонку, воспоминая ночной Нью-Йорк и те самые губы, которые я до сих пор не могу забыть. Хвану я так и не ответила. Его сообщение мерцало на экране телефона, но пальцы не дрогнули, чтобы набрать ответ. — Ты молчишь, — он заметил, бросив на меня быстрый взгляд, — боишься, что проиграешь? Я усмехнулась, не отводя глаз от дороги. — Просто наслаждаюсь моментом. Впереди ещё много сюрпризов. Он улыбнулся, и я почувствовала, что эта ночь станет началом чего-то большого. Впереди — не просто гонка, а игра на грани, где ставки выше скорости и риска. И у меня появилось желание узнать — кто же на самом деле королева этой ночи?  – Что у вас с Хенджином? - неожиданно поинтересовался он, пока я наблюдала за ночным городом в открытое окно. – А тебя это волнует?- грубо ответила я, поправляя свою челку. – Волнует. Он же мой друг, а он связался с какой-то странной девчонкой, что я могу от тебя ожидать, - усмехнулся он не сводя глаз с дороги, руля одной рукой, а его локоть лежал на окне. — Странной девчонкой? — я отвернулась от окна и посмотрела на него, мои брови поползли вверх. В голосе, несмотря на попытку скрыть, прозвучала лёгкая обида, смешанная с вызовом. — А ты прямо эксперт по "странным девчонкам", да? Не думала, что парни так заботятся о своих друзьях. Он усмехнулся ещё шире, и я видела, как играют мускулы под его скулой. На этот раз в его глазах блеснул огонёк, говорящий о том, что ему нравится моя реакция. — Конечно, забочусь, — нарочито серьезно ответил он, не сводя глаз с дороги, которая теперь вела нас куда-то за пределы шумных районов, к более пустынным улицам, освещённым редкими фонарями. — Особенно когда вижу, как кто-то может вляпаться не туда. Что я могу от тебя ожидать? Ну, например, что ты не сломаешь ему сердце, — тон его был лёгким, но в словах чувствовалась какая-то непривычная серьезность, хоть он и пытался ее скрыть за насмешкой. Я фыркнула, снова поворачиваясь к окну, в котором Сеул проносился мимо. — Хенджин... — я запнулась, вспоминая нашу недавнюю встречу. — С Хенджином у нас ничего серьёзного. Просто... ничего. И ничего я ему не сломаю. Ты просто не знаешь меня. Наступила короткая тишина. Только тихое урчание мотора и шум проезжающих машин, что изредка встречались на нашем пути. Я чувствовала его взгляд, хоть и не смотрела на него. Наконец, он нарушил молчание. — Вот именно. Я тебя не знаю. И это... интригует, — его голос стал чуть ниже, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Он убрал локоть с окна и положил руку на руль обеими руками, хотя дорога была почти пуста. Казалось, он стал чуть более сосредоточенным на мне, а не на дороге. Я медленно повернула голову к нему. Его глаза снова встретились с моими, и на этот раз в них не было усмешки. Только что-то глубокое, изучающее, полное невысказанных вопросов. — Что ж, может, тебе стоит узнать, — прошептала я, чувствуя, как моё сердце снова начало биться быстрее. Это было приглашение, вызов, брошенный в полумраке салона. Он слегка наклонил голову, не отрывая взгляда. Дорога впереди была пуста, и казалось, что мы едем по какому-то невидимому туннелю. – Но я не горю желанием, - отрезала я, уставившись в окно. – Почему? Все таки надеешься на любовь Хвана? - задал вопрос Ким, завернув в поворот. – Ты что ты пристал ко мне со своим Хваном?!, - вскрикнула я, – Что, боишься я уведу его и тебе не с кем будет пиво по вечерам потягивать? – Дура, я о тебе забочусь, я же знаю какой он, - также громко сказал он. – Что? В смысле? Какая забота? Ты головой ударился? – Ты сто пудово знаешь Шин Рохи, - выпалил он и мое лицо резко побледнело, я знала ее историю. – И что ты хочешь этим сказать? - все мои жилки напряглись. – Просто держись от Хена подальше, больше ничего не буду говорить. Приехали, выходи, - отрезал брюнет и вышел из черного мерседеса. – Нет уж ты договаривай раз начал, - вылетела из машины я и как мы договорились поменялись местами, я оказалась на водительском месте. Чуть погодя он начал: – Просто знай, что он причастен к ее пропаже. – Сынмин, как же ты меня бесишь, ты можешь мысль свою договорить!? - разозлилась я и ударила по рулю, что он издал гудок. Также разозлясь он выпалил: – Он просто использует таких дурочек как ты, а потом отшивает. А Рохи…, - он сделал глубокий вдох и его голос стал спокойнее и тише, – Прикончил он ее. Мои глаза никогда не были такими круглыми, как сейчас. Спустя минуты две молчания я спросила: – Прикончил…Это в каком смысле? – В прямом. Утюгом зашкварил загородом и оставил, - коротко ответил Ким и издался звон о готовности к гонке: – Уважаемые игроки, подъезжайте ко страту. Начало через 5 минут. – Что встала? Дави на газ, - приказал Ким и пристегнув ремень я двинулась с места. Выходить из машины я не стала. Не хочу. И к тому же все бы почитали с вопросами. Какими? Все на спорт тачках, мотоциклах, а я на обычном мерсе. Так себе выбор для опасной гонки. В машине повисло напряжение. Такое откровение вызвало шквал эмоций и не только у меня. Я сидела и таращилась в лобовое стекло, Сынмин что-то делал в телефоне.  После его слов темно будет страшно просто проходит мимо Хвана, не то что взаимодействовать. И как он живет с этим? Как Сынмин с ним общается, а не такой же он? Вдруг он сейчас достанет нож из кармана и прямо в машине перережет мне горло. Мои размышления прервал стук в окно и лучше б я не поворачивалась. Передо мной стоял улыбающийся во все зубы друг Сонхуна, тыкающий пальцем на него, чтобы я обратила на него внимание. Его мал на стояла справа от. меня, а он подошел поближе к моему окну и начал показывать движения «как он меня отымееет». А потом наклонился поближе и поцеловал язык за щекой, показывая минет. Пока он был увлечен представлением для меня, совсем не заметил моего сопровождающего Кима на соседнем месте. И как только он подался чуть вперед, показывая себя, представление одного актера закончилось. Вся непринужденность, которая была в нём мгновение назад, испарилась. Лицо его было жестким, челюсть сжата. Друг Сонхуна, который ещё секунду назад ухмылялся, замер. Его глаза расширились, когда он наконец осознал, кто сидит в машине. Улыбка сползла с его лица, сменившись выражением чистого, неподдельного ужаса. Он дернулся назад, словно его ударило током. Ким не сказал ни слова. Он просто смотрел на него, его взгляд был тяжелым, обещающим неминуемую расплату. Повисла мертвая тишина, которую прерывала лишь отдалённая музыка с вечеринки. Друг Сонхуна, спотыкаясь, отпрянул от машины, его прежняя бравада полностью исчезла. Он попятился к своей машине, его тело было напряжено, как струна, а взгляд прикован к Киму, словно к хищнику, готовому броситься в любой момент. Начался обратный отсчет начиная с 10 и это означало одно. Гонка будет по настоящему важной. Соревноваться с бывшим- такого еще не было. Моё сердце билось, как загнанная птица. — Сейчас будет батл бывших? - усмехнулся Ким. Я знала, что он в курсе моей "истории" с Сонхуном, и это добавляло какой-то странной неловкости между нами. Почему то было стыдно, что я встречалась с таким мудозвоном. Я нервно поправила волосы, стараясь не смотреть на него. — Очень смешно. Сегодня я должна его порвать. Наказание, которое он придумает... — я не договорила, слишком унизительно было даже думать об этом. — Я просто не могу проиграть. Ким наконец оторвался от телефона и повернул голову ко мне. Его глаза сейчас были полны серьёзности. — Я знаю, — сказал он, его голос был тихим, но уверенным. Он окинул взглядом Сонхуна, который уже сидел в своей машине на стартовой линии, что-то уверенно поправляя. На лице Сонхуна играла та самая, до боли знакомая, самодовольная усмешка. — Просто слушай меня. И ты победишь. А ты разбираешься в гонках? Без сопливых разберусь, - рявкнула я. – Если хочешь поиграть и быть выебанной потом во все дырки - можешь меня не слушать, - ответил с ноткой упрямства он, на что я недовольно на него оглянулась. На стартовой линии черный мерседес встал рядом с белой машиной Сонхуна. Моё тело было напряжено до предела, руки крепко сжимали руль, ладони вспотели. Я бросила короткий взгляд на Сонхуна — он улыбался, словно был абсолютно уверен в своей победе. Эта ухмылка взвинтила меня ещё больше. Мотор рычал, готовый к рывку. В воздухе висело электрическое напряжение.  Девушка в красных шортах подняла черно белый шахматный флаг и я вдавила педаль в пол. Машина рванула вперёд с оглушительным рёвом, оставляя Сонхуна позади. Но ненадолго. Через несколько секунд его машина уже сидела у меня на хвосте, а затем, на первом же повороте, попыталась подрезать меня. — Держись правее! — Голос Кима был чётким, без тени сомнения. — Он пытается тебя вытолкнуть! Контролируй занос! Я резко вывернула руль, машина чуть повело, но я удержала её. Сонхун выругался, его фары мелькнули в зеркале. — Иди за ним! Не дай ему оторваться на прямой! — командовал Ким, его взгляд был прикован к дороге, но я чувствовала, что он контролирует каждое моё движение. — Сбрасывай газ перед поворотом, но не слишком сильно. И сразу же на разгон! Мы входили в череду виражей. Машина ревела, шины скрипели, а Сонхун то и дело пытался обойти меня. Он был агрессивен, как всегда. Я чувствовала его давление, его желание меня сломить. — Он играет на нервах, — спокойно произнёс Ким, — но ты знаешь эту трассу. Он не знает, как ты умеешь бороться. Сейчас, на следующем повороте, чуть раньше тормози. Дай ему подумать, что ты ошиблась. Я послушалась. Сонхун тут же среагировал, пытаясь воспользоваться "моей ошибкой" и нырнуть внутрь. — А теперь! — рявкнул Ким. — Газ в пол! РЕЗКО! Я вдавила педаль, и машина, словно хищник, вырвалась вперёд, блокируя ему путь. Сонхун резко затормозил, его шины взвизгнули, и мы получили отрыв. Я почувствовала, как адреналин с новой силой хлынул в кровь. Его уверенность в моей победе была заразительной. — Отлично! — Ким хлопнул меня по плечу. — Именно так! Теперь держи этот темп. Не дай ему шанса догнать. Последний круг! Мы неслись по трассе. Сонхун пытался, но мы уже были слишком далеко. Я видела его машину далеко позади. Лицо Кима было сосредоточено, но на нём играла лёгкая, победная улыбка. Он не говорил много, но каждое его слово было точным указанием, которое я беспрекословно выполняла. Наши движения синхронизировались, мы стали единым целым с машиной. Финишная черта приближалась. Я слышала рёв толпы, который теперь был победным кличем. Ким сжал мою руку, и я почувствовала, как его пальцы слегка погладили мою ладонь. — Ты сделала это, — прошептал он. — Ты победила. – Да!!! Ураа!!! - воскликнула я и накинулась на Кима с обьятьями, пока он в свод очередь застыл. – Ой, - резко отстранившись пискнула я, – Извини. Тут резкий удар в капот машины и я вижу перед собой разъяренного Сонхуна: – Шалава, выходи из машины! – Сиди здесь, - показал мне Ким и вышел из машины. Он смело подошел к Сонхуну и потянул за плече, на что блондин сразу ударил ему в челюсть.  Сонхун быстро восстановился после удара и замахнулся снова, но Ким уже приготовился к этому. Он ловко уворачивался от ударов, отвечая своими точными и хлесткими пощёчинами.  Следом Сынмин ударили блондина в нос, что я увидела как капельки крови попали на лобовое стекло. Звуки ударов эхо отдавались по всему двору. Драка могла закончиться чем угодно. Ким, не ожидая удара, пошатнулся назад, но быстро собрался и вернулся в бой. Он увернулся от следующего удара Сонхуна и попытался схватить его за запястье, но блондин был слишком быстр. Сонхун снова ударил — на этот раз в бок Кима. Я почувствовала, как внутри все сжалось от страха.  – Стойте! – закричала я, выбежав из машины, но меня никто не слышал. Вокруг нас собиралась толпа, зрители жадно наблюдали за дракой, кто-то подбадривал Сонхуна, кто-то Кима.  Сынмин наконец, смог схватить Сонхуна за плечо и толкнул его в сторону, но тот ловко вывернулся и врезал ему в живот. Ким согнулся пополам, и я увидела, как его лицо исказилось от боли.  – Сынмин!– снова закричала я, но он не обращал на меня внимания. Удар за ударом — оба парня были готовы драться до конца.  Но потом что-то пошло не так. Ким, пытаясь восстановить контроль над ситуацией, сделал резкое движение и случайно толкнул Сонхуна так сильно, что тот потерял равновесие и упал на землю. Это вызвало бурю эмоций у зрителей — кто-то начал кричать, кто-то смеяться.  В этот момент я заметила, как один из организаторов гонок подошел ближе и начал что-то обсуждать с другими участниками. Я поняла, что это может плохо закончиться для нас.  – Ты что, совсем с ума сошел? – закричала я, когда Сынмин наконец подошел ко мне, потирая вытирая кровь с лица.  – Я пытался помочь! – ответил он, его голос дрожал от злости и усталости.  – Помочь? Ты только все испортил!Теперь я в черном списке! – я почувствовала, как накатывает волна паники. – Да кому это вообще нужно?! – возмутился он, садясь за руль. – Мы просто должны уехать отсюда! – Ты не понимаешь! Я больше не смогу участвовать в гонках! – выпалила я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. Ким вздохнул и включил двигатель. Мы начали двигаться по дороге домой в тишине, но напряжение между нами нарастало. – Ты всегда так реагируешь? – спросила я, не выдержав молчания. – Ты мог бы хотя бы попытаться решить проблему иначе! – А ты думаешь, что я хотел драться? – выпалил он. – Я просто не мог стоять в стороне и смотреть, как этот придурок на тебя накидывается! – Но ты же не думал о последствиях! – возразила я. – Теперь я потеряла все! - рыдая кричала я. Ким резко повернул голову ко мне, его глаза сверкали злостью. – Я не хотел подставлять тебя! Ты не понимаешь! Это была спонтанная реакция!  – Спонтанная реакция?! – закричала я. – Это была идиотизм! Ты мог бы просто дальше сидеть в машине и мы бы поехали! Нет, тебе надо помахаться кулаками. Мы продолжали спорить всю дорогу домой, каждый из нас был уверен в своей правоте. Я чувствовала себя опустошенной — эта драка изменила всё. По дороге домой атмосфера была напряженной. Я пытался понять, почему Ким поступил так сражу после драки.  — Я защищал тебя, — тихо произнес он, пока мы въезжали в город. — Защищал? Это больше похоже на то, что ты навредил и себе, и мне! Остальную дорогу мы ехали в тишине. Осадок был неприятный. Эта гонка - была моей жизнью. Я там с 16 лет, а он приехал один раз и всё испортил. Просто перечеркнул всю мою жизнь. Он остановился возле ворот моего дома: – Сохи…, - хотел что-то сказать брюнет, но я молча вышла из машины громко хлопнув дверью. Зайдя домой, слезы снова полелись ручьем. Я агрессивно снимала с себя каблуки и не стесняясь вопела на весь дом. На часах было 3 ночи. Мы задержались там на долго.  И снова я слышу шаги отца и его грубый возглас: – Сохи! Пока я уже поднималась по лестнице, услышала его голос снизу: – Да отвали ты от меня! Сколько можно меня до меня докапывать! - кричала я, – Вы меня все  достали! Просто достал! Я хочу чтобы все оставили меня в покое!, - без стеснения эмоций я кричала во все горло, думаю люди на улице тоже слушали мою душераздерающую речь. Мне на встречу шел Дохен с чипсами в руке, на что я вязала и толкнула его со всей силы в сторону и его чипсы посыпались на пол, а я ушла в спальню, где проревела оставшуюся ночь.