Причина

      Моё место не здесь.        Я боюсь этих людей, боюсь этих многоэтажных домов, в которых находится огромное количество страшных вещей.       Я не хочу быть здесь. Я ещё не ушёл просто потому, что Винс обещал мне идеальное место, где я буду счастлив. Сомневаюсь.        А ещё Кавински постоянно тараторил о том, как сильно удивит меня однажды. Якобы сейчас рано и он не уверен в своих мыслях. Он вечно твердил о каком-то бреде, с которого я и правда был в шоке...       Хотя, нам ведь никогда толком не хватает времени на такие простые разговоры. Люди всегда стремятся говорить о чём-то высоком, о сложном и до безумия непонятном. Заходим своими глубокими размышлениями в такие непроглядные дебри, что, переплетаясь, они становятся тупиком из прутьев собственных же высокопарных словечек.       И тогда уже просто нет правильного пути назад - только дальше копать для себя эту яму, в которой будут лежать все громкие слова, все размышления о жизни и все философские темы.       Впрочем, я сомневаюсь, что хоть чем-то заслужил всё это от Кавински. Этот человек слишком снисходительно относился ко мне. Чересчур... Адекватно?

***

      - Что мне теперь делать? - Голубоглазый парень сказал это тихо, даже с какой-то надеждой на то, что его не услышат, как всегда не заметят и не обратят внимания.       - В смысле? - Блондин непонимающе посмотрел на комиссара.       - Я помог всем, кому только можно было. - Лололошка неопределённо пожал плечами. - Теперь я буквально бесполезен.       - Идиот. - Кавински закатил глаза и недовольно фыркнул. Ну вроде же взрослый человек, а по-прежнему в голову бред лезет... - У тебя есть поселение, Радан с Кейт, Райя и, между прочим, я сам. Делать тебе явно есть что.       - Мне кажется, что я подвожу вас всех... - Голубоглазый покачал головой, отрицая ранне сказанные слова. - Точнее, я абсолютно уверен, что я подвожу окружающих меня людей.       - Ты не подводишь людей, Ло. - Блондин подошёл немного ближе к "Дейву". - Ты никогда никого не подводил.       - Я ведь далеко не раз подводил тебя, когда ты просил о помощи. - Русоволосый устало вздохнул и мягко улыбнулся. Он прекрасно понимал, что подводил людей.       - Ты никогда не подводил меня, Дейви. - Бывший наблюдатель подошёл ещё ближе и ткнулся лбом в плечо растерянного собеседника. Лололошка и правда никогда не подводил. Никогда.

***

      Жизнь - трамвай, а смерть - конечная станция. За этим всем нет ничего, одна лишь серая и безликая пустота.       А один уставший комиссар всё стоит в очереди за билетом, но та вновь до безобразия длинная.       А касса, как всегда, работает только до шести вечера, из-за чего на следующий день он приходит в эту очередь снова и ждёт.       А Кавински до безумия устал злиться на это. Устал ненавидеть это тупое рвение и наполнять смыслом чужие картонные жизни, благодаря маленьким разноцветным маркам. Обладатель карминовых глаз хотел чувствовать и ощущать своё существование, как это было раньше. Он хотел наконец показать Лололошке, что за пределами этой очереди есть что-то интересное и яркое. То, что невозможно заменить или почувствовать во второй раз.       Винсу было довольно нетрудно осознать - любовь - смерть любого душевного покоя. Особенно в том случае, когда не можешь признаться, ибо рано. Потому что человек, которого ты любишь, лишь испугается чего-то нового и непривычного в своей безликой очереди.       А ещё потому, что Кавински не знал как правильно сказать. Ведь описывать свои ощущения и эмоции - ужасно, ибо это всё само по себе ужасающе.              - Какого это - любить? - Отчего-то тихо спросил комиссар, смотря в пустоту.       От этого вопроса Винсет даже поднял на него взгляд и едва заметно улыбнулся.       - Это больно.       - Боль и есть любовь? - Удивлённо спросил русоволосый. Он, вроде бы, не чувствовал никакой боли к блондину...       - Возможно, Ло. От этой боли так хорошо. И всегда хочется лишь больше. - Мужчина опустил глаза на свою руку, растирая меж пальцев практически прошедшее ощущение прикосновений голубоглазого комиссара. - Любовь - это отсутствие некой свободы. Она делает нас зависимыми.       - Получается... Ты зависим от меня?       - Получается так. - Винс пожал плечами, слегка улыбаясь.       Лололошка был всем. Жизнь и смертью. Причиной выйти из нудной очереди и причиной вытащить его самого. Знаете... Такой вот яркой, странной и загадочной причиной. Потому он и был всем. Потому Кавински и вспомнил о таком тяжёлом наркотике, как любовь.