Кровавый алхимик

1175 г.

Каэдвен, Синие Горы, Каэр Морхен

Сразу после подъема был не завтрак…а выдача личных вещей. Да именно так. В крепости был завхоз – матерый ведьмак со шрамами – Бартош. Как мне сказали именно он заведует снаряжением и оружием в крепости. Хотя в ведьмачей школе не как в армии. Тут о твоем материальном обеспечении никто не заботится, если нечего носить, ну сам разбирайся. А мне именно нечего носить. Уезжая из дома, я был одет в короткий зипун, а под ним у меня была простая рубаха. Заниматься в таком, какими-либо упражнениями, и при этом не испортить саму одежду, задача нетривиальная. Приглядевшись утром я понял, что часть «новобранцев», которые прибыли в крепость незадолго до меня, одеты кто как. Большинство были в полу рваных обносках, странно как Весемир спускает это с рук. Хотя знаю, как, Эскель еще вчера говорил, что часть мальчиков просто прячется в крепости. Так вот, те кто в школе был уже не первый год посоветовали наведаться на склад за нормальной одеждой. Да и я сам хотел получить приличный комплект одежды. В деревне я бегал и в том, что было, но там это были простые игры, а тут…я пока и сам не знаю. Найти склад не составило проблем, благо взрослые ведьмаки помогли с поисками. Войдя в комнату мне предстала интересная картина. Местная каптерка была почти полностью забита разным снаряжением. Вдоль стенок стояли стенды с мечами, на полках стояли десятки бутыльков с разными зельями, тут и там висели, и сушились шкуры животных. – Кто там опять пришел? – грузный ведьмак что рылся до этого в одном из сундуков, обернулся ко мне. Его лицо, испещрённое различными шрамами, вызывало ужас, а низкий, с хрипотцой, голос дополнял образ. У Бартоша была пышная, черная борода, при этом голова гладко выбрита. Одет он был в нестандартную броню, если память не подводит, то это набор ведьмачей гроссмейстерской брони школы Волка. Выглядит как броня Ламберта из «Дикой Охоты», но с бОльшим количеством перевязок с шипами. Наручи и наплечники тоже выглядели интересно, они были собраны из нескольких слоев кожи и кольчуги, что чередовались, и каждый слой накрывал другой. Броня выглядела достаточно легкой, хотя кольчужных вставок на ней было гораздо больше чем на стандартной броне «волков». Интересно как быстро такой гигант, думаю метра два в высоту, может сражаться в ней. – А, извините. Мне сказали вы можете выдать мне какую-нибудь одежду…Я в школе всего второй день, и ходить мне не в чем, – ведьмак удивлено посмотрел на меня. – Гарпия меня дери, первый раз вижу, что бы кто-то из молодняка ко мне приходил. Обычно ведь по крепости прячутся как крысы… –Я…Наверно пойду тогда, – не очень хочется злить такого верзилу. Так уж и быть, похожу пока в этом. Может…Как-нибудь найду себе одежду. – Ну раз уж ты пришел, то почему бы и не дать тебе какой рубахи. У меня добра разного хватает, найду что-нибудь, – Бартош осмотрел меня, после чего хмыкнув направился в соседнюю комнату. Вышел он оттуда спустя минут пятнадцать. –Так ну держи, – ведьмак протянул мне сверток, в котором по ощущениям находилось что-то из ткани, – тут конечно не Новиградская швейная мастерская, но тебе хватит пацан. Для тренировок так точно…А уж потом…Ну заглядывай в общем если что понадобиться, мне не жалко, от новобранцев много вещей остается, – последняя фраза мне не очень понравилась. Но в целом не смотря на внешний вид, Бартош стал выглядеть в моих глазах скорее, как добродушный бугай. Конечно оценка для ведьмака, который судя по шрамам боец как минимум хороший, странная, но не суть. – Тебе лучше поторопиться на тренировку, если Весемир поймает тебя прогулявшемся по крепости, то такую взбучку устроит, от моего шмотья ничего не останется потом, – Я взглотнул. – Ну я побегу, – как-то нервно сказал я, выбегая со склада. И так что входило в комплект юного ведьмака: две рубахи, вышитые из крепкой ткани, свободные штаны, портянки куда без них, и что меня действительно удивило, ботинки! Не современные конечно, но какая никакая обувь, сделанная из свиной кожи. Понятно, что они были мне большие, на размеров этак пять, видно что шились для уже подростков. Но ничего страшного, благодаря портянкам можно было на пару размеров увеличить размер ноги, из-за чего бегать можно спокойно. Не в лаптях же бегать несколько километров. Разумеется, вся эта одежда была не новая, и предполагаю, что я даже не второй владелец, но грех жаловаться. Далее я решил всё-таки найти мою группу, которая уже должна приступить к тренировкам. Когда я уходил искать себе одежду, Эскель предупредил, что я так пропущу завтрак. Но поесть можно и потом, а вот мозоль от неудобной обуви или порванная рубаха, будут приносить дискомфорт еще долго. По себе знаю, будучи студентом постоянно стараешься на всем экономить. Поиски не продлились долго. Как только я выбежал на улицу то сразу заметил группу детей, расположившихся в центральном дворе, рядом с ними стоял Весемир, который сразу меня заметил. – А вот и наш новичок, не заметив тебя в трапезной я уж решил, что ты, как и большинство новеньких, спрятался где то, ан нет, – ведьмак пристально меня осмотрел, зацепившись взглядом за «новую» одежду. – Вижу ты наведался к Бартошу. Хвалю, запомните, – он повернулся к остальным мальчикам, – хорошее снаряжение – залог выживания где бы то ни было. Всегда следите за качеством своей брони и не скупитесь на ремонт, лучше переплатить пару золотых чем подохнуть от когтя грифона. После лекции мы все же приступили к упражнениям. В начале была обычная разминка: приседания, отжимания и небольшая пробежка вокруг двора. А вот дальше…Лучше бы я действительно спрятался где-то в замке. – А теперь все бегом по стандартному маршруту вокруг замка. Замечу что кто-то филонит – лично выпорю, – все юные ведьмаки резко оживились после этих слов, а многие, не смотря на угрозы Весемира, постарались ретироваться. – Мучильня… – в пол голоса сказал Геральт. А меня затрясло до дрожи. Хорошее место «Мучильней» не назовут точно. А я к тому же прекрасно знаю, что это такое – сложнейший маршрут вокруг замка, на котором по слухам, которые я запомнил еще с прошлого мира, когда проходил игру и читал книги, погибло не мало новобранцев. – Ян, беги за мной и не отставай. Я постараюсь бежать медленнее что бы ты привык. Но держись ближе ко мне, если ты отстанешь, то с легкостью потеряешься и не факт, что доживешь до вечера, – последняя фраза еще больше убедила меня в том, что лучше бы я не выделывался, а как все здравомыслящие люди, шкерился по углам. – Эта «Мучильня» на столько опасна? – Очень, старшие говорят, что там часто встречаются монстры, но я пока не встречал их. – Монстры…А разве ведьмаки не должны их убивать? – понятное дело юных воинов надо на чем-то тренировать, но ведь не так, без оружия и знаний кидать бывших крестьянских детей на убой. – Как говорят старшие, это бесполезно. Нечисть постоянно сюда возвращается. Так, ладно. Побежали уже, а то Весемир вставит так что гузно потом болеть будет долго. Мы неспешно понеслись из замка. По началу я думал, что такой медленный темп Геральт поддерживает что бы я мог бежать сзади, но я быстро понял в чем был нюанс. «Мучильня» с первого взгляда…Не представляла ничего, потому что любой здравомыслящий человек не признает в едва видимой тропке где отсутствует трава, дорогу по которой стоит не то что бегать, а просто ходить. Я честно удивился, почему маршрут, по которому регулярно из года в год носятся юные ведьмаки, выглядит не как проторенная дорога, а скорее, как узкая тропинка, по которой может пройти только один человек. С этой загадкой я надеюсь разберусь потом как-нибудь, все же сейчас мне не до этого. Тропинка из грязи плавно перетекла в камни. Бежать стало мягко говоря некомфортно, на «дороге» постоянно встречались повалившиеся деревья и прочие ветки. А я пытался не упустить из виду моего сопровождающего. Пару раз мимо нас быстро проносились пару резвых мальчишек. Дураки, это я понял спустя примерно двадцать минут неспешного бега, когда откровенно выдохся. Геральт подошел ко мне. – Не останавливайся, собьешь дыхание. Мы еще даже половины не пробежали. – Ч-что, – прохрипел я, понимая, что до конца уже не добегу. И тут как черт из табакерки из-за угла выбежала главная язва Каэр Морхена – Ламберт, за ним бежал взлохмаченный Эскель. – Что новичок, уже сдулся? – с очень язвительной улыбкой сказал Ламберт. – Ламберт, вспомни как сам первый раз тут бегал, – Эскель толкая Ламберта прошел ко мне, доставая кусок хлеба из-за пазухи, – Держи, придержал с завтрака. Второй раз мне повторять не надо, хлеб был вырван из рук мальчика и тут же съеден, немного успокаивая живот. Набравшись сил я все же продолжил бежать, надеясь, что все же маршрут станет проще… Не стал. К постоянно виляющей «тропе» прибавились элементы паркура, так как кроме деревьев на маршруте стали регулярно появляться камни и валуны. Подлесок быстро закончился, стоило бы радоваться, ведь теперь деревья по бокам от тропы не мешают бегу, но нет. За подлеском начались натуральные скалы, все же Каэр Морхен располагается в горах, это означало что любой шаг влево или вправо с тропы означал падение с метров десяти. Энергия от куска хлеба быстро закончилась, и я опять выдохся. Но несмотря на это продолжал бежать, и будучи в хвосте троицы ведьмаков, старался не потерять их из виду. И пару раз, не увидев макушки Эскеля за поворотом, точно был уверен, что всё, это конец, я точно останусь на этих скалах. И хотя на улице давно минусовая температура, а я лишь в тканевой рубашке, но холодно не было. Было безумно жарко, а легкие просто пылали после вдоха холодного горного воздуха. Ощущения были, словно находишься в хорошо разогретой парилке. Ставшие ватными ноги, не прибавляли комфорта. Но останавливаться нельзя, тропинка слишком узкая что бы здесь могли пройти даже два ребенка, и, если я остановлюсь, и из-за того, что ноги держать меня уже не могут повалюсь на спину, мое тело сбросят с обрыва что бы не мешал. Я бежал, сам не знаю почему, задумываясь зачем мне это. Ведь проще сейчас скинуться со скал и закончится это мучение, которое будет преследовать меня на протяжение многих лет. Ведь да, это лишь первый день моих тренировок, а что будет дальше. Один шаг и … Нет! Мне надо жить! Зачем я определюсь потом, а сейчас просто бежать. Ведь если я не буду сильным, то во мне разочаруется троица юных ведьмаков… Точно! Мне надо терпеть все это, что бы эти юные монстроубийцы не бросили меня одного тут. Мне очень повезло, что со мной, оборванцем, ничего не умеющем и незнающим стали общаться мальчики, которые провели тут уже больше года и видели много таких как я. Это мой шанс. Шанс выжить тут, шанс стать сильнее, шанс узнать больше. Мои мышцы будут изнывать от боли, я буду помирать на этих скалах, но я буду стараться что бы со мной общались, что бы меня считали равным. Спустя еще два десятка минут бега я все же споткнулся. Ноги безумно ныли, и я точно натер мозоль с непривычки. Наверно даже в прошлой жизни не приходилось так много бегать, всё ограничивалось получасовой пробежкой до универа утром, и где-то часом, с дополнительной остановкой в магазине, вечером. Тут же, мы суммарно бежали уже больше двух часов. Упал я благо более-менее удачно, кое как сгруппировавшись в последний момент, я не полетел камнем вниз со скалы, а остался лежать на дороге, головой вниз, с видом на…труп. Меня тут же вырвало, вниз на камни. Я смотрел на полуразложившийся труп ребенка. На руках и ногах не осталось мяса, почти голые кости. Одежда на теле была полностью разорвана, живот был распорот, половины внутренних органов не хватало, остатки лежали рядом с телом. Голова…по ней сложно понять даже примерную внешность мальчика, настолько она изуродована или скорее изъедена. По размеру тела я смог понять только то, что это был мой ровесник, и от этого меня кинуло в холодный пот. Одно дело видеть трупы на вскрытии, свежие, почти как живые. Это же…вид детского изуродованного трупа вызвал у меня приступ паники, а затем… думаю это был мой первый нервный срыв. Резкая головная боль, перетекшая в остальное тело. Меня сковала паника, сердце неестественно быстро стучало, дыхание было урывками. Какого хрена я тут забыл, в этом чертовом средневековье, в крепости посреди гор, среди детей которых бросают на смерть. Наверное, впервые за восемь лет я задам этот вопрос богам: – Почему вы не дали мне умереть! Зачем вы послали меня сюда! – крик был истошным, а слова эхом разнеслись по округе. Голова нещадно болела. А я продолжал смотреть на изуродованное тело. В пустые глазницы, через которые я видел последние минуты жизни мальчика, как он так же, как и я бежал по этому проклятому серпантину, споткнулся, упал и больше не вставал. Или…Поза была неестественна для человека, который упал со скалы. Руки и ноги были вывернуты, но тело лежало на спине, а голова покоилась на камне. После падения мальчик был жив, он смог перевернуться и просто лежал, смотрел как его «товарищи» пробегали рядом, и никто из них не стал ему помогать. Наверняка в последние минуты жизни он хотел лишь быстро умереть, но судьба ему этого не позволила. Он медленно истекал кровью, пока душа окончательно не покинула его тело. Я лежал, и думал, что вероятно я помру так же, как и этот несчастный, никаких сил бежать дальше у меня не было. Ни душевных, ни физических. Восемь лет я прожил в этом мире, и их сложно назвать трудными. Да, жизнь в средневековой деревне некомфортная, но ничего смертельного. Есть какая никакая еда, свобода передвигаться где ты хочешь, и за неповиновение тебя максимум выпорют. Можно просто наслаждаться жизнью, что я и делал. Всего пару недель назад, в родных Блашках я просто жил как ребенок. Мне не было дело до спасения мира как всем попаданцам, которые попали в любимый фендом. Я просто хотел радоваться жизни как маленький мальчик, ни о чем не задумываться и плыть по течению судьбы. Я конечно старался думать о своем будущем, но не прилагал для этого существенных усилий, первоначальный ужас от того что я переродился в средневековье, быстро прошел, и я просто забылся, максимум собирая слухи о соседних деревнях. Не знаю, может размер мозга так влиял на мою психику. Я был несерьезен, вел себя как обычный ребенок, лишь в редкие моменты вспоминая что мой суммарный возраст перевалил за четверть века. Ну или я действительно был «дитём» и раньше, уделяя время «детским глупостям» таким как игры и сериалы. Наверно, из-за моей детской психики мне так сложно принять неизбежность смерти, взрослая часть неустанно твердит, что скоро я помру в этой крепости, но детская часть доказывает, что нет, ко всему можно привыкнуть, что это не конец. Дети всегда приспосабливаются к изменениям и легче принимают их, но мой внутренний ребенок проигрывает взрослой, рациональной части. И это сражение прямо сейчас уничтожает мой мозг изнутри, и катализатором стал именно этот несчастный ребенок, сорвавшийся со скалы за пару месяцев до моего прихода в школу. Вид полусгнившего трупа распалил чувство безысходности, страха, страха перед смертью. Я… Из приступа паники меня выдернул мальчишка с каштановыми волосами и серьезным выражением лица. Он успел перевернуть и поставить меня на колени и активно тряс меня за плечи. – Ян! Ян, очнись! – крик мальчика привел меня в сознание, и я сфокусировался на реальности. За плечи, сидя на коленях, меня держал Геральт, рядом стоял Эскель и на удивление серьезный Ламберт. «– Ты наконец очнулся», – сказал без капли яда Ламберт. – Я…– не сумев сформулировать мысль я просто показал рукой на труп. Мальчики синхронно повернули головы, после чего скривились. – Понятно…Мы услышали твой крик и сразу развернулись. А когда прибежали ты лежал и отсутствующим взглядом смотрел вниз скалы. Мы уж подумали, что ты того…– скомкано протараторил Эскель. – И долго я так лежал? – Минут десять, когда ты не пришел в себя спустя пару минут мы начали беспокоиться. – Беспокоиться? Но почему, я в школе всего день, а вы так за меня печетесь. Я уверен вы видели десятки таких как я, – почему-то именно эти слова вырвались, может потому что именно эта мысль стала беспокоить после «мысленного конфликта». Я чувствовал тут подвох, с чего мне доверяют. Где я успел проявить себя, бессмысленно ждать от маленьких детей подставы, но зародившаяся паранойя настойчиво доказывала, что тут что-то не так. В подтверждение этому, вся троица как-то отвела взгляд. Но на удивление голос опять подал Ламберт. – Честно…Это Геральт настоял, конечно и Эскель говорил, что ты вроде нормальный пацан. Но сегодня утром и пока мы бежали Геральт говорил, что чувствует, что в тебе есть толк. Ну а мы поддержали. Да и мне…Не хочется быть самым мелким тут, вот, – у меня…нет слов. Я понравился Геральту? Хотя «понравился» неподходящее слово, скорее заинтересовал. Очень странно. Геральт тем временем отвел взгляд. И слово взял Эскель. – Ну все, Ян. Давай мы тебе поможем добраться до крепости, а там уже определим, что с тобой делать. Весемир…Он конечно строгий, но он поймет, что тебе сегодня надо отдохнуть. Меня подхватили под обе руки и быстро понесли к замку. Мышцы все так же ныли, сам бы я не смог пройти и пару шагов не упадя. Да и головная боль донимала, хоть я старался сейчас ни о чем не думать. Через пол часа мы добрались до замка, что интересно зашли мы не через главный вход в воротах, а через небольшой проход в стене, со стороны скал, где мог пройти максимум один взрослый мужчина в доспехах. В центральном дворе стоял Весемир и смотрел за тем как десяток мальчиков повторяют комплекс упражнений что мы делали перед «Мучильней». Пока еще не старый ведьмак посмотрел на нас, хмыкнув и пробубнив что-то себе под нос. – Геральт, Эскель и Ламберт, вместе с нашим новеньким Яном, я забеспокоился, когда вы задержались, думал уже сам сходить, посмотреть куда вы пропали. Рассказывайте, что произошло, – закончив говорить он впился взглядом в меня, ввиду того что я выглядел самым пострадавшим. Мне ничего не оставалось как выпалить что устав бежать я упал и увидел гниющий труп, после чего потерял самообладание. Краткий пересказ всего произошедшего сам вырвался из моих уст, я хотел, чтобы меня…поняли? И на удивление это помогло, после краткого пересказа мне стало лучше, наверно. Весемир сказал что-то троице «недоведьмаков» и они шустро побежали к остальным мальчишкам продолжать тренировку. Геральт лишь бросил на меня печальный взгляд, в нем читалось сожаление и кажется сострадание, кажется это первый раз, когда я заметил на лице Геральта живые эмоции. – Ян, выпей. – Весемир протянул мне кожаный бурдюк, немного помедлив я сделал глоток. Жидкость внутри была с ярко травяным вкусом, приятно обжигала горло и горечью оседала на языке. На алкоголь не похоже, но лучше мне стало. Нервный срыв сошел на нет, голова перестала болеть и мысли устаканились. Боль в мышцах тоже унялась. Следом за флягой Весемир достал из поясной сумки кусок вяленого мяса, я незамедлительно взял его. Солоноватая, с нотками горных трав, свинина была съедена моментально. После длительного бега небольшого куска мяса что бы наесться было мало, но сам вкус мяса с хоть какими-то специями вызвал у меня огромный всплеск эндорфинов, до этого я пробовал только варёное или очень пересоленое мясо птицы, это же свинина. В общем я наконец полностью успокоился, что заметил Весемир. – Значит ты увидел смерть, скажу честно, твоя реакция довольно необычная. Большинство детей при виде мертвых тел впадают в истерику и после стараются не покидать замок. Я не смею их осуждать, наша профессия слишком специфическая, и была бы моя воля ведьмаки не брали бы столь юных учеников, но как сложилось...Но твоя реакция довольно уникальная, ты был не напуган, а поражен. Таким взглядом смотрят взрослые, на смерть детей. Ты уникальный мальчик, Ян. Я бы очень хотел увидеть, каким ведьмаком ты станешь. – Поэтому вы мне помогаете? – слова Весемира звучали как типичное восхваление «юных дарований», но что-то меня в них зацепило. Он…как будто читал мои мысли, мои переживания, и понял он это только из взгляда. Да и не чувствовал я восхваления, скорее констатацию факта. – Хах, не совсем. Я стараюсь помогать всем ученикам, сколько могу. В этом заключается моя должность наставника. Но…все же больше я уделяю время тем, кто как-то выделяется…И очень интересно что ты поладил с Эскелем, Ламбертом и Геральтом, эта троица, не смотря на различия в характере, довольна дружна. Хммм, – Весемир задумался, смотря на приседающих детей, после чего кивнув сам себе повернулся обратно ко мне, – Пока можешь отдохнуть, после обеда продолжишь упражнения. Можешь делать половину, для первого дня в замке ты неплохо себя показал. Смог пробежать сложный путь, хоть и с помощью товарищей. Тренируйся в том же темпе, и через пару месяцев с легкостью сможешь пробежать с десяток верст, – наставник ушел контролировать юных ведьмаков, а я просто смотрел на солнце, которое было уже в зените, и не о чем особо не думал. Отдых прошел быстро, вся младшая группа пошла на обед, и я вместе с ними. Наполнение обеда от ужина ничем особо не отличалось, всё тоже рагу с овощами и мясом, салат и вода с хлебом. Вот только сейчас понял, что вода имеет специфические привкус трав, похожий на ту жидкость что давал мне Весемир. Может какие-то травы для укрепления организма. Я старался отъестся и за обед, и за завтрак, который пропустил, благо Геральт поделился частью рагу. Думаю, все же расспрошу, от чего у него такой интерес ко мне. И удачный момент для этого выбился. После приема пищи у нас оказалось свободное время, Весемир, после появления какого-то странного человека в бордовой робе до пола, удалился вместо со старшими ведьмаками в сторону одной из башен. Я же, пока Эскель с Ламбертом опять собачились, подловил Геральта и прижал его к стенке в проходе. – Геральт, ты меня извини, понимаю, что это не очень деликатно. Но… – не успел я продолжить мысль как мальчик меня перебил. – Ты хочешь спросить, почему я поручился за тебя. Честно? Сам до конца не понимаю, просто…Когда впервые увидел тебя то почувствовал в тебе что-то необычное, – так, а вот с этого места поподробнее. Что во мне может быть такого особого что восьмилетний мальчишка может почувствовать. Геральт на сколько помню сын ведьмы, может он магический талант или что-то наподобие от меня уловил. Или же…В то что я Дитя Старшей Крови я не верю точно, ну вот не может в роду обычных крестьян (или не совсем обычных, вспоминаем Зофью) в Каэдвене затесаться внебрачный потомок Лары Дорен. – Что конкретно? – Не могу точно описать. Уверенность что ли. Знаешь, я мало помню свою мать, но она говорила, что надо верить своим внутренним чувствам, и если чувствуешь, что человек хороший то так оно и есть ((П.а В каноне Висенья – мать Геральта, отдала его на воспитание друидам (или же по другой версии в Каэр Морхен, но в этот вариант я не верю, что делать младенцу в крепости где только мужики) когда тот только родился. Но здесь ситуация иная, и она будет объяснена позже по сюжету, поэтому просьба – в комментариях не возникать что «не канон»)). Вот я от тебя и почувствовал, хотя с Эскелем и Ламбертом такого не было, – внутреннее чувство, интересно. Точно не уверен, но в этом мире должно с лихвой хватать зелий и заклинаний, которые могут вызвать любой спектр эмоций, от ненависти до любви. И почему ведьма порекомендовала своему сыну верить чувствам я не пойму, может у них родовой талант какой. Ну или Геральта просто тянет к странным людям. – Ладно, постараюсь не уронить твою уверенность во мне. Остаток дня ничем особенным не запомнился. Весемир после возвращения запряг нас таскать коробки из внутреннего двора в замок. А после и дрова, которые лежали уже вне замка, около леса была хижинка где заготавливали дерево, а так как уже начал идти снег, поленья надо перенести в сухое место что бы они не отсырели. В сон я провалился, как только упал на кровать, так сильно я устал за день. Это точно был самый сложный день за последние восемь лет. Но чувствую, в будущем обучении будут дни и сложнее.