Один из спокойных дней.

Это был один из спокойных дней. Нет, разумеется, всë не стало вдруг прекрасно,как по щелчку пальца, они так и не поговорили, так и не согласились друг с другом. Но это был один из тех дней, когда они притворялись, будто всё как раньше. Будто они никогда не бывали в больнице Рубинштейна, будто не было никаких шрамов на лице и сердцах, будто только недавно отцвел тот самый, любимый ими куст сирени у библиотеки, будто только недавно гуляли по крышам, провожая закат. Притворялись, что всё ещё в порядке. Близилась ночь: ещё не стемнело, ведь на дворе конец июня, но несколько звёздочек уже зажглись на небосводе. Тёплый ветерок, проникший через сетку на распахнутых настежь окнах, приятно ласкал кожу. Володя делал чай, Поэт устроился на диване с кошкой. Помимо ветра из окна лилась музыка – неподалёку, видимо, в честь сдачи экзаменов, подростки решили устроить небольшой танцевальный вечер. Стоит отдать должное – музыку действительно была хорошей и не резала слух. Даже не хотелось закрывать окна, чтобы оградиться от лишних звуков, наоборот, мелодия как нельзя хорошо подходила этому вечеру. Еë дополняли и звуки, исходившие из квартиры – постукивающая о стенки чашки ложка, мурчащая кошка и барабанщие по кофейному столику пальцы. От чего-то этот вечер ощущался невероятно свободным, лёгким. Может, это ощущение придавал ветерок, который будто вот вот подхватить, и унесёт далеко далеко, словно бабочку, а может, на это влияло ощущение, что всё хорошо, что вот – то самое место Поэта в мире, где его ждут и любят. Конечно, не стоило об этом думать, ведь завтра это притворство закончится и всё вернётся на круги своя – стихоплëт уйдёт на свой забытый сырой чердак и будет придумывать изощрённые планы, Кризалис вернётся к своим новым друзьям и вместе с ними станет "бороться со злом". Ведь всё это просто такая игра в прошлое, завтра придётся о ней позабыть. Но что плохого в том, чтобы сейчас полностью ей отдаться, с головой окунуться в эту несбыточную мечту? Об этом оба потом пожалеют, однако если думать о будущем, то лучше вообще прекратить так видеться, а этого не хочется обоим. Володя подходит и ставит чашки на столик, а Поэт, вместо того, чтобы взять одну из них в руки, поднимается с дивана, протягивая Кризалису руку. – Может, потанцуем? – Улыбаясь, предлагает он. Кризалис пару секунд растерянно смотрит то на Поэта, то но протянутую руку. – Я ведь не умею танцевать. С такой же доброй улыбкой на лице отвечает Володя. Поэт прекрасно знает, что это ложь – в прошлом, когда он узнал, что у Жени дома есть коллекция винила и проигрыватель, они всю ночь на пролет слушали музыку, танцевали. Стихоплëт уже собирается уличить Кризалиса во лжи, но тот всё же берёт его за руку. – Но если ты не боишься, что я отдавлю тебе ноги и обещаешь подсказать,что мне делать – давай. – Обещаю. Из за окна как раз начинает литься мелодия новой включённой песни. Раз, два, три, четыре Поэт перехватывает руку партнёра поудобнее, а вторую кладёт ему на плечо. Володя мгновение медлит, после чего всё таки осторожно укладывает свою руку Поэту на талию. Шаг, два и мы уже в танце Поэт делает пару шагов в сторону, Кризалис повторяет. Стихоплëт уверен в том, что делает, а Вова просто пытается не облажаться. Чтобы хоть немного помочь, брюнет начинает шёпотом считать "Раз, два, три, четыре". Четыре, и нам бы неплохо остаться друзьями, но Женя отступает назад, партнёр повторяет движение. Володя мешкает, явно боясь оступиться, но видно, что он очень старается, и это умиляет. Шансы спастись перечëркнуты все, И тебе остаëтся вести пассе. Снова шаг в сторону, потом другой и ещё один. Движения становятся чуть увереннее и Володя поднимает глаза, встречаясь взглядом с Поэтом. И это дыхание рядом, Четыре, и нет оправдание взгляду, Не надо его отводить – это нас не спасёт. Кризалис запинается, слегка сбивая ритм, но Женя реагирует на это с доброй улыбкой, продолжая вести танец. Это танго, и в нём можно всë! Вертятся нежности на языке, Но никто из не произнесёт. Нам объясниться поможет паркет, Это танго, и в нём можно всё! Поэт продолжает вести танец по кругу, начиная немного поворачиваться, чтобы действительно "кружиться в танце". Володя сперва растерялся, но когда понял, куда девать ноги, снова взглянул в глаза Поэта, стараясь ни на мгновение от них не отрываться. И плавятся вгляды напротив, Четыре, и пёстрая публика вроде не против. Действительно, "пёстрая публика" в лице кошечки, сидящей на подлокотнике дивана вовсе не против, она просто наблюдает за танцующей парой, будто радуясь за них. Поэт, совсем отдавшись танцу, лёгкости и комфорту, который он чувствует, чуть смещает руку, до этого спокойно остававшуюся на плече Володи к шее, а после пальцы ползут к затылку и зарываются в пшеничные, чуть отросшие за последнее время волосы. Она нам простит, принимая как факт Наш бестактный тактильный контакт. – Здесь затакт. Улыбается Поэт, на секунду останавливаясь. Кризалис, не до конца понимая, что ему делать, чуть запираниется, но тоже останавливается, глядя в зелёные глаза напротив с немым вопросом. Через пару аккордов стихоплет снова начинает считать "раз, два, три, четыре", и ритм танца возобнавлчется. Вспышка уже неизбежна, Четыре, и мне уже больше не страшно быть нежной. При смелости внешней своей ты, конечно, Добьёшься меня и спасёшь. Слова будто предсказывали реальное будущее, в которое Поэту верить совсем не хотелось. А вот Жене очень. Конечно, быть злодеем приятно, ведь тебя уважают, ты можешь получить всё, что хочется, ты внушаешь страх, но.. По правде говоря, Поэт себя счастливым не чувствует. Конечно, цель ещё не достигнута, может, когда он всё таки отыщет Рубинштейна и отомстит ему станет легче, но.. В душе, настоящему Жене хотелось иногда всё бросить, заявиться к Володе и остаться уже насовсем. И он приходил, но сбегал, потому что становилось страшно. Страшно оказаться зависимым, заключённым. Но в этом вечере это было неважно: сейчас можно просто притвориться, что всё как раньше. Пока на руках нас крещендо несёт Это танго, и в нём можно всё! Вертятся нежности на языке, Но погаснут и звуки, и свет Сколько историй расскажет паркет, Где имён и развития нет. Музыка стихла. Видимо, на этом танцевальном вечере она была заключительной, но какая разница? Сейчас важны были только глаза напротив. Рука Поэта проскользила с затылка к шее и легла на щеку Володи. Тот, казалось, даже этого не заметил, продолжив полным нежности взглядом смотреть на Женю. Брюнет просто не выдержал. Этот взгляд, это родное тепло, эта нежность и лёгкость.. Невозможно было сопротивляться. Поддавшись порыву он наклонился и поцеловал партнёра по танцу в губы.