Игры Скворцовой

На работу Скворцова ехала с улыбкой. Даже таксист удивился тому, что девушка в такую рань едет веселая, а не с полузакрытыми глазами, стараясь доспать по пути к офису. Мужчина, конечно, поинтересовался в чем секрет ее бодрости, но рассказывать про свою начальницу Соня не стала. Поднявшись на лифте, девушка сразу заметила Нечаеву, которая сидела на столе Инги, залипая в телефоне и куря джул. Самой Инги, впрочем, как и остальных коллег, еще не было на рабочем месте. Услышав шаги, женщина подняла взгляд в сторону звука и улыбнулась: — Доброе утро, зайчонок. — Доброе. — засмущавшись, ответила Соня, подходя ближе. Девушке хотелось поцеловать Ксению Борисовну, но она не решалась этого сделать. В отличие от самой Нечаевой, которая подхватила блондинку за бедра, притягивая к себе, и впилась в ее губы. Соня охотно отвечала на поцелуй, обхватив шею замминистра руками. От мысли, что в любой момент кто-нибудь может подняться в офис и увидеть их, кружило голову. Женщина подтолкнула Скворцову еще ближе, заставляя ее чуть ли не сесть к себе на колени. Соню сложившаяся ситуация заметно возбуждала, но Нечаева отстранилась: — Рано, зайчонок. Ксения Борисовна встала и ушла к себе в кабинет, оставляя девушку с мыслями побежать за ней. Вздохнув, Скворцова передумала и пошла к себе, стараясь настроиться на работу. В скором времени пришли Викентьев, Инга, а затем Луч и Скотч. Поскольку Тихомиров был на собрании ветеранов, а от Нечаевой заданий не поступало, то можно было и ничего не делать. Бабы обсуждали всякие бытовые вопросы, не замечая, как быстро летит время. Ближе к обеду министр вернулся в офис. И с хорошим настроением. — Отличная речь, Софья Андреевна. — похвалил Тихомиров. — через десять минут собираемся у меня в кабинете. Услышав о его возвращении, Ксения Борисовна вышла из своего кабинета, подталкивая Женю идти быстрее. Закрыв за собой дверь, женщина окинула начальника серьезным взглядом. Тихомиров все равно продолжал улыбаться, рассказывая о теплом приеме. — Скворцова-то, может, речь хорошую и написала. — остановила его женщина. — Только кто теперь это все делать будет? М? — она глубоко затянулась, выпуская пар чуть ли не в лицо министра. — Нам и так бюджет урезали, не будем тыкать пальцем из-за кого... Теперь куча уважаемых стариков ждет каких-то изменений. Вот зачем ты в медицину полез? — Напрасно Вы, Ксения Борисовна, ругаетесь. На следующей встрече с премьером мы все обсудим и потихоньку начнем устранять медицинский беспредел. — ответил Тихомиров, устроивший в кресле. В этот момент как раз подоспели остальные коллеги, занимая свои места у стола. Евгений Александрович повторил свой рассказ для только что прибывших, из-за чего Нечаева невольно закатила глаза, тяжело вздыхая. — Правильно Вы все сделали. — поддержал министра Викентьев. — Издревле лекари бескорыстно людей спасали, а сейчас что в стране творится! Надо искоренять зло это. — Илюша, вот ты бы сидел и молчал, как экспонат. Толку больше было бы. — вспылила Нечаева. — Или лучше вообще ты за это доброе дело и возьмись. — женщина наиграно улыбнулась. — Хочу выразить огромную благодарность Софье Андреевне за проделанную работу. — Евгений прервал их зарождающийся конфликт. — У меня в понедельник выступление на телевидение, так что нужна еще одна речь. — Вы меня добить решили? — возмутилась Нечаева. — Не одно, так второе. Когда ты таким медийным стать успел? Остаток собрания министр то и дело успокаивал Ксению Борисовну, которая не стеснялась выражать недовольство. Мысленно Скворцова поддерживала женщину, но вслух она говорить ничего не стала. Через некоторое время их перепалка наконец-то закончилась, и все продолжили работу. До понедельника еще было много времени, чтобы придумать и написать речь, но Соне хотелось завершить ее сегодня, чтобы освободить выходные. Девушка как раз думала, о чем же написать, когда к ней заглянула замминистра. — Вы что-то хотели? — поинтересовалась блондинка, поднимая взгляд на коллегу. — Я тебя прошу, напиши что-нибудь попроще. Мне уже ветеранов хватило. — ответила женщина, присев на край стола и затягиваясь. — Да, конечно. — согласилась девушка. — Умница. — Нечаева улыбнулась и вышла из кабинета Скворцовой. Когда Соня закончила речь, уже было поздно. Замминистра предлагала довезти ее до дома, но блондинка отказалась, ссылаясь на незаконченную речь. Поэтому теперь, стоя около принтера в гордом одиночестве, она жалела о своем решении.