Танцы и милкшейк

Повалив свою альтернативную версию себя на кофейный стол, стакан с клубничным милкшейком пролился по всему столу из-за чего ощущался очень сладкий запах столь прекрасной ягоды, оперевшись на локти и чутка раздвинув ноги своего знакомого, Джон нетерпеливо начал оставлять засосы на теле Ло, держа за кисти его рук, не обращая внимания на сопротивление и недовольство со стороны другого, гений сделал толчок и потянул парня за его молочные волосы, заставляя вскрикнуть громким, болезненным стоном, давая тому откинуть голову назад, продолжая так же держать свою руку на макушке Бал пошлых хлюпаней тел и ударов, громких протяжных стонов и мольб — всё это заставляло чувствовать огромный жар и влагу в помещении. А ведь всё это начиналось лишь с одного слова... Conseco. Бледное освещение озаряло силуэты парней, из-за которых сильно скрипел и покачивался стол, после каждого резкого толчка. Вновь похабные стоны и довольные вскрики стали громче, казалось как будто они с каждой минутой овладевали над всеми окружающими звуками, просто заглушая и тая их во тьме бездонной ночи. Все эти действия вынудили стеклянный стакан, итак уже пролившегося напитка, приблизиться к концу стола. — Амг!.. — Лололошка пытался всё также заглушить свои стоны, что плохо у него выходило, так как после каждой такой проделки за это, он получал шлепок по ягодице или по правой стороне бедра. Он настолько был впечатан в стол, что прикасавшиеся телом к ледяной и мокрой поверхности по коже пробегали мурашки, стоило ему только опять выдавить из себя жалкий до ужаса писк, как Харрис тут же развернул его голову к себе и поцеловал того страстным, властным и мокрым поцелуем, проникая попутно дальше, стал гладить языком нёбы Ло, отпуская свою одну руку и освобождая клетчатого. Тот, уже не сопротивляясь, продолжал держаться на своих локтях, пока рука Джона, которая приближаясь уже к паху, начала ласкать вставший колом член парня. Вдруг учёный дёрнул его за пряди назад, разрывая поцелуй тонкой слюной, от такого напора уже казалось что Лололошка начинал сходить с ума, от ласок верхнего, звуки доносящийся из уст его стали более сладкими и более бурными, чем раньше, когтями вцепляясь в стол, царапая его, закатывая глаза вверх, в голове бушевала волна мыслей и эмоций. Задевая простату, ноги уже подкашивались от очередных, интенсивных толчков, из-за чего было ощущение, что того вот-вот уронят на пол, но Джон придерживает того, его хватка была сильна, что успокаивало. Руки тоже ужасно тряслись, как будто при панической атаке. — Ох... Симпампусик знал бы как ты сейчас сексуально выглядишь~, — Джон усмехнулся, при этом наклоняясь ближе к уху, ослабив хватку, он укусил того за мочку, из-за чего Ло издал недовольное мычание, верхний же облизывал место укуса, как бы извиняясь за содеянное. Медленно рука учёного, проводящая по органу нижнего, стала поглаживать места ранее ей сделанные удары, — Кто бы мог подумать, что такая прекрасная и тихая принцесса, как ты, может быть настолько громкой... Джон отпустил хватку из волос Ло, но после этого тот быстро успел поменять позу — теперь мироходец уже лежал на спине, глаза были прикрыты, а голова запрокинута, поэтому зрительный контакт доносился только со стороны Харриса, который в свою очередь нагло целовал свою альтернативу. Он грубо и быстро ударил Ло, без предупреждения, просто, локти в это время надорвалась, из-за чего Лололошка уже тупо лежал на столе. Громкий крик из-за удара по бедру, раскрыв глаза нижний посмотрел на себя сверху с угрозой и злостью, мол, за что, но эти действия лишь позабавили гения, на его лице появилась ехидная и пошлая улыбка. Джон уже начинал чувствовать что стенки начинали сужаться, а это означало только одно — скоро конец. — Ну нет, так у нас дела не пойдут, — усмехнулся доктор математических наук, доставая из партнёра свой член, Лололошка же, ощутив в себе пустоту, издал разочарованый хлип. Он не понимал, в чём же было дело, его озадаченье в глазах возбуждало Харриса, — Я хочу услышать кое-какие слова перед этим. Издеваясь, спокойно дыша в шею, говорил тот, проводя своей рукой с верха спины и заканчивая сжиманием ляжек Ло. От этого приятного ощущения хотелось только вздрогнуть и забыть, что вообще такое кислород, поймав очередную волну возбуждения, что с огромной болью отдалась в паху, напрягаясь только всё сильнее, нижний проговорил: — Хорошо... хорошо!... Всё что угодно… Если только ты наконец-то перестанешь медлить, — тяжело дыша, сумел выдавить эти слова Лололошка. На такой монолог Джон ухмыльнулся, начиная облизывать, попутно прикусывать шею того. Сердце билось до безумия, ощущалось, что вот еще пара его ударов и оно остановится. Всё, Ло уже не мог так долго держаться... — П-пожалуйста трахни мен-ня.. — в спокойном тоне прохрипел нижний, раздвигая ноги куда шире, чем до этого. Смотря с таким невинным личиком на своего партнёра сверху, он ожидал какие-то меры или действия, которые, к сожалению, не последовали. — Что-что? Принцесса, скажи погромче~, — Харрис прислушивался, он ожидал ответа из его мироходца, будто самого его не терзал пик, как будто он сам, чуть ли не срываясь с цепи своего желания, ждал ответа от того. — Ну ты серьёзно, что ли?! Если ты уже и хочешь потрахаться, то тогда начинай нормально! Без всяких твоих прелюдий. Джон притих, попутно заинтригованно прикусывая свою губу. Ему нравилось замечать, что Ло выглядит куда серьёзнее, чем это обычно бывает. Он заинтригованно прикусил губу, понимая, что пора бы уже реально продолжить, поэтому ещё впечатлённо и ошарашенно глядя на дерзость своего видимо уже любовника, запрокитывая глаза вправо в стиле «твоя взяла». Он приставил свой агрегат к сжимающимся колечку мышщ. И вот снова пошли быстрые, резкие движения. С громкими стонами, скрипящими звуками стола и вновь возобновившемся хлюпаньем тел, Джон вновь вбивал Лололошку в стол. Вместо мольб из уст Ло, слышались оскорбление в сторону учёного, из-за чего нижний получил болючий удар по левой ягодице и презирающий взгляд сверху. И вот уже несколько толчков и за последним рывком последовал уже конец. Ло довели до оргазма, он наблюдал за своим задыхающимся дыханием, пока из него быстро вытаскивали член, он ощущал, что по коже растекались горячие капли спермы. Закончив с делом, гений поднял вновь свой взгляд на Лололошку и, поцеловав его в губы, потянулся к своим и чужим очкам, забирая их с кресел, потом он достал из кармана своего халата, лежащего на полу, салфетки, бросая их на своего партнёра. Ло около пяти минут пытался понять, что происходит, смотря всё так же на другого себя, после чего взял и начал удалять с кожи истекающую противную жидкость. — Ну не лежи же на столе. Где же твои манеры Ло?~ — придрался учёный, насмехаясь над столь пошлым и истощенным видом его любовника. Сам же он присел на ближайшие место, вдыхая запах клубники и довольно ядовито улыбаясь. Стакан же продолжал так же держаться на месте, который они не успели снести своими играми. Перехватив его, Джон поставил его вертикально. — Не желаете ли вы отпить чего-то более крепкого? — Неожиданное предложение заставило удивиться парня, ему казалось что Харрис и близко к алкоголю не стоял, хотя они очень плохо знакомы. — Пожалуй, откажусь — качая головой, пытаясь встать и одновременно подобрать слова, Ло начал вглядываться в разлитую розовую жидкость, которая уже капала на пол, — Не думал, что ты предпочитаешь спиртные напитки… — Пф! Принцесска, ну по праздникам же иногда и можно выпить по бокалу виски или вина, для разогрева~, — Всё усмехавшись, стуча по столу своими длинными и худыми пальцами, тот продолжал свой монолог, — Ну так что? Не желает моя красавица чего-то? — Нет. Джон посмотрел на него, как на упрямого дурака, но говорить на это ничего не стал. — А ты знал, что молочные коктейли подаются именно в высоких стеклянных стаканах или узких бокалах. К коктейлю следует подать соломинку, причём широкую, потому что консистенция у классического молочного коктейля из-за мороженого довольно густая, — Вставая с дивана, он накинул на себя свой халат с боксерами, подошел к Ло и надел на его глаза голубые очки и трусы. — Зачем мне эта информация? — Харрис будто прослушал данный вопрос, не сильно нагинаясь, он протягивал руку вперёд к Лололошке и вслушивался в мёртвую тишину. — Не хочет ли такой симпатяга, подарить мне танец? — Ло ошарашенно посмотрел на него: вот чего-чего, а этого он не ожидал. Он, кладя руку на чужую ладонь поверх, оставляя в стороне слова, встаёт и ближе прижимается к Джону; стакан остался всё также в стороне. Ло продолжая мяться, стал ожидать действия со стороны того, и пошевелил пальцами, призывая действовать. Учёный сделал несколько шагов назад, ведя за собой Ло в центр этого пустого пробела. Расположив правую руку на талии, а левой, оставляя в чужой потной ладони, чья ладонь вспотела, фаланги пальцев были заключены в замок Шевеля по всему периметру ногами, Джон начал крутить Ло по кругу: танец немного напоминал тот, когда они впервые встретились, Лололошка, путаясь в действиях того, из-за резких рывков и поворотов стал чуть ли не падать; эмоции переполняли весь рассудок, из-за задержки дыхания, тело вновь начинало прокалывать и плавно переходить на гибкое, лежачее положение, но руки держали надëжно, заставляя ощущать беспечность в каждом движении. — Ты же пошёл со мной не только, чтобы поговорить, я прав? — задал животрепещущий вопрос Джон, из-за чего Лололошку пробил холодный пот, а тот, с азартом улыбаясь, обножил свои зубы, убедившись, что он прав. — Я-я... — Голос начинал дрожать, глаза начинали бегать по разным сторонам, пытаясь всё же избегать контакта между им и его собеседником. — Ох... Милый, не стоит себя так утруждать, я и сам, побывав с твоими дружками, начиная с Люциуса, понял всё, — Проводя по алой щеке мироходца, гений поцеловал его в носик, ласково и спокойно продолжая говорить, — Хочешь ли ты начать всё заново? От такого предложения дыхание мага затаилось, зрачки были расширены, в них летали искры счастья и надежды на всё лучшее, время вокруг было заморожено и удалено из файлов всей игры. — Я согласен, — Новая сюжетная линия была разблокирована, если бы она как-то и называлась, то она звучала бы так: Любовники. Это был новый этап в жизни, который будет наполнен приключениями и неизданным будущем. Теперь Ло сможет вспомнить всё и ему никто не даст забыть прошлое, кто он такой, кто ему дорог — он выполнил свою цель. — Хе-Хе! Ну что же, Лололошка! Давай тогда по новой значит, моё имя – Джон Дейви Харрис, великий доктор математических наук, самый лучший учёный и гений, а так же лучший парень на свете! Последнюю фразу Джон выделил, усмехаясь над всей ситуацией. Лололошка виновато отвëл взгляд, думая о его друзьях. Заметив его смятение, любовник наклонился к Ло, крепко заключая в объятия. — Ты слишком альтруистичный. Даря благо другим людям, ты пытался вспомнить, кто ты есть, у тебя, может, это ещё и получилось, да, но не всегда всё надо делить поровну,— Продолжая всё также прижимать к себе Ло, проводя по оголённой спине своими пальцами, тот прошептал слова, доказывающие, как считал Харрис, что того использовали как мальчика на побегушках, — Решая свои проблемы в экспериментах, я встретил тебя — того человека, с которым я бы хотел провести всю жизнь. Твой характер и передряги во всякие истории заставляют меня испытывать те эмоции, которые я не ощущал несколько столетий, — он натянул улыбку и поднес Лололошку на край стола, приближаясь к его губам и задумываясь о том, с чего всë началось, — сам не ожидая всего этого, мы идеально провели время. Не так ли? Лололошка задумался. А Харрис начал наматывать локоны волос себе на фаланги, так же оставляя одну ладонь поглаживать спину, что успокаивало мироходца. — Готов ли ты пойти со мной?— Поинтересовался Джон, прерывая тишину, ожидал ответа. Его сердце билось, нервное состояние трясло всё его тело, он не хочет потерять того, кого он полюбил впервый раз в своей жизни. Ответ не последовал, только резкий неозвученный поцелуй со стороны Лололошки, очевидно, это означало только одно: ответ «да». Учёный ответил на поцелуй, кладя свои руки на талию того. Их языки всплелись в жарком танце, стол затрясся и стакан вновь упал и скатился близко к краю, но в этот раз он уже упал на пол, разбиваясь на мелкие осколки стекла... На счастье, скажут многие...