Во всем виновата текила

      На надгробной плите Перси Майклза так и напишут «В его смерти виновна текила». Или ром. Сначала с колой, потом без колы. На два стакана виски, да и то в конце вечера, грешить было неловко. В конце концов не виски развязал Перси язык и потащил в тот БДСМ-клуб. Да, виски он пил УЖЕ там. Значит, всё-таки текила…              — Читателю нужен секс! — брызжа слюной, кричал литературный агент Майклза в этот четверг. Довести интеллигентного, хладнокровного, весьма уравновешенного Адама Синклера было непросто. Перси смог. Просто он на протяжении нескольких часов просветительской беседы «не понимал», зачем в его детективные истории впихивать любовную линию. Да не просто любовь-морковь, а именно сцены 18+.       Он не умеет писать о сексе. Как он напишет, если сам имеет представление только по порно-роликам? Кого волнует, что в свои двадцать четыре года Перси нецелованный девственник? Причины, приведшие к этому печальному обстоятельству, были просты до зубовного скрежета. Перси рос шаблонным ботаником. Вот как в фильмах показывают: цыплячья худоба, очки с толстыми стеклами, угри и шапка спутанных волос. В семье спортсменов-фигуристов он был белой вороной. В отличии от старшего брата он и к семи годам не смог встать на коньки, постоянно мерз на льду и вследствие этого часто болел. В самом детстве с ним оставалась бабушка, годы шли, лёд не желал покоряться ослабленному ребенку. Разъезжать по соревнованиям и сборам, упорно тренироваться и тренировать старшего братишку, имея на руках больного ребенка, родители долго не смогли. И лет с восьми Перси жил у бабушки.       Миссис Майклз больше всего на свете обожала книги, весь дом ее был превращен в библиотеку, по субботам в гостиной заседала литературная гостиная. Стоит ли говорить, что в волшебный мир книг Перси ухнул с головой и выныривать не собирался. Свою первую книгу он написал в восемнадцать, в двадцать имел два бестселлера и контракт на сценарий фильма. Один из старичков тех самых творческих встреч у камина имел связи в известном издательстве, рукопись первого романа Перси сразу попала на стол главного редактора и спустя полгода уже продавалась как горячие пирожки. Слава вообще пришла к нему легко, затворнический образ жизни лишь разжигал внимание публики. Карьера летела ввысь как отпущенный воздушный шарик, а вот личная жизнь не клеилась.       Затюканный собственными родителями, разочарованными, что сын не продолжил спортивную династию, загнобленный в школе за худобу и очки, в университете — за острый ум, обширные знания в области литературы и частично за ориентацию. Перси везде был изгоем, но по природе своей интровертной не страдал от отсутствия компании совершенно. И хоть его внешность со времен студенчества претерпела кардинальные перемены — очки сменили контактные линзы, ушли угри и излишняя худоба, волосы теперь собирались в модный хвост — Перси оставался один. Полнейшее отсутствие личной жизни он превосходно сублимировал в творчество, не отказывая себе, впрочем, в самоудовлетворении.       Итак, о чем он мог написать? О десяти вариантах секс-игрушек, которые по традиции покупал себе на Рождество? Перси, преданно уставившись в глаза агента, как попугай повторял варианты фразы «я не включаю секс в свои произведения», довел Синклера до истерики. Злой как рой ос агент выставил Перси за дверь с наказом «пиши, что хочешь, но чтоб хоть одна сцена была».       Расстроенный парень отправился прямиком домой и сразу сел за ноутбук. Писатель он в конце концов или нет? Что ж, он и придумать ничего не сможет? Главного героя — детектива Илиеску, о профессиональных успехах которого писал Майклз, ждало нелегкое испытание.       К утру он вымучил из себя полторы страницы текста. Потом и кровью легли буквы в слова, составляя предложения. Перси не нравилось то, что он написал. Обычно на первоначальную оценку текст отправлялся бабушке, но прислать ТАКОЕ почтенной старушке было невозможно.       Перси подремал днем и к вечеру выбрался-таки в бар. А там его поджидала текила. Именно текила подкинула «великолепную» идею, где найти себе читателя и заставить его оценить эротическое новшество детективной серии. Всё просто — нужен человек, которого следует заманить в квартиру и связать, а там уже использовать для вычитки текста. Именно текила подсказала ему адрес БДСМ-клуба. Чертовка довела его до цели, каким-то образом помогла проникнуть внутрь и зачем-то выбрала в «жертву» офигенного мужика, от которого за версту несло властью и деньгами, то бишь к которому трезвый Перси не подкатил бы никогда. Лицо предполагаемой жертвы было смутно знакомым, как будто Перси его уже где-то видел, восхищался точеными чертами и грозным взглядом стальных глаз. Может, в какой-то рекламе?       Как именно Перси определил, что его визави — гей, знал только ром. Он же заставил писателя говорить, много и эмоционально, плавясь от улыбки мужчины. На предложение продолжить вечер в более подходящей обстановке Перси согласился незамедлительно и повез гостя к себе. И сразу же, едва захлопнув дверь, набросился на него.       Дальше в воспоминаниях был провал — Перси не знал, как именно ему удалось привязать превосходящего его по всем габаритам гостя к креслу. Но цель была достигнута. Перси смутно вспоминал как, оторвавшись от губ мужчины, он встал с его колен и вместо того, чтобы продолжить любовное приключение, подтащил к креслу ноутбук.       Громкий хохот связанного по рукам и ногам, но как будто совершенно не испытывающего от этого дискомфорта мужчины, вывел Перси из алкогольной дымки. Парень что-то пробубнил в свое оправдание, обещая отпустить жертву сразу же, как он скажет свое мнение о написанном тексте. Насмеявшись до икоты, невольный читатель легко согласился быть первым подопытным — очевидно Перси выболтал всё как есть. Но поставил условие, на которое парень бездумно согласился, тут же выкинув лишнюю информацию из головы. Он и поверить не мог, что заставить читать кого-то будет настолько легко.       Его писанину разнесли в пух и прах. По каждому предложению у вредного читателя имелось ценное замечание и к концу Перси порадовался, что не выжал из себя больше текста предыдущей ночью. Во-первых, Илиеску не мог быть пассивом! Это возмутило мужчину с первой строчки. Гениальный детектив, гроза преступного мира Лос-Анжелеса, мужественный и смелый — не мог быть снизу. Перси пытался доказать, что для распределения ролей в постели это не имеет никакого значения, но читатель настаивал на обратном. Великолепный детектив по природе своей актив, и что хочешь делай. В крайнем случае потом поменяться могут. Но для первой сцены — нет, фанаты такое не простят. Колокольчик подозрения, что ночной гость знаком с его произведениями, а значит, может вполне знать, кто такой сам Перси, пытался пробиться сквозь алкогольный угар, но тщетно. Текила и ром, горячо поддерживаемые виски, твердо стояли на своих позициях.       Дальше — больше. Критике подверглись и слова «узкая дырочка» — что это за слово такое, чем автора не устраивает физиологический «анус»; и слишком долгая прелюдия — уж если по плану их «накрыло страстью» мужики не будут рассусоливать, просто и быстро потрахаются; и то, что чрезмерно долгая прелюдия не включала в себя элементарную растяжку — это вообще бесчеловечно пихать член в партнера, предварительно не подготовив его; а фраза про «забился в экстазе» — жуткая банальщина.       Перси кивал, быстро чиркая пометки в блокнотик. Как хорошо, что он надумал сделать предварительную вычитку! Пусть и несколько нетрадиционно.       Уже всходило солнце, когда они закончили. Майклз, удовлетворенно потянулся и отложил блокнот и ручку на столик. К этому моменту он сидел у ног своего зловредного, но вдумчивого читателя, опершись на ножку кресла. Спать хотелось неимоверно и, выключив ноутбук, парень на секунду положил гудящую голову на колени сидящего мужчины. Увлеченный процессом, Перси не заметил ни доброй, чуть ехидной улыбки, появившейся на губах незнакомца, не почувствовал и как его легонько погладили по голове, сбросив на пол давно ослабленные веревки.       Проснулся Перси от восхитительных ароматов жаренного бекона и свежесваренного кофе. Он подорвался с кровати и тут же рухнул назад, зажмурившись от резкой боли в голове. Мигрень пульсировала в висках, периодически перетекая в лобовую долю. Парень сдавленно застонал, желая умереть прямо сейчас. До его слуха донесся звук отодвигаемого стула и тихие шаги. «Кто бы это мог быть?» — подумал Перси, но глаза малодушно не открыл. Через минуту он ощутил, как сильные руки легко вздёрнули его в сидячее положение, и к сжатым губам прислонился прохладный стакан.       — Пей, — раздалось прямо над ухом.       Майклз послушно сделал глоток, потом второй… В этот момент осознание произошедшего ночью накрыло его удушливой волной. Парень в ужасе уставился на человека, вернувшего его к жизни — головная боль прошла почти сразу, наверное, в стакане было лекарство. Теперь умереть хотелось от стыда.       Пока парень выбирал надпись на надгробную плиту, ему принесли завтрак — шикарную яичницу с беконом, тосты, чашку кофе с молоком.       — Ты не будешь писать о сексе, — разместившись напротив, сказал ночной гость. — Детективы выходят у тебя куда как лучше.       Перси залился краской смущения и кивнул, опустив глаза.       — С Синклером я договорюсь, — продолжил между тем мужчина и Перси похолодел от ужасающей догадки, — наши писатели не должны идти на крайние меры ради коммерческого успеха книг.       — А вы…? — облизав вмиг пересохшие губы, выдавил из себя Перси.       — Даниэль Кох, — улыбнулся владелец издательства, в котором печатались книги Майклза, — негоже забывать имя своего парня, Перси.       — П-парня?!       — Разве ты забыл, что обещал ночью? — нависнув над сжавшимся юношей, вкрадчиво произнес мужчина и перечислил по пунктам, — быть моим, встречаться со мной, любить меня?       — О-обещал? — продолжая заикаться, прошептал Перси.       — Именно! И не думай, что я позволю тебе нарушить обещание, — хищно улыбнулся Даниэль и закрыл рот Перси поцелуем.              Следующая книга о лучшем детективе Лос-Анжелеса, на радость редактора, содержала не одну, а целых две сцены горячего секса. Теперь у Перси имелся опыт и его было много.