Союзники

Новгород недовольно обернулся кругом. Сплошные леса да поля. Ну и где ему искать этот Смоленск? Все торговцы, с которыми он прибыл с севера уже устроились в городе и принялись за свои дела, а он должен был наладить отношения с другим воплощением города. Но как тут наладишь отношения, если не с кем? Святогор зарычал от бессилия и пару раз пнул ближайшее поваленное дерево: хорошо горожанам говорить «да он где-то недалеко, ты быстро найдёшь», когда они тут каждое деревце знают, а он ведь неместный, леса ему эти кажутся слишком светлыми и тёплыми, не чета его северным. – Ты кто такой? – внезапно раздался со стороны чей-то звонкий голос. Едва не подпрыгнувший от неожиданности и успевший мысленно поругаться на того, кто так бесшумно к нему подкрался, Волхов поспешно обернулся и уставился на белобрысого мальчишку. Незнакомец отвечал ему хмурым взглядом ярких, словно янтарь, глаз. – Ты сам-то кто? – не растерялся Новгород и тоже нахмурился. С его густыми бровями это всегда выглядело грозно, но на пришельца это не произвело никакого впечатления. – Я Алёшка, – всё с тем же серьёзным лицом выговорил мальчуган. – И что же ты, Алёшка, делаешь в лесу один? Детям опасно тут гулять, – хмыкнул Святогор, выразительно окидывая собеседника взглядом сверху вниз. – На себя посмотри, – резво огрызнулся тот, складывая руки на груди. Тут Волхов на секунду смутился: в чём-то мальчишка даже был прав. На самом деле Новгород тоже выглядел как ребёнок, но все говорили, что его крепкое телосложение и серьёзный взгляд заставляют его выглядеть старше, чем Святогор очень гордился. У Алёшки, как всё же не мог не признать Волхов, серьёзности тоже было хоть отбавляй, он даже не был похож на совсем уж маленьких детей, но выглядел при этом до того худеньким и хрупким, что хоть плачь. Не вышло бы из такого коротышки богатыря, как уверенно отметил Новгород. На почве этого решения он решил перестать огрызаться на мальчишку и перейти к делу. – Я старше, чем ты думаешь, – фыркнул всё же в ответ собеседнику Свят и, уперев руки в бока, продолжил, – А вообще-то я тут по делу, мне нужно найти Алексея Смольного, не знаешь такого? Мальчишка на секунду выглядел то ли удивлённым, то ли напуганным, но он настолько быстро снова вернул себе отстранённый вид, что Волхов не был уверен, что ему это не привиделось. – Зачем тебе Алексей? – вместо ответа спросил младший. В его ярких янтарных глазах искрила подозрительность и угроза. Святогор поспешно поднял руки, показывая, что не замышляет ничего плохого. Ему, конечно, ничего не стоило бы отлупить эту малявку и самому найти Смоленск, но уж очень он устал с дороги, да и надоело ему бродить по этому лесу и искать незнамо кого. – Торговцы с севера прибыли, от ильменских словен, Алексей им нужен по каким-то вопросам, – решил поделиться Новгород. Информацию о воплощениях городов запрещено было выдавать каждому встречному, обычно об этом знали только старейшины да князья, так что про необходимость личной встречи с этим загадочным Смоленском Святогор умолчал. – Пф, и чего они только все хотят, – недовольно пробурчал в ответ на это себе под нос Алёшка. Мальчишка, казалось, был искренне расстроен, хотя Новгород совершенно не понимал, что вызвало в его собеседнике такое недовольство. Впрочем, не успел он задать вопрос, как Алёшка быстро встряхнул головой и снова нацепил на своё лицо серьёзную маску. Вот только на этот раз от мальчишки веяло не настороженностью, а непоколебимой уверенностью. Волхов не смог не отметить, что теперь его странный знакомый выглядел действительно по-взрослому и даже хлипкое телосложение нисколько не умаляло ощущения внутренней силы. – Пошли в город, – произнёс мальчишка тоном, не предполагающим возражений, и первым развернулся в нужную сторону. – Постой, какое в город? – не смог не возмутиться Святогор, нагоняя своего проводника. – Мне сказали, что Алексей где-то в лесу, мне нужно его найти! Мальчишка притормозил лишь на секунду, чтобы обернуться и окинуть его насмешливым взглядом. – Не волнуйся ты так, Алексей будет в городе, – фыркнул Алёшка и молча продолжил путь. Новгороду ничего не оставалось кроме как следовать за этим странным мальчишкой.

***

В городе было оживлённо, крики торговцев слышались ещё из леса, а как только мальчики вышли на главную улицу, их едва не оглушил царящий на ней гомон. Впрочем, казалось, что Алёшка превосходно ориентируется в толпе людей. Тут-то и пригодился ему маленький рост: он ловко проскальзывал у всех под локтями и проскакивал под ногами. Новгороду же пришлось туго. Проскочить между людьми ему не давали, все толкались и пихались, спеша к нужным прилавкам. Один мужчина даже сбил Святогора с ног, у Новгорода вся его не такая уж и долгая жизнь перед глазами пролетела, пока он думал, что его затопчут, но именно в этот момент тонкая, но удивительно крепкая рука Алёшки вытащила Волхова из этого ада на земле и заставила подняться на ближайшее крыльцо. Крыльцо, к слову, оказалось не первым попавшимся. Когда Алёшка ловко затолкал Святогора в дверь, тот увидел и смоленского князя, и нескольких новгородских старейшин, которые решили сопроводить купцов, чтобы заключить торговые договоры. Волхов даже на секунду замер от неожиданности: слишком уж резким был контраст с шумной и наполненной толпой улицей. А вот Алёшка замирать не стал. Не сильно затягивая с приветствиями, он быстро перешёл к самому важному: – Я был вам нужен? – спросил мальчишка спокойно и, совершенно не смущаясь важных лиц, прошёл ближе к князю. Внимание взрослых быстро переключилось на новоприбывших. Новгородские старейшины с интересом поглядывали на мальчика, в то время как князь добродушно улыбнулся. – Алексей, лучше не уходи в следующий раз так далеко в лес, – пожурил он мальчика, а Новгород почувствовал себя невероятно глупым. Алёшка – Алексей – Смоленск. Он встретил того, кого искал и даже не понял этого! – Не ожидал, что к нам снова гости будут, – легко пожал плечами Смоленск, но старейшинам вежливо поклонился, оделив их новым приветствием уже как воплощение города. Святогор же смотрел на него как на чудо и пытался уложить всё это у себя в голове: варяги рассказывали, что город на Днепре велик и мног людьми, и хотя, конечно, Волхов подозревал, что, как и он, Смоленск может быть молодым городом, но… Мальчишка! Алёшка – язык не поворачивался у Волхова назвать этого коротышку Алексеем – нисколько не походил на настоящий сильный город, которым его представлял Свят. Да этот Смоленск в плечах был уже чем Новгород раза в два! – Вы со Святогором уже познакомились? – из мыслей Волхова вырвал голос одного из старейшин, что произнёс его имя. Смольный покосился на него с вопросом в глазах. Конечно, ведь Новгород не то что не представился как воплощение, даже имени своего не назвал. Нужно было срочно выкручиваться. – Конечно! – не позволив себе растеряться, воскликнул Святогор и через секунду уже панибратски закидывал Алёшке руку на плечо, – Мы со Смоленском просто хотели узнать, может нужны для каких-то официальных дел, но, если нет, мы можем прекрасно провести время вдвоём ещё немного. Князь и старейшины покивали, довольные, что воплощения городов сошлись, да и отослали их, прося не мешать. Казалось, и у них всё складывается неплохо с их договорами, так что отвлекать их действительно не стоило. В этот раз уже Святогор не позволил Алёшке зависнуть и, так и не отпуская из своей медвежьей хватки сразу потащил к выходу, а там и подальше от толпы, за угол дома – лишь бы оказаться подальше от глаз. – Ты почему не сказал, что ты и есть Смоленск? – зашипел Волхов, как только отпустил младшего и тот отскочил от него едва ли не на метр. – С чего я должен первому встречному об этом говорить? – рыкнул в ответ Смоленск. Выглядел он не просто недовольно – янтарный взгляд метал злобные молнии. – Я же тебя спрашивал, где Алексей! Ты мог просто ответить, что это ты! – Да сам ты кто такой-то?! Почему я должен с тобой общаться?! Оба достигали точки кипения в своём недовольстве друг другом и уже не старались сдерживать голос: крики эхом отдавались в тихом закутке. – Я Новгород, город ильменских словен, – едва сдерживая ярость, с гордостью ответил Святогор. – Я Смоленск, город восточных кривичей, будем знакомы, – совершенно не впечатлённо ответил Алексей с сарказмом, всё ещё выглядя как змея, готовая плеваться ядом. – Уважение к гостям тебя проявлять не учили? – ища выхода своему раздражению и гневу, зарычал Волхов. – Кто бы говорил об уважении, чурбан! – не остался в долгу Смоленск, видимо, всё ещё недовольный бесцеремонностью Святогора. Напряжение в воздухе достигло предельной точки. Уже через секунду Новгород забыл и про дипломатию, и про то, что ещё в лесу решил не бить эту малявку, и с рёвом нёсся на Алёшку, замахиваясь огромным кулаком. Смольный успел среагировать и нырнул под руку Святогору, но тот не раздумывая сменил направление движения и схватил младшего за волосы, не позволяя сбежать. Лёшка, впрочем, извернулся в его руках и кулаком зарядил Волхову под дых. Волосы Новгороду пришлось отпустить, но вместо этого он своей огромной лапой треснул Смоленск по макушке. Удар был такой мощный, что Алёшка не удержался на ногах, но рухнуть на землю он себе не позволил: накинулся на Святогора, валя того вниз заместо себя, да ещё и приземлился сверху сам. Несмотря на хрупкое телосложение и малый вес своего оппонента, Волхов всё же почувствовал ощутимый толчок в рёбра, но терять преимущество он не собирался, так что рывком столкнул Лёшку на землю и сам занял место наверху. Смольный, впрочем, тоже терять преимущество не хотел: как только он оказался придавлен, он не растерялся и со всей силы потянул Новгород за свисающую чёлку. Взвыть от боли Святогору не позволила гордость, но в попытке освободить волосы он потерял равновесие и всем телом рухнул вниз. Лицо встретилось с землёй: Алёшка успел сгруппироваться и вывернуться из-под падающей на него махины. Разбитый нос, однако, только сильнее разозлил Новгород. Повернувшись на бок, он схватил только поднявшегося Смольного за ногу и с силой дёрнул того, мгновение – Алёшка, как и он, воет от разбитого носа. – Матушка родная, о боги, что это вы тут устроили?! – внезапно заголосил кто-то женским голосом. Святогор, успевший снова нависнуть над Смоленском, испуганно обернулся. Алёшка под ним только придавлено пискнул, слабо трепыхаясь, чтобы выбраться. – Ни стыда, ни совести! Совсем страх потеряли, вот я позову сейчас Олега, как выпорет вас, а ну кыш отсюда! – продолжала тем временем вопить случайная свидетельница их драки. Новгород и Смоленск быстро переглянулись и торжественно заключили перемирие взглядами. Святогор соскочил с Алёшки и рывком поднял того на ноги, а потом они припустили без оглядки подальше от продолжающей кричать угрозы им вслед женщины.

***

Опомнились мальчишки уже на опушке леса, совсем недалеко от крайних домов, но всё же не на виду у горожан. – Мне кажется, я ни разу в жизни так быстро не бегал, – хохотнул Новгород, падая на траву. – Неужто никогда ниоткуда не убегал? – фыркнул Алёшка, впрочем, без былого яда. – Настоящий богатырь не бежит от драки! – с жаром воскликнул Святогор и тут же поспешил стереть капнувшую с носа кровь, чем вызвал звонкий хохот Смоленска. – Иногда тактическое отступление тоже неплохо, – отсмеявшись, отозвался Алёшка, усаживаясь на траву рядом с Волховым и задумчиво рассматривая кровь на руках. – Это для трусов, – пожав плечами, отметил Новгород. – Это для умных, – покачав головой, фыркнул Смоленск и протянул Святогору кусок тряпицы, являющийся платком. Волхов такой жест доброй воли принял сперва с опаской, но увидев совершенно спокойное лицо Алёшки, всё же вытер капающую с носа кровь. – Ну раз мы оба такие умные, мир? – спросил он, шмыгая носом и протягивая платок обратно. – Мир, – пожав плечами, легко согласился Смоленск, – Больно надо по макушке от тебя получать. – Не прибедняйся, ты и сам больно бьёшь, даром что мелкий, – хохотнул Святогор и в порыве чувств хлопнул своего нового товарища по плечу. Алёшка отстраняться в этот раз не стал, только закатил глаза, да начал наконец собственную кровь с лица да с пальцев стирать. – Ещё раз назовёшь меня мелким, мир продлится недолго, – всё же намекнул он, чтобы немного охладить пыл Волхова, но, как только тот с шоком обернулся к нему, Алёшка не сдержался и рассмеялся. – Шутки он всё шутит, – проворчал на это Новгород, но и сам скоро вернул улыбку на лицо и принялся помогать Смоленску избавиться от крови на лице. Оттереть засохшую кровь сухим платком оказалось не так-то просто, к тому же оба мальчика, кроме того, неплохо повалялись на земле, посему решено было отправиться к водоёму и искупаться, да заодно и познакомиться наконец как следует.

***

К речке мальчишки под чутким руководством Алёшки вышли через пару минут и тут же, забыв о всяком стеснении, оба скинули с себя рубашки да лапти и кинулись в воду в одних портках. – Какая тёплая здесь вода! – было первым, что пробулькал Новгород после выныривания. Мокрый с ног до головы он больше нисколько не выглядел грозным богатырём, но в эту секунду его не волновало ничего не свете кроме этой воды и весело фыркающего Алёшки подле него. – Это потому, что жара пару дней стояла, солнце воду нагрело, – пояснил Смоленск, светя довольной улыбкой, как хозяин, который смог угодить гостю. Стало быть, не чуждо Алёшке гостеприимство, отметил для себя Святогор краем сознания, но вслух произносить этого он не стал, не желая снова навлечь на себя гнев другого воплощения. Вместо этого он удовлетворенно крякнул и снова нырнул под воду. Речка была будто полна парного молока, Новгород за всю свою не такую уж и короткую жизнь не чувствовал себя в таком тепле. На севере вода не прогревалась так даже в самые жаркие деньки, а тут такое раздолье. В этот момент Волхов действительно радовался тому, что старейшины взяли его с собой в эту дипломатическую поездку. Впрочем, купание не такое весёлое, когда ты купаешься в одиночку, так что Святогор недолго думая нырнул в третий раз, чтобы оказаться прямо возле Смоленска. Тот, конечно, заметил подплывшую к нему фигуру, но сделать ничего не успел: северный город атаковал стремительно и беспощадно. Через секунду Алёшка отчаянно отфыркивался от воды после внезапного погружения. – Ты что творишь, ирод? – прохрипел он, яростно глядя на Волхова, а тот только разразился громким смехом. Промокший до нитки Алёшка выглядел ещё меньше, чем при их первой встрече, длинные пряди светлых волос свисали мокрыми сосульками, и вода текло прямо на лицо, а гневный румянец на щеках делал мальчишку скорее милым, чем пугающим. – А ты достань меня! – показал Алёшке язык Новгород и резко отплыл подальше, дразнясь. – Ну ты у меня сейчас увидишь, где раки зимуют, – пробормотал себе под нос Смоленск, а через секунду уже совершил ловкий манёвр в воде, приблизивший его к его противнику. Следующий крупный всплеск воды накрыл Святогора с головой и теперь уже Алёшка довольно смеялся. Впрочем, и Волхов не собирался останавливаться на этом. Крепкий удар по воде, и пущенная волна едва не повалила Алёшку с ног, что заставило его тут же ответить таким же ударом. Через несколько секунд мальчишки уже просто беспорядочно лупили по воде, плескаясь и хохоча без конца. Не было в этом чудном мгновении на речке ни обид, ни забот, ни обязательств. Они не были воплощениями городов, они не были теми, кто отвечают за торговлю, войны и благополучие людей. Они были просто двумя мальчишками, которые хотели купаться и играть. Когда очередная волна всё-таки сбила с ног непоколебимый Новгород, а Алёшка издал победный клич, огласивший пол леса, оба решили, что пора заканчивать. Святогор, конечно, пытался отыграться на Лёшке за своё последнее поражение по пути к берегу, но в итоге они только оба извалялись в песке. – Теперь не только рубашки придётся стирать, – покачав головой, посетовал Алёшка, рассматривая свои штаны, на что Новгород только махнул рукой. Они вместе вымочили свои рубашки в речной воде и постарались свести с них пятна крови и песка, что было не так-то просто после того, как они своим купанием взбаламутили воду на ближайшие пару вёрст. Никто из них не был силён в этом деле, но мальчишки старались и через дюжину попыток, когда песок в речке наконец осел, пятна немного вымылись как из рубашек, так и из штанов, которые в любом случае намокли снова, пока юные воплощения занимались стиркой. – Умаялся, – со стоном рухнув на ближайший к берегу камень, пожаловался Святогор. Рубашки они развесили по ближайшим веткам, чтобы те высохли на солнце, но сами мальчишки тоже всё ещё были мокрыми, сырые волосы Волхова выглядели как воронье гнездо, а у Алёшки они вились беспорядочными кудрями, что смотрелось ничуть не лучше. – И не говори, сил вообще нет, – буркнул Смоленск, устраиваясь рядом на том же камне. Впрочем, недовольства на его лице Новгород не углядел, скорее приятную утомлённость, которой полон был и он сам. Святогор и сам не знал, что знакомство с этим маленьким, но чрезвычайно задиристым мальчишкой в итоге приведёт к тому, что они будут развлекаться и отдыхать вместе. И никакая дипломатия не понадобилась, достаточно оказалось подраться и устроить настоящую баталию в воде. А теперь… теперь они друзья. По крайней мере Святогору хотелось в это верить. Не сумев удержать в голове все свои мысли, Новгород слабо пихнул Смольного в бок: – Алёшка, эй, Алёшка. Тот лениво обернулся на него, ожидая вопроса со своим намеренно скептичным выражением лица. – Мы же теперь друзья? – непривычно для себя тихо спросил Святогор. Алёшка нахмурился, теперь уже серьёзно, без наигранности, взгляд свой янтарный в небо перевёл. – У меня никогда не было друзей среди воплощений, – после некоторого молчания тоже тихо проговорил Смоленск. – Князь говорит, города могут быть только временными союзниками, а если что-то изменится, то любой может выбрать другую сторону и стать врагом, так что нам с тобой нельзя дружить. Волхов покосился на Алёшку, но тот всё ещё упорно смотрел в небо, будто это оно ему подсказывало что отвечать. Сам Святогор поджал губы, не понимая, почему в груди так сжимается что-то от того, что этот всего пару часов назад встреченный им мальчишка отказался от дружбы. – Тогда будем союзниками, – сглотнув ком в горле, твёрдо произнёс Новгород, тоже направив взор в небо. – Да, и будем ими долго-долго, – подтвердил Алёшка, аккуратно беря большую ладонь Волхова и сжимая её своими тонкими пальцами. Тепло разлилось у Святогора в груди от этого простого, но такого нужного им обоим жеста. – Обязательно, – согласился он, сжимая чужую руку в ответ.