Сквозь вуаль Снифани

СКВОЗЬ ВУАЛЬ СНИФАНИ "Through the veil of Snifani" Кажется переживать больше не о чем. Долгое время я не мог решиться, потому что ждал, ждал что в какой-то миг, чудо всё-таки случится. Но сгорев до тла в пламени этого жестокого мира, я понял что все что мне суждено это быть им же и убитым. Ранее, каждый раз когда я просыпался и эта навязчивая мысль вновь посещала мою голову, я начинал убеждать себя что на самом то деле это лишь сложный период моей жизни который как и многие ранее мне дорогие люди, вскоре покинет меня. Я слепо верил что однажды проснувшись перед собой я увижу не тьму, а яркий и пылкий, солнечный свет который будет полностью заполонять мою совсем небольшую комнату, создавая в ней теплое чувство уюта. Встав с кровати и пройдя на кухню заместь серого неба и пустоты, я увижу кого-то, кого я тщетно пытался найти все это долгое время. Теперь вновь открыв глаза я почувствую что меня и вовсе ничего больше не беспокоит. И пусть по всему миру все так же будут продолжаться жесточайшие войны, забирая собой жизни миллионов невинных людей, для меня будет достаточно победы в войне с самим собой. Я постоянно говорил себе что если я все таки это сделаю то бесконечное множество очень важных слов так и не будут мною сказаны, так же как и невообразимое множество прекрасных людей мне больше не доведётся никогда встретить. Но утешать свой и так больной разум подобными мыслями было не самой лучшей идеей. Конечно, возможно стоило бы просто начать что-то делать и как-то своими силами начать менять свою жизнь. Но я был и буду слишком слаб для этого. Думаю сил и решимости во мне осталось лишь на один единственный шаг вперёд. Нужно лишь сделать его, свой единственный шаг. Свой последний шаг... Едкий и противный звон будильника вновь разразился в стенах совсем небольшой и темной комнаты Мартина. Неохотя он открывает глаза и лишь через секунд тридцать надоедливый звон прекращается. Насквозь мокрая простыня пахнет кислым потом, а из приоткрытого окна понемногу заходит свежий воздух. Комната полностью погружена во мрак из-за чего кажется что она совсем пуста, но мигающий красный индикатор на будильнике немного подсвечивает велосипед. Сегодняшний кошмар мало чем отличался от других, разви что называл он меня по другому. Рич? Что за Рич? Мартин неспешно встал, надел свои до дыр протёртые тапки и проследовал в гостиную в которой, он как это заведено у него, первым делом открывает шторы. После тоже самое происходит на кухне и теперь квартиру которую ещё недавно заполонял с головой мрак, освещает яркое и пылкое, летнее солнце. Дальше все просто, умыться, одеться и проследовать вновь на кухню где уже во всю горланили голоса только что проснувшихся соседей. За стеной жила супружеская пара и вместе с ними свекровь, которая к слову была довольно таки приятной старушкой. Теперь я ставлю чайник на плиту, наполняю кружку дешёвым растворимым кофе, а после свои лёгкие ещё более дешёвым, горьким дымом. Вот теперь настаёт моя любимая пора. Каждое утро в эти две минуты пока мой чайник закипает, я могу позабыть обо всех своих проблемах и почувствовать себя полноценным винтиком этого великого механизма. В окне, помимо спешащих пешеходов и машин которые то и дело мчались по оживленному проспекту, я мог наблюдать за чужими жизнями лишь заглянув им в окно. В других окнах все совсем иначе и это так чудно. Кто-то в спешке готовит себе тост на работу и тот же час одевает вещи которые ещё вчера вечером были постираны и тот же час выглаженны. Кто-то запрягает собаку в упряжку и сейчас же отправиться вместе с ней на прогулку в один из парков нашего необъятно большого города. А кто-то и вовсе сейчас беззаботно спит в большой и теплой кровати, не боясь едкого звона будильника или же терзающих душу, ужасающих снов. У других все так просто, так легко... Заглядевшись я и не заметил что уже дошел до фильтра, но разящий жар под кончиками моих пальцев вновь привел меня в чувство. Теперь я снова вижу свое место. Сегодня Двадцатое Августа Две тысячи второго года и в этот солнечный день я умру. Чайник закипел, вода наполнила кружку, горький порошок обрёл свою истинную форму. Крики за стеной все нарастали, а фразы которые вылетали с их паршивых ртов, становились все более жестокими. —ДА КТО ТЫ ТАКАЯ ЗДЕСЬ??? ЭТО МОЙ ДОМ, ПАРШИВАЯ ТЫ СУКА!!! И ЗДЕСЬ МОИ ПРАВИЛА. ЕСЛИ ТЕБЕ ЧТО-ТО НЕ НРАВИТСЯ ТО СОБИРАЙ СВОЕ ЁБАНЫЕ ВЕЩИ И ВАЛИ НАХЕР, ЧТОБ ГЛАЗА МОИ ТЕБЯ НЕ ВИДЕЛИ!! —А ВОТ И ПОЙДУ —НУ И ВАЛИ НАХЕР!!! —А ВОТ И СВАЛЮ!!! В силу того что мой дом построен в части города которая ранее была полностью уничтожена фашистами при второй мировой. Во времена когда во всю шла отстройка, доводилось очень сильно экономить на материалах. И мой дом как раз был одним из таких. Но все же максимально низкая цена и расположение близкое к центру города, заставило меня мириться со всеми этими неудобствами. Стен здесь будто и вовсе нет или же они сделаны из фанеры в два слоя, это не важно, важно то что живя здесь тебе кажется что ты маленький муравей в гигантском муравейнике, в котором у каждого кипит своя жизнь. За стеной последовали шаги в другую комнату а за ними скрип громоздкого шифоньера. В тот же миг послышалось что из него спешно вынимают все содержимое, сопровождая это все, не самыми приятными комментариями. Из кухни в догон доносилось: —ЧТО ВСЕ ТАКИ НАБРАЛАСЬ СМЕЛОСТИ??? РЕШИЛА ЧТО ТЕПЕРЬ И САМА СО ВСЕМ СМОЖЕШЬ СПРАВИТЬСЯ??? ДА ТОЛЬКО НИХЕРА У ТЕБЯ НЕ ВЫЙДЕТ!!! —Я УЙДУ!!! (Неистово громко, прокричала она) А ТЫ БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ УВИДИШЬ МЕНЯ, КОЗЕЛ!!! —ХАХ, ВОТ ЗНАЧИТ КАК ЗАГОВОРИЛА, А ПОЗВОЛЬ ПОИНТЕРЕСОВАТЬСЯ КУДА ЖЕ ТЫ ПОЙДЕШЬ? ПОД МОСТОМ ЖИТЬ? ИЛИ ПОТАСКУХОЙ ДРАНОЙ В МЕСТНОМ БОРДЕЛЕ РАБОТАТЬ??? ДА НЕТ ЖЕ.. НЕТ! КОМУ ТВОЯ ПРИТВОРНАЯ ПИЗДА И ЗА БЕСПЛАТНО СДАСТЬСЯ!!? А? ТАК ТОГДА КУДА ЖЕ ТЫ ПОЙДЕШЬ БЛЯТЬ!?? Уже в слезах все так же собирая вещи, только теперь в какую-то сумку, она отвечала. —ПОДАЛЬШЕ ОТ ТЕБЯ!!! —КУДА-КУДА ТЫ ПОЙДЕШЬ!!? —КУДА УГОДНО, ЛИШЬ БЫ ТЕБЯ НЕ ВИДЕТЬ! С каждым её ответом прослеживалось как фетиль ее решимости блекнет. —Я БЛЯТЬ ЕЩЕ РАЗ СПРАШИВАЮ, КУ-ДА ТЫ ПО-ЙДЕШЬ? —ДА НЕЗНАЮ Я!!! (вырвалось с её уст, как истерический вопль) —НУ ВОТ, НАКОНЕЦ ТО ТЫ БЛЯТЬ ПОНЯЛА, ПОНЯЛА ВЕДЬ??? —Я НЕ ЗНАЮ... —ТОГДА ОБЪЯСНЮ. НЕКУДА ТЕБЕ ИДТИ И НИКОМУ ТЫ КРОМЕ МЕНЯ НАХЕР НЕ НУЖНА, ТАК ЧТО ТЫ ЛИБО МИРИСЬ С ТЕМ ЧТО ИМЕЕШЬ ИЛИ ИДИ СДОХНИ НАХЕР. Настала тишина которую нарушал лишь шум оживленного проспекта и отголоски из других квартир. По ту сторону ничего так её и не нарушило. Она вновь сдалась. А тем временем все часовни Роттердама пробили по шесть ударов в свои гигантские колокола, тем самым давая понять что наступил шестой час утра. Вот и настало время выходить на работу. Замок трухлявой, деревянной двери Мартина, которую к слову при желании мог выбить даже подросток, отварился. Перед взором Мартина открылся зашарпаный подъезд, в окна которого, напрямую врезались лучи утреннего солнца. Сверху по лестничной площадке спускался старик инвалид, который нерасторопно тянул за собой свою ногу. Мартин захлопнул дверь, даже не закрывая её на ключ и последовал вниз по лестничной площадке. Обилие различных звуков заполняло этот подъезд. Детские возгласы, свист чайника, лай собак, беззаботные разговоры телеведущих утренних програм, скрипы дверей. Все это намертво въедалось в уши Мартина и сопровождало его до самого последнего этажа. Выйдя на улицу Мартин входил уже в совсем другое состояния, теперь ему казалось что он маленький и одинокий, деревянный брусочек, который бездумно плавает в гигантском океане. В Грязном и полном страданий океане. Лужи которые за собой оставил ночной дождь, все ещё порой проглядывались в небольших ямках у тротуара, но всего через несколько часов на их месте останется лишь пыль да засохшая грязь. Внутри города все процветало, у каждого была своя роль которую он старательно или не очень, пытался выполнять. Сейчас все только начинается, множество разнорабочих спешат на автобусные остановки или же в метро, чтобы добраться до работы. Кто-то приходит в магазин чтобы уже через час открыться и впустить в себя массу совсем разных и не всегда добрых людей, а кому-то остаётся лишь продавать пережитки прошлого на блошином рынке. Обычно я брезгую тем чтобы закуривать сигарету в такие моменты, но сейчас в моем кармане почти что полная пачка сигарет, а времени что бы всех их выкурить у меня осталось не так уж и много. Нужно бы сходить сегодня в парк после работы, давненько я там не был. А в свое время мы очень любили проводить там время с братом. Все таки хочется прикоснуться к этим воспоминаниям под конец. Я закуриваю эту горькую сигарету, и продолжаю идти. Мои глаза все ещё слипаются и не смотря на выкуренных пару сигарет и чашку кофе, я все равно будто-бы в полудрёме. Конечно не часто мне выпадают утренние смены но сегодня она как никогда кстати. Что-то все таки в этом есть, ощущение смерти которая ходит за тобой и начинает будто-бы тебя подгонять. Из-за неё порой в голову лезут максимально не присущие мне мысли, хотя казалось бы откуда им там взяться? Хорошо что остановка недалеко от моего дома. Перейдя дорогу, перед этим чуть не попав под колеса машины, я уже вижу небольшое множество людей скопившихся на остановке. Основное их большинство это разнорабочие, которые маршрутом 21А+ добираются в новую часть города где сейчас идёт активная постройка элитного района "Kop van Zuid" Сегодня их маршрут является самым ранним, а вот своего 3А, мне предстоит дожидаться ещё около тридцати минут. Благо сигареты спасут меня от тягостного нахождения в обществе, хотя и с ними лучше не перебарщивать. Все таки как никак, мне приходиться с людьми контактировать и предоставлять им определенные услуги. Хотя есть ли смысл мне бояться потерять работу? Я улыбаюсь и закуриваю уже четвертую сигарету за это утро. Все таки смерть освобождает. Люди приходят, уезжают, любят, унывают. И хоть чувствуется мрачный отблеск общества которое пытается давить на меня, я закуривая уже пятую сигарету смотря ему в глаза с ухмылкой. А остановка все продолжает стремительно заполняться людьми. Кого-то из них я знаю, кого-то ненавижу, а перед кем-то и вовсе в долгу. Автомеханик Освальд поворачивается чтобы достать что-то из своей сумки, я вижу это и моментально реагирую прикрыв свое лицо шляпой. Но этот трюк не срабатывает. Смотря в пол и стряхивая пепел с своей сигареты, я замечаю как его массивная неуклюжая фигура, движется в мою сторону. Притвориться спящим не выйдет ведь ещё не выкуренная сигарета выдает меня с потрохами, остаёться лишь принять бой. — Воу старина Мартин, какое хорошее утро не правда ли? Я соглашаюсь с ним хотя и саркастически. — Хорошее не то слово, Как ты вообще сам? давно не виделись всё-таки. — Кстати да, тебя ещё попробуй поймай, я вот было на той неделе видел тебя в баре на "Witte de Withstraat" который рядом с моим домом. Так зашёл поздороваться, а тебя уже как ветром сдуло. — Ох да, помню был там, семнадцатого если мне не изменяет память, так мне тогда так поплохело, я вот в уборную и отошёл, а дальше меня довели до дому каких-то два лба. Он подсаживается ко мне и продолжает. — Оу, а я то думаю, даже свою чару пива оставил на половину полной, так вот что оно стряслось. Прозвучало это максимально подло и сдаеться что он видит меня насквозь. — Это да, тяжёлая ночь была в тот день(я не врал) — И для меня тоже С необычно печальным для него тоном замечает он. — Ого, а что же стряслось? — Жена моя стряслась, уже вторую неделю со мной не разговаривает, даже незнаю что с собой поделать, места себе не найду... В моих глазах загорается огонь надежды и я понимаю что могу избежать диалога о своем давно просроченном долге. — Воу, и что же ты учудил? —Да вот в тот же вечер, в том же баре решил ненадолго остановиться. Заказал себе бокал чешского ну и разболтался с барменом. Владелец этого бара был скуп и сам работал в нем занимая должность основного бармена. Звали его вроде Дональд но мне больше был приятен их второй бармен Алекс. Правда в тот день мне не повезло и была смена Дональда, о чем я не знал и поэтому свалил как только выдалась возможность. Просто перед Дональдом у меня так же есть небольшая задолженность, которую покрывать я не собираюсь. Удивительно что таким образом мне удалось избежать встречи с ещё одной акулой. Но не удивительно что они так хорошо между собой ладят ведь по натуре они очень близки. — Ну и вот мы с ним общаемся о своем, я беру ещё и второй бокал и ненадолго отхожу в уборную что бы умыться. Сделал все свои дела, возвращаюсь, как вижу, а на соседнем месте сидит девушка, само воплощение Афродиты ну серьезно, сидит попивая какую-то муть с трубочки и что-то твердит Дональду. Лицо подтянутое, волосы заколоты, на ней обтягивающие джинсовые шорты и очень вызывающий топ, на глаз дал бы ей где-то двадцать пять, может чуть больше. Ну а я сажусь обратно на свое место. Дональд удаляется и в минуты ожидания, она подсаживается ко мне, начиная глупый диалог. Намекает на то что она одинока, говорит всякую банальную чуш и просит угостить её выпивкой. Я сразу же обозначаю что верен своей жене и зашёл только чтобы расслабиться после работы. Я внимательно слушал, делая вид что мне не все равно на его глуповатые и как это часто бывает, утрированые истории. Хотя в душе желал лишь что бы он скорее отвязался от меня. — Её это не отталкивает и она продолжает спектакль. Рассказывает какой её парень был мудак, но заметив что мне не интересно, моментально меняет тему. Я уж хотел вновь закурить, но вспомнил что Освальд ценитель дорогих элитных сигар, так что решил сдержаться, дабы не показывать какую дрянь мне приходится курить. — Дальше я уже особо и не слушал про что она там треплась, да пока Дональд не вернулся с бутылкой виски. Он с особым обаянием налил ей его в качестве подарка от заведения и уже собирался отступать, как вдруг она замечает. — И ему налей, он мой друг. Говорит она заставляя меня покраснеть от стыда и злости. Дональд с хищным выражением лица, неохотно достает вторую рюмку, при этом не отрывая взгляда от меня. Подходит и не отрываясь смотря мне в глаза, наливает от силы грамм двадцать элитного Rémy Martin XO и окончательно удаляется. Мы сидим и даже она не решается нарушить тишину. Я в мгновение ока выпил подачку Дональда и стоит заметить коньяк действительно высшего пилотажа. Она начинает разговор и вновь с намека. Говорит что знает способ получше что бы расслабиться и стоит пойти к ней домой, а с её слов жила она здесь поблизости. Я продолжаю морозиться и вновь берусь за пиво которого у меня было ещё вдоволь. Но она видимо решает предпринять последний отчайный шаг и роняет ключи, да так что они падают прямо мне под ноги. Затем она наклонилась прислонившись прямо к моей промежности и вобщем-то не спешила подниматься, если ты понимаешь о чем я. Я киваю. В заднем кармане её шорт виднелся пакетик с белой пудрой и новенький iPod. Я же в оципинении замечаю что Дональд уже возвращается из погреба и в замешательстве пытаюсь что-то быстро предпринять. Но было уже поздно... — И вот как думаешь что могло сделать эту ситуацию ещё хуже? Я пожимаю плечами и приподнимаю брови в ожидании ответа. — Карен заходит в бар и видит всю эту картину, а сразу затем выходит и Дональд. Чертовка с низу сразу сообразила что происходит что-то неладное и наконец подняла свои чёртовы ключи. — Карен смотрит на меня, а я на нее, клуша вылазя из-под стола ударяется головой об стойку нарушив наше секундное молчание. После чего Карен как с цепи сорвавшись взрывается в потоке эмоций и сразу же начинает уходить выкрикивая оскорбления в мой адрес. Ну а я тот же час устремился за ней. Заперевшись у нас в квартире, в порыве гнева она разнесла полностью мой кабинет и ещё пару часов сидела в коридоре рыдая. Как выяснилось потом она даже сломала пианино которое мне подарил отец... Ну и вот мне с того времени все никак не удается получить её прощения, она вообще не хочет меня видеть, даже поговаривала о разводе, ну а я, что я? Я вообще не знаю что теперь делать. Пытался объясниться, но все тщетно. Она просто не хочет меня слышать, тупая сука, а я ж ведь люблю её. Я молчу и просто хлопаю его по плечам. —Бог ты мой, даже незнаю что тебе сказать... Он уже чуть ли не хныкает, но я пытаюсь его успокоить и это мне вроде как даже удается. — Как ты думаешь она же простит меня?... — Да конечно простит, ты главное настаивай на своем и она тебя все равно рано или поздно услышит. Это действует и он подтирая слезы вновь возвращает свое мужество. Его автобус как раз прибыл он сразу приходит в чувство, грубо жмёт мне руку и бежит за автобусом который уже собирается отъезжать. Какой же он все таки наивный идиот думаю я про себя, а сразу за тем испытываю невероятное чувство облегчения. Меня наполнило двоякое чувство, с одной стороны мне действительно стало его жаль, но с другой кажется он наконец получил по заслугам. В узких кругах ни для кого не секрет что он изменяет своей жене. Сначала это была соседка Криста с которой он быстро порвал, потом же кассирша из его автомастерской, имя которой мне неизвестно и она тоже по каким-то причинам была уволена в скором времени. Уже через месяц вновь пошли слухи что тут, то там он появляется с другой девушкой. Слухи доходили и до его жены и на этой почве у них долгое время продолжались скандалы. Но все оставалось неизменным, а он и впрямь продолжал её любить, хотя и спал с другими женщинами. Говорил что сердцем он с Карен, но настоящему мужчине нужен гарем ублажительниц чтобы всегда держать себя в форме. Хотя по правде мужества и средств ему едва ли хватало на одну Карен. Наверное она решила что это и есть та самая любовница, поэтому и думает о разводе. После такого удивительного стечения обстоятельств я и вовсе начинаю верить в карму, хотя будет конечно обидно если его простят. Заговорившись с этим шарлатаном я и позабыл о ходе времени. Я беру свои гравированные часы на которых ещё кое-как можно прочесть мое имя и смотрю на время. На немного поцарпаном циферблате стрелки показывают шесть и что-то около пятидесяти минут. Часы эти мне подарил отец на четырнадцатилетие и я ими очень дорожу. Ремешок правда стоило бы уже давно поменять, но на это средств у меня нету, хотя стоило бы найти. Все таки это последний подарок моего отца как никак. Не успел я оглянуться как вся остановка уже была переполнена людьми. И хоть каждые пять минут подъезжали то ли троллейбусы, то ли просто автобусы, забирая с собой по десять - пятнадцать человек, толпа от этого меньше не становилась. Так же я заметил своего соседа который видимо в такую рань уже решил похмелиться, но вместе с ним я увидел ещё кое кого. Она стояла ко мне спиной и разговаривала с кем-то по телефону. Я смотрел на неё и не мог понять почему же мой взгляд намертво прикован к ней. Иногда она вертелась и поворачиваясь в мою сторону, давала мне рассмотреть свое лицо. Нежное но и в тоже пёстрое, её кудрявые русые волосы и маленький носик в виде капельки были мне почему-то так знакомы. На ней была относительно строгая рабочая форма которая никак не могла скрыть нежность которой от нее веяло. Вероятно она работает в офисе подумал я и попытался отвести взгляд. Где же мы могли встретиться? Спрашивал я себя, но ответ все никак не приходил в голову. Она закончила разговор и полезла в сумочку, положила в неё мобильник и продолжила что-т искать. Я насильно пытался заставить себя не смотреть, но мне все никак не удавалось утихомирить интерес. Резко вытянув наушники из сумки, вместе с тем выпал и громоздкий файл который наверное случайно зацепился за них. Множество бумаг, каких-то снимков и просто документов обрушились на ещё сыроватый асфальт. В спешке она начала собирать все что оказалось на полу и я тоже с какого-то черта подорвался что бы помочь. Я быстро подавал ей документ за документом, но мою инициативу больше никто не подхватил. В один из таких разов мы впервые встретились глазами, но сразу потом она их быстро отвела. Карие значит, ну-ну. Передавая ей очередной файл я замешкался и не заметил как на полном ходу мимо нас промчался какой-то мальчишка, при этом мигом схватив её сумку. Она заметила это первой, но уже была бессильна, успев лишь выкрикнуть: 'Эй, постой!'". Я сразу же поднял глаза и толком не сообразив что только что произошло, кинулся в погоню. Что черт возьми меня, за нахрен сегодня происходит, вопреки тому что я хотел провести этот день просто спокойно без какого либо стресса, сейчас происходит вот этот пиздец. Почему я вообще продолжаю бежать? Уже через пять минут, если он вовремя приедет, должен будет отправиться мой троллейбус. А я в то время бегу хрен пойми куда, за мелким ворюгой. Он же в свою очередь на удивление резвый и будет явно шустрее тридцатилетнего меня, который последний раз дышал в сторону спорта ещё на службе в полиции. Мы наматываем зигзаги по округу, но он и не думает останавливаться. Я уже оущущаю что по времени точно не успеваю вернуться на остановку и так же начинаю ощущать что мои лёгкие вскоре откажут если темп этой погони не сбавиться. Мы заворачиваем в какой-то двор и на долю секунды я теряю его с поля зрения. Быстро оглядываюсь и вижу что он уже вот-вот завернет за угол и скроется. Я устремляюсь за ним, но было поздно. Он уже завернул в подворотню и окончательно скрылся. Я уже полностью обессиленный и расстроенный добегаю туда не питая никаких надежд но вижу удивительно приятную картину. Двое полицаев стоят вместе с ним, один крепко держит его за руку, а второй допрашивает. Но его постоянно перебивает она, в порыве гнева отчитывая мальца.Ох да, она... все обошлось. Сразу же я испытываю невероятное облегчение ведь вижу ту самую девушку с остановки, которая ещё минут пять назад была, вся такая спокойная, нежная и грациозная. Сейчас же она в ярости и ей это так не идёт. Я выхожу из-за угла и вся эта компания одновременно поворачивается в мою сторону, от чего мне моментально становиться неловко.