Часть 19
11 сентября 2024 г., 22:52
— Враг на шесть часов!
Флари потянула ручку управления на себя, и истребитель закрутился в воздухе, едва увернувшись от града выстрелов, которые иначе могли бы разнести хвост самолета. Аликорн оглянулась назад и зажгла свой рог, когда преследовавший ее самолет устремился за ней вверх. За ней летел основной истребитель Империи Грифонов, раскрашенный в типичные серо-оранжевые цвета.
Она улыбнулась. Сегодня аликорн еще не использовала магию в битве, чтобы раньше времени не раскрыть себя противнику. Она крутанулась, чтобы сбросить истребитель с хвоста, и поправила наушники, надетые поверх пилотки, наблюдая за тем, как снежинки опускаются на стекло ее кабины. Ее безымянный противник перестроился, вновь садясь ей на хвост, и выровнялся, выпуская еще одну очередь.
— Понибудь настиг его? — спросила Флари, подготавливая заклинание щита.
— Я за ним, Сокол Четыре. — по рации раздался хриплый смешок.
Флари отклонила истребитель в сторону, когда один из пилотов ее крыла ворвался сбоку, прошивая очередью фюзеляж вражеской машины. Самолет Рейха вспыхнул и резко пробил облака, падая прямо в океан. Ее сослуживец, управляющий наскоро раскрашенном в радужные цвета истребителем, начал снижаться, присоединяясь к воздушному бою, кипящему несколько ниже.
— Чистая работа, Сокол Два. — похвалила товарища Флари. Она выровняла свой самолет и выпустила очередь по морскому бомбардировщику, который готовился к пикированию. Из крыла бомбардировщика повалил черный дым, и самолет начал разворачиваться, готовясь отступать на восток. Флари преследовала подбитый самолет, летя чуть выше него, чтобы не попасть в зону поражения хвостового стрелка. Правым копытом она вдавила кнопку на штурвале.
Турель выстрелила всего четыре раза и замолчала. На консоли загорелась лампочка, предупреждающая о нехватке боекомплекта, а рядом с ней уже некоторое время мигало предупреждение о недостатке топлива. Морской бомбардировщик продолжал удаляться, и Флари могла только хмуро смотреть ему вслед. Она поудобнее устроилась на сиденье и потянулась к кнопке, открывающей стекло кабины пилота. Она бросила взгляд на сегодняшние отметки, начерченные справа от сидения.
«Двенадцать убийств – это неплохой результат», рассудила Флари. Вздохнув, она развернула свой истребитель, оставляя морской бомбардировщик в покое, и осмотрела небо. Ее товарищи по крылу держались неплохо, но в целом битва складывалась не в их пользу. Ее эскадрилья была приписана к участку океана рядом с Нуво Аквилой, прибрежным районом Нова Грифонии, где осело большинство беженцев из Аквелии. Их задачей на сегодня было удержать господство в воздухе, чтобы ВВС Рейха не смогло поддержать свой флот, участвующий в морском сражении далеко внизу.
В конце лета Империя Грифонов уже предпринимала попытку высадки, и ее едва удалось отразить в жестоком морском сражении, в результате которого флотам обоих сторон был нанесен значительный урон. Тогда у Флари тоже закончились боеприпасы, и она решилась на обстрел кораблей вторжения с помощью свой магии. Ей пришлось снижаться и летать с открытой кабиной, что повышало риски быть подстреленной. В ту ночь она вернулась на базу на самолете, нос и крылья которого были опалены жаром постоянно используемых заклинаний, а стеклянная перегородка ее кабины наполовину расплавилась.
Оплавленные остатки десантных кораблей все еще валялись на пляже, и ни у кого не было времени, чтобы убрать остовы двух тяжелых крейсеров, затонувших рядом с гаванью. Вместо медали за отражения вторжения полковник Скайвотч вынес ей выговор за то, что своими действиями она заблокировала гавань.
Флари стиснула зубы и направила свое раздражение в заклинание, окружив свой самолет щитом, после чего кобыла повернула истребитель в сторону эскадрильи истребителей Рейха, идущей на перехват ее крыла. Прежде чем они успели среагировать и разделиться, ее рог заискрился, и она с треском телепортировалась.
Машина Флари появилась прямо перед ведущим истребителем, тут же врезаясь в него. На такой скорости она пробила корпус как бумагу. Флари не остановилась и направила самолет в сторону товарищей погибшего грифона, отрывая одному самолету крыло, а второму хвост. Остальные истребители полетели в разные стороны, стараясь уклониться от боя с аликорном. Вскоре их стали преследовать ее сослуживцы.
— Прямо как в боулинге! — раздался голос в гарнитуре.
— Пока без страйка, только спэры. — ответила Флари. — Говорит Сокол Четыре, у меня нету боеприпасов и мало топлива. — Она аккуратно расправила крыло и, удерживая кусочек мела между перьями, провела еще три черточки.
В наушниках раздался хор подтверждений. Флари огляделась, но небо было в основном чистым. Вдалеке виднелись несколько небольших столкновений, но, похоже, сегодня утром они победили. Флари позволила себе улыбнуться.
***
Торакс был прав в своем прогнозе; это была тяжелая война. После того как Фредерик оправился от перелета и последующего допроса, Флари отправила паникующего и полубезумного грифона с запечатанным письмом обратно в Грифенхейм. Он ничего не помнил ни о подвале, ни о подменышах. Торакс выдал ему историю о том, что он рухнул на крышу и его выходили, что технически было правдой. Флари пообещала Фредерику Шарпу, что письмо не пустое, но не раскрыла его содержания. Он опять начал рыдать, но не промолвился о роли своей семьи. Флари догадывалась, что изначально ему было запрещено упоминать вынужденный характер его поездки. Грифон быстро и неровно взлетел и полетел на восток с ранцем, полным провизии, и слезящимися глазами. Флари не знала, удалось ли ему вернуться. По радио ничего не объявляли, а Гровер не присылал ей еще писем. Торакс решил не пытаться информировать правительство Нова Грифонии, поскольку это могло вызвать много ненужных вопросов. К тому же ни в чем нельзя было быть уверенным наверняка, ведь в случае получения Гровером ответного письма, он, несомненно, бы поменял свои планы. Флари не знала, что стоит за поступками Гровера; теперь ей казалось, что на самом деле она совсем его не знает. Возможно, он думал, что его письмо так и не дошло до Флари, потому что Рейх, как и предполагалось, начал внезапное вторжение на Эквус в обозначенную дату празднования дня Солнца. Для пони этот день перестал быть праздником много лет назад, а грифоны никогда не праздновали наступление самого длинного дня в году. Нова Грифония едва выдержала первое нападение и попытку высадки. Прибрежные города были значительно укреплены и защищены зенитной артиллерией, но Рейх мог выставить миллионы и миллионы грифонов против бедной колонии и Кризалис. Сами самолеты Рейха были лучше самолетов Нова Грифонии в силу того, что на них работала промышленность половины континента, но уровень подготовки их пилотов был значительно ниже. Потери и замена опытных пилотов на новичков продолжала снижать качество ВВС Рейха по мере затягивания войны. Флот кайзера был огромен, но логистика снабжения многочисленных армий в нескольких местах на другом континенте истощала и его. Флари не слышала, чтобы по радио чейнджлингов передавали какие-либо новости, а Торакс было не до проверки разных слухов, он был слишком занят официальной работой на Блэкпика в отделе дешифрования. Из отчетов Даскреста и Дасти Флари знала, что сухопутная граница сейчас слабо защищена, а значит, высадка в Эквестрии увенчалась успехом, но на участке от Балтимейра до Мейнхеттена царило радиомолчание. Передачи из Грифонии были явной пропагандой: грифоны с сильным герцландским акцентом уверяли, что они пришли освобождать Эквестрию и Кристальную Империю. Селестия в Речной Федерации тоже молчала. Прошло несколько месяцев войны, а Флари Харт все еще не знала, правильный ли выбор она сделала.***
— Так, — прозвучал хриплый голос Сокола Два. — кобылки и птенчики, мы закругляемся. Приказываю всем выходить из боя и возвращаться на базу. Тут же раздался хор протестов, и уши Флари задергались от услышанных ругательств. — Это не я устанавливаю правила. — парировала Рейнбоу. — Я просто передаю приказы. Флот все равно отступает. Мы закончили. Флари Харт стянула летные очки и немного наклонила истребитель, чтобы посмотреть на океан. Вода была черной от масляных пятен и горящей нефти. Несколько кораблей стояли неподвижно и быстро исчезали из вида, поглощаемые волнами. С высоты своего полета она не могла разобрать, какие корабли принадлежат Нова Грифонии, а какие — Рейху, но аликорн рискнула предположить, что три небольших корабля, отчаянно несущихся на юг, принадлежат им. Их преследовали две большие точки и один огромный линкор, который она могла четко разглядеть. — Там под нами флагман Рейха? — спросила она, касаясь копытом наушников у себя на голове, чтобы поправить их. — Ага. — ответил Сокол Семь с герцландским акцентом. — Это Артур из Скайфола. Флари окинула взглядом огромный корабль. — Увидимся на базе. Флари услышала одобрительные крики пони и грифонов – пилотов ее крыла. Кобыла поморщилась, слыша, как они пытаются перекричать друг дружку. — Прекратить! — крикнула Рейнбоу тоном, который использовали сержанты Вондерболтов, гоняя курсантов. — Сокол Четыре, будь осторожна; Торакс убьет меня, если ты не вернешься. Я найду тебя в загробном мире и буду вечно мучить тебя. — пригрозила она. — Принято, Сокол Два. — ответила Флари. — Принцесса, следи за топливом. — предупредила ее пегаска. Флари закатила глаза и стянула наушники себе на холку, где уже покоилась откинутая с головы пилотка. Задним копытом она надавила на рычаг, открывая стекло и впуская в кабину прохладный воздух поздней осени. Несколько снежинок опустились в кабину, быстро тая на ее коротко подстриженной гриве. Небо становилось все чище, пока истребители улетали, чтобы вернуться домой. Исключением стал один маленький самолет, который вместо этого устремился вниз к океану. Флари глубоко вздохнула и начала зажигать рог, наполняя его магией. Она вдавила штурвал в панель, и самолет начал резко снижаться к воде. Она мчалась к кораблям, пока ветер трепал ее короткую гриву и хвост. Ей приходилось щуриться, чтобы не сбиться с курса из-за ветра и снега. Помогли бы очки, но Флари на собственном опыте убедилась, что некоторые ее заклинания слишком горячи для всего, что находится близко к ее рогу. Когда корабли показались в поле зрения, Флари в очередной раз окружила себя щитом. Массивный линкор с обеих сторон сопровождали крейсеры, примерно вдвое меньшие, чем флагманский корабль. Тяжелые орудия на передней палубе грохотали, пытаясь зацепить убегающие эсминцы, один из которых отставал и кренился набок. «Ну что, давайте потанцуем». Флари Харт скорректировала свое пикирование в сторону линкора, и двигатель взревел. От щита отрикошетила первая очередь зенитного орудия. Приближаясь к кораблю, Флари отстегнула ремень и влила еще больше энергии в заклинание. Для атаки ей придется развеять щит. После нескольких месяцев боев, она знала, чего ожидать; об этом знали и ее цели. Грифоны на палубе заметят ее и увидят щит вокруг самолета. Они запаникуют и сообщат об этом капитану. Капитан отдаст приказ о начале маневра уклонения и вызовет на перехват все находящиеся поблизости истребители. В качестве последней попытки спасения он прикажет открыть по ней огонь из всех орудий. Она уже проходила через все это. Линкор начал резко разворачиваться, вынуждая тяжелый крейсер, идущий слева от него, повернуть, чтобы избежать столкновения. Орудийные башни начали тяжело поворачиваться вверх. Вдобавок к зенитному огню небо начали освещать трассы пулеметного огня. Даже если они попадали в пикирующий самолет, щит легко отражал все их выстрелы. Флари продолжила снижать высоту, с ревом несясь к корме корабля под шквальным огнем. Она уже была достаточно близко, чтобы различать отдельных грифонов на палубе. Несколько матросов уже летели рядом с кораблем, спасаясь на стоящие рядом крейсеры. Несколько грифонов держали винтовки и целились в ее самолет. Флари ухмыльнулась и посмотрела налево, на пустой участок океана, где ранее шел крейсер. За мгновение до того, как самолет на полной скорости врезался в палубу, она с треском телепортировалась. Истребитель появился рядом с кораблем, летя чуть выше качающихся волн. Флари осмотрела борт крейсера, подмечая место за командной башней. Она телепортировалась между крейсером и линкором; как раз туда, куда не будет направлено ни одно из орудий. Опытный единорог мог бы на мгновение создать щит вокруг своего истребителя, но нипони не могли одновременно призывать щит и телепортироваться. Она высунулась из кабины направо, отпуская штурвал и отодвигая рог от стекла. У нее не было времени вливать магию в лазер, поэтому она довольствовалась не полностью заряженным вариантом заклинания. Она выпустила заклинание, целясь чуть выше ватерлинии. Голубой луч искривил стекло, защищающее ее кабину, и до черноты опалил краску на правом крыле. Он пронесся над водой, устремляясь к кораблю и оставляя за собой облачко пара, поднимающееся от воды. Луч без сопротивления прорезал обшивку. Флари попала точно в цель. Центр корабля проломился, и из-под палубы, разбрасывая матросов, вырвался шлейф огня. Лазер Флари подорвал запас боеприпасов, и от силы их взрыва весь корабль тряхнуло и подбросило в воздух. Грифоны, находившиеся на борту, не успели эвакуироваться; корабль почти раскололо надвое. Пока у Флари звенело в ушах, она вернулась в кабину и едва успела набрать высоту, пролетая над покореженной командной башней. Она вновь окружила истребитель щитом и пролетела сквозь дым. В нее врезался грифон, бегущий с корабля; он с хрустом ударился о щит и безвольно полетел в воду. Делая широкую дугу вокруг тонущего крейсера, Флари разворачивалась в сторону линкора. Они все еще корректировали орудия, прицеливаясь в нее. Все забыли об эсминцах, сосредоточившись на сражении с одиноким пилотом. Флари прислушалась, пытаясь понять, есть ли здесь еще самолеты, но за криками и скрежетом металла она услышала только гул своего двигателя, умоляюще шипящего из-за низкого уровня топлива. Она улыбнулась. Здесь были только они. Приближаясь к линкору, Флари вливала все больше магии в подготовленное заклинание, а из ее рога в небо летели голубые искры. Многие члены экипажа прыгали с бортов и, размахивая крыльями, бросали обреченное судно, пока она, почти касаясь волн, летела к ним. Немногие оставшиеся начали стрелять по ней из винтовок и пистолетов. Большинство пуль пролетали вдали от нее, а немногие попавшие просто отскакивали от щита. Она слишком быстро приближалась к борту. «Вероятно, я не смогу пробить его обшивку», решила Флари, резко поднимая самолет выше уровня линкора. Защитный пузырь сбил антенны над командной палубой, когда она, едва миновав линкор, прицелилась в крейсер по правому борту. Он оставался на месте, а его орудия все еще были нацелены на отступающие эсминцы. Она рискнула развеять щит и выпустить вниз широкий лазер. Через мгновение после того, как она выпустила заклинание, воздух взорвался выстрелами. Она снова телепортировалась, возникая позади линкора. Флари оценила ущерб, вызванный ее заклинанием. Выстрел не был прицельным, но он все равно повредил судно, пробив огромную дыру в палубе и обшивке. Корабль выглядел так, словно мифический кракен откусил огромный кусок от борта в задней части корабля. Попадание было фатальным, и крейсер уже начинал тонуть. Не теряя времени, грифоны перелетали на линкор, заглушая скрип металла хлопками множества крыльев. Последней целью Флари стал линкор. Он снова поворачивался, бросая погоню за эсминцами и направляя нос в сторону Грифонии. Флари проверила кормовой флагшток на предмет белого флага, но на ветру все еще вызывающе развевался ревущий грифон на желто-оранжевом фоне. Ей в глаза бросилась надпись Артур, красовавшаяся на борту корабля. Во время их совместных языковых занятий Кэтрин рассказывала ей несколько легенд о Рейхе. Артур Однокрылый и Роланд Праведный были героями, которые присоединились к походам Гровера I и возглавили его армии. На службе у Гровера Артур получил множество ран и увечий, но он все равно с радостью сражался за своего господина. Его часто отправляли на лечение, выдергивая обратно на службу в моменты, когда он был наиболее необходим. «Тебе такие возвращения больше не сулят», фыркнула Флари. Она развела щит и выпустила магический снаряд в судовой руль (винт в корме, с помощью которого корабль поворачивает), взрывая его. Прицелившись чуть ниже, она запустила второе заклинание, которое в этот раз полетело под воду в направлении гребных винтов, а затем вернула щит. Линкор по инерции продолжил свое движение, однако его поворот был прерван, а судно упрямо шло вперед. Флари разорвала дистанцию с кораблем, полетев в сторону, пока двигатель ее самолета барахлил и шипел от нехватки топлива. Флари вздохнула. «Я должна закончить это». Она сделала круг, возвращаясь к линкору, когда она пролетала над крейсером, теперь уже наполовину погруженным под воду, аликорн снова зажгла рог. Дистанция была подобрана идеально: к моменту подлета на позицию она подготовит заклинание максимальной мощности. Грифоны на борту, вероятно, также понимали это, потому что они либо в панике бежали, либо ожесточенно обстреливали ее самолет, понимая, что этот взрыв будет последним для корабля. Противовоздушные турели не могли поразить самолет, летящий так низко; матросам оставалось надеяться только на удачный выстрел станковых пулеметов или личных винтовок. Инженеры подготавливали корабль к защите от пикирующих бомбардировщиков, которые будут целиться в палубы корабля, а не в укрепленные борта. Никакое современное оружие просто не могло пробить бортовую корабельную броню толщиной в коготь Флари Харт подлетела еще ближе, высовываясь из кабины, чтобы нанести финальный удар. На краткий миг она залюбовалась величественным силуэтом флагмана Рейха, на который красиво падал утренний свет. Могучий и внушающий ужас в противников Артур возвышался над водой, окрашенный в оранжевый, желтый и черный цвета вокруг массивных башен. Экипаж корабля состоял из тысяч грифонов. Гровер точно гордился им. Он всегда жаловался, что его флот не очень хорош. Флари применила заклинание, целясь в пучину океана. Это был не просто еще один лазер. Она влила в него столько магии, что он превратился в сплошной луч огня, мгновенно превращающий воду на своем пути в клубы пара. Облака заслонили юркий самолет, и стрельба пошла на убыль. Одна пуля пробила левое крыло, но большинство пулеметов брали слишком высоко. Флари резко провела рогом, чертя линию от глубины синих вод до неба. Раздался рокот, похожий на рев раненого зверя, но его заглушало гудение кипящих облаков. Флари опустилась обратно в кабину и повела самолет сквозь облака. Она посмотрела влево, чтобы полюбоваться своей работой. Линкор по инерции продолжал движение, но теперь он был аккуратно разрезан напополам. Флари пробила нерушимую броню с обеих сторон, разрезав корабль словно кусок хлеба. Корму уже захлестывали волны, а носовая часть опрокинулась под весом тяжелых башен. Корабль полностью ушел под воду за считаные минуты; последней исчезла командная башня, откуда выпрыгнуло несколько грифонов, полетевших на восток. Мало кому по силам выдержать такой путь. Понимая это, некоторые решали лететь на юг. Флари повернула свой самолет на юг и посмотрела в сторону эсминцев. Два корабля сбросили скорость, чтобы помочь своему пострадавшему товарищу, который дымился и кренился все сильнее. Между целыми кораблями и их пострадавшим собратом метались грифоны. Некоторые из них несли раненых, другие помогали не умеющим летать пони. Грифоны с винтовками стояли на кормах, ожидая матросов Рейха, отчаянно мчавшихся к ним. Флари Харт пролетала над беспокойными волнами рядом с эсминцами, пока ее двигатель протестующе шипел. Матросы на палубах останавливались, радостно махая и крича ей. Флари помахала крыльями своего самолета, отвечая им, а затем поднялась высоко в небо. Она приготовилась телепортироваться обратно на базу, стараясь появиться как можно выше, чтобы избежать столкновений. Прежде чем использовать заклинание, она вытерла нос о рукав летной куртки. Ее рукав был засален и запорошен снегом, но крови не было. Флари широко улыбнулась и рассмеялась. «Я становлюсь сильнее, с каждым разом у меня получается все лучше». Флари Харт и ее самолет исчезли в голубой вспышке.
