Вот бы уснуть с тобой в маковом поле

Стоя на коленях на эшафоте, Эйс думал о многом. Гарп. Он никогда не скажет о том, что нуждается в помощи, Эйс продолжит смотреть ему в глаза. Даже, если он не называл его дедом, это не значит, что он ему не дорог. Луффи. Что бежит к нему сломя голову через толпу дозорных. Отчаянно хочет его спасти. Его глупый младший брат, в детстве он был таким плаксой. Сабо. Его первый друг, ставший ему семьей. Принявший его, несмотря на то, чей он сын. Погибший от рук чертового тенрьюбито еще ребенком. Руж. Он никогда не знал свою мать, но почему-то, ему думается, что если бы она была бы жива, то любила бы его больше жизни. От нее, ему достались веснушки, что раньше он все пытался замазать. Дадан. Пусть эта разбойница и была жестока, все же он считает ее своей второй матерью. Она вырастила его, дала ему крышу над головой. Он даже носит бусы подобные ее. Роджер. Как же он зол на своего «отца», если бы не он, ничего бы из этого не произошло. Он никогда бы не взял его фамилию. Белоус и его команда. Чужие люди, ставшие семьей. Старик, ставший ему отцом. И сейчас, он смотрит, как они сражаются за него. Он видит сколько уже полегло его товарищей и от этого — болит сердце. Ямато. Девушка, что он знал всего один день. Дочь известного ёнко — Кайдо. Он и не подозревал, что сможет влюбится. Как там говорят? Любовь с первого взгляда. И ему, правда, не хотелось уплывать из Вано. Он с удовольствием бы остался с ней. Но сейчас, к сожалению, она слишком далеко. Он плачет. Плачет от несправедливости. Разве он виноват, что он сын Короля Пиратов? А у него не хватает времени. Честно, это похоже на помешательство, ее образ забрался даже в самые отдаленные части его сознания. Он сходит с ума, когда ее нет рядом. И перекрывая брата от удара, он чувствует адское жжение. Хоть он и логия огня, ему жарко, ему больно он температуры. Он чувствует, как его органы расплавляются. Все что ему удается сказать лишь фраза…

Спасибо, что любили меня!

Слезы стекают по щекам, и он чувствует, как закрываются глаза. А Ямато места себе не находит. Вивр карта Эйса — тлеет. И чем больше времени проходит, тем меньше ее остается. Маленький лоскуток улетает из ее рук, в конце-концов — сгорая. И внутри у нее что-то щелкает. Разъедающая пустота, сменяется злостью и негодованием. Она с огромной силой бьет наручниками по камням, правда, безрезультатно, только кожу на запястьях сдирает. Она бьет и бьет, а затем затихает. Сидит на коленях и лишь льет слезы по утраченному другу. Нет, он был большим. Она его любила. И Ямато не считала глупым то, что они были знакомы всего-ничего. Но они оба не понимали, почему же судьба к ним так жестока. — Слишком холодно, — думает Эйс уже после смерти, смотря вниз, туда, где все происходило. — Открой глаза, Ямато! — завывает ветер на Онигашиме.