«Друг»

-Он мне опять приснился! Сережа наворачивал круги в полупустой комнате, оставляя на полу четкие следы от ботинок. Говорить ему об этом я конечно же не стала, проще самой потом в сотый раз вытереть, чем выслушивать претензии, что чистые полы не идут в никакое сравнение с поломанной жизнью капитана КГБ СССР. -Уже месяц! Целый месяц! Да, уже на протяжении месяца с момента аварии и волшебного исчезновения пацана из камеры КГБ, Сереже сняться сны с его участием. То они ведут перестрелку где-то в поле около станции, то просто беседуют в кабинете, то, что бывало чаще всего, пили квас у желтой бочки на площади. -Что на этот раз? С фальшивым интересом спрашиваю я, не отрывая взгляда от следов на полу, которых становилось все больше и больше. -Он исчез! Была у Костенко очень плохая привычка, кричать, когда он был взволнован. Ну хоть замер на месте и на том спасибо. -Исчез? Интересно, может он больше и не будет сниться тебе? -Ты не понимаешь! Ну да, куда уж мне. -Я видел, как он исчез из камеры. Просто испарился. Растворился. Видеть Сережу таким возбужденным дело конечно привычное, но, чтобы до красных белков, дрожащих рук и частого дыхания, это что-то новое. -Ну это же сон. Мне вот вчера котята приснились. Один летел на арбузе, а другой... -Ты что издеваешься? Тяжелый ботинок прилетел в ножку старой табуретки, от чего та с громким скрипом развалилась на две не равные части и укатилась в угол. -Ну за что ты так с ней. Мне было не понять его переживаний на счет этого мальчишки. Ну исчез он из камеры и исчез. Нам надо сейчас с другим говном разбираться. Авария, измена родины, все такое. -Я найду его. Найду, чего бы мне это не стоило. Мужчина подошел к заляпанному окну цокольного этажа, что выходило прямо на дорогу, по которой без какой-либо суматохи ездили простые граждане СССР, не подозревающие, что именно с этой фразы у жизни бывшего капитана КГБ СССР появился смысл. .. /\ .. -Я понял! Я понял! С горящими глазами Костенко хватает меня за плечи и как в банальной романтической комедии начинает кружить по комнате. -Меня сейчас вырвет, а это последний чистый костюм, что у тебя остался! -Я понял. Чуть успокоившись и наконец отпустив уже ноющие плечи, продолжил мужчина. На его когда-то рыжей шевелюре уже можно было заметить проблески ранней лысины. Об этом я ему тоже не говорила, а обратить внимание на себя в зеркале у этого сталкера юных парней времени точно не хватит, поэтому истерику по поводу внешнего вида, которой он страдал в своей прошлой жизни, можно было отложить. -Что у тебя там? Есть какие-то зацепки? Он уехал за границу и отправил тебе оттуда фотку в плавках? Поиздеваться было благим делом, тем более что обвинения в мужеложстве нам точно не хватало для полноты картины. -Он еще не родился. -Не думала я, что крыша едет так быстро. Нервно рассмеявшись, я краем взгляда искала телефон, в мыслях вспоминая номер скорой помощи. -Ты вспомни их паспорта и год рождения! -1995. Это через четыре с половиной года. -А теперь взгляни на это. На стол, аккурат перед моими глазами упали две маленькие тетрадки, похожие на паспорта. Хотя это они и были. -Ты выкрал их паспорта из отдела? Так они же исчезли вместе с ними. Ты что снова туда совался? Тебе вообще жить надоело? Главное и слова то мне не сказал! Сережа приподнял один паспорт, открыл его и развернул ко мне, показывая все его содержимое. -Паспорт выдан... Игнатьев Сергей... в 1991 году... Что это? -СССР больше нет. И паспортов старых больше нет. Теперь такие, как... -Как у тех ребят! В консервативную голову жителя СССР влилось слишком много информации, переварить которую было довольно сложно. Не знаю как такой человек как Костенко смог все это понять и не сойти с ума. -Он просто еще не родился, у меня есть еще двадцать лет для встречи с ним! Видеть, как здоровый мужчина прыгает по комнате и весело хохочет, заставляет тебя усомниться не только в его психическом здоровье, но и в своем. -Я не пойму, чего ты радуешься? Перемещения во времени существуют, иначе я никак не могу объяснить все то, то... То, что произошло и происходит сейчас, он что реально из... из... 2014? Перестав скакать как ненормальный, хотя может он и ненормальный, Костенко сел рядом со мной и взял меня за руки, будто собираясь сказать матери о гибели ее сына, хотя если приукрасить данные обстоятельства так все и было, только “сын” мой оказывается еще даже не родился! -Причина нашей проблемы еще не родилась. Мистическим и даже каким-то жутковатым шёпотом до меня доносились его слова. -А если он еще не родился у нас есть шанс все исправить. А понимание этих самых слов задерживалось холодным потом и противными мурашками где-то на затылке. -Ты хочешь убить ребенка!? Вырвав руки из лап убийцы, странно это говорить о военном человеке, а с недавних пор бандита, я вытаращила на него глаза. Разве способен он, человек, которого я знаю чуть ли не с рождения сделать такое? -Они сломали мне жизнь! Уберу одного и все исправлю! Одна жизнь ради миллиона! -Ты поехавший! Не верилось мне, что человек, до этого спасавший жизни мирных граждан сейчас хладнокровно говорит мне об убийстве пусть одного, но ребенка. В глазах помутнело и я почувствовала, как проваливаюсь в темноту. .. /\ .. Что-то холодное и склизкое опускалось мне на щеки, что-то холодное и склизкое с запахом рыбы? Открыв глаза, я не знала на что реагировать сначала. То ли на яркий свет, бивший из открытого окна, то ли на острую головную боль, похоже я крепко приложилась, когда падала, то ли на рыбью голову, мельтешащую у лица. -Что ты творишь? Приподнявшись на локтях, я ладонью отбила холодную тушку, от чего та упала на пол, собрав на своей чешуйчатой шкурке пыль и пару десятков волос. Рыжих, что когда-то еще оставались на голове моего горе спасителя. -А это мог бы быть наш ужин. Обреченно вздохнув, “спаситель” протянул мне стакан с водой и таблетку, как я могу предположить, аспирина. -Спасибо, но если ты думаешь, что тем самым мы закончили разговор и я со всем согласилась, то нет. Убрав грязный трупик с пола, Сережа посмотрел на меня спокойным ровным взглядом. Давно я такой не видела у него. Последний раз, наверное, до всех событий с теми детьми. -Пока ты в отключке валялась, я обо всем подумал и... Ты была права. -Повторяй это чаще. Борясь с головокружением, я села на кровати и с жадностью ждала продолжения его монолога. -В общем, не буду я убивать ребенка. И ждать пока он подрастет тоже не буду! Быстро среагировав на мой суровый взгляд, исправился он. -И что же ты? Смирился? Никогда не поверю. Что что, а цепляться в дело как собака Баскервиллей и гореть им как китайская новогодняя елка, Костенко умел мастерски. -И правильно делаешь. Убивать мы никого не будем. Мне нравиться его уверенное “мы”, он так верит в свой план? -У него была машина времени. Здесь, в настоящем, иначе как бы он попал в прошлое? Вопрос в том, как он ее получил? Не сам же создал, мозгов маловато. -Но тебя одурачить у него мозгов хватило... А бутылка с водой достаточно опасное оружие. Подняв его метательный снаряд и отпив из него, приглушая тем самым предательское хихиканье я приготовилась слушать дальше. -Он просто вернулся в свое время, это не его хитрый план, а проеб судьбы, называй как хочешь и хватит ржать! -Хорошо, хорошо. Что ты предлагаешь? Сорвать ему сделку по передаче того груда металла и самим им воспользоваться? -Как вариант. Осталось только узнать, как пользоваться этим куском металла и где произойдет сделка. -Как быстро роль бандита захватила твой разум. Ухмыльнувшись, размышляла я, уворачиваясь от очередного снаряда, по-моему, это был чей-то ботинок. .. /\ .. Поболтав и обсудив все мелочи нашего плана мести, да нашего, потому что, если бы не поступок тех ребят и жизнь Костенко и моя жизнь сложились бы иначе, мы медленно, но верно приступили к его реализации. Меня до сих пор не до конца устраивали его идеи о постоянном наблюдении жизней семьи Вершиненых и других, но я молчала, сама не зная почему. Размышлять об этом можно было чертовски долго. Кто виноват и с какого пинка эти дети вообще решили поиграть в игры со временем. Судя по поведению Павла, как невербального лидера их компании, он сам не особо осознавал куда и как попал. Стоит отдать ему должное либо за хорошую актерскую игру, либо за уверенное подстраивание под ситуации. Вел он себя уверенно. Пацан очень умен, чтобы о нем не говорил Сережа. Сережа часто высказывается мне по поводу Павла. Остальные ребята его будто бы не интересовали. По поводу снов. Они все чаще и чаще посещают его бедную голову, только их сюжетную подоплеку мужчина мне не рассказывает. Любопытно, чем он там занимается с этим подростком. Неужели все-таки убивает во младенчестве и кидает в замершие воды Москвы-реки? .. /\ .. А тем временем момент Х был все ближе и ближе. Смотреть на Сережу было физически больно. Его синяки под глазами и уже почти полностью сформировавшаяся новая прическа “бильярдный шар” ужасно контрастировали с ярко горящими глазами от предвкушения дня рождения Павла Вершинина. Мы припарковались около входа в роддом. Рядом стояла советская, но все еще в хорошем состоянии колымага. -Вершиненых. Со злым, маниакальным, каким-то киношным оскалом подтвердил Костенко, на мой не доверчивый взгляд. -Ты точно не будешь сейчас его убивать? В сотый раз интересуюсь я. В таком возбужденном состоянии мужчина мог сделать все, что угодно. -О боже. Можешь меня обыскать. Не отрывая взгляда со входа в медучреждение, отвечает он мне. -Нет, что ты, я тебе доверяю. Просто... Может, пока ты ездил на “проверки” и “подготовки” заложил в здании несколько килограмм взрывчатки? -Ну может хватит тебе уже? Не буду я никого убивать! Он с яростью ухватился за ручку двери и в салон ворвался прохладный воздух. Снег под его ногами жалобно захрустел, так, что мне стало даже жалко эти маленькие замершие кристаллики воды. -Пока. Закончил мужчина перед тем, как захлопнуть дверь. Трагически застонав, я с любопытством и некой опаской уставилась в окно. На крыльце появилась счастливая пара, женщина держала маленький сверток из голубых пеленок на руках, где я точно уверенна, но с трудом осознаю, находиться новорожденный - Павел Вершинин, чьи глаза мы уже видели около 10 лет назад. -С ума сойти. Сережа, похожий на маленького щенка спаниеля, подбегает к молодым родителям и чем-то интересуется, наверное, в душе лелея уверенность, что выглядит он вообще не подозрительно, хотя, судя по поведению семьи им вообще все равно, и их можно понять, такое счастье. Проводив взглядом читу Вершининых, Сережа возвращается в салон авто, в диком восторге потирая руки. -Ну, что дальше, о Оз - великий и ужасный? -А дальше мы будем ждать. Ждать и наблюдать. Страшила. Тяжело ударив его в плечо за такую отсылку к произведению, мы рассмеялись. Я с некоторыми опасениями за жизнь тех детей, а Сережа с облегчением от удачно выполненной части плана. Что ж, а теперь ждать, ждать и наблюдать. .. /\ .. Девятнадцать лет проходят как в тумане. Постоянные разъезды чуть ли не по всей Москве. Поиски всех ребят по списку. Любопытно, но с некоторыми Паша даже не был знаком. Гоша изредка попадался в компании с Лешей, Аня вообще жила своей жизнью, ничем не связанная с компанией. -Почему он не едет в Чернобыль?! Разбивая на моей памяти уже пятую кружку, злиться Костенко. -Может ему туда и не надо? Может он туда и не поедет? Осторожно предполагаю я, заранее убирая оставшуюся посуду в шкаф. -Он должен туда поехать! Все они должны туда поехать! И эта Аня, почему они еще не знакомы?! Времени мало, надо что-то придумать. Вместо кружки в стену полетела перечница и в воздухе зависло маленькое черное облачко. -Поехали. -Куда? Отрываюсь от созерцания мини пепла и оборачиваюсь. Сережа уже одет и готов к бою. -Есть у меня одна идея. Я любила, когда Сережа улыбался, но не так. Хищно и даже как-то жутковато. .. /\ .. Мы сидели под окнами пацана уже часа четыре. Мой мирный сон прерывался на походы за кофе или на яркие ругательства Костенко. Он сидел с одним черным наушником в ушах и вместо того, чтобы слушать завывания Эда Ширена внимал звукам квартиры на втором этаже, где ничего особо интересного не происходило. -Кто-то пришел. Пока не происходило. -Вот это динамичный сюжет. Подавляя зевок саркастично заметила я. Если бы кто-то снимал сериал о наших похождениях, то сценаристу бы пришлось многое приукрасить. -Есть! Крик резко выдернул меня из мыслей, обжигая каплями недавно купленного кофеина. -Ну что ты как... Не успеваю придумать оскорбление, как мы резко трогаемся с места и остатки бодрящего напитка дополняют уже довольно крупное пятно на кофте. -С тебя химчистка и новый кофе. Уведомляю я грозу столичных дорог, устраиваясь на сиденье и оборачиваясь. В его глазах пляшут черти, зубы терроризируют губы, а руки до побелевших костяшек вцепляются в руль. Я затихаю. Надо будет с ним поговорить. .. /\ .. -Они устраивают вечеринку. Завтра вечером. Я нашел одного чудака. Он нам поможет. Я уже все подготовил. Костенко тараторит начиная с выхода из машины и до в хода в квартиру. В общих чертах я поняла его план, но не уловила логику. -Зачем на сильно отправлять ребят в зону, если они туда и не собирались? Резонно, как мне кажется, замечаю я. -Я не буду еще лет двадцать ждать, когда они все-таки соизволят явиться в мое прошлое! -А может это твои поступки и заставили их попасть к нам еще тогда в 86?! Я тоже переходила на крик. Что-то глубоко в душе противилось происходящему, тому, что он, нет, мы творили. Фейковые пробы для Ани, лживый ремонтник интернета Игорь. -А что, если мы сделаем все только хуже? Может вот она твоя жизнь? -Я не буду мириться с этим! Я все исправлю, с тобой или без тебя! И он ушел. Громко хлопнув дверью, ушел возвращать свою жизнь. .. /\ .. Вернулся Костенко лишь на следующее утро и по его взгляду было сложно понять, о чем он думает. Я медленно следила за его действиями, пока грубая ладонь не предстала перед моим взглядом. -Ты поедешь со мной? Осторожно, будто я сбегу или укушу. -Конечно, кто-то же должен за тобой следить? Встаю я, все-таки игнорируя протянутую ладонь и слыша позади вздох полный отчаяния и нетерпения. Осталось лишь понять, что из этого победит. Мы издалека наблюдали, как подкастер заходит в ставший уже родным подъезд. -Что ж, теперь ждем. Как думаешь, все получиться? А листья вон на том дереве светлее, чем на этом. -Тебе самой не будет жалко всех тех затраченных усилий и средств? Времени и сил, что мы потеряли за все эти годы? Не проживать те голодные времена? Забыть про 90-е? -Я не думаю, что мы проживем заново те времена. Вернувшись назад в настоящее, здесь все поменяется. Россия станет другой. Люди станут другими, весь мир поменяется. Я этого не хочу. Я уже привыкла. Выкладываю как на духу. Долго это томилось в душе. Как-то страшно лезть в игры со временем. Проще знать, что кто-то им управляет, чем самому лезть за штурвал. -Но... -Смотри, Игорь! Из подъезда выходит слегка растерянный парень. -Что это с ним? С тревогой в голосе и уже заводит автомобиль. -Давай без импульсивных поступков, подождем. Успокаиваю я его и себя заодно. Через час из дома выходят ребята. Леша, издеваясь над Гошей, и Настя. Аня сейчас в заложниках у подкастера. -Точно! Аня, что с ней? И мы едем к логову маньяка - неудачника. -Тишина. Может он еще не заметил пропажу? Я тоже не знала, что и думать. Ребята ушли, Аня все еще здесь, а Паша... -Вот он! Обогнув нашу машину, спокойной походкой, точно не той, какой будет идти человек, потерявший 8 миллионов, проходит Павел. Точно такой же, каким мы его видели почти 30 лет назад. К дому напротив внезапно подъезжает машина полицейских. Двое моментально выпрыгивают и врываются в подъезд, привлекая тем самым внимание всех вокруг, в том числе и Паши. -Что за...? Сережа чуть ли не выдергивает дверь, выпрыгивая на улицу. Я выхожу следом за ним, пытаясь осознать, что вообще происходит. Мы подходим ближе к месту действия. Сережа встает по левое пашино плечо, я же держусь правого. Из дома в наручниках выводят Игоря и под его же крики усаживают в машину. Следом выбегает Аня, на удивление спокойная, она и в 86 такой же была. -А что случилось то? Интересуется Паша у Костенко, наблюдая за процессией и я даже не вольно вздрагиваю. Сережа пораженно смотрит сначала на полицейских, затем на Пашу. -Неа, ничего. Просто не судьба. И тут моя очередь поражаться. -Да чушь это все наверное. Проговаривает скорее для себя и уже собирается сесть обратно в машину, как вдруг, что-то вспомнив, вновь смотрит на Павла. -С тебя шесть копеек за квас. И если Паша, ничего не поняв уходит, то я пытаясь сдержать предательские, непонятно от чего взявшиеся слезы, сажусь в машину. -Квасу хочешь? Он правда не такой как в советское время, но все же. И я соглашаюсь. На квас, на это время и на эту компанию.