Чёрный бархат. Белый шёлк.

— У вас пять минут, затем я пойду к брату, — сказал принц и оставил их наедине. Кермисайт заливаясь слезами, бросилась на колени перед Серенити, протягивая к ней руки в умоляющем жесте. — Ваше Величество, я ничего не знала! Я не хотела! Это всё графиня Изумруд! Она дала пирожные... Сказала, что раз вы любите сладкое, я обязана вас угостить новым рецептом... Но она и словом не обмолвилась про яд, прошу, поверьте! Я бы никогда, никогда! — рыдала безутешная баронесса. Королева опустилась рядом с ней, взяла в руки её мокрое от слёз лицо и внимательно посмотрела в глаза. — Кермисайт, ты должна мне рассказать всё как есть. Откуда графиня узнала, что я люблю сладости? Почему она попросила именно тебя передать отравление угощение? Девушка опустила глаза и всё рассказала. Про карточный долг, про бухгалтерскую книгу, про шантаж Изумруд и про то, как стала для неё шпионкой. — Она хотела всё рассказать королю, а это могло разрушить не только мою жизнь, Ваше Величество. Свадьба принца Сапфира и Петсайт, будущее моих средних сестёр, наши титулы, должности, имущество... Всё это было под угрозой и у меня не было другого выхода! Но я бы никогда не пошла на убийство, тем более ваше! Я была так счастлива, что мы смогли подружиться... Серенити встала и легким жестом отряхнула платье. Взгляд голубых глаз был печальным, хотя внешне она старалась сохранять оптимистичный настрой. — Я тебе верю, и я прощаю тебя. Всё будет хорошо, не бойся, я что-нибудь придумаю. Баронесса покачала головой и горько улыбнулась: — Я всё равно предала вас, моя королева. Я заслуживаю смерти. В этот момент вошёл Сапфир: — Леди Кермисайт, пора. Девушка встала, осознавая, что стоит за этими словами. Перед выходом, она обернулась: — Вы ангел, который послан богами защитить Немезиду. Спасибо, что поверили и простили меня. Так я хотя бы умру с лёгким сердцем. Сапфир и Кермисайт, которую заковали в двемеритовые наручники, блокирующими любое проявление магических сил, вошли в главную залу, где их уже ожидал суд. Баронесса обвела присутствующих взглядом: Алмаз сидел на троне, и его грозный вид не сулил ничего хорошего, позади короля, по обыкновению, стоял Мудрец, сёстры смотрели неё с тревогой и надеждой, что все эти слухи ложь. Лица некоторых придворных выражали сочувствие, другие злорадство, третьи безразличие. Сапфир подвёл её к трону и встал позади. — Отвечайте на мои вопросы только правду и не пытайтесь ничего скрыть, от этого зависит ваша жизнь. Вам понятно? — спросил Алмаз. Девушка склонилась перед королём. — Вы навещали королеву сегодня днём? — Да. — Вы подали королеве отравленное пирожное? — Да. — Было ли это вашим личным умыслом или кто-то подговорил вас? Кермисайт бросила взгляд на сестёр, затем заметила Изумруд, которая скрывалась в глубине зала. Графиня помахала ей злосчастной книгой и стрельнула глазами в сторону Петсайт. Решение было простым. — Никто не заставлял меня, это было личным умыслом. По залу прошёлся шёпот удивления и негодования. Баронесса упала на колени и с мольбой обратилась к Алмазу: — Я прошу, Ваше Величество, не наказывайте сестёр за мои грехи. Я одна во всём виновата! — Вы ещё смеете о чём-то просить короля?! – хриплый недовольный голос Мудреца разнёсся по залу, он вышел вперёд — Государь, изменнице положена смерть за такое преступление. «Чёртов старик» – подумал Алмаз. Он планировал просто отправить Кермисайт в изгнание, но никак не лишать её жизни, так как прекрасно понимал чувства Сапфира по этому делу. Но Мудрец будто всё спланировал наперёд - одним заявлением он перечеркнул жизни минимум трёх человек в этом зале. Все смотрели на короля, ожидая его решения. — Леди Кермисайт, за покушение на убийство королевы, нарушение священной клятвы присяги и измену короне, я приговариваю вас к смерти через обезглавливание. Петсайт, Калаверайт и Бертерайт осели на пол и разрыдались, придворные испуганно перешёптывались. Сапфир держался стойко, но было видно, как побелело его лицо и с какой силой он сжимал руки за спиной, пытаясь не устроить сцену. Любой, кто сейчас пойдёт против решения короля, мог пойти на эшафот вслед за баронессой. К девушке подошли гвардейцы, чтобы увести её, но тут распахнулись двери и в зал вошла Серенити. Уверенной походкой она подошла к трону, закрыв собой Кермисайт: — Баронесса моя фрейлина и только мне решать каким будет её наказание. Зал застыл от удивления и с любопытством ждал развития событий. Как и Кермисайт, которая уже смирилась со своей горькой судьбой, не ожидала, что королева решит заступиться за неё, признав своей фрейлиной. — Его величество уже вынес приговор, и вы не можете пойти против его решения. Сожалею, королева, но вы опоздали, — плохо скрывая гнев за ухмылкой, Мудрец бросил на Серенити испепеляющий взгляд. Она посмотрела на Алмаза, не обращая внимания на выпад советника. Его полный сожаления взгляд будто говорил: «Я пытался предотвратить эту смерть. Но что я могу, я всего лишь король», он перевёл быстрый взгляд на Мудреца и вновь посмотрел на королеву. «Я знаю и не виню вас» - мысленно ответила она. Гордо подняв голову, без тени страха, она посмотрела в глаза бывшего регента: — В таком случае я воспользуюсь правом владелицы Скипетра Пандоры и отменяю смертный приговор. Леди Кермисайт прощена, ей вернут все титулы и привилегии и немедленно освободят. Обезоруженный таким поворотом событий, Мудрец низко поклонился и покинул зал – эту схватку за власть он проиграл. Серенити обернулась к баронессе и подняла её за плечи. Гвардейцы уже освобождали девушку от оков. — Я же обещала что-нибудь придумать, — улыбнулась королева. Подбежали баронессы и стали обнимать младшую сестру, благодаря и восхваляя её величество. Прежде горькие слёзы, превратились в слёзы радости. Сапфир подошёл к Серенити, коснулся руки и прошептал так, чтобы никто не услышал: — Спасибо. Я никогда этого не забуду. — Это я должна благодарить вас за ваши уроки истории, — прошептала она в ответ. Застав задумчивого Алмаза за своим рабочим местом в библиотеке, Сапфир подошёл к нему и приглушённо заговорил: — Ты должен ей всё рассказать. Она при всех бросила вызов Мудрецу, тем самым подвергнув свою жизнь ещё большей опасности. Он точно не оставит этого просто так и она имеет право об этом знать. Чем быстрее, тем лучше. — Ты как всегда прав, я сейчас же пошлю за ней. Внезапно его лицо искривилось, и он застонал, схватившись за голову. — Снова головные боли?, — обеспокоенно спросил Сапфир. Алмаз кивнул: — Они повторяются всё чаще и сильнее, я почти не сплю. Если бы не твоя Тетис и её волшебные руки, — он провёл пальцем по нижнему веку, стирая искусно наложенный макияж. Чёрные круги под глазами придали королю жуткий демонический вид. — Потерпи ещё немного брат, скоро мы со всем разберемся, я обещаю. Больше всего на свете, королева хотела вернуться к себе и принять расслабляющую ванну. Этот день окончательно её вымотал, но когда она переступила порог своих комнат, её встретила обеспокоенная Луна. — Что ещё? – раздражённо спросила Серенити, предчувствуя неладное. — Его Величество просил встретиться с ним у южных ворот. Это срочно. — Хорошо, — просто ответила королева, развернулась и вышла. Никаких возмущений или жалоб, которых ожидала Луна, не последовало. Никакого нытья или обиды. Серенити просто шла и делала то, что должна, без лишних разговоров. Она действительно повзрослела.