– Кица, ты обещал свидание.

– Я... я не понимаю... п-почему... почему я в тебя влюбился? – Всхлипывал парень, захлёбываясь в собственных слезах. – И почему тебе так сложно полюбить меня?! Я ведь так... т-так сильно тебя люблю! – хватка на запястье Крициана усилилась, а лопатки упирались в железные прутья забора под чужим весом. – Крис... отпусти меня. – Да... ты изменился. Ты совсем не идеальный. Н-но... я всё равно не м-могу не любить тебя. – продолжал хныкая Кристофер, его ногти впивались в чужие запястья. – К-крис... отпус... – Лавэнэ не успел договорить, его рот заткнули чужие губы, которых между прочим он не жаждил. Глаза широко распахнулись от неожиданности, а на лицо попало пару чужих, солёных слёз. – Я сказал — отпусти! Ненормальный! Мне больно! – резким движением Кица оттолкнул Франца ударив ладонями в грудь. – Больно...? А мне не больно?! – последнее предложение Крис хрипло выкрикнул сквозь жгучии слёзы. – Ты в самом... – он снова не смог закончить, удар кулаком отозвался болью в районе челюсть. Кристиан от силы свалился на мокрый асфальт больно ударившись. – Ты думаешь приятно было получить отказ от человека которого любил полжизни?! Когда я ложился под тебя... я делал это от любви! Делал это только ради тебя, чтобы остаться с тобой! Удержать... быть вместе! – Франц кричал надрывая горло на каждом слове, кристальные капли беспрерывно текли по лицу ударяясь об асфальт. Парень сжал кулаки скрепя зубами, он накинулся сверху на объект обожания, нависая. – Ты... ты не выполнил не одного своего обещания которое дал мне! – в лицо Лавэнэ снова прилетел жаркий кулак. Пошёл дождь. Настоящий ливень. – Кица, ты обещал свидание... – удар. Франц рыдал, все слова выходили с хрипами, а после них сопровождались оплевухами о лицо своего возлюбленного. Парень схватился за воротник чужого бежевого пальто, натягивая на себя и крича. – Всё это время я любил не тебя! Другого... не существующего Крициана Лавэнэ! Но, я настолько сильно любил, что даже такого... не идиального... такого... не такого, смог полюбить! – очередной всхлип Кристофера. Крициан уже не знал, что стекало с его лица. Кровь, капли дождя, чужие или собственные слёзы? Всё смешалось в одно единое. – Почему же я смог полюбить, а ты нет?! – предложение было сказано громче всех остальных, из-за чего оно отдалось писком в ушах. Пальцы расжались, голова Лавэнэ ударилась об землю, Крис поднялся на ноги и без раздумий убежал в неизвестном направлении. Дождь давно закончился, был поздний вечер. В доме Францов царила тишина, жуткая тишина. Кажется даже часы встали, а сильный когда-то ветер, залетавший в открытую форточку — угомонился, мирно охлаждая помещение. Тишину прервал щелчок открывающейся входной двери. – Сынок, я дома! – весело выкрикнула женщина, заходя в коридор и ставя пакеты на пол. – Крис, иди помоги мне. – ответа не последовало. Женщина нахмурилась, разбувшись она схватила тяжёлые пакеты с продуктами, направившись во внутрь дома. – Крис ты до...? – оборвалось на полу-слове. Полиэтилен выпал из рук, так как ладони прикрыли рот в немом крике, который позже раздался громким и хриплым воплем. Перед глазами представала ужасающая картина: деревянный табурет, лежавший где-то в сторонке на боку. Люстра, за которую была привязана канатная верёвка, оканчивающаяся петлёй. А в петле он — Кристофер Франц, кудрявый мальчик, чей-то друг и сын. Лицо его приобрело неестественный бледный оттенок, глаза были подобны стеклу, рот приоткрыт в не живой грусти. Руки на которых красовались до боли глубокие порезы, также безжизненно свисали вдоль тела. Женский крик не прекращался, разрывая ту тишину которую здесь установил Франц.