Ожидание

      «В Комиссии по предсказаниям работают одни лентяи» — думается Фу Сюань, пока она сидит над кучей бумаг. Темноту в её комнате прорезает настольная лампа, пусть и светит она не ярко. Фу Сюань, нахмурившись, держится одной рукой за лоб, а другой вертит ручку в руках. Справа от неё стоит пиала со сладким-сладким чаем; бодрит-то он, конечно, хорошо, но синяки под глазами по утрам всё равно дают о себе знать.       До назначения Цинцюэ на пост предсказательницы такого разгильдяйства в комиссии не было десятилетиями, а то и больше. Верховная Провидица пришла к выводу, что её помощница плохо влияет на остальных сотрудников.       А ещё пришла к выводу, что слишком уж часто она думает про Цинцюэ.       Фу Сюань жмурит глаза и вертит головой из стороны в сторону, после чего, пригубив пиалу с чаем, про которую едва не забыла, всё же возвращается к работе, пытаясь отогнать от себя любые другие мысли.       Где-то за окном пролетает воробей.       Фу Сюань снова отвлекается, переводя уставший взгляд на птичку за стеклом, усевшуюся на ветку: маленькая, зелёная с оттенками белого. Так похожа на...       — Да что ж такое! — она резко встаёт и стучит кулаком по столу, заставляя бумаги и пиалу слегка подпрыгнуть. Птичка, испугавшись такой резкой реакции, улетает, оставив после себя небольшое пёрышко. Фу Сюань, выпустив пар, быстро поворачивает голову обратно, закрыв лицо ладонями.

***

      Цинцюэ, по нескромному мнению Фу Сюань, наглеет: снова опаздывает на работу. Первое время глава комиссии лишь разочарованно вздыхала и прощала ей это, пусть и с явным неодобрением на лице, но юная предсказательница начала перегибать палку; чем думали её родители, когда устраивали её на работу?!       Фу Сюань, прислонившись к стене и сложив руки на груди, стучит пальцем ладони по локтю, ожидая в скором времени наконец увидеть Цинцюэ вдали.       Она берёт на себя слишком много внимания: её стала ожидать сама Верховная провидица! Вот только необходимости в этом нет как таковой.       Неужели хочет отчитать ту сразу по приходу на работу? Или дело в чём-то ещё?       — Опаздываю, опаздываю!.. — Цинцюэ несётся сломя голову, запыхаясь. Стоит ей поднять голову, как она, видимо, испугавшись, вздрагивает и спотыкается на ровном месте, завидев Верховную провидицу.       Предсказательница падает, зажмуривая глаза, но проходит всего секунда, и она уже чувствует чьи-то тёплые руки на талии.       До неё тут же доходит, что кроме Фу Сюань тут больше никого не было, а это значит, что...       — Опаздывать — это, конечно, нехорошо, дорогая Цинцюэ, но нестись в комиссию сломя голову не нужно — так и не добежишь ведь, — Фу Сюань хмыкает, придерживая тело Цинцюэ руками, и отводит взгляд.       Почему она её не отпускает?       Цинцюэ неловко улыбается, пряча лицо в чужом плече, и ловит себя на той мысли, что навалилась на Верховную провидицу всем телом, когда падала.       Внезапно она отстраняется, складывая руки за спиной и смотря куда-то вниз. Фу Сюань щурится и разглядывает на щеках той лёгкий румянец.       — Хе-хе, неловко вышло... Простите, госпожа! — лёгкая улыбка с её лица всё ещё не сходит.       Фу Сюань тихо вздыхает, разворачивается и, подозвав ту пальцем, направляется к воротам комиссии по предсказаниям. Цинцюэ быстрым шагом догоняет её.       — Госпожа, — начинает Цинцюэ, когда они заходят внутрь, — почему вы ждали меня у ворот... снова?       Действительно, это происходит уже не в первый раз. Фу Сюань сохраняет тишину какие-то несколько секунд, видимо, думая над ответом, а потом хмурит брови и отвечает:       — Кхм... я хотела... отчитать тебя. Не в первый раз опаздываешь уже, — она даже не смотрит на неё. Делает вид, будто бы сильно злится на неё. Отчасти так и есть, но Фу Сюань никогда не скажет, что ей только в радость видеть Цинцюэ в комиссии: все сотрудники здесь слишком серьёзны, включая саму Верховную провидицу, и от этого зачастую болит голова, но стоит Цинцюэ прийти на работу — она тут же разряжает атмосферу своей легкомысленностью.       Эта легкомысленность притягивает Фу Сюань к той, но глава комиссии, конечно же, никогда не признает этого.       Вот же парадокс: Фу Сюань, как она думает, только с Цинцюэ может поболтать по пустякам в любое время, будь то выходной или даже рабочий день, но чтобы она, сама глава комиссии по предсказаниям, общалась со своей подчинённой как с лучшей подругой? Да бред какой-то.       Цинцюэ хлопает глазами, после чего хитрая улыбка начинает расползаться по её лицу, и она озвучивает свои мысли:       — А может вы просто хотите почаще меня видеть?       — Вовсе нет! — громко и резко заявляет и сразу оборачивается к той, сжав руки в кулаки. Теперь настала уже её очередь покрываться румянцем.       Цинцюэ замечает её покрасневшее лицо.       — Как скажите, — она пожимает плечами и гордо идёт вперёд, сложив руки за спину. Фу Сюань, глядя той вслед, не видит всё не сходящую с лица предсказательницы хитрую ухмылку.       Цинцюэ, как оказывается, не глупая: быстро же она разгадала «секретик» Верховной провидицы. Несмотря на то, что моментами Цинцюэ боится свою начальницу (особенно когда она дремлет за рабочим столом, а Фу Сюань, придя к ней в кабинет, резко будит её своим въедливым голосом и после отчитывает за безделие), её не может не радовать тот факт, что к ней проявляет интерес сама госпожа!       Цинцюэ надеется, что Фу Сюань расскажет ей когда-нибудь источник этого интереса.