Возвращение кембрийского периода

Цун Ся думал, что начальник штаба собирается встретиться только с Чэн Тяньби, но, к его удивлению, Чжао Цянь посмотрел на него и сказал:  — Ты тоже идёшь.  Цун Ся очень удивился и вышел из комнаты вместе с Чэн Тяньби. Их привели в кабинет на втором этаже, где сидело трое мужчин средних лет. Чэн Тяньби отдал честь:  — Начальник генерального штаба Чжао, командующий Лю, заместитель командующего Шэнь. — Товарищ Чэн Тяньби, присаживайтесь, — начальник штаба жестом указал на стул.  — А вы, молодой человек, я слышал, племянник профессора Цуна. Это правда? Цун Ся кивнул:  — Вы знаете моего второго дядю? — Мы встречались в Пекине. Сейчас профессор Цун — важная фигура в столице, он занимается исследованием этой глобальной мутации.  Цун Ся не был удивлён. Вклад его дяди в палеонтологию уже принёс ему международное признание, а происходящая сейчас мутация была тесно связана с этой областью. Начальник штаба посмотрел на Цун Ся:  — Вы, наверное, думаете, что профессор Цун получает повышенное внимание от центрального правительства, потому что он эксперт в области палеонтологии, верно? — А есть и другая причина? — спросил Цун Ся. — Это, конечно, одна из важных причин, но важнее то, что у профессора Цуна подвергся мутации мозг.  — Мутация мозга? Цун Ся и Чэн Тяньби посмотрели друг на друга, они знали, о чём думает каждый из них. По мере усиления глобальной эволюции они встречались со всё большим количеством мутантов, и чем больше они узнавали, тем больше им хотелось классифицировать эти эволюционировавшие виды в определённую систему для облегчения понимания. В настоящее время они предполагали два направления эволюции: первое — Чэн Тяньби, который может управлять природными силами. Но пока, подобных ему не было. Второе — усиление собственных генов. Самое распространённое — увеличение силы, а также они обнаружили только одну мутацию волос. Мутация мозга Цун Чжэньчжуна ещё раз подтверждает эту точку зрения. Но теперь они обнаружили ещё одно исключение — Лю Фэнъюя. Тот отказался рассказать направление своей эволюции, и не похоже, чтобы это была эволюция управления силой природы или генетическая эволюция, а значит, возможно, существует как минимум три формы эволюции человека, а может, и больше, просто они их ещё не обнаружили. Но каждый раз, узнавая о новой форме эволюции, они понимали высокую ценность этих сведений. — Каковы конкретные проявления эволюции мозга? — спросил Цун Ся. — Необычайно высокий IQ, поразительная память, аналитические и вычислительные способности, эквивалентные компьютерам. Это один из самых ценных и редких видов эволюции, которые мы обнаружили в настоящее время, — ответил начальник штаба. Чэн Тяньби вмешался:  — Один из них? А есть ли ещё какие-нибудь чрезвычайно ценные и редкие виды?  Начальник штаба вздохнул:  — Да, есть. Однако мы ещё не сталкивались с ними, включая мутантов мозга. На данный момент мы собрали около двадцати мутантов, в основном силовых. У нас есть один с эволюцией обоняния, один с эволюцией волос, один со эволюцией слуха и три с эволюцией скорости. В настоящее время наиболее мощным является атавистический мутант. Атавистическое направление — млекопитающие. Что касается вида, который Пекин считает самым ценным и редким, то это мутанты мозга и люди, способные управлять природными силами, но до сих пор мы их не встречали.  Они оба были поражены. Люди, способные управлять силами природы, были одним из самых ценных и редких направлений эволюции? Наблюдая за выражением сожаления на лице начальника штаба, они гадали, как бы он отреагировал, узнав, что один из них сидит прямо перед ним. Цун Ся спокойно спросил:  — Начальник штаба, почему вы считаете наиболее ценными мутантов мозга и тех, кто может управлять силами природы? — Разве это не очевидно? Мутанты мозга — надежда человечества. Только эти исключительно умные люди могут сопроводить и провести человечество через эту катастрофу. Согласно данным Пекина, люди, контролирующие природную силу, являются самыми сильными в плане боевой мощи. Когда они достигнут пика своих способностей, то смогут разрушать природную среду и изменять общий порядок вещей. В настоящее время Пекин обнаружил только одного из них — человека, управляющего энергией огня. И Пекинская сторона очень дорожит им. Поэтому одним из самых приоритетных заданий, полученных нами в последнем сообщении, был поиск мутантов мозга и мутантов, управляющих природными силами. Сердце Цун Ся заколотилось. Он не понимал, почему начальник штаба раскрывает им столько информации. Если бы речь шла только о Чэн Тяньби, он бы понял, если они уже знали, что он управляет ветром, природной силой, и, возможно, хотели бы завербовать его. Но зачем это все рассказывать ему?  Он мог проанализировать только две возможные причины: во-первых, они уже знали о Чэн Тяньби и хотели привлечь его на свою сторону, а во-вторых, им нужно было что-то сделать, используя его связи как племянника Цун Чжэньчжуна. Независимо от причины, нужно было соблюдать осторожность. Все это время они скрывали свои планы, руководствуясь своими соображениями. Чэн Тяньби выполнял особую миссию, о которой не знал даже Цун Ся. Он не просто так оставался в тени, и Цун Ся не хотел, чтобы им кто-то манипулировал. Как маленький человек, он хотел лишь обеспечить безопасность себе и Чэн Тяньби, и не желал, чтобы его заставляли делать что-то опасное по какой-либо причине. Будь то эгоизм или слабость, он просто хотел выжить. Начальник штаба тоже был опытен. Видя молчание между ними, он догадался об их сомнениях и продолжил объяснять:  — Как уже упоминал сяо Ван, глобальная система связи была в основном парализована. Все местные власти пытались связаться с центральным правительством. Нашим сигналам приходилось пересекать несколько провинций, преодолевая тысячи километров от самой южной передающей станции, чтобы достичь Пекина. Поэтому связь была крайне затруднена и могла использоваться только в экстренных ситуациях, поскольку информация, которую мы получали, была очень важной. В частности, речь шла о последних исследованиях в области эволюции человека, растений и животных. Однако наше последнее общение длилось всего пять минут, и мы получили лишь приблизительное представление о происходящем. Причина, по которой мы делимся с вами столь важной информацией, двояка. Во-первых, из-за уникального характера твоей миссии, сяо Чэн, нам необходимо безопасно отправить вас обратно в Пекин. Во-вторых, сяо Цун, ты — племянник профессора Цуна. Если нам удастся вернуться в Пекин живыми, нам понадобится твоя помощь.  — Мы едем в Пекин? — воскликнули оба мужчины одновременно, но с разной интонацией — один удивлённо, другой мрачно.  Цун Ся был ошеломлён решением военных отправиться в Пекин и всё больше недоумевал, какую ответную услугу ожидает от него начальник штаба. Он слабо разбирался во внутреннем устройстве системы и всех её тонкостях. Однако он понимал, что оспаривать это решение сейчас бесполезно. Их приоритетом было благополучно добраться до Пекина. Начальник штаба кивнул.  — Вы, наверное, уже знаете, что чем дальше мы находимся от Цинхая, тем безопаснее. Некоторые люди, которым удалось бежать из Цинхая в Куньмин, рассказали, что в Цинхае придумали новое название для простых людей без каких-либо эволюционных изменений. Вы знаете, как они их называют? — Как они их называют? — Свежее мясо, — вздохнул начальник штаба. — После того как пищу стало невозможным хранить, единственным способом получить свежую еду стала охота на живых существ. В этом регионе, где живут обычные люди без каких-либо эволюционных изменений, они стали добычей для мутировавших растений и животных. У обычных людей почти не осталось пространства для выживания. Вот почему в последние несколько дней мы наблюдаем наплыв людей из Цинхая в Куньмин. Это лишь вопрос времени, когда Юньнань окажется в такой же ситуации. Мы должны уехать. Сидеть и ждать смерти — не вариант.  Атмосфера стала необычайно тяжелой для всех присутствующих. Географическое положение, раса и цвет кожи больше не имели значения. Это была катастрофа, которая затронула всё человечество. Командующий Лю, который до сих пор хранил молчание, заговорил с глубокой печалью:  — Свежее мясо... Люди, которые когда-то стояли на вершине пищевой цепочки, теперь стали добычей для других животных и растений.  Два слова «свежее мясо» были очень наглядными и яркими. Раньше под ними подразумевались курица, утка, рыба и другие деликатесы. Кто бы мог подумать, что всего за месяц бывшая добыча превратится в охотников, а человеческая раса, некогда доминировавшая, станет объектом охоты? В воздухе повисла мрачная тишина, пока её не нарушил Чэн Тяньби:  — Были ли сегодняшние беспорядки следствием притока людей из Цинхая? — Частично да, — ответил начальник генерального штаба Чжао. — Главная причина в том, что у нас закончилась еда. За последние несколько дней погибло множество слабых и пожилых людей. Оставшиеся молодые и трудоспособные едва выживают, питаясь в основном травой. Кроме того, поддерживать водоснабжение становится всё сложнее. Микроорганизмы в трубопроводах также начали мутировать, что привело к засорам по всему городу. Пройдет немного времени, и мы столкнемся с острой нехваткой воды и пищи. Если мы не уйдём, то останемся тут в ожидании своей гибели. Голос Цун Ся стал серьёзным: — Но куда мы можем пойти? Можем ли мы быть уверены, что выживем в Пекине? — Есть два варианта общей миграции: на самый дальний юг или на самый дальний север. Чем дальше мы находимся от Цинхая, тем меньше вероятность того, что мы столкнемся с последствиями. Мы можем только надеяться и молиться, что где-то ещё есть проблеск надежды. — Начальник штаба развёл руками. — Принимая во внимание ваши обстоятельства, мы определённо направляемся в Пекин. Сегодня утром я отдал приказ, чтобы все желающие могли присоединиться к нам, но мы не можем гарантировать стабильное снабжение продовольствием или безопасность в пути.  — Должно же быть значительное число людей, решивших уйти, верно? — Нет, наоборот, тех, кто решил остаться, больше. Во-первых, здесь у них хотя бы есть тёплые дома. Как вы знаете, климат стал крайне непредсказуемым. Иногда температура падает на тридцать градусов в одно мгновение, а иногда становится так жарко, что люди страдают от обезвоживания. Это привело к массовым неурожаям, и на полях всё сгнило. В таких условиях безопаснее оставаться дома, где есть укрытие. У некоторых людей есть семьи, и они не могут отправиться в дальнее путешествие. Есть и те, кто обладает способностями к самообороне, — например, эволюционировавшие люди или те, у кого есть мутировавшие домашние животные. Если они умеют охотиться, то смогут здесь выжить. Тех, кто намерен идти с нами, составляют меньшинство. Вмешался заместитель командующего Шэнь:  — Но даже если это меньшинство, это всё равно могут быть десятки тысяч человек. Это будет масштабная миграция. Однако сколько из них доберётся до Пекина... Следующие слова он не произнёс, и все присутствующие прекрасно его поняли. В эту опасную эпоху выживание было предоставлено судьбе. Начальник штаба добавил:  — Возвращайтесь и готовьтесь. Мы отправимся завтра рано утром. Кстати, тот актёр по фамилии Лю, вы что-нибудь узнали от него? — Он упомянул, что видел большую сосну перед тем, как потерял сознание, но не смог объяснить, как она исчезла.  — Это действительно загадочное происшествие. Мы проследим за этим, когда доберемся до Пекина. Он был так близко к большой сосне, но она его не убила. Возможно, он тоже мутант, верно? — Да, но он отказывается говорить об этом.  — Понятно. Есть такие люди, которые не хотят раскрывать информацию, желая сохранить свою силу. Сяо Чэн, у меня есть для тебя задание. Раз уж ты с ним общался, попробуй убедить его присоединиться к нам. Ещё один человек, обладающий силой, уменьшит ущерб, наносимый нашим согражданам. Не заставляй его, если он не хочет, но постарайся его убедить. — Да, начальник штаба.  Выйдя из кабинета, они оба молчали. В коридоре они не разговаривали, опасаясь, что это небезопасно, и только когда вернулись в свою комнату, Цун Ся, всё ещё потрясённый, сказал:  — Сегодня мы получили так много информации, я не уверен, что в состоянии быстро её переварить, — он взглянул на Чэн Тяньби и улыбнулся. — Не ожидал, что ты окажешься таким ценным и редким сокровищем.  Он знал, что должен радоваться за Чэн Тяньби, но по мере того, как Чэн Тяньби становился всё сильнее и сильнее, пропасть между ними увеличивалась. Ему очень хотелось стать мутантом, чтобы быть наравне с Чэн Тяньби. По крайней мере, ему хотелось иметь достаточно сил, чтобы он мог сражаться бок о бок вместе с ним. Лицо Чэн Тяньби по-прежнему ничего не выражало. — Сказанное ими слишком загадочно. Я не знаю, насколько силён этот человек, управляющий огнём, но с момента землетрясения не прошло и месяца. Откуда могла взяться такая большая сила? Что касается будущего, то никто не может его предсказать. Не стоит слишком беспокоиться.  Цун Ся улыбнулся и сказал:  — Но я очень надеюсь, что ты станешь могущественным. Тогда бы ты был в безопасности. Но с твоей силой, я уверен, ты сможешь защитить себя во время апокалипсиса.  Чэн Тяньби пристально посмотрел ему в глаза и ответил:  — Прежде чем забрать тебя в Пекин, я позабочусь и о твоей безопасности.   Переполняемый эмоциями, Цун Ся не мог не обнять Чэн Тяньби за плечи:  — Спасибо, дружище. Я так рад, что встретил тебя! Чэн Тяньби осторожно погладил Цун Ся по голове и не спешил отталкивать его. Вместо этого он сказал: — Ты не такой уж бесполезный, у тебя есть этот кусок нефрита, ты уже оказал мне услугу, не думай слишком много. Цун Ся решительно кивнул, почувствовав глубокую благодарность и доверие к Чэн Тяньби. Хотя внешне Чэн Тяньби был безразличен, внутри он был не таким уж холодным, и не был полностью лишён эмоций. По крайней мере, так считал Цун Ся. Он был обязан Чэн Тяньби своей жизнью, и что бы ни случилось, был полон решимости сделать всё, что в его силах, для помощи Чэн Тяньби. Независимо от причин, по которым древний нефрит избрал его, Цун Ся постарается использовать этот нефрит, чтобы помочь Чэн Тяньби стать сильнее. Цун Ся пообещал себе выжить и стать свидетелем того дня, когда способности Чэн Тяньби смогут по-настоящему изменить мир.