Сказание о Сфере

Ученики-артефакторы жили в небольшой одноэтажной постройке. Половицы тут скрипели, вместо дверей — перегородки из плотной бумаги, которые легко отъезжали в сторону. Аскетизм и скромность отличали комнаты послушников. Для близнецов подготовили крохотную комнатушку с небольшим окном. Кроме низкой и довольно жёсткой кровати (их было две, конечно) в комнате не было ничего, поэтому Пайнсы оставили свои вещи на полу. Они предположили, что одежду и предметы первой необходимости можно разложить на тонкой циновке в углу. Мэйбл не знала, нормальна ли подобная обстановка для всех вершин, или только артефакторы живут столь скромно, но старалась не быть излишне гордой и принимать дарованное с благодарностью. Засыпая на кровати, Мейсон с грустью думал о том, что не скоро сможет увидеть своих родителей. Да, их с сестрой положение крайне почëтно, но тоска не оставляла сердце. Впрочем, усталость все же взяла своё, и близнецы заснули. Но проспали они недолго. Мэйбл показалось, что она только-только успела прикрыть глаза, как бац! — раздался звон колокола. Не слишком громкий, но неприятный, назойливый и монотонный. Очевидно, он призывал жителей вершины артефактов открыть очи и начать новый день. Признаться честно, близнецы чувствовали себя отвратительно. Тело нещадно ломило, а голова казалась слишком тяжёлой, вчерашний день даёт знать о себе. Но сейчас они не дома и должны придерживаться правил этого места. Кто-то оставил на циновке сложенный комплект одежды цвета молодой листвы. Рубашка с запахом отличалась традиционными широкими рукавами и тонким поясом. Ещë были брюки — свободные и болтающиеся в области коленок. Близнецы наконец поняли что Мастера всегда были одеты в подобные вещи, но белого цвета. Странно, что они придерживались Китайских традиций, являясь американцами. Простая, но удобная одежда быстро сменила футболки и шорты одетые на близнецах. Ткань была мягкой, а пошив аккуратным. Торопливо приведя себя в порядок, они вышли на улицу. На вершине артефактов было не особо много людей, но все они казались крайне занятыми. Никто не обращал внимания на растерянных и немного смущенных близнецов. Их взору открывались низенькие постройки, свободно разговаривающие юноши и девушки, а также прекрасная природа горного пика. У огромного золотого гонга, Мейсон внезапно углядел знакомое лицо. Там стоял Мастер Ван, к которому они и поспешили, почувствовав правильность сего решения. — Ох, вот и вы, — Ванлион улыбнулся и кивнул им в знак приветствия. — Здравствуйте, Мастер Ван! — Нежно улыбнувшись, поздаровалась Мэй-Мэй. Мейсон кивнул Мастеру: — Здравствуйте, Мастер. — Итак, рад видеть вас на вершине артефактов, — мягко проговорил Ванлион. — Я являюсь одним из главных мастеров этой вершины. Форд возложил на меня обязанность наставить вас на путь истинный. Но я должен сказать, что на данный момент вы ещë не являетесь полноценными учениками нашего пика. Мэйбл невольно испугалась. Мейсон напрягся. Им, что, придётся пройти ещё какие-то испытания? — Не волнуйтесь, — он улыбнулся. — Сначала вас обучат основам. Вы будете медитировать и учиться контролировать свою силу. Вы должны будете выбрать направление обучения. Мы артефакторы. Создаём и можем многое. Но каждый из нас имеет свою узкую направленность в которой и мы работаем, постигая саму гармонию. Понимаете, о чём я? — Ох, не особо, — вздохнул Диппер, Мэйбл лишь согласно кивнула. Ванлион улыбнулся им. — У вас будет время понять, — он протянул руку. — Ну так, идём? Близнецы кивают, и они вместе неспешно бредут по дорожкам. Ванлион много рассказывает им о правилах, обычаях и устройстве вершины артефактов. Маленькие и низкие белые домики — личные покои учеников. Мастера, как оказалось, живут в другом месте. Деревянное большое здание в отдалении — общая столовая, в которой кормят строго по расписанию и без поблажек. Чуть дальше были святилища, там и обитали Мастера. Святилища выглядят очень величественно, столбы с узорами лепестков и цветов разной формы и замеров украшали кварцевые столбы у входа. В остальном святилища — это обыкновенные дома монахов. И как сказал Мастер Ван, там и проходят основные учения. А с другой стороны вершины были мастерские — дома ремесленников и кузнецов, а ещё склад припасов и материалов. Там артефакторы и создавали необыкновенные вещи. Также им рассказали о иерархии Школы, она была общей на всех вершинах. Младшие ученики носили светло-зелёные одежды, такие как у близнецов. Старшие ученики на несколько тонов темнее. Младшие мастера носили синие или светло-голубые одежды. А такие как Ванлион, ставшие Жрецами в народе, белые или сероватые. — Мастер Ван, а Бессмертные? — поинтересовалась Мэйбл. — Они не зависят от иерархии, — он улыбнулся любознательной девочке. — Они в праве выбрать любой цвет. Мейсон кивнул и вспомнил во что были одеты Бессмертные в их первую встречу. Луни носил нежный фиолетовый цвет. Зерон кроваво-красный. Роуз, под стать своей внешности, нежный розовый цвет. Стэнфорд отдал предпочтение светло-жёлтому с отливом в зелёный. А Карен была облачена в выделяющиеся одежды, её рубаха была ярко-оранжевой вверху, а к середине перетекала в ярко-жёлтый, который продолжался на штанах, к краям вновь перетекая в оранжевый. Он кивнул своим думам и решил задать вопрос: — Мастер Ван, а почему Форд выглядит старше других? —И мальчик не врал. Другие Бессмертные выглядели на двадцать лет. Форду же можно спокойно дать за семьдесят. — Они разве не… «Сохраняют вечную молодость и красоту?» Он стыдливо опустил голову, не смея смотреть на Мастера. — Хороший вопрос, — он слегка усмехнулся. — Что ж, Бессмертные правда достигают таких высот, что могут останавливать течение времени. Они могут залечить раны одной лишь силой мысли и слышать звуки, наполняющие нашу вселенную. — МЭйбл застыла как вкопаная, она прикрыла рот ладонью. Мейсон замедлил шаг и удивлённо распахнул глаза. Они и думать о таком не могли! — Нынешние Бессмертные — это ученики, закончившие обучение около пятидесяти лет назад, и Форд самый старший из них. Он сам позволил времени состарить себя. — Он поворачивается к детям лицом и смотрит на остолбеневшую Мэйбл. — Не отставай! — Воскликнул он, по-доброму улыбнувшись. Мэйбл считала решение Стэнфорда немного странным. Ну кто в здравом уме позволит состарить себя, когда можно остаться навеки молодым? А вот Мейсон начал уважать лидера артефакторов ещё сильнее. Возможно, его решение и впрямь странное со взгляда обычных людей, но с другой стороны — пути Бессмертных неисповедимы. Мудрость, заточенная в их разуме — неисчислима. И Мейсон уверен, что у Стэнфорда была причина. Мэйбл слегка обогнала молодых людей, чтобы посмотреть на прекрасный вид внизу горы. Тогда Ванлион вздохнул и серьёзно сказал Мейсону: — Лидер возлагает на тебя большие надежды, Мейсон, — нравоучительно сказал он. — Помни об этом. А сейчас советую идти в столовую. Если заблудитесь, то спросите помощи у старших. Мейсон слегка вздрогнул. Возлагает надежды? Почему? Но Мастер Ван уже ушёл. Позвав сестру, они быстро пошли к столовой. Кормили весьма скромно, но очень сытно. Они подсели к ребятам в тех же одеждах, что и они, удивительно, но там даже были их ровесники! Как так вышло? Кенди и Гренда — сёстры. Они дети одной из женщин внешнего двора, неясно почему, но Форд решил взять девочек на обучение, а не изгонять их и женщину на произвол судьбы. Именно так и началось их знакомство с горной вершиной артефактов…

***

«Дорогие мама и папа» — Красивый каллиграфический почерк Мейсона вырисовывал буквы на листке бумаги. Им разрешили отправить письмо лишь спустя неделю. И теперь парня захлестнула волна волнения и предвкушения, ведь он понимал, что надписи на бумаге не смогут утешить слëзы Изабеллы и убрать горечь с губ Фреда. Мейсон вздыхает. Сестра скоро должна прийти и тоже начать писать письмо. Завтра без двух часов рассвета письма заберут и отправят к адресатам. «У меня всё хорошо. Мы с Мэйбл стали учениками Верховной Школы. Думаю, как-нибудь расскажу про испытание, которое нам пришлось пройти. Но не сегодня. Нас приняли на вершину артефактов. Прошло совсем немного времени, но я скучаю. — Мейсон вздохнул и покачал головой, отгоняя печальные думы. — Дома я много читал, но тут читаю ещё больше. Книги очень сложные, особенно для Мэйбл. Тем не менее, не переживайте! Мы вернёмся и принесём почёт нашему дому.» Он убрал ручку от бумаги и перечитал написанное. Много раз перечитал. Письмо вышло скомканным. Мейсон прикусил губу и продолжил писать: «Я удивлён, но иногда Поднебесные идут против своих правил. На вершине артефактов есть много молодых ребят, случайно найденных Жрецами. И так не только на нашем пике, другие тоже могут идти против правил. У нас очень загруженное расписание, встаём рано — с первыми лучами рассвета звенит колокол. После подъёма у нас нечто подобное зарядке, а после медитация. Но мне нравится тут. Знаю, письмо выходит слишком скомканным и сумбурным, но, думаю, Мэйбл расскажет больше. У нас всё хорошо, надеюсь у вас тоже. Люблю.

Мейсон»

Он снова прочёл письмо и наконец сложил его в конверт. Он уже по привычке сидел в позе лотоса, медитировать приходилось очень часто. Это явно плохо получалось у Мэйбл. И наставник часто объяснял ей, что медитация хорошо влияет на взращивание «духовного корня». «— Внутри будто есть зачаток прекрасного цветка, но он ещё не распустился. Опустись к самым корням и культивируй его, увеличивая энергию», — Мэйбл пыталась, но у неё ничего не выходило. Да и у Диппера успехи не лучше. Он не чувствовал никаких изменений. После медитации они пошли в столовую, сдерживая урчание живота. Потом наступил черёд работы. Там близнецов разделили. Они в разных домах помогали старшим ученикам. Мэйбл, зачастую, кузнецам, Мейсон — ремесленникам-артефакторам. Он помогал им, таскал материалы или убирался. Уборки, впрочем, было немного. Как оказалось, в основном готовкой, уборкой и доставкой вещей занимался именно Внешний двор. Те, кто не прошёл испытание могли остаться в качестве рабочей силы, получая лишь крупицы знаний. Признаться честно, близнецов слегка смущало, что их вещи стирают другие дети. Но что они могут? Мэйбл не очень нравилось помогать кузнецам, да и не давали ей интересной работы ведь: «Ты же девочка!». И почему эти стереотипы работают и тут?! Она может больше, чем подметать пол и вытирать пыль! Но она восхищалась их мастерством. Они ковали оружие и делали талисманы даже из бумаги! А вот Мейсону нравилось помогать ремесленникам-артефакторам. Он сам мог лицезреть их талант! Одни делали драгоценности, напитывая их силой. Другие — вырезали по нефриту. Артефакты из нефрита имели особую силу, мало что могло с ним сравниться! Как объяснил Ванлион (резчик по нефриту), нефрит связан с миром духов, потому является лучшим проводником для артефактов, однако он капризен, и не каждый артефактор сможет использовать его. Последнее он сказал с намёком, ведь Мейсон чуть не уронил камень невероятной красоты. Его неуклюжесть никуда не делась, скорее стала сильнее. Но мастер прав, нефрит это явно не для него. Но после работы наступал обед и у них было свободное время. Мэйбл быстро убегала куда-то со своим подружками — Кенди и Грендой. А вот Мейсон уделял больше времени учебе, он пытался осмыслить те тяжёлые книги из библиотеки. А иногда мастера вылавливали его и звали в учебный класс. Да и он был не против. Парень искренне не понимал безмятежность сестры. Ну как можно убегать куда-то, когда у них столько заданий? Ах, сколько им нужно выучить! Право восьми, оно перечисляет восемь общих атрибутов; законы пути Ди; методы и сказания. Даже трактаты о нравственности! — Тело и дух едины, — веско заявлял наставник. — Лишь труд и умственное развитие сделают тебя сильнее. Но это так тяжело! Мейсон мог ловить себя на мысли, что это всё не для него. Он ведь не особенный. Не слишком усердный, не слишком талантливый. Разве он, обычный мальчик из небольшого городка, может сравнится с великими Мастерами? Но даже эти думы не отвлекали его от кропотливой учёбы — Атрибуты — это доброжелательность, справедливость, верность, храбрость, правдивость, пренебрежение богатством и стремлением к славе. Нет-нет! Я что-то забыл… Он нервно листает страницы книги. —М-м… В человеке живут демонические и божественные силы… Злодеяния кормят зло, добродетель добро… Чем больше добра совершил человек тем ближе он к счастью. — Он мучительно вздохнул, пытаясь запомнить написанное. — Тий-син — эта концепция означает «недеяние». Это когда никто не вмешивается в ход событий, законы вселенной. Согласно ей не нужно делать что-то целенаправленно, ведь вселенная сама принесёт тебе то, что нужно… А самодеятельность может всё испортить. Он снова запнулся и поморщил нос. Как это ничего не нужно делать? Всё идëт своим чередом? Парень помотал головой, отогнав мысли. Мэйбл уже спала, парень не уверен, выучила она что-то или нет. Но ему тоже пора лечь спать, хотя выспаться ему не суждено, слишком зачитался. Многие ученики шутливо называют его пандой из-за чёрных кругов под глазами.

***

Возвращаясь с урока в святилище, он наткнулся на лидера Стэнфорда. Мейсон не знает почему, но Форд казался ему подозрительно родным. Старейшина печально окинул парня взглядом и вздохнул: — На мгновение мне показалось, что оживший мертвец бродит в поисках плоти. Но нет, всего лишь новый послушник. Парень нервно прикусил губу: — Я… Простите, Мастер. — Он опустил взгляд в пол. Пайнс чувствовал себя крайне неловко рядом с этим человеком. Форд сочувственно посмотрел на мальчика. Стэнфорд тоже чувствовал непонятную привязанность к этому ребёнку. Будто встретил себя в молодости. А вот Мэйбл была копией его брата Стэнли. Но у них не было детей, а тем более внуков. Ну, или так считал Форд. Старик вздохнул. — За что ты извиняешься? — Он усмехнулся. — Пойдем прогуляемся по вершине артефакторов. Мейсон поплелся вслед за Мастером. Они подошли к необыкновенной красоты ручью, один взгляд на который успокаивал мысли. — Наставники много говорили о твоём рвении к учёбе, Мейсон. Он произнёс это задумчиво. Мейсон вздрогнул и отвёл взгляд: — Я… Нет, я недостаточно усерден. Мейсон искренне в это верил. — Неужели ты считаешь себя недостойным вершины артефактов? — Нахмурился Форд. — Оставь эти мысли, пока не поздно. — Но. — Мейсону хотелось многое ему поведать. Недостаток умений и навыков. Что он даже не может понять в чём суть духовного корня и как его взращивать! — Ты погубишь свой живой ум, малыш, — Перебивает Диппера Форд. — Вершина артефактов призывает не убивать себя усердством, а получать знания постепенно. Никто не осудит тебя, если ты будешь больше отдыхать и меньше делать. Но не прибегая к лени, конечно. Мейсон кивает. Что же он делает не так? — Ты когда-нибудь выходил за пределы нашей вершины? — Спрашивает Форд, сверкая глазами будто лис. — Нет? Так и знал. Открою секрет: ученики могут выходить за пределы своей вершины и посещать другие. В свободное время, естественно. Там можно узнать много нового и познакомиться с интересными людьми. — Я возьму на учёт, Мастер. — Он благодарно улыбнулся. Кто бы знал, что им можно посещать другие вершины. — Не стоит откладывать. Пожалуй, я лично свожу тебя в центральное помещение Школы. Прямо сейчас. — Внезапно решил Стэнфорд, отчего Мейсон вконец растерялся.

***

Центральное здание Верховной Школы было дивным местом. Пайнс присутствовал там после испытания, но тогда довелось увидеть лишь главный зал, и он практически ничего не запомнил из-за волнения. Но теперь, когда они со Стэнфордом пересекли веревочный мост, Диппер с удивлением понял, что жизнь на всех пиках бьëт ключом. Ученики и мастера свободно посещали друг друга, тренировали боевые искусства, медитировали. В тот момент Мейсон понял, насколько узко его сознание. Он сам поставил для себя границы, не выходя за пределы пика Артефакторов. — Знаешь, очень многие любят проводить время в Центральном Помещении, — Форд улыбнулся. — До этого у Школы было другое название. «Школа Белого Лотоса» — Правда? — Изумился младший. — Звучит очень красиво. — Мало кто об этом помнит. — Он как-то странно усмехнулся, заходя в двери Школы. Там пахло книгами и свечами. А ведь именно тут Мастера познавали великую мудрость и проходили через перерождение. Помещение Школы выглядело небольшим снаружи, но вот внутри было очень просторным. Некоторые помещения же скрыты глубоко под землёй. Они проходили мимо библиотеки, там находилось многое: древнее оружие и письменность на постаментах. — Мейсон, всё, что ты видишь — это артефакты древности, они принадлежали великим Бессмертным. Например это — он указал на копьё. — Ты знаешь, что это? — «Огненный дракон»! Оно мелькало во многие исторических событиях. Мастер Джонатан очень любим во многих городах. — Я знаю. Джон был отличным человеком. Они смотрели на превосходное копьё. Деревянная палка была украшена рисунком дракона, извергающего огонь из пасти. Наконечник из чистого золота был идеально заточен. — Мастер, если я прав, именно этим копьём убили главу демонический секты? — Верно, — Форд усмехнулся. — С тех пор благородное золото потемнело. В этом зале было очень много артефактов. Свиток «Дзинг», первый из написанных. Сосуд крови, там по капле крови каждого бессмертного. Да, Бессмертный зал хранит в себе многое. Форд улыбнулся. — Мейсон, представь, тут может быть вещь, сотворенная твоими руками или руками твоей сестры. Мейсон мало верил в подобный расклад, но это не столь важно. Его внимание привлекла странная белая сфера. Она находилась чуть сбоку от других артефактов, будто бы на отшибе. — Ох, —Форд проследил за взглядом парня, — Духовная Сфера. Загадочный артефакт. —А? Почему? — Он слегка напрягся. — Многие считают её бесполезной. Сфера находится в храме более семиста лет, но так и не раскрыла своё предназначение, — вздохнул Форд. — Её принёс один из первых Бессмертных, Лайтен Вайт. Он нашёл её в одном из путешествий и оставил в Школе наравне с Источником. Но в отличии от последнего, она так и не проявила себя. Мейсон кратко кивнул, пытаясь подавить интерес и желание прикоснуться к Сфере. Но после он понял, что понятия не имеет, что это за «Источник». — Мастер Форд, можете рассказать мне об источнике? — Странное спокойствие почувствовал Мейсон, когда говорил об Источнике. Форд улыбнулся и кивнул на каменную лестницу из белого нефрита, ведущую вниз. Спускаясь вниз, холод сильнее окутывал тело Мейсона, он поëжился и постарался отогнать мысли. Увиденное повергло Диппера в шок. Там было озеро! Подземное, мать его, озеро! Оно выглядит так, будто бы сделано из расплавленного серебра. Чистая энергия переливалась в нём, мерцая нежным перламутром. Из воды поднимались внушительные каменные столбы с изображением цветов, причём самых разных. Осознание накатило на Мейсона, и он чуть не вскрикнул. У этих столбов есть глаза! Жутко и необычно. Где-то вдалеке, в центре озера, находился причудливый цветок, чьи контуры расплывались в белëсом мареве. К сожалению, Мейсон не смог разглядеть его яснее, в глазах ужасно рябило от мертвенного цвета водной глади. — Мейсон, смотри внимательно. — В голосе Стэнфорда слышится несвойственная ему суровость. — Всё эти столпы — Бессмертные Парень дёрнулся. — Ч-что? — Его глаза расширились от шока. — Но как? — Это бесконечный цикл, Мейсон. Бессмертные достигают высших миров, живут столетиями и однажды начинают уставать от бесконечной жизни. Тогда они приходят сюда и погружаются в Источник. Но они не умирают. Они засыпают, становясь великими столпами. Источник питает их, а они Источник. Они спят и видят сны о будущем и настоящем. А ещё открывают врата для этой энергии, которая просачивается в наш мир. — Но они не способны проснуться? — Тихо спросил Мейсон, невольно поëжившись. Находиться тут было физически сложно. Ощущалась невероятная сила, она давила на лёгкие, не давая вдохнуть полной грудью. Но Форд выглядел совершенно спокойно, будто не чувствовал тяжести. Лидер вершины был непривычно задумчив. — «Если демоны посмеют прийти в мир яви, выйдут из столбов Бессмертные и сразить тьму помогут…». Такое вот предсказание из священных писем, — твёрдо заявил Форд. — Тебе, наверняка, страшно. Но поверь, это честь для нас. Даже Бессмертным нужно платить определëнную цену. Он повернул голову, заглядывая в карие глаза напротив. Его лицо слегка плыло в глазах Мейсона, на мгновение мальчику показалось, что сейчас и сам Форд станет одним из столпов. Но наваждение спало, когда Форд усмехнулся: — Пошли, тебе вредно долго находится тут. — Сказал он и кивнул в сторону лестницы. — Мастер, но почему Источник не охраняют? — Спросил мальчик и потëр переносицу. Стэнфорд кажется удивился: — Какой странный вопрос. Мы братья и сëстры духовного пути тут. Зачем же охранять Источник? За всё время существования Школы Источнику ничего не угрожало. Сила в нём воистину велика. Кто в здравом уме попытался бы вобрать её? Слова главы вершины звучали разумно, и Мейсон кивнул, понимая, что он прав. Они поднялись по лестнице, и к мальчишке вернулось самообладание. Всё же, наверху дышать гораздо легче. — Мейсон, ты знаешь, почему я показал тебе это место? — Спросил он с лукавой усмешкой. Мейсон пожал плечами, ведь действительно не знал. — Я возлагаю на тебя надежды, Мейсон. И я уверен, что ты способен достичь высших уровней познания. Однако, не забывай о том, что молодость проходит быстро. — Форд хмыкнул, — не упусти её. Мейсон неловко и смущённо улыбается и кивает. Теперь ему казалось, что он понимает Старейшину чуточку лучше.

***

С того дня Мейсон и правда сменил свой образ жизни. Он не отказался от усердной учёбы, но начал посвящать себе и отдыху больше времени. А ещё он часто ходил в центральную библиотеку. Он читал сборники легенд, которые рассказывали о бессмертных мастерах. Из некоторых книг он чуть лучше начал понимать, что такое демонические секты. Оказывается, таких как их Школа несколько по всему миру. Они стремятся к духовному спокойствию и высшим духовным тропам, из которых черпают энергию света. А вот секты... Они тоже стремятся к миру духов, вот только пути избирают через зло, страдания и людскую горечь. «В каждой сказке, где есть герой, должен появится и злодей». — Твердила Мэйбл, когда Мейсон рассказывал ей о прочитанном. Мейсон также часто посещал другие вершины. Как выяснилось, братья и сëстры (Чёрт, ему всё ещё непривычно, что они все тут «родня») могут свободно ходить «в гости» друг к другу. Но чаще всего, были заняты для безделья, и к тому же, «гостю» на каждой вершине разрешалось посещать лишь открытую территорию, в здания было запрещено заходить. Таким образом, ученики и учителя не мешали друг другу. Из всех вершин Мейсон чаще всего бывал у заклинателей, у них на территории была необыкновенная бамбуковая роща! Изредка Мейсон наблюдал за тренировками заклинателей, как и сегодня. Парень стоял чуть дальше и наблюдал. Мастер вскинул руку и все как по команде остановились. Мейсон вздохнул, тренировка кончилась, и направился в ту самую рощу, где вскоре обнаружил скрытое от чужих глаз место. Крохотный родник, а подле него — поляна с белоснежными цветами. В тени бамбука, прохладе воды и запахе цветов было что-то особенное. После Мейсон нашёл ещё и небольшой пруд. Место ему чертовски понравилось, и он приходил сюда для медитации. Наставник говорил о том, как важно правильное место. Тут Мейсон чувствовал, как природа освежает и наполняет его тело. И именно тут Мейсон снова встретил того злотоволосого юношу. В тот день Мейсон решил посетить территорию Заклинателей с любопытством косясь на учеников выше по званию. Парень побывал на всех вершинах. Самый холодный приём был у алхимиков, они очень занятые и раздражительные. Как выяснилось, заклинатели и алхимики испытывали особое соперничество между собой. Но лично для себя Мейсон решил, что заклинатели более приятные и ему они нравятся больше. Именно поэтому он снова пришёл на вершину заклинателей. Подходя к заветному пруду, он услышал диалог: — Решил спрятаться тут, брат Билл?! Ты жалок! Ты не заслуживаешь нахождения тут! Мейсон застыл. До этого заклинатели казались ему более дружилюбными… Стоп! Брат Билл? — И чего же ты молчишь, Сайфер?! — Голос задиры почти перешёл на крик. Послышался смешок и голос: — Ох, Брат Лиам, ты так пытаешься компенсировать отсутствие талантов? Жаль, но не выйдет. Мастер Луни тебя никогда не признает. — Мейсон не видел лица, но был готов поклясться, что Билл злорадно ухмылялся. Названый «Брат Лиам» замолчал. Билл явно попал по больному, его слова были остры, как нож и столь же болезненны. Раздался странный звук, и Мейсон аккуратно выглянул из зарослей. Видимо, Лиам сделал попытку напасть на Сайфера, но лишь упал в траву. Честно говоря, Мейсон был уверен, что это Билл подставил подножку Лиаму, хотя это было вполне заслуженно. Мейсон снова юркнул в заросли, подслушивать нехорошо, но ему слишком интересно! — Я всё старшим расскажу! Ты… Теб-бя накажут! — Голос задиры дрогнул, а после он убежал, пробираясь сквозь бамбук. Мейсон почти вздохнул с облегчением. Его не... Чужая рука раздвинула заросли, и Мейсон почти впритык стоял к Сайферу. Билл смотрел на него своими янтарными глазами и прочесть его эмоцию было невозможно. Сайфер превосходил Мейсона в росте, из-за чего он поднял голову — О-ох… Привет. — Мейсон неловко пожал плечами. Билл усмехнулся. Вся та грубость после разговора с Лиамом улетучилась по щелчку пальцев. — Подслушивать нехорошо, ты в курсе? — спросил Сайфер. — Да ещё и так неумело. Мейсон начал чувствовать себя ещё более неловко. — Это случайно получилось! Я не хотел. — Он опустил голову, не смотря в глаза брата Билла. Билл вздохнул. — Не важно. Не против составить мне компанию? — Он взглядом указал на берег у пруда, предлагая сесть. Они сидели в молчании. Мейсон пытался медитировать, но, как и в прошлые разы, это плохо получалось. А сейчас ситуацию усугублял ещё и Билл, который прожигал его взглядом! Билл рассматривал Мейсона, позабыв о приличие и этикете. Его взгляд осмелился остановится на животе. Сайфер тут же его отвёл и сжал кулаки. Сейчас всё хорошо! Он обязательно всё исправит. — Ты же артефактор? — Спрашивает он, пытаясь завести беседу. Мейсон открыл глаза, которые до этого были закрыты. — Ага. И всё. Дальше разговаривать они не стали. Мейсон и сам начал вглядываться в образ юноши. И в какой-то момент почти почувствовал чужое смущение, он явно слишком открыто рассматривал Сайфера! Он снова закрыл глаза и постарался сосредоточиться. — «Ладно, я просто медитирую!» — Подумал Пайнс.