Чувство восхищения

Чувство восхищения   Когда Гермиона, эффектно крутнувшись на каблуках, исчезла в воронке аппарации, на поляне перед Дырой заткнулись даже птицы… Оглушающую тишину испортил, как всегда, оставшийся в живых близнец Уизли… Драко никогда не различал их при жизни, но теперь имя само скользнуло в память. Джордж, как его звали, выдал на редкость затейливое ругательство, - Малфой, даже в этот момент, оценил. Голос Джорджа, казалось, спустил лавину: все заговорили разом, над поляной поднялся такой гвалт, что птицы заткнулись повторно… В сознании Малфоя не было ни одной связной мысли, но, одновременно, их было столько, что он не успевал их думать. Фрагменты, детали, эпизоды… Драко понимал, что, приученный окклюменцией к самоанализу, он потом еще не раз сольет эти моменты в омут памяти и будет смаковать их, как вино из подвалов мэнора. Бритвенно-зеленый, как луч Авады, острый взгляд Поттера в его сторону. Будто молодой аврор ждал, что Драко исчезнет вслед за Гермионой. Застывшая, сгорбленная, нелепо-растерянная фигура младшего Уизела возле алтаря. На губах еще не исчезла тень влюбленной улыбки… На секунду Драко подумал, как бы он сам повел себя, если бы его …невеста? любимая? на вопрос «Берете ли вы, Гермиона Джин Грейнджер, в мужья…», даже не дослушав продолжения, заявила «Нет! Прости, Рон, это ошибка!», и не глядя, швырнув букет, трансгрессировала прямо от алтаря? Эти мысли, предсказуемо, заставили его посмотреть на свою спутницу. Ошарашенная Пенси, приоткрыв рот, стирала со щеки прилипшие лепестки из букета невесты, сам букет лежал у нее на коленях. Драко мельком поморщился: белые розы с кремовой серединой – какая банальность! Гермионе пошло бы что-то более яркое, крупное, нестандартное… Вызывающее… Может быть, пионы? - Доволен? – прошипела Пенс. Драко показалась, что она из всех сил сдерживается, чтобы не хлестнуть его прилетевшим букетом по лицу. Он поспешно поднял ментальные щиты: не стоит светить счастливым лицом на несостоявшейся свадьбе героев. Вставая, он, не глядя, протянул руку Пенси: - Пойдем, кажется, все самое интересное на этом мероприятии уже произошло… Пенси поднялась, оставив букет на стуле, и, проигнорировав его руку, гордо направилась к выходу. Драко заколебался: уместно ли в такой ситуации попрощаться? И с кем? С брошенным женихом? С его родителями (миссис Уизли взахлеб рыдала в объятиях своего несуразного мужа, старший Уизел, одной рукой обнимая жену, второй мучительно тер лоб, как будто что-то запамятовал). С гостями? Всем на красиво украшенной лужайке было мучительно неловко, будто они случайно стали свидетелями чего-то очень личного, сокровенного. И одновременно, ту часть приглашенных, с которыми Драко успел встретиться глазами, распирало от желания кому-то пересказать произошедшее. Флер, Перси, Кингсли… Интересно, с кем желал поделиться подробностями министр магии? Образ был слишком смутен, Драко не успел поймать больше деталей в сознании волшебника, но, однозначно, это была не его жена. Хотя бы потому, что она стояла рядом с мужем, в настолько розовом костюме и шляпке, что Драко невольно вспомнил Амбридж и содрогнулся… В последний момент Малфой не смог удержаться. Обернувшись у входа, он бросил взгляд на того, кто, уже однозначно, не был ему соперником. Рональд Биллиус Уизли все еще стоял возле алтаря. С одной стороны его за плечи обнимал Джордж, рядом святой Поттер что-то пытался ему объяснить, поодаль неприкаянно топтался чинуша из Министерства, так и не сказавший сегодня «Объявляю вас мужем и женой». - Ну же, посмотри на меня! – мысленно проговорил Драко рыжему недотепе. Ему так хотелось злорадно улыбнуться в физиономию раздавленному гриффиндурку! Однако Рон так и не поднял головы… Если бы у Драко спросили, что он делал, выйдя за калитку коттеджа Уизли, он не вспомнил бы и под Круцио. Кажется, как джентльмен, он проводил Пэнси домой. Кажется, он пил чай с ее матерью, и говорил приличествующие случаю фразы… Кажется, сославшись на неотложные дела, он, едва успев ритуально приложиться к чашке из тонкого фарфора, поспешно откланялся, недопустимо скомкав визит... Кажется, его попытка соблюсти этикет была бессмысленной, потому что он, безупречно выдрессированный Нарциссой Малфой, не сумел скрыть раздражения и нетерпения, прощаясь у камина с потенциальной тещей и невестой. Пенси все что-то порывалась ему сказать, но он, целуя ей руку на прощание, лишь отрицательно покачал головой на ее тихое, чтоб не услышала мать, предложение зайти к нему позже. Над всеми этими мелькающими деталями, над всеми взбудораженными, безжалостно раздраконенными переживаниями, над приторными улыбками общества висело теплое, как какао; яркое, как детская игрушка; безбрежное, как самый бесконечный океан, чувство восхищения. Она сделала это! Его отчаянная львица, его бесстрашная гриффиндорка, его золотая девочка сделала это! Наплевав на последствия, безжалостно растоптав приличия, она выбрала не то, что дОлжно, а то, как чувствовала! Сколько Драко помнил себя, у него за плечами, неотвратимо, как поцелуй дементора, стояло оно. Общественное мнение. Что скажет свет! Что подумают люди! Репутация, связи, честь семьи! Еще вчера казавшимися такими важными, это вещи стали пылью в его сознании, когда одна свихнувшаяся гриффиндорка, махнув подолом свадебного платья, как приснопамятный Снейп мантией, растворилась в воздухе, выбрав быть честной… в первую очередь, с собой. Шваркнув галстук и смокинг на кресло, Драко дрожащими руками проверил оставленный дома мобильный телефон. Ничего. Что ж, это понятно. После того, что он ей наговорил… Но все-таки, куда она могла пойти? Если бы Малфой хотя бы представлял, где она может быть, он, не раздумывая, ринулся бы следом, чтобы… Чтобы что? Лора, его психолог, учила не врать себе и задавать правильные вопросы. Как бы не пьянило восхищение, Драко понимал, что расставание с Уизли в последний момент еще не означает, что она готова прийти к нему. Особенно после того, что он, дебил, устроил ей в парке… Да и что он может ей предложить? Он, наследник древнего рода с безупречно чистейшей кровью, что он стоит сам по себе? Без своей фамилии и денег? Впрочем, деньги у него были. Даже если его лишат наследства и выжгут с гобелена, как дядюшку Сириуса, Малфой не пропадет. Познакомившись с миром маглов, он нашел столько сравнительно честных и не очень честных способов получения средств! Сейчас на его счетах в магловском банке лежало около миллиона фунтов стерлингов, приблизительно столько же было вложено в разные акции, приносящие пассивный доход… Еще осталось несколько казино, где его не внесли в черный список, ведь так элементарно выигрывать, легко читая в мыслях соперников, какие карты у них на руках. Первоначальный капитал Драко заработал и приумножил в сфере игорного бизнеса и букмекерских контор. Оценив, сколько денег люди готовы были просаживать за зеленым сукном, Драко потихоньку выкупил несколько игорных заведений, которые обеспечивали стабильную прибыль. Бессонница и панические атаки, заставившие его истязать себя в зале, привели его в мир большого спорта, а спарринги с молодыми инвесторами на боксерских рингах, последующее ритуальное пиво и инсайдерская информация, легко считываемая из незащищенных окклюменцией мозгов, позволили ему провернуть на бирже несколько очень удачных сделок. Разумеется, абсолютно легально! Драко и сам не понимал толком, зачем ему была нужна финансовая независимость от денег семьи, скорее, он проверял этот новый, прежде так презираемый им мир маглов на новые возможности. А что попутно он делал деньги… Ну, так ведению семейного бизнеса его учили с пяти лет. А Люциус, несмотря ни на что, учителем был неплохим. Отец… Драко нахмурился. Что ж, пора перестать врать себе… Когда Грейнджер, выпалив свое «Нет», исчезла в лучах заката, Малфой с неотвратимостью вырвавшегося на волю гиппокампа понял, что он меняет сторону. Все прежние договоренности летели прахом, но … больше он не будет вредить Гермионе. И проследит, чтобы все остальные возможные попытки оказались безуспешными… В конце концов, когда Грейнджер узнает весь расклад… Что ж, Малфой верил в золотые мозги гриффиндорской умницы… Если уж она придумала это соглашение, чтобы вычислить тех, кто делился информацией с нужными людьми… Неужели, объединив свои усилия, они не смогут переиграть всех? Драко устал быть пешкой, марионеткой в чужих руках. Да, он вел свою игру, но, как оказалось, даже освобождение отца не было настолько сильной мотивацией… Теперь мотивация у него есть. Прекрасная мотивация с точеной фигуркой, атласной кожей и бездонными шоколадными глазами… Нестерпимо, до боли прекрасная - в белом свадебном платье. Выбранном для другого... Где же ты, Гермиона! Куда тебя понесло? Тревога и беспокойство понемногу вытесняли из сознания царившую там эйфорию. Он хотел положить к ее ногам оба мира, но сначала ее нужно было найти. Поколебавшись, Драко отправил на ее номер смс с адресом своей магловской квартиры. Потом набрал консьержа и строго его предупредил пускать мисс Гермиону Грейнджер к нему в любое время дня и ночи. Вряд ли, конечно, она будет его искать, но, чем Салазар не шутит… Если бы мог, он отправил бы к ней Патронуса. Малфой усмехнулся, ставя себе мысленную зарубку: нужно освоить это заклинание. В конце концов, счастливое воспоминание у него теперь точно есть… Следом ушло электронное письмо на знакомый адрес. В любом событии важна подача, уж это слизеринец усвоил с младых ногтей. А несколько прочитанных магловских книг по паблик рилейшн научили тому, что скандальный информационный повод легко перебивается еще более скандальным. Прости, дядя Реджи, твои грязные секреты оказались очень вовремя под рукой. Ничего личного, как говорится… Поколебавшись, Малфой быстро набросал письмо с четкими указаниями, что и как следует сделать, и, позвав сову, отправил послание Поттеру. Если этот шрамоголовый … (Драко запнулся, понимая, что и в мыслях не хочет называть Поттера придурком) выберет сторону Гермионы, он не менее Драко будет заинтересован сгладить информационные последствия скандала. Драко надеялся, что его гриффиндорская натура не откажется принять помощь от слизеринца. А хваленое гриффиндорское благородство не позволит проигнорировать постскриптум: «если она появится, сообщи». Дверной звонок ударил по напряженным нервам, как бладжер. Чуть не зацепившись за ковер, Драко метнулся к двери, распахнул… На пороге, обняв себя руками за обнаженные плечи, по-прежнему в свадебном платье, стояла Гермиона.