Не по плану

      — Можете поцеловать друг друга, — звучат торжественные заключающие слова, и Минхо наклоняется к Джисону, нежно обхватывая его лицо ладонями, после чего накрывает его губы своими, сливаясь с ним в долгом, но не страстном поцелуе.       Они шли к этому так долго. Начав встречаться в университете, когда Джисон был на два курса младше, и откровенно запал на выпускника, заменяющего преподавателя по теории искусств на одной из лекций, они сначала ходили вокруг да около и лишь спустя месяц Минхо, вновь столкнувшийся с Джисоном в коридоре кампуса, пригласил младшего на кофе. Джисон тогда лишь фыркнул с неприязнью, потому что, ну, кто вообще приглашает на свидание в столовку?! Но всё равно пошёл, держась пальцами за тёплую ладошку Минхо.       Джисона не смущал тот факт, что Минхо старше, что они могут разъехаться в разные стороны, что всё неизбежно идёт к расставанию, когда старший выпустится. Его лишь откровенно вело от нежности, которую дарил ему Минхо день за днём, от запаха Альфы, окутывающего его уютным коконом, и чувства счастья, что так ярко ощущалось во время конфетно-букетного периода. Потом, тем не менее, счастье не прошло, но стало тише, а яркая влюблённость сменилась тихой, но глубокой любовью.       Минхо красиво ухаживал больше полугода, пока Джисону это не надоело. Младший тогда заявился к нему посреди дождливой ночи, одетый лишь в одно пальто, мокрый как собака, со стекающими с волос каплями воды, и Минхо, как бы не старался не смотреть и держать себя в руках, зажал Джисона у стенки, не успели они ещё дойти до комнаты, не в силах сопротивляться усилившемуся из-за сырости приятному запаху Омеги.       Тогда на утро Минхо сказал ему, что давно хотел перейти на следующую ступень, но ждал намёка и какого-либо первого шага от Джисона, а младший в лоб спросил его «Будешь моим Альфой?».       Совместно проведённые течка Джисона и гон Минхо лишь сблизили их ещё больше, разрушив все сомнения. Если раньше ещё была неуверенность касательно их совместимости в сексе, то после они все разрушились. Они подходили друг другу каждой клеточкой души и тела, как пазлы, как части одного целого, прекрасно существующие и порознь, но дополняющие друг друга.       А потом всё закрутилось-завертелось: выпускной Минхо, переезд на другую квартиру, поиск работы, постоянное ощущение у Джисона, словно он сидит на пороховой бочке. Жизнь не без сложностей, но они справились.       И Джисон, хоть и думал, что Минхо в скором времени сделает предложение, всё равно удивился, когда Альфа прошептал сонное «Выходи за меня», пока они плавали в море, куда уехали после выпускного Джисона в отпуск.       Долгая подготовка, постоянное откладывание даты из-за того, что жизнь кардинально начала меняться — они решили переехать в квартиру побольше и ближе к центру (последний год Джисон жил вместе с Минхо), Джисон искал работу со своим новеньким красным дипломом, новая рутина и распорядок дня.       И вот, они в этом мгновении. Спускаются по широкой мраморной лестнице церемониального зала, держась за руки, их смех разносится эхом под высоким потолком, а Минхо прижимает Джисона к холодным перилам, наклоняясь и снова целуя.       — Не могу поверить, что это наконец случилось, — говорит он мягко, заправляя распушившиеся из-за влажности волосы Джисона за ухо.       — Я тоже, — улыбается Джисон, притягивая Минхо за шею для ещё одного поцелуя, но его прерывает звонок телефона старшего.       — Извини, — поджимает губы Минхо, вытаскивая телефон из кармана, и отвечает на звонок, отходя на пару шагов.       Джисон уныло опускает голову, разглядывая дорогую ковровую дорожку под ногами. Он не обижается, честно. Понимает.       — Мне нужно в офис, — вздыхает Минхо, вновь оказываясь рядом и пробегаясь пальцами по плечу Омеги. — Ты как?       — Нормально, — натягивает улыбку Джисон и кивает. — Успеешь вернуться до вечера? — с надеждой спрашивает он.       Минхо поджимает губы и кивает.       — Я постараюсь. Сказали, что нужно внести правки в презентацию к завтрашнему дню, там немного. Я постараюсь побыстрее.       — Хорошо, — кивает Джисон, улыбаясь, и целует Минхо на прощание. — Удачи, — поднимает он ладонь, прощаясь, когда Минхо уже сбегает по ступенькам, торопясь.       Джисон не обижается. Джисон понимает. Минхо идёт по карьерной лестнице, после завтрашней конференции, если она пройдёт успешно, его повысят, и это хорошо для Минхо. Джисон радуется за него.       Но это день их свадьбы. Вообще, празднование назначено на другой день, сегодня они лишь расписались и стали законными супругами, хотя Джисон и считал, что метка, по которой он проходится пальцами, смотря вслед Минхо и вздыхая, важнее, чем штампы в паспорте и бумажка, в которой записаны их имена рядом.       Джисону лишь немного грустно, но он ни слова не скажет Минхо. Потому что понимает. Принимает. Так же, как и Минхо понимает и принимает, когда Джисон возвращается с работы уставший. Это работает в обе стороны. Забота и поддержка на первом месте. Нет смысла пускать обиды, ссоры и недолмовки в свой мир, который лишь даст трещину из-за негатива.       Джисон цепляет не длинную фату на голову на выходе, чтобы сохранить хоть какое-то чувство праздника, и заходит в магазин, где покупает бутылку шампанского, которое открывает прямо на улице, заливая лёгкие светлые брюки пеной.       Он возвращается домой пешком, через каждые сто метров делая глоток прямо из бутылки, и к моменту, когда он чувствует вибрацию телефона в кармане, его сознание уже поддаётся градусу алкоголя.       — Вас уже можно поздравлять? — кричит Феликс в трубку, когда Джисон принимает звонок и подносит телефон к уху.       — Меня, — пьяно ворчит он в ответ, даже не пытаясь скрыть грусть в голосе.       — Всмысле?       — Минхо сорвался на работу и я иду домой один.       — Один? — расстроенно вторит Феликс.       — Ну, — Джисон переводит взгляд на бутылку, усмехаясь, и делает глоток, — со мной ещё бутылка шампанского, — хихикает он.       — Напьёшься ведь, Джи. Тебя же уносит с бутылки пива, а тут шампанское.       — Ну и пусть, — пожимает плечами Джисон.       Он останавливается на светофоре, солнце слепит его глаза, из-за чего он не видит, можно ли уже переходить через дорогу, но ему и не требуется, потому что:       — Пригоняй ко мне. Сходим в бар. Я позвоню Хёнджину и Чанбину, может, ещё Сынмин с Чонином придут. Чан уехал в Австралию, так что точно не сможет.       Джисон думает, правда, думает, пытается решить своим пьяным мозгом. Он давно не видел друзей, они часто собирались, пока учились в университете, а потом началась взрослая жизнь со своими взрослыми проблемами и с взрослым отсутствием времени, чтобы собраться всем вместе.       — Да брось, я просто приду домой, достану мороженое из морозилки и посмотрю какой-нибудь фильм. Минхо сказал, что вернётся вечером, так что я просто дождусь его, — отказывается он, покачивая головой.       — Какой ты тугой, — недовольно бурчит Феликс. — Всё, возражения не принимаются, я уже всем написал, так что жду тебя у себя.       Джисон открывает рот, чтобы запротестовать, но из динамика телефона уже раздаются гудки. Он пожимает плечами и разворачивается, чтобы дойти до Феликса.

***

      — Он мудак, — уверенно заявляет Чонин, кивая. — Кто вообще бросает своего Омегу в такой день.       — Он не мудак, — качает головой Джисон и ложится на стол, вытягивая руки. Когда Феликс говорил про бар, Джисон не думал, что он это всерьёз. Сейчас же он лежит на липкой столешнице, чувствуя, как мир кружится, и то, что он сидит на высоком стуле без спинки определённо играет не в его пользу, когда он начинает заваливаться.       — Он мудак! — ещё раз повторяет Чонин, уже твёрже, собирая по кругу поддерживающие кивки почти всех. — Ой, — уже тише добавляет он, когда Минхо внезапно оказывается за спиной Джисона, поддерживая его, что парень не упал.       — Я мудак и я знаю это, — говорит он вместо приветствия.       Чанбин возмущённо распахивает рот:       — Как ты можешь быть мудаком, если ты просто делаешь свою работу, тем более ради повышения? Это для вашего общего блага.       — Поэтому я и говорю, что он не мудак! — активно кивает Джисон и подпрыгивает на стуле, давая пять Чанбину. — И вообще, он хороший и он мой. Так что вас вообще никто не спрашивает, — фыркает он, складывая руки на груди.       — Но всё же ты обиделся, — шепчет Минхо на ухо Омеге, отчего тот подпрыгивает, разворачиваясь, и снова начинает падать. И упал бы, если бы не руки Минхо, который снова ловит его.       — О, привет! — восклицает Джисон и растягивает губы в пьяной, влюблённой улыбке. — Мистер Ли. И я теперь тоже Ли, — хихикает он, обхватывая Минхо вокруг торса руками, прижимаясь щекой к животу.       — Да, сладкий, но нам уже пора домой, не думаешь? — приглаживает Минхо мокрые, растрепавшиеся волосы Омеги. — Почему ты мокрый?       — Он искупался в фонтане по пути сюда, — поджимает Феликс губы виновато.       Минхо смеётся и кивает, припоминая подобные случаи, когда Джисон ещё учился в университете. Почему-то пьяного Джисона всегда тянет к воде.       Минхо почти падает, когда Джисон виснет на нём, проезжаясь губами по шее. Он перехватывает тело Омеги удобнее, чтобы никто из них не упал, и выводит его из бара под «Поздравляем!» за спиной и отдельное «Не заделайте бэйбика» от Сынмина.       Прохлада июльской ночи немного приводит Джисона в подобие нормы и, когда Минхо сажает его в автомобиль, пристёгивая ремень безопасности, Омега уже начинает осознавать, как сглупил, напившись.       Минхо спокойно ведёт автомобиль, пока Джисон сидит на сидении рядом, приходя в себя от ветра, задувающего через открытое окно.       Коридор заполняется тяжёлым запахом сожаления, когда Минхо закрывает дверь на два оборота и снимает обувь, аккуратно составляя у стены. Он подхватывает кеды Джисона, ставя их рядом, и поднимает голову. На глазах Джисона выступают слёзы.       — Ты чего, сладость? — обнимает его Альфа, укутывая своим запахом как в тёплый плед, расслабляя, чтобы успокоить.       — Я такой дурак, — мотает головой Джисон. — Извини меня. Надо было просто пойти домой и дождаться тебя, а я напился.       Минхо подхватывает его подбородок пальцами и поднимает на себя лицо Омеги, оставляя поцелуй в уголке губ.       — Всё хорошо, Хани, — убеждает его Минхо. — Честно. Я и сам дурак, сорвался на работу в такой важный день. Прости меня, — шепчет он раскаивающимся голосом.       Джисон кивает и прижимается к нему, накрывая его губы своими. Поцелуй не длится долго, прекращается с тихим фырканьем Минхо и последующим:       — Пошли-ка в душ.       Джисон плетётся следом за Альфой, лениво стягивая с себя одежду по пути. Минхо включает воду и настраивает температуру, после чего Джисон заходит под струи воды, бьющие его по плечам.       — А ты? — разворачивается он к Минхо, уже намочив волосы.       — Сейчас вернусь, — кивает Альфа, выходя из ванной комнаты.       Джисон пожимает плечами и прикрывает глаза, наслаждаясь прохладной водой, стекающей по телу. Он подставляет лицо струям из тропического душа и замирает так на какое-то время, наслаждаясь тишиной в голове, пока не чувствует ладони Минхо на своей коже.       Джисон разворачивается в руках Альфы, ведёт ладонями по груди, оставляя их на плечах, и тянется за поцелуем. Сначала они целуются медлительно и нежно, но с каждым поглаживанием ладони Минхо, которая, тем не менее, всё равно опускается на ягодицу и сжимает, поцелуй становится всё более жадным и ненасытным.       Минхо делает пару шагов, пока Джисон не прижимается к холодному кафелю, выдыхая от неожиданности. Минхо проводит пальцами между ягодицами, собирая смазку, и наклоняется к шее, прикусывая нежную кожу и вдыхая запах.       — Ты так вкусно пахнешь, Сони.       — Мм, ты тоже.       Джисон запрокидывает голову, когда Минхо продолжает целовать его шею, и чувствует накатывающие волны возбуждения.       — Идём в кровать, — хрипло говорит Минхо, оторвавшись и выключив воду. Он подхватывает Джисона, который рассеянно кивает и прижимается к Альфе, и выходит из ванной, оставляя за собой дорожку из стекающей с их тел воды.       Джисон раздвигает согнутые в коленях ноги и прогибается в пояснице, когда пальцы Минхо ритмично движутся в нём, вызывая стоны, срывающиеся с сухих губ. Минхо наклоняется к нему, заглядывая в подёрнутые туманом глаза, целует, отпуская губу с негромким чпоком, и тянется к тумбочке около кровати за презервативом.       Джисон смотрит на пальцы Минхо, открывающие фольгированный квадратик, кусает губу, хмурится и садится.       — Минхо, — останавливает он руки старшего своими, — может, без?       — Ты уверен? — после короткого раздумывания спрашивает Минхо.       Джисон кивает, закусывая губу.       — Да, Хо. Мы же хотели-       — Хорошо, — кивает он, откладывая презерватив в сторону.       Минхо притягивается в объятия Джисона цепкими руками и медленно входит в хлюпающую ароматной смазкой дырочку, растягивая стенки собою. Джисон зарывается в его шею лицом, притягивая к себе ещё ближе, и тихо стонет при каждом ударе члена о простату.       — Хани, — зовёт его Минхо и, легко поцеловав, продолжает, — я люблю тебя.       — И я тебя, — улыбается расслабленно Джисон и распахивает глаза, когда Минхо начинает входить резче. — М-м, Хо.       Джисон зарывается в шею, скользя по широкой спине ладонями, и кусает метку, прикрыв глаза.       Минхо чувствует, как начинает набухать узел, и на последних толчках уже не выходит до конца, пока не кончает внутрь. Узел закрывает проход, и Джисон чувствует приятную наполненность, потому что член Минхо чуть увеличивается и начинает подёргиваться. Джисон стонет высоко, когда Минхо тоже кусает его метку, из-за чего от неё по телу разносятся волны удовольствия, и теряет себя на какое-то время.       Джисон чувствует что-то влажное и открывает веки, всё ещё восстанавливая дыхание. Минхо знает, что пока они в сцепке, Джисон словит ещё не один оргазм, но всё равно вытирает сперму с его живота бережными движениями.       — Всё хорошо? — спрашивает Минхо, утянув в объятия.       Джисон кивает и ложится на вытянутую руку старшего.       — Хо, — зовёт он тихо через несколько секунд тихим голосом.       — М?       — У нас есть метки, свидетельство о браке, но… я подумал, и… ты не хочешь парные татуировки?       — Я с радостью, сладость, — соглашается Минхо, целуя свою Омегу в макушку.

***

      — Нет, ты не понимаешь! Это всё не то! — злится Джисон, размахивая руками. — Вкус был другим, когда мы выбирали начинку для торта.       Феликс вздыхает, роняя голову на стол, и протяжно обессиленно стонет.       — Джисон, ты беременный! У тебя просто поменялись вкусовые рецепторы, — выдохнув, отвечает он.       — Но это не вкусно, — брови Джисона поднимаются, когда он жалуется другу, который, честно говоря, уже подустал от беременных капризов. Не этого он ожидал, когда соглашался быть подружкой невесты. Другом жениха? — Я хотел, чтобы всем было вкусно, а торт отвратный.       — Джисон, торт вкусный. Всем понравится, я уверен.       — Всем, кроме меня, — обиженно бурчит Джисон, надувая щёки, которые стали чуть пухлее.       Воздух позднего сентября гуляет по комнате, залетая через приоткрытое окно, и Джисон ёжится, поглубже запихивая кардиган и прикрывая тканью живот. Его ещё незаметно, но в запахе уже чувствуются такие непривычные нотки розового перца и мёда.       — Давай просто возьмём тебе чизкейк? — предлагает Феликс. — Ты любишь чизкейки. Так будет вкусно всем.       — Чизкейки вкусные, да, — важно кивает Джисон и, хлопнув в ладони, продолжает, — ладно. Решили. С тебя чизкейк и забота о торте. И-       — Притормози. Я всё помню, и всё уже готово.       — Ладно.       — Хэй, — Феликс поднимается с кресла и подходит к Джисону, обнимая его, — не переживай ты так. Завтра ваша свадьба. Не порть всё своими мыслями. Ещё раз, — нахмурившись, уже тише добавляет Феликс.       — Тогда я ничего не испортил! — возмущается Джисон. — Чёрт, а если все подумают, что свадьба по залёту?       — Джисон…       — У меня уже двенадцатая неделя, люди точно заметят!       — Джисон…       — Надо было ставить дату раньше!       — Джисон!       — А? — словно только сейчас услышав, удивлённо поднимает голову Омега.       — Будут все свои. Все знают, что вы уже в браке, никто не осудит. Успокойся.       — Да, ладно.       Джисон падает в кресло позади себя, уходя в мысли, а Феликс вздыхает, доставая телефон из кармана, чтобы написать Минхо. Натянутые нервы Джисона сможет успокоить только его Альфа.       Через несколько минут в комнату заглядывает темноволосая макушка. Джисон, чьё обоняние с беременностью стало улавливать запахи лучше, вскидывает голову, а на его лице моментально расползается нежная улыбка.       — Как вы тут? — спрашивает он, направляясь к Джисону и присаживаясь на корточки около кресла.       — Он начал загоняться, что все подумают, что свадьба по залёту, — выдаёт парня Феликс.       — Что?! — опешив, хмурится Минхо. — Тебе как такое вообще в голову пришло, сладость?       Джисон поворачивает голову, чтобы Минхо не смог заглянуть ему в глаза, и слышит щелчок двери. Феликс вышел, оставляя их наедине.       — Ещё не поздно всё отменить? — тихо спрашивает Джисон, кусая губу.       — Сони, ты… почему?       — Всё идёт не по плану. Мы распланировали этот день поминутно, а всё уже накрылось медным тазом, ещё не успев начаться.       — Хэй, всё будет хорошо, ты чего? — Минхо поглаживает джисонову коленку, вздыхает и подхватывает его на руки, чтобы посадить на колени, самому расположившись в кресле. Он ведёт кончиком носа по шее, где их перемешанный аромат чувствуется особенно ярко, и улыбается. — Чего ты боишься, Хани?       — Я… Не боюсь я ничего! — раздражённо выдыхает Джисон. — Ну, может, совсем чуточку. Всё так быстро закрутилось, что я не успеваю осознавать.       — Мы уже четыре года вместе, — пожимает плечами Минхо и обнимает Омегу чуть сильнее. — Мне кажется, всё очень даже своевременно.       Джисон сидит, насупившись, пыхтит и кивает.       — Не нужно ничего отменять. Мы и так затянули.       — Тебя только это беспокоило, сладость? — поглаживает Минхо Джисона через вязаную ткань кардигана.       Джисон молчит, не отвечая, около минуты, но потом вздыхает:       — Ты давно не гладил животик, — тихо шепчет он.       Минхо улыбается, раздвигает полы кардигана и поднимает футболку, опуская тёплую ладонь на мягкую кожу уже немного подросшего живота, целуя в плечо и слыша тихое хихиканье Джисона.

***

      — …Я выловил самую лучшую рыбку из фонтана. Люблю тебя, — улыбается Минхо, заканчивая речь.       Джисон всхлипывает и опускает голову.       — Я не думал, что у тебя выйдет так много, — он смущённо кашляет, прочищая горло. — Минхо… Хо, я клянусь, что буду рядом всегда, что буду принимать тебя и ценить, любить так же ярко, как в самом начале, но с каждым днём лишь сильнее. Я благодарен тебе за все чувства, что ты даришь мне, и буду стараться, чтобы ты чувствовал себя таким же счастливым, как и я чувствую себя рядом с тобой.       Джисон зависает на какое-то время, поглаживая ладонью по щеке Минхо, и улыбается, кивая. Сзади раздаётся облегчённый вздох Феликса.       Джисон легонько переступает с ноги на ноги, прижимаясь к Минхо. Медленная, спокойная музыка, которую они подбирали около месяца, негромко играет, а на небе уже расплываются закатные краски.       — Всё так замечательно, Хо, — улыбается Джисон, ощущая согревающее тепло.       Минхо наклоняется и целует Джисона, когда за спиной на небе раскрываются цветы фейерверков.       Хёнджин успевает поймать момент на камеру.