Не в этой жизни

Веспер грубо взяла Нову за подбородок и прошептала у самых её губ. Тон Веспер звучал угрозой в ушах Новы, опасностью. — Ты крыса среди нас. Мне так хотелось бы поцеловать тебя, но не в этой жизни. — С этими словами она вжала в стену девушку, обжигая её губы своим горячим и ядовитым дыханием. Но Нова ничего не говорила. Её тело била маленькая дрожь от раскрытия собственной роли в этой игре. Младшая ведьма словно и не дышала, пока Веспер продолжила говорить. — Но знаешь, у меня есть выход, для нас двоих. — Старшая ведьма невольно отступила назад, отпуская Нову и вернулась к стулу, всё ещё стоявшему в тени. Уверенными шагами она взяла его за спинку и поставила в центр. Женщина села на него и закинула ногу на ногу, откидываясь назад, на спинку стула. Она положила одну руку на подлокотник, а вторую она поставила так, чтобы подпирать голову пальцами ладони. В её глазах блестел опасный огонёк, который заметила Нова, и, тяжело сглотнув, она попыталась оправдаться, сказать хоть что-то. — Веспер… — Но не дав договорить ловчей, женщина заткнула её окончательно, процедив сквозь сжатые зубы: — Закрой рот. — Старшая ведьма кивнула на тумбочку в тени комнаты, где лежал заранее подготовленный нож, вероятно, из кухни Гнезда. — Сделай это сама. Передо мной. — Голос женщины был уверенным и твердым, но с ноткой разочарования. Пускай она и знала всё, с самого начала… Ей было больно от того, что её ловчая была верна Кардиналу. Нова тяжело дышала, словно задыхаясь от твердого взгляда женщины. Она больше не смела спорить. На протяжении всего проживания в Гнезде, каждый день ей было противно от самой себя. Её разрывало от собственной лжи. В то время как ловчая подошла к тумбочке и подняла нож своей дрожащей рукой, женщина наблюдала за ней. Но в её взгляде читался вызов и холод, который отзывался дрожью по спине Новы. Ловчая неспешно расстегивала свою верхнюю одежду, полностью. После чего откинула её в сторону. Так она осталась в чёрном бюстгальтере. Старшую ведьму это ничуть не смутило, она смело оглядывала каждый изгиб младшей ведьмы своим пронзительным взглядом. Нова поднесла лезвие к своему горлу, не отрывая взгляда от холодных глаз женщины. Она выдохнула и дрожащей рукой надавила на свою кожу. Простонав от боли и сжав челюсти, её рука сильнее затряслась, а ноги начали подкашиваться. Напряженную атмосферу этой комнаты прервала Веспер своим отстраненным голосом. — Не спеши. Делай это медленно. — От её слов у Новы выступили слезы на глазах, и комок несказанного подкатил к горлу. Она сильнее надавила лезвием на кожу, от чего на ней проступила капля крови, которая начала медленно стекать вниз по телу ловчей. Слёзы Новы скопились в глазах, застилая ей весь взор. Сморгнув их, капли начали стекать по её щекам, скатываясь вниз, к подбородку, а после капая на пол. Но она ни на секунду не отрывала взгляд от полюбившихся глаз и запавшей Веспер в самое её испорченное сердце. Ловчая продолжала стонать от пронзающей боль её кожу. Старшая ведьма сжимала ладони в кулаки, наблюдая за той, которую, как казалось, смогла полюбить. Но в то же время она никогда не сможет быть с той, которая каждый раз докладывала всё Церкви, за её спиной. Ловчая, надавливая лезвием ножа, медленно подводила к концу горла по горизонтали. Железный вкус крови наполнил рот Новы, которая после стекала по её телу и капала вниз. Как только она провела до конца горла, её ноги подкосились, и она рухнула на колени перед Веспер, а после совсем упала вперёд к ногам женщины. Всё это время она не разрывала зрительный контакт с ней. Но теперь она издала последний вздох с бульканьем крови в своём рту. Кровь ловчей начала медленно растекаться по деревянному полу...