On the seabed with jellyfish

      Задерживаться допоздна на работе для Минхо уже давно стало традицией. И дело не в том, что он не успевает выполнить свои задачи вовремя. Просто после закрытия в океанариуме царит совсем другая атмосфера. Коридоры погружаются во мрак, и единственными источниками света остаются лампы аквариумов. Вокруг только морские обитатели и никаких людей. Тишина. В такие моменты по-настоящему ощущаешь себя на морском дне. Однако сегодня тишину нарушают звуки чьих-то всхлипов и что-то похожее на скулеж. Минхо замирает на месте и прислушивается, пытаясь распознать, откуда идут звуки.       - "Призраков у нас вроде не водилось."       Направляясь в сторону источника шума, он понимает, что вышел к секции с медузами. Всхлипы становятся громче, и Ли замечает фигуру паренька. Тот вжался в уголок между колонной и небольшой деревянной скамьей, установленной для комфорта посетителей. Голова покоится на коленях, руки обнимают ноги, прижимая ближе к себе. В такой позе он кажется совсем маленьким. В голове проносится тень воспоминания.       Минхо осторожно подходит к парню, боясь сильно напугать внезапным появлением, и негромко говорит:       - Прошу прощения, но океанариум на сегодня уже закрыт.       Тело вздрагивает, голова медленно поднимается. На Ли устремляется взгляд больших карих глаз. Слёзы все ещё стекают по щекам, лицо покраснело и немного опухло. Парень рассматривает Минхо, но как будто не может до конца понять смысла сказанных слов.       Ли тихо вздыхает и садится рядом на скамейку, давая время нарушителю ночного порядка прийти в себя и успокоиться. Внимание переводится на стоящий напротив аквариум с медузами. Те медленно перемещаются в водном пространстве, плавно меняя окрас всевозможными цветами радуги. Поистине завораживающие зрелище.       Спустя несколько минут парень, кажется, окончательно приходит в себя. Голова упирается на колонну, взгляд устремлён на аквариум и становится более осмысленным. Минхо внимательно рассматривает его, а потом решает нарушить тишину:       - Ты знал, что медузы практически полностью слепы? Они могут распознать свет и темноту, но пищу находят на ощупь, - в голове внезапно всплыл один из фактов, которые обычно рассказывают детским группам, пришедшим на экскурсию.       Ответом служит лишь слабое покачивание головой. Ну, хоть какая-то реакция, уже неплохо.       - Меня зовут Ли Минхо, могу я узнать твоё имя?       - Хан...Хан Джисон, - голос плохо слушается после накатившей истерики. Взгляд теперь устремлён на собеседника, внимательно рассматривая черты лица. Каштановые волосы, кошачий разрез карих глаз, ровный нос, верхняя губа немного больше нижней. Красивый.       - Расскажешь, что у тебя случилось, Хан Джисон?       - Я.. - странно вываливать то, что творится внутри, человеку, которого видишь первый раз в жизни. С другой стороны, он итак увидел его в таком уязвимом состоянии и при этом не выгнал в ту же минуту, как тот пришёл в себя, хоть и имел на это полное право. И сейчас смотрит со всей участливостью, как будто ему действительно интересно услышать ответ. Атмосфера, кажется, ещё больше располагает пуститься в откровения, поэтому он продолжает. – Я устал.       Минхо на это лишь слабо кивнул, будто что-то подтверждая в голове и молча ждал продолжения.       - Иногда я думаю, что всем было бы лучше, если бы меня не было. Сколько бы я не старался, этого всегда недостаточно. Сколько бы я успехов не делал, всегда найдется кто-то, кто достиг больше и быстрее. Сколько бы не пытался оправдать ожиданий родителей, в ответ слышишь только: «Ты ничего не делаешь» или «Вот другие в твоём возрасте успевают гораздо больше, на что ты тратишь время?». Люди вокруг всё время куда-то спешат: завести семью, получить повышение на работе, объездить весь мир как можно скорее, как будто завтра наступит конец света. И если ты тоже к этому не стремишься, то моментально получаешь дозу непонимания и осуждения. Я устал гоняться за этим эфемерным одобрением, а ещё перестал понимать, для чего я вообще что-либо делаю.       Джисон замолчал и, отвернувшись, вновь вернул взгляд на аквариум с медузами, давая понять, что на этом его рассказ закончен. Он не рассчитывал на продолжение диалога, но, к его удивлению, Минхо слишком быстро нашёлся с ответом:       - Думаю, я могу понять твои чувства, ведь сам испытывал похожее. Я долгое время беспрерывно работал на износ. Школа, универ, работа – везде нужно было показывать лучший результат, чтобы на тебя обратили внимание, - Хан вновь повернулся к собеседнику, заинтересовавшись услышанным. – Даже танцы, которые изначально были просто хобби и чем-то вроде возможности расслабиться и отвлечься, стали восприниматься как очередная гонка. Ты должен постоянно совершенствоваться, чтобы не тянуть команду вниз. Я мог отказаться от участий в конкурсах и соревнований, но у меня все ещё был аккаунт, куда я выкладывал видео со своей хореографией. И всё, на что я тогда обращал внимание, это сколько просмотров и положительных отзывов оно наберёт. Как будто набери видео на два просмотра меньше предыдущего, все свои труды можно считать бесполезной тратой времени.       На последнее высказывание Джисон несколько раз кивнул, давая понять, что ему знакомо это чувство, но перебивать не стал, полностью сосредоточившись на рассказе Ли.       - А потом в какой-то момент я словил выгорание. Всё как будто утратило смысл. Я перестал посещать студию, потому что тренировки больше не приносили удовольствия и мысли о них вызывали только усталость. Продуктивность на работе упала, что, конечно же, не нравилось начальству. Но тогда меня уже перестало волновать их одобрение. Я приходил домой, выполнял по минимуму домашние дела, а потом просто пол ночи лежал, пялясь в одну точку. Мне казалось, я чувствовал, как время ускользает сквозь пальцы и от этого становилось страшно.       Минхо не сразу понял, что уже долгое время молчит. Слишком глубоко ушёл в воспоминания о прошлом. Из транса его вывел голос Джисона, который заметил отрешённость Ли:       - Вначале ты сказал «испытывал похожее», то есть сейчас это изменилось? – Минхо издал воздушный смешок, губы растянулись в улыбке, а взгляд снова переключился на медуз.       - Я решил взять отпуск на работе, впервые за два года. Хотел привести мысли в порядок. Вот только сил и желания куда-то ехать или с кем-то встречаться не было, поэтому я просто сидел дома и зависал в интернете. Голова совсем не прояснялась и внутри метались мысли о том, что я трачу время в никуда. А потом я наткнулся на видео с медузами. Не знаю почему, но у меня возникло желание увидеть их вживую. Зацепившись за эту мысль, я приехал в этот океанариум и сразу отправился в ту часть, где находились медузы. Не помню, сколько я тогда просидел, но помню, что впервые за долгое время почувствовал покой. Я ощущал, будто погрузился на дно. Вокруг лишь медленно плавали медузы, и я наконец-то не чувствовал ускользающего времени. В итоге начал приезжать сюда почти каждый день. При этом, чем ближе к концу подходил отпуск, тем сильнее я понимал, что не хочу возвращаться в офис. В итоге решил уволиться и устроился работать здесь.       - И что, смена работы помогла?       - Возможно, я не решил всех своих проблем, но это место во многом помогло мне. Нахождение рядом с морскими обитателями позволило мне замедлиться и пересмотреть своё отношение к жизни. Сейчас я не чувствую, что время с бешеной скоростью проносится мимо меня. Я просто плыву по течению и больше думаю о том, чего хочу Я, а не как оправдать ожидания других людей.       В зале на некоторое время воцарилась тишина. Каждый обдумывал своё. Время давно перевалило за полночь, и вечер душевных разговоров пора было заканчивать.       - Уже довольно поздно, Хан Джисон. Нам следует закончить на сегодня – Минхо встал со скамейки и протянул руку, чтобы помочь подняться Хану с пола. Тот принял помощь и забрал свой рюкзак.       - Можно просто Джисон. Ты ведь старше, как я понял, стоит ли мне тогда называть тебя хёном? – в голосе появилась что-то похожее на веселье, а губы растянулись в улыбке. Минхо автоматически отзеркалил улыбку и ответил:       - Как тебе будет удобней, Джисон. Можешь тоже просто по имени. Не думаю, что у нас сильно большая разница в возрасте.       - Мне 23, учусь на 3 курсе. А тебе, хён?       - 26       Они покинули помещение океанариума. На улице уже вовсю царствовала ночь, но большие города никогда не спят.       - Ты сможешь добраться до дома сам? Метро уже не работает, если хочешь могу подвезти тебя?       - Всё в порядке, хён. Я наберу своему другу, чтобы он меня забрал. В это время он всё равно никогда не спит, - Хан отвечает, одновременно доставая и включая телефон. – О нет, кажется, меня убьют, - на экране отображалось несколько пропущенных и куча сообщений.       Минхо смотрит на него с вопросом, подняв одну бровь.       - Я..Я просто изначально должен был весь вечер быть на парах, а потом меня что-то перемкнуло. У нас в университете висела реклама с вашим океанариумом, и мне так не хотелось идти на пары. В итоге пришёл сюда. А телефон выключил на входе, чтобы не мешал. Я не думал, что пробуду там столько времени, а в итоге очнулся, когда ты нашёл меня, - быстро протараторил Хан, пытаясь оправдаться не понятно только перед кем. Телефон завибрировал и Джисон быстро принял входящий вызов. С динамиков послышался громкий голос, который вперемешку с ругательствами начал отчитывать младшего. – Чан, прости, прости. Я правда не специально, со мной всё хорошо. Ты можешь меня забрать? Я скину тебе адрес. Спасибо, жду, - Хан громко выдохнул и убрал телефон в карман. А затем обратил внимание на Ли, которого, кажется, вся эта ситуация веселила.       - Не смейся, мне теперь предстоит всю дорогу выслушивать лекцию о том, что не стоит выключать телефон, никого не предупредив о том, куда направился.       - Тебе не стоило заставлять волноваться других людей, будет уроком, – Ли уже вовсю смеялся с обиженного лица Хана.       - Спасибо тебе большое за сегодня, хён, - выражение лица сменилось на более серьёзное. – Я правда благодарен тебе за то, что ты выслушал и поделился своей историей. Кажется, теперь мне есть над чем подумать. - Много думать вредно, – Минхо мягко улыбнулся и заметил подъехавшую машину, которая несколько раз просигналила, оповещая о прибытии, – Береги себя, Хан Джисон! – подмигнув, он направился в сторону парковки, чтобы наконец-то вернуться домой.       - И ты береги себя, Минхо! – прокричал в след Хан.

⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅

      Минхо честно не рассчитывал, что вновь увидит Джисона так скоро, да и вообще когда-нибудь вновь. Но, вопреки его ожиданиям, тот начал частенько наведываться в океанариум. Поначалу он просто бродил по помещению, наблюдая за жителями аквариумов. Вид у него всегда был задумчивый, но в тоже время казался спокойным и расслабленным. Так выглядит человек, который пытается постепенно разложить свои мысли по полочкам и наконец-то очистить голову от всего, что беспокоит уже долгое время. Тем не менее, он всегда с улыбкой приветствовал Ли, если им удавалось пересечься, и иногда заводил разговор на какие-то общие темы.       В один из таких дней Минхо собирался вновь задержаться на работе, о чем ненавязчиво сообщил в диалоге:       - Я планировал сегодня задержаться, поэтому, если хочешь, можешь тоже остаться после закрытия, - впервые с их знакомства в голосе Минхо появилось что-то вроде неуверенности, а взгляд избегал лица Джисона. Ли сам не понимал откуда взялось это волнение, но углубляться в размышления не стал.       - Оу, я буду рад если и правда можно, спасибо.       - Не за что, тогда я предупрежу управляющего о тебе. Встретимся на входе в 21.30, мне нужно будет ещё закончить кое-какие дела, - получив в ответ утвердительный кивок, Минхо отправился дальше работать.

⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅

      Помещение постепенно освобождалось от потока посетителей. Пустующие залы и коридоры окунались в темноту, оставляя неизменными единственные источники света. В назначенное время Хан стоял возле входа ожидая Минхо, который появился буквально через пару минут.       - Предлагаю немного прогуляться, посмотришь на привычный вид с другой стороны, - Ли подмигнул, и они неспешно отправились бродить по уже знакомым залам.       Атмосфера действительно отличалась от привычной Хану. Да, он уже однажды был здесь после закрытия, благодаря чему они с Минхо и встретились. Вот только тогда было не до разглядывания того, что вокруг. Сейчас ситуация была другая, и он мог полностью погрузиться и насладиться окружением.       - Когда посетителей нет, все здесь ощущается немного по-другому, не правда ли? – тихий голос Ли нарушил ненадолго устоявшуюся тишину.       - Да, есть такое. Ты поэтому так часто задерживаешься?       - Я хоть и нахожусь здесь почти каждый день, но это все-таки работа. Времени побыть наедине со своими мыслями нет. Поэтому мне нравится иногда оставаться здесь после закрытия. Для меня это что-то вроде отдыха.       - Здорово, что ты нашёл для себя такое место, - улыбка и глаза Хана были полны нежности, но быстро сменились на задумчивость. – Слушай, я уже давно хотел тебя спросить. Почему ты тогда остался со мной, поделился своей историей? Ты ведь просто мог меня выпроводить, а не слушать и делится чем-то таким личным.       Минхо явно не ожидал такого вопроса, хоть и прекрасно знал на него ответ. Однако смысла скрывать что-либо от Джисона он не видел, да и с самого начала у них разговоры затрагивали довольно откровенные темы.       - Просто когда я увидел тебя там, я будто бы вернулся в прошлое и посмотрел на себя со стороны. Это немного забавно, но именно в том же месте меня когда-то нашёл управляющий Пак. Я тебе уже рассказывал, что в какой-то момент начал постоянно приходить сюда, - Джисон кивнул в подтверждение того, что помнит рассказ Минхо, и полностью сосредоточился на дальнейших словах. – Так вот, это, кажется, был один из последних дней отпуска, и, как я уже говорил, мне совершенно не хотелось возвращаться к офисной работе. Я не знал, что мне делать. Уволиться? Но куда тогда идти? У меня совершенно не было представлений о том, чем я хочу заняться. К тому же я думал, что если пойду на поводу у эмоций, могу совершить ошибку. И мной вновь начал овладевать страх и накатывать паника. Не знаю, как это выглядело со стороны, но тогда ко мне подошёл управляющий и начал рассказывать какие-то факты о медузах и других морских обитателях. По началу я не очень понимал, о чём он говорит, но потом немного успокоился. Управляющий, видимо, заметил это, поэтому сменил тему разговора. Оказалось, он приметил меня ещё с первого моего посещения, а потом незаметно присматривал каждый раз, когда я вновь приходил. Видимо я совсем плохо выглядел, раз настолько в глаза бросался, - Ли тихо рассмеялся. – Управляющий тогда много говорил, я уже и не вспомню всего, но помню, что впервые за долгое время я почувствовал, что меня могут понять. Я впервые решил с кем-то поделиться своими переживаниями не боясь осуждения. Собственно, никто и не собирался меня осуждать, а наоборот хотели помочь. В тот момент я понял, что на самом деле всё это время мне нужен был человек, который сможет меня принять таким, какой я есть. Со своими страхами, переживаниями и нежеланием дальше следовать по пути чужих ожиданий. Как бы правильно выразиться…Мне хотелось, чтобы меня «нашли». Настоящего меня, без всего этого фасада, за которым обычно скрываешься, делая вид, что все нормально. И я думаю, что ты чувствовал тогда тоже самое, – Минхо остановился и заглянул в глаза Джисона. Те были широко распахнуты, губы немного приоткрыты. Всё выражение лица выдавало в нём немое удивление, потому что это действительно то, что он чувствовал.       Удивление сменилось благодарностью. Они долго смотрели друг на друга, и у каждого в глубине сердца зарождались новые эмоции, пока ещё не до конца сформировавшиеся и не принявшие какую-то конкретную форму. В какой-то момент появилась неловкость, и оба отвели взгляд, рассматривая плавающих тропических рыб. Спустя несколько мгновений Джисон решил разрушить установившуюся тишину и продолжить разговор.       - А как насчет танцев? Ты вернулся к ним или окончательно бросил?       - Если честно, с ними было сложнее всего. Если с работой мне помог управляющий, то с танцами помочь было некому.       - А как же те, с кем ты занимался всё это время? Наверняка был кто-нибудь, с кем ты неплохо общался?       - Были, но они бы не поняли меня. Я долгое время провел с ними и прекрасно осознавал, что этих людей волнует только конечный результат. Ты либо провалился, либо победил. Все работали на износ, и никто уже давно не испытывал чувство удовольствия от самого процесса. Я же, наоборот, хотел вернуть то удовольствие, которое испытывал раньше во время танца.       - И что по итогу? У тебя получилось? – Ли неожиданно засмеялся и как будто бы засмущался.       - Хан Джисон, тебе действительно интересно узнать, танцую я всё ещё или нет? Неужели хочешь посмотреть? – левый уголок губ Минхо изогнулся в лукавой улыбке, во взгляде появились огоньки веселья.       Теперь пришла очередь смущаться Джисону. Щёки приобрели розовый цвет, который он надеялся, в этой темноте не видно. Взгляд начал метаться из стороны в сторону, стараясь не задерживаться на коварном выражении лица Ли. Однако такой неожиданный вопрос полностью выбил его из равновесия, заставив мысли перемешаться, а голос окончательно подвёл.       - Н-нет. То есть да. То есть… Чёрт, хён, я не за этим спрашивал, – голос больше напоминал что-то вроде скулежа, и не выдержав охватившего смущения, он полностью отвернул лицо в другую сторону. А потом очень тихо, надеясь, что его не слышат, произнес: - Если честно, я бы хотел посмотреть.        Однако глупо было рассчитывать в такой тишине остаться неуслышанным. Вот только понимание пришло со звуком смеха Ли, который тот больше не мог сдерживать. Скорость, с которой менялись эмоции на лице Хана, кажется, рассмешила его ещё больше.       - Хён, ну неужели так весело надо мной издеваться?       - Прости, прости, – Минхо начал потихоньку успокаиваться, чтобы перестать так сильно смущать Джисона. - «Какая же у него чертовски милая реакция», - окончательно успокоившись, Ли решил наконец-то ответить на заданный вопрос. – Да, у меня получилось. Не сразу, но спустя время я наконец-то смог отпустить все переживания и просто наслаждаться. Закрепил в голове, что в первую очередь я делаю это для себя, а не для кого-то. И если происходящее приносит мне удовольствие, то значит, я иду по верному пути. А реакция других людей — это просто приятный бонус, не более. Сейчас я арендую на час зал в студии недалеко от дома, чаще всего на выходных. Иногда записываю хореографию и выкладываю в сеть. Бывает помогаю тренерам из студии в постановке нового танца или заменяю на занятиях, если возникает необходимость. У меня нет чётких обязанностей перед кем-то, и я всегда могу отказать им, поэтому просто делаю то, что хочется. Как-то так, - закончив говорить, Ли перевёл своё внимание на Хана, ожидая реакции на услышанное.       Джисон на какое-то время погрузился в размышления, пытаясь извлечь из рассказа Минхо ответы на какие-то свои вопросы.       - И всё же, почему тебе так интересно было узнать об этом, Джисон? – тот слегка дернулся, услышав голос, прервавший его поток мыслей.       - Дело в том, что… - Хан сделал глубокий вдох, и выпустив весь воздух из легких, решился продолжить. – Мне с детства нравилось заниматься музыкой. Отец научил меня играть на гитаре, а потом я сам начал сочинять какие-то мелодии и придумывать тексты песен. Некоторые я даже записал и сохранил на своём ноутбуке. Да, конечно, качество оставляло желать лучшего, но для меня тогда это казалось чем-то невероятным. Я делился тем, что у меня получалось с родителями, и даже давал послушать нескольким школьным друзьям. Однажды написал песню специально для мамы и исполнил на её день рождения. Она тогда радовались, говорила что-то вроде «Это очень мило» и «У тебя здорово получается». Я думал, что так и дальше будет продолжаться, хотел связать своё будущее с музыкой. Вот только всё это время я очень сильно ошибался. Всё начало идти по наклонной, как только я поступил в старшую школу. У меня были хорошие оценки, и я не сильно переживал насчет учебы, поэтому продолжал всё свободное время заниматься любимым делом. Однако первые же промежуточные тесты показали настоящее отношение родителей ко мне и моему увлечению. Тест, к слову, я написал чуть выше среднего, и сам я был доволен результатом. Пока в мою комнату не ворвалась мама и не начала кричать о том, что я должен больше времени уделять учёбе вместо «бесполезного бренчанья». А правда была в том, что им нравилась моя музыка, пока я не достиг определённого возраста. Знаешь, как с рисунками малышей? Пока ребенок ещё маленький, каждый его рисунок ценится, вешается на холодильник или любое видное место, чтобы показать знакомым и родственникам. Но потом, когда он вырастает, рисунки заменяются листами с успеваемостью или какими-то достижениями в олимпиадах, конкурсах. А если ты ничего не достиг, то зачем это как-то одобрять. Вот так же было и с моими песнями. Пока я был ещё не сильно взрослым, это считалось милым, и можно было похвастаться перед другими, какой у них замечательный сын, так любит родителей, что посвящает им песни. Но в старшей школе твою ценность составляют лишь оценки. Ты должен получать высший результат, быть первым среди учеников и поступить в лучший ВУЗ на самую престижную специальность.       Тело начала бить мелкая дрожь. Воспоминания никогда не приносили ничего, кроме нового приступа тревоги, погружая вновь и вновь в это чувство разочарования и некого отчаянья. Но сейчас хотелось только наконец-то выговориться, поделиться с кем-то, кто так же открыт тем, что давно беспокоит.       - Если тебе тяжело, ты можешь не рассказывать, – голос Минхо был слишком мягким и нежным. Он уже примерно понимал ситуацию и не хотел ухудшать состояние Джисона.       - Я в порядке. И я хочу рассказать до конца. Иначе я боюсь, что так и не смогу наконец-то идти дальше.       - Ты уже сделал большую работу над собой. Может, ты сам не замечаешь, но со стороны видно, как день за днём напряжение уходит из твоего тела. Ты ведь уже смог со многим разобраться в своей голове за это время?       - Хён такой внимательный, – заискивающе произнес Хан.       Минхо же на это только закатил глаза, но слабую улыбку сдержать не смог. Зачем отрицать, что присматривал за ним и беспокоился за состояние. Сам ведь через это проходил. Некоторые люди вообще с мостов и крыш идут прыгать, потому что не находят сил, чтобы разобраться со всем, что тянет на дно.       - Конкуренция в школах много кого доводила до нервного срыва. Многим, причём на самом деле плевать было, на каком они месте. Зато не плевать было их родителям, - Ли решил сам продолжить тему. – Только в нашем классе было несколько случаев, когда ученики ловили приступы тревожности. У одной девочки вообще началась паническая атака. А всё потому, что дали внеплановый тест.       - А как твои родители относились к учёбе? Ты уже в школе ведь занимался танцами?       - В основном, так же, как и все. Учеба на первом месте, потом всё остальное. Но как таковых запретов не было. Всё, что от меня требовалось - поступить в университет на нормальную специальность, чтобы была возможность найти хорошую работу. Конечно мне тоже приходилось ночами просиживать за учебниками иногда. Но никто не запрещал мне ходить на тренировки. Наоборот, мама вроде как считала, что они помогут мне разгрузиться немного, и потом информация будет усваиваться лучше. В каком-то плане она была права. Голова у меня действительно отдыхала от огромного количества информации.       - Но ведь тебе нужно было запоминать хореографию, всё равно же приходилось напрягать мозг.       - Если я был сильно загружен, то просто оттачивал движения или посвящал день импровизации. Мы тогда не сильно парились насчёт участия в соревнованиях и тому подобном.       - Это круто. А мне вот пришлось бросить музыку. Я по началу по привычке брался что-то наигрывать, когда появлялось время. Но как только кто-то из родителей слышал звуки гитары, сразу же начинался скандал. И с каждым годом контроль только усиливался. В итоге я смирился, старался убедить себя, что так действительно лучше.       - Ты так и не вернулся к музыке? Даже когда поступил в универ?       - Нет. Точнее, не совсем. Возможно, если бы я переехал в общежитие, что-то могло измениться. Но я остался жить с родителями. Они тогда сказали, что так будет лучше для меня, но на самом деле просто не хотели терять контроль надо мной. И у них замечательно получалось. А потом я встретил Чана.       - Это тот твой друг, который тогда забирал тебя на машине? – в голове всплыло воспоминание телефонного разговора и громкий, отчитывающий Хана голос.       - Да, это он. У нас был общий предмет с их потоком, и преподаватель поставил нас в пару для проекта социологии. Чан оказался очень общительным человеком, поэтому мы довольно быстро сдружились. На удивление, с ним было невероятно комфортно. В итоге я узнал, что он в свободное время пишет музыку, даже арендует студию звукозаписи. Чан начал приглашать меня позависать с ним, давал послушать свои работы, если в чем-то сомневался спрашивал, что об этом думаю я. В итоге я сам не заметил, как музыка снова стала частью моей жизни. А когда осознал всё стало только сложнее. Я понял, что все ещё люблю музыку и теперь точно не хочу отказываться от неё. Но мне страшно. Влияние родителей за все эти годы было слишком сильным, и я не знаю, как от него избавиться. Самое смешное, за все эти годы я так и не услышал от них в свой адрес хоть немного похвалы. Сутками сидел за учебой, чтобы получить высший балл, старался быть первым в рейтинге. Поступил в университет, о котором они говорили, и до сих пор продолжаю вкалывать, чтобы быть в числе лучше студентов. Но ради чего? Ради чего я отказался от того, что мне приносило удовольствие? Чтобы каждый день слышать напоминание о том, что нужно быть ещё лучше? Это какая-то дурацкая шутка.       - Это не смешно, Джисон, - Минхо со всей серьёзностью повернулся к нему и схватился рукой за предплечье. – То, что все твои старания обесцениваются, не смешно. То, что тебе запрещают заниматься любимым делом - тоже не смешно.       - Ты прав, но что мне со всем этим делать? Они ведь и работу за меня выберут, и жену мне найдут, которая будет соответствовать их требованиям. А мне вообще-то всегда парни нравились, вот только кому до этого дело, - по щекам начали скатываться слёзы, и все попытки их стереть с лица были безуспешны. – Я не хочу так.       - Хэй, Джисон, я могу тебя обнять? – Ли попытался обратить на себя внимание, потому что Хан все сильнее начинал утопать в эмоциях. Получив в ответ несколько слабых кивков, он обнял его за плечи и притянул к себе. Джисон крепко сжимал тонкую кофту Минхо, голова покоилась на плече. Как бы он не пытался сдерживать себя, но истерика всё равно накатила. Все то, что давно пряталось внутри, наконец-то освободилось не только в форме слов, но и эмоций. Ли мягко поглаживал Хана по спине, покачивал из стороны в сторону, словно убаюкивал. Всхлипы начали затихать, тело понемногу расслаблялось. – Всё хорошо. Тебе нужно успокоиться и перестать на себя давить. Дай себе время, чтобы разобраться со всем и найти решение. А ещё тебе стоит поделиться со всем с твоим другом. Я думаю, он сможет понять и помочь тебе чем-нибудь. Ситуация и правда тяжелая, но с ней можно справиться. Ты не должен идти на поводу у других людей, даже если это твои родители. Думай прежде всего о том, чего хочешь ты.       Джисон выбрался из объятий, окончательно успокоившись. Вместо опустошённости, которая обычно появлялась от такого выплеска эмоций, ощущалась только безграничная благодарность и спокойствие.       - Минхо, спасибо тебе большое. Я правда не знаю, как выразить всю мою признательность и отблагодарить за всё, что ты для меня сделал.       - Эй, я ничего такого не сделал, чтобы меня благодарить.       - Но…       - Тсс. Я буду рад, если и правда смог тебе чем-то помочь. И ты всегда можешь сюда возвращаться, - взгляд перешёл на электронные часы, висящие на стене. – Думаю, на сегодня пора заканчивать. Спасибо, что составил компанию.       - По-моему, я только всё испортил.       - Не говори глупостей. Нет ничего плохого в том, чтобы поделиться с кем-то своими переживаниями. И мне приятно, что ты доверился в этом плане мне, хоть мы и не так давно и хорошо знакомы. В любом случае, как я уже сказал, ты всегда можешь сюда приходить, мне приятна твоя компания.       И он обязательно ещё не раз сюда вернётся.

⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅

      Время продолжает идти в своём бесконечном потоке. Дни сменяются один за другим, привнося большие и малые изменения. Для морских обитателей океанариума эти изменения практически незаметны. Их жизнь проходит в привычном темпе, ничем не обременяя. Однако для людей любое, даже самое крошечное событие может послужить причиной больших изменений.       Для одного случайная встреча в тёмных коридорах океанариума привнесла в жизнь разговоры по душам, прогулки по вечерним улицам, непрерывные потоки сообщений и смешные фотографии, случайное касание рук и смущённые улыбки. В давно сложившуюся привычку задерживаться после работы добавилась новая переменная: с большими карими глазами, каштановыми волосами и заразительной дёсневой улыбкой.       Для другого всё это дополнилось ещё большими изменениями в виде тяжёлого, но такого необходимого решения о переезде, сложном разговоре с родителями, который, с одной стороны не повлиял ни на что, но с другой - дал возможность сделать ещё один шаг вперёд. Дни, в которых не было практически ничего, кроме учёбы, редких встреч с другом, постоянного контроля и давления, наполнились новыми мелодиями, мечтами и надеждой, что всё обязательно получится.

⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅

      Несколько месяцев пролетели как один день. Джисон никогда не думал, что всего одна встреча с нужным человеком может так сильно повлиять на его жизнь. Разговор, который заставил задуматься о важных вещах. Совет о необходимости поговорить с другом, который не был проигнорирован и позволил начать дышать свободнее. Он честно не рассчитывал на какую-либо помощь Чана, но решил, что должен поделиться с ним всем, что старался скрывать. Однако тот не просто выслушал и поддержал словами, а смог договориться, чтобы Джисону выделили комнату в общежитии. Всё же невероятная общительность позволила Чану обзавестись некоторыми полезными знакомствами и связями, хоть и на уровне простого университета. Но такая возможность несла за собой необходимость разговора с родителями, от которого ничего хорошего ожидать не стоило. Не без чужой поддержки он смог решиться наконец-то поговорить с ними. Конечно, не обошлось без криков, очередного спора и слов о неблагодарности сына за всё, что для него сделали. Джисон на самом деле был благодарен родителям за многое, но он тоже сделал не мало и явно заслужил лучшего обращения к себе. Новость о переезде воспринялась в штыки. Угрозы сыпались одна за другой, но такая реакция лишь подтверждала необходимость идти до конца. Он переживет без денег, которые давали ему родители, благо стипендию они у него отобрать не могут, найдёт подработку, ведь теперь у него будет на это время. И не только на это.       Такие кардинальные изменения в жизни потребовали большое количество моральных сил, и иногда Хан чувствовал себя откровенно выжитым до последней капли. Со многими вещами теперь приходилось справляться самостоятельно, не то, чтобы раньше он всецело полагался на родителей. Просто всё казалось слишком непривычным: делить с кем-то комнату, ходить на подработку, следить за бюджетом, чтобы не остаться на нуле, а ещё бесконечные звонки и сообщения от родителей, которые забирали последние силы в итак достаточно выматывающие дни. По началу Хан всегда отвечал на звонки, если была возможность, но с каждым новым диалогом, в котором они опять настаивали вернуться домой, приправляя всё это очередной порцией недовольства поведением сына и попыткой вернуть контроль над его жизнью, желание брать трубку уменьшалось в геометрической прогрессии. В конечном итоге пропущенных становилось всё больше, сообщения игнорировались, а редкие разговоры с каждым разом становились всё хуже и хуже. Возможно, однажды их общение и вовсе сойдет на нет. Смысл поддерживать его, если родители даже не пытаются понять сына? Да и о какой поддержке в дальнейшем может идти речь. А тратить силы на бесконечную ругань не хочется, оно того не стоит.       Однако, несмотря на все трудности, Хан Джисон смог обрести несколько невероятно важных для него вещей и, главное, людей, которые позволяли ему расслабиться и отдохнуть, чтобы восстановить силы, и всегда были готовы прийти на помощь. Первым важным человеком стал Бан Чан. Хоть он уже давно появился в жизни Джисона, но после того разговора их дружба стала ещё крепче. Чан всячески помогал Хану обустроиться на новом месте, прикрывал перед преподавателями, если видел, что младшему нужен отдых после таких непривычных, тяжёлых смен в магазине. Благодаря ему тот действительно смог быстрее и легче войти в новый ритм и спустя некоторое время уже спокойно справлялся со всем самостоятельно.       Ещё одним важным аспектом, с которым Бан Чан тоже помогал, была музыка. Спустя долгие годы Хан вновь мог полноценно вернуться в мир, который был наполнен мелодиями и текстами песен. Однако то время, когда музыка была под запретом, не прошло бесследно, и многие вещи приходилось чуть ли не учить заново, а написание текстов по началу давалось с большим трудом. Но, несмотря на это, Джисон был по-настоящему счастлив. А благодаря поддержке друга момент, когда талант Хана полностью расцветёт, был всего лишь вопросом времени.       Последним, но не менее важным для Джисона стал Ли Минхо. Если бы не их встреча, неизвестно, как бы всё могло сложиться. И, казалось бы, после всей этой истории их общение могло прекратиться. Но всё происходило с точностью наоборот. Время, которое они проводили вместе, стремительно увеличивалось, разговоры перешли на более обыденные темы, вроде увлечений, интересов и повседневных событий. В какой-то момент они обменялись контактами, чтобы договариваться о новых встречах, но в итоге это стало возможностью поддерживать разговор чуть ли не 24/7. А говорить действительно было о чем. Многие интересы у них совпадали, а даже там, где не совпадало, всегда было интересно слушать. В целом Минхо хотелось всегда слушать. Ещё с первого дня их знакомства Джисон обратил внимание на то, каким мягким у него бывает голос. А ещё он был невероятно красив. И Хан иногда откровенно залипал на старшего, но тот, казалось, не особо обращал на это внимание, либо хорошо это скрывал. К Минхо тянуло. С ним хотелось проводить как можно больше времени, хотелось наслаждаться звуками его звонкого и переливчатого смеха. В груди каждый раз что-то щёлкало, если удавалось стать причиной красивой широкой улыбки Ли. И если первое время из-за личностных переживаний Хан не особо задумывался о чувствах, которые вызывает у него Минхо, то сейчас он мог чётко обозначить его влюбленностью. На удивление, его это не пугало. Наоборот, было ощущение взаимности этих чувств. Все эти смущённые переглядывания и улыбки, краснеющие кончики ушей старшего, если изо рта Хана вырывались внезапные комплименты, случайные касания, инициатором которых чаще всего был сам Ли. Совокупность этих моментов и такое быстрое сближение друг с другом давало уверенности однажды сделать первый шаг, чтобы внести в свою жизнь еще одно изменение.

⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅⋅˚₊‧ ଳ ‧₊˚ ⋅

      Двери, уже давно ставшим привычным и даже немного родным места, раскрываются, впуская внутрь постоянного посетителя. Вместо билета на входе требуется сказать только простое «Здравствуйте». За всё это время Хан Джисон уже столько раз сюда приходил не просто в качестве посетителя, но и добровольного помощника, что управляющий разрешил ему свободно проходить внутрь. Ступая по знакомым коридорам, ориентироваться в которых он уже мог даже в темноте, взгляд ищет знакомый силуэт. Пройдя несколько поворотов и остановившись возле аквариума со скатами, уши улавливают знакомый голос, улыбка сама появляется на лице. В этот раз он не предупреждал, что собирается прийти раньше, поэтому сейчас просто наблюдает за Минхо, который рассказывает детям очередные факты про акул. Почему-то именно они вызывали больше всего интереса у детей.       Ли, кажется, почувствовал, что за ним внимательно наблюдают со стороны, поэтому отвлекся, моментально найдя глазами Хана. Секундное удивление быстро сменилось тёплой улыбкой. Показав жестом и произнеся одними губами «пять минут», он дождался утвердительного кивка и продолжил вести экскурсию. Ответив на интересующие детей вопросы касаемо услышанного, он дал им время, чтобы свободно походить по секции и понаблюдать за морскими обитателями. Вновь найдя глазами Джисона, он направился к нему.       - Ты сегодня рано. Разве тебе сейчас не нужно быть ещё на занятиях? – Минхо сегодня выглядел откровенно уставшим, а посетителей в океанариуме, казалось, было больше, чем обычно.       - Последнюю пару отменили, и я решил, что могу прийти пораньше и чем-нибудь помочь. И, кажется, не ошибся. Выглядишь замученным.       - У нас сегодня весь день были экскурсии с детскими группами. Дети отнимают много сил, – Ли положил голову на плечо Джисона, позволив себе немного расслабиться. Хан мягко поглаживал его спину, давая возможность отдохнуть. Хотелось стоять так вечность, но, к сожалению, нужно было идти работать дальше. Лучше не оставлять детей надолго без присмотра.       - Не волнуйся, мне отсюда их прекрасно видно. Всё спокойно, - иногда казалось, что они могут читать мысли друг друга. - Отдохни ещё немного. А ещё лучше скажи, чем я могу тебе сегодня помочь?       - Ммм…У меня помимо этой должна быть ещё одна группа, последняя на сегодня. Но там набралось несколько желающих в секцию контактных аквариумов, вот только все заняты экскурсиями и некому проследить за ними. Поэтому посетителей попросили подождать, пока кто-нибудь освободиться.       - Я понял, значит секция открытых аквариумов. Будет сделано.       - Ты меня очень сильно выручаешь, спасибо, - Минхо крепко обнял Хана в знак признательности и отстранился. – Тогда увидимся чуть позже?       - Да, и если ты не против, могли бы мы сегодня задержаться здесь?       - Ты хочешь остаться после закрытия?       - Да, есть кое-что, чем мне хотелось бы с тобой поделиться, – Джисон начал заметно нервничать, что не скрылось от глаз Ли.       - Всё в порядке? Ты выглядишь напряжённым.       - Всё хорошо, правда. Встретимся после закрытия у медуз. А сейчас я пойду займусь твоей просьбой, – и, оставив немного недоуменного Ли, он направился к управляющему, чтобы оповестить о том, что он проследит за посетителями открытых аквариумов.       Желающих собралось не так много. В основном это были дети, но тем не менее, следовало быть внимательным. Хан уже несколько раз помогал Минхо в этой секции, поэтому прекрасно знал, что нужно делать.       - Первым делом вымойте хорошенько руки и не забывайте аккуратно обращаться с животными. Из воды их доставать не следует, - рассказав о правилах поведения, он провёл посетителей к рукомойникам, а затем уже к самим аквариумам.       Он не был постоянным работникам и не знал так много о животных, как Минхо, чтобы попутно что-то рассказывать. Поэтому просто наблюдал, чтобы дети вели себя осторожно и не навредили ни себе, ни морским обитателям.       За работой время пролетело незаметно. Ещё недавно оживлённый океанариум постепенно освобождался от людей. Закончив с просьбой Ли, Джисон отправился к аквариуму с медузами, где договорился о встрече. Помещение медленно погружалось в темноту. Работники покидали стены здания, направляясь домой на заслуженный отдых. Хан вновь погрузился в эту атмосферу полного уединения. Темнота, тишина и медленно плавающие медузы, переливающиеся различными цветами. Это место позволило найти ему спокойствие, умиротворение и вдохновение. А ещё оно помогло найти ему человека, который дарил эти и ещё множество других чувств. И все эти чувства он смог собрать и создать из них песню, которой и собирался поделиться с Минхо. Он надеялся, что Ли сможет понять о том, что он хотел сказать этой песней и дать ответ.       На скамейку рядом приземлилась фигура. В руки упала небольшая цветная коробочка.       - Это тебе за хорошую работу, – Ли подмигнул в своей любимой манере и потянулся, разминая мышцы спины после тяжёлого рабочего дня.       Коробочка оказалась не чем иным, как набором с конфетками и игрушкой на морскую тематику. Распаковав содержимое, Хан достал игрушку.       - Кажется, это судьба, - он тихо рассмеялся, хорошенько рассмотрев то, что ему попалось.       - Что там? – Минхо посмотрел на протянутую ему игрушку и тоже не смог сдержать воздушный смешок. – Медуза значит, видимо, и правда судьба. Ты, кажется, хотел чем-то поделиться? Я весь во внимании.       - Да, но если честно, я очень волнуюсь.       - Почему? Это всё-таки что-то серьёзное?       - Ну, вообще-то и правда очень серьёзное.       - Джисон, если ты хотел заставить меня поволноваться, у тебя это прекрасно получилось. Может, уже расскажешь, в чём дело?       - Прости. В общем…Я н-написал песню и хотел, чтобы ты первый её услышал. Точнее не совсем первый, Чан помогал мне в некоторых местах при записи, но финальный результат он не слышал. Поэтому всё же получается, ты будешь первым, – кажется, волнение достигло своего максимума. Слова лились бесконечным потоком, пока руки искали в рюкзаке наушники.       - Хэй, всё хорошо – Ли попытался успокоить неожиданно взволнованного Джисона, положил руку на трясущуюся от нервов ногу и немного сжал, чтобы тот почувствовал. Он всем своим видом и словами пытался показать, что всё в порядке и нет необходимости так сильно волноваться. – Я послушаю, только не переживай так сильно. Уверен, что поводов для беспокойства нет.       - «Ты просто не знаешь, что именно это за песня», - мысленно ответил Хан, найдя наконец-то наушники и передав их старшему. Экран телефона засветился, пальцы ненадолго застыли в нерешительности, но, сделав глубокий вдох-выдох, Хан нажал на нужный трек.       В наушниках зазвучала тихая мелодия. Бархатный голос был наполнен грустью. Он пел о страхах, внутренних переживаниях и одиночестве. – «Какой у него красивый голос» - Минхо перевел взгляд на Джисона, продолжая внимательно вслушиваться в текст. Сам Джисон всё это время следил за эмоциями на его лице. Чем дальше шла песня, тем сильнее становилось ощущение, что она рассказывает об их встрече. Морское дно, в котором плавали только медузы, желание быть услышанным, человек, который появился внезапно, и это стало ключевым поворотом. Мелодия начала набирать обороты. Теперь голос не был таким грустным, и постепенно в нём проявлялись новые эмоции. И эти эмоции были направлены на другого человека. Признательность, волнение, желание быть рядом. Это было признание в любви. По щеке скатилась одинокая слеза, в груди бушевала целая куча эмоций. Хан заметно напрягся, увидев состояние Ли, и не мог понять, чем именно вызвана такая реакция. Он уже хотел начать оправдываться, придумывая какой-нибудь бред, но голос Минхо прозвучал первее.       - Если я ошибаюсь, то просто оттолкни меня, - сказав это, он прильнул к губам Хана, оставляя ему возможность отстраниться. Но Джисон не оттолкнул его. Спустя секунду замешательства, он стал осторожно отвечать на поцелуй. И в этом нежном поцелуе эмоций было не меньше, чем в песне, которая продолжала играть на повторе. Весь мир перестал существовать. Только они вдвоем на морском дне в окружении светящихся медуз. Дыхание одно на двоих, биение сердец в унисон и слова песни. А последняя строчка в равной степени была предназначена друг другу.       «Спасибо, что нашёл меня»