Двуликий: Удачный эксперимент

      Легкий транспортный звездолет плавно приближался к посадочной площадке, расположенной неподалеку от величественной Ротонды Сената. С каждой секундой грибовидное здание становилось всё более внушительным, словно гигантский монумент, окутывающий меня своим величием. Я смотрел сквозь герметичное окно на площадку и место заседаний Галактического Совета, предвкушая долгий и утомительный день.       Разгладив складки на своей одежде и осторожно прикоснувшись к скрытому световому мечу, я готовился к встрече с важными персонами, которые ждут меня в ближайший час.       Обернувшись к двери, я почувствовал, что мастер вот-вот покинет кабину пилота. И моя интуиция не подвела: дверь с тихим шипением разъехалась в стороны, открывая вид на наставницу в парадной одежде. Элегантный и минималистичный узор на её одеянии лишь подчеркивал её образ, не отвлекая внимания собеседников. Роскошь была сдержанной, но в то же время безупречно соответствовала традициям Ордена.       На протяжении всех этих дней я не только учился у мастера, но и делился с ней беседами о жизни. Я узнал о тонкостях культуры мириалан. Несмотря на ограничения, наложенные принадлежностью к Ордену, Катри имела хорошие связи с высокопоставленными семьями на своей родине. Её родные владели несколькими бизнесами, один из которых касался моды. Красивые наряды, оттеняющие традиционные одежды знати с планеты Мириал, постоянно укрывали тело мастера на подобных мероприятиях или важных встречах.       Катри подошла ближе, встала по правое плечо.       — Новым Верховным канцлером Галактической Республики стал Скор Кальпана, — произнесла она после короткой паузы.       Имя нового канцлера звучало для меня как пустой звук. Даже тот мужчина, что занимал пост до Палпатина, запомнился лишь своей неудачей в предотвращении войны. Я молча слушал учителя, запоминая каждую деталь.       — Он происходит из влиятельной семьи Кальпана, которая давно обосновалась на Корусанте. Кроме того, семья Кальпана имеет родственные и экономические связи с семьей Валорум. Тебе следует знать, что обе эти семьи обладают значительным влиянием и не чужды коррупции.       — Коррупция, серьезно?       — Да. Понимаю твоё удивление, Валар. С помощью коррупции легче занять пост Верховного канцлера, чем без неё. Кальпана и Валорум объединились для этой цели. Правой рукой нового канцлера стал Финис Валорум.       Все это напоминало лекалы старого мира. Если есть возможность для коррупции, она будет использована повсеместно. Ничего удивительного. О коррупции в Галактическом Сенате, а значит, и во всей Галактической Республике, говорилось в фильмах.       — Думаю, это нормально — брать в помощники близких партнеров.       — Такую серьезную и самостоятельную личность на пост правой руки берут только в одном случае. Как ты думаешь, для чего?       Вопрос не требовал глубоких размышлений.       — Чтобы поставить его после себя.       — Верно, — похвалила Катри, положив ладонь на мое правое плечо. — Канцлер избирается на определенный срок: максимум два срока по четыре года. Если удастся продержаться два срока, то не составит труда поставить Финиса. Таким образом, две влиятельные семьи смогут удерживать власть шестнадцать лет при благоприятных обстоятельствах.       Судя по воспоминаниям и тому, что эта пара пришла к власти в девятьсот пятьдесят втором году (48 ДБЯ), им удастся осуществить такой маневр. Палпатин, согласно канону, занял кресло канцлера только в девятьсот шестьдесят восьмом году (32 ДБЯ). Как раз пройдет максимальный срок для двух канцлеров. Демократично.       — Почему джедаи позволяют избирать канцлера с помощью коррупции?       Глупый вопрос, на самом деле, подходящий под мой возраст. Как же джедаи будут бороться с коррупцией и следить за назначениями на посты? Учить всех джедаев ментальным техникам, экономике, финансам, праву, а затем отправлять их с постоянными проверками? Это превратило бы джедаев в контролирующую структуру, против которой начали бы борьбу всякие влиятельные игроки Галактической Республики. Никаких ситхов не нужно, чтобы начать чистку. Джедаи нужны в роли верных блюстителей порядка в Галактике.       — Джедаи не вмешиваются в управление Галактической Республики без явной необходимости, — ответила она спокойно, как будто это было само собой разумеющимся.       Звездолет приземлился на площадку, расположенную очень близко ко входу. Рядом стояла роскошная яхта представительского типа — мы приземлились на второй площадке, сразу после канцлера.        Выйдя наружу, я взглянул на огромный бетонный гриб. Вблизи он казался настоящим гигантом. Хотя он не выше высочайших небоскрёбов прошлого мира, его километровая ширина впечатляла. Короче говоря, было на что полюбоваться.       — Нравится вид? — спросила Катри, следуя за мной к дороге.       Звездолеты приземлялись по обе стороны широких дорог, по которым двигались представители самых разных рас. Не все прибывали на звездолетах; большинство использовало летающие такси, прямиком из своих квартир.       — Большое, но так не очень нравится.       Обычно юнлингов поражал вид здания Сената, ведь его было видно прямо из храма. При приближении становился понятен истинный масштаб.       По бокам вдоль дороги стояли высокие статуи с копьями. Проспект Основателей — так назывался огромный проспект, служивший в качестве церемониального пути к главному входу в Здание Сената.       — Что именно не нравится?       — Он похож на гриб.       — Ха-ха, есть в этом сходство. Такая форма была выбрана, поскольку возникла необходимость разместить большое количество сенаторов в одном месте во время выборов, при этом весь основной персонал Галактического Сената должен находиться поблизости. В «шапке» скрыто пустое пространство с местами для сенаторов на время собраний, а в «стволе» располагаются кабинеты основного персонала. — Она медленно объясняла структуру здания, пока мы, также медленно, двигались к входу. Да, мы приземлились рядом, но всё равно путь был далек. — Сейчас день, света не видно, но ночью сотни стекол в стволе здания освещены. Сенат работает круглосуточно, ведь ему необходимо держать руку на пульсе всей Галактики. ****       Величественный банкетный зал Галактической Республики, словно сокровищница, был полон высокопоставленных чиновников, сенаторов и представителей далеких планет. Золотистый свет, пробиваясь сквозь витражные окна, играл на мраморных колоннах, а в воздухе витал нежный аромат свежесрезанных цветов, несмотря на их отсутствие. Стены, украшенные гобеленами, рассказывали о славных моментах истории Республики, словно ожившие свидетели минувших эпох. В центре зала, как светило, стоял новый канцлер — уверенный и решительный, с гордым выражением лица, притягивающим взгляды всех присутствующих. К нему стекались личности со всех концов Галактики, чтобы поздравить с новой должностью и выразить свою поддержку.       Я же, словно лёд посреди палящего солнца, чувствовал себя не в своей тарелке. Внешне я сохранял спокойствие: лицо невозмутимо, улыбка приятная, как у добродушного собеседника, а рядом всегда была Катри, наблюдая за каждым моим движением. Речь моя звучала без запинок, и, к счастью, от меня не ожидали многого — я был молод и только начал свой путь падавана. Зато мой мастер, словно магнит, притягивал к себе внимание.       Катри, с легкостью и грацией, повела меня к канцлеру. Она произнесла пару фраз, представляя меня, на что я лишь кивнул головой и произнес стандартное поздравление. Мы быстро отошли от Скора, предоставив место другим, ведь, увидев джедаев, люди расступались, как волны перед лодкой, если говорить о тех, кто незнаком Магистру.       Некоторое время меня водили вдоль зала, останавливаясь у знакомых Катри. Я в основном молчал, слушал и кивал головой с натянутой улыбкой, отвечая на вопросы. Скучно, но в то же время это был новый опыт, который я ценил.       Поход вдоль зала завершился, когда канцлер поднялся к трибуне с микрофоном. Зал замер в ожидании, шум разговоров стих, и все взгляды устремились на него. Он глубоко вдохнул, и его голос, словно мощный поток, заполнил пространство, проникая в сердца слушателей.       — Дорогие граждане Галактики! Сегодня мы собрались здесь не просто для празднования, но, чтобы обсудить нашу общую судьбу. Мы стоим на пороге новых вызовов, и я обращаюсь к вам с призывом к действию!       Его глаза горели решимостью, он делал паузы, позволяя своим словам отразиться в сознании каждого присутствующего. Сразу было видно, что он прошел уроки актерского мастерства и ораторского искусства.       — Мы сталкиваемся с угрозами, которые подрывают саму основу нашей Республики. Пиратство, контрабанда и работорговля — это не просто преступления; это преступления против народа Галактической Республики, против нашей свободы и достоинства! Мы не можем оставаться безучастными, когда наши сектора страдают от гнета нечистых сил!       Канцлер поднял руку, призывая к единству. Его голос стал более эмоциональным, наполняя зал энергией. Оставалось только гадать: были ли это долгие репетиции или истинный талант?       — Мы должны создать мощный военный флот, который сможет защитить наши законы и нашу справедливость в любой точке Галактики! Мы должны быть готовы к борьбе, чтобы ни один пират или контрабандист не осмелился угрожать нашим гражданам! Мы должны дать понять всем, что Галактическая Республика не потерпит насилия и угнетения!       Он обвел взглядом зал, замечая, как лица присутствующих наполняются решимостью и поддержкой. Его речь подходила к концу, и слова о военном флоте действительно зацепили меня. Не помню, чтобы что-то подобное упоминалось в каноне. Хотя, возможно, я просто не слишком хорошо его знал — может, в какой-то книге или комиксе об этом говорилось.       — Вместе мы можем восстановить мир и безопасность! Мы должны действовать сейчас, чтобы наши дети и внуки жили в свободной и справедливой Галактике, чтобы экономика и технологическое развитие процветали по всей Республике! Пусть каждый из нас станет стражем закона и порядка!       Канцлер завершил свою речь, подняв руку в знак единства. Зал взорвался аплодисментами, и его слова эхом разнеслись по всему помещению. Я слегка похлопал для приличия, стараясь не выделяться.       Он говорил хорошо, без запинок, с запалом. Но, судя по тому, что мне известно из канона, ему не удалось создать военный флот и эффективно противостоять пиратству. Или, возможно, это удалось, но не на всей территории Республики. А о пространствах хаттов и говорить не стоит — это автономная область, которая лишь ведет дела с Республикой, оставляя власть в руках хаттов.       Катри заранее знала основные тезисы в сегодняшней речи. Она отвела меня в сторону и тихо объяснила:       — Скор пробился на кресло канцлера благодаря лозунгам о борьбе с пиратством в отдаленных секторах, в основном вдоль торговых путей. Многие годы эта тема убиралась под ковёр по банальной причине — отсутствие полноценной боевой мощи в руках канцлера. Республика имеет небольшой флот и армию, но её нельзя направить на борьбу с пиратством и рабством на больших территориях. Она только на серьезные конфликты.       — Джедаев не хватает? — поинтересовался я.       — Галактика велика, Валар, а Орден мал по сравнению с ней. Борьба с пиратством требует времени и должна вестись без остановки. Иначе новые группировки получат достаточно времени, чтобы разрастись и пустить корни... ****       Худшее началось после речи канцлера. Я-то думал, что торжественное событие закончилось, но нет — оно продолжалось до ночи. И хотя от нас не требовалось оставаться здесь до самого конца, это не отменяло необходимости Магистра обсудить дела с новым канцлером от имени Ордена джедаев.       Катри оставила меня разговаривать с детьми сенаторов, а сама направилась на встречу с канцлером и его ближайшим окружением. Галактический Сенат имеет влияние на Орден, и, в свою очередь, зависит от него. Им следовало обсудить новую политику Республики на весь срок Скора, а то и два срока, ведь от этого зависела миссия джедаев в Галактике. И скажу честно, меня утомили расспросы о джедаях...       От расспросов детишек меня спас «доброжелательный» мужчина средних лет:       — Ах, юный джедай среди скучных стариков и любознательных детей. Позволь представиться, Шив Палпатин, сенатор Сектора Чоммель.       Его рыжие волосы были аккуратно зачесаны назад, а худое тело скрывал длинный балахон. Он был ростом где-то от ста семидесяти четырёх до ста семидесяти восьми сантиметров, в зависимости от высоты обуви.       Мне пришлось приложить много усилий, чтобы оставаться спокойным и не округлить глаза. Надеюсь, что моя краткая запинка в его голове оценится как малый возраст и отсутствие опыта общения с сенаторами, кроме коротких встреч с учителем перед речью канцлера.       — Здравствуйте, — произнес я, протянув руку. — Падаван Магистра Катри, Валар Адаск.       Он медленно пожал руку и встал по правое плечо. Верните расспросы детей...        — Как вам вечер?       — Ну-у, выглядит красиво, — пожал я плечами, — иногда скучно, но закуски вкусные.       — Скука постигает лишь тех, кто не способен найти себе интересное занятие. За улыбками, поздравлениями и общением за бокалом вина или шампанского скрываются серьезные обсуждения. Скучно детям, взрослым нет времени на скуку во время банкета. Но не будем о политических дрязгах, вряд ли это тебе интересно. — Палпатин предложил отойти к столу с едой, раз я упомянул закуски, и подальше от других детей. — Я наслышан о твоей родной семье. Адаск — влиятельная семья на Аркании.       Я задумался. Действительно, прошло много лет с тех пор, как я вспоминал о своей новой семье.       — Я мало знаю о семье Адаск.       — Это проблема большинства джедаев, — он кивнул с пониманием. — Тебе хотя бы известна семья, да и с матерью знаком.       Откуда ты это знаешь, ситх? Успел поинтересоваться у знакомых джедаев о новом ученике Магистра? Или знает про Виеру?       — Мама готовила меня к поступлению в Храм джедаев. Учила и тренировала медитации.       Чтобы не стоять столбом рядом с будущим главным злодеем, я взял в руку тарталетку с мясом и грибами. Еда здесь — это моё почтение. В Храме кормят хорошо, правильное питание, все дела, но иногда хочется разнообразия в подобной манере.       — Каково ощущать Силу? — спросил Палпатин, состроив крайне удивленное лицо. Я бы поверил, не зная правды. — Мне, как обычному человеку, не ведомы тайны джедаев.       — Ощущения разные. — Я решил вспомнить один из уроков в храме: — Учителя делили ощущения Силы на несколько способов: интуитивные, физические, визуальные, связывающие с природой. Ты чувствуешь то, что кажется невозможным для других.       Я сказал обтекаемо. Да и зачем расшаркиваться перед тем, кто настолько искусен в техниках Силы, что скрывает свою принадлежность к Тёмной стороне рядом с Магистром Ордена?       Разговор продолжался несколько минут. Он выпытывал, каким именно образом я ощущаю Силу, а не как это описывается другими.       Сложно описать то, что выходит за рамки науки. Я как будто нахожусь в двух измерениях одновременно. Одно — то, что вижу перед собой, стабильно и понятно. Второе — наоборот, хаотично и таинственно. Сила связывает меня из разных измерений, позволяя второму оказывать влияние на мир первого — это самое близкое, что удалось объяснить. И даже так это казалось полной ерундой.       К счастью, ответа хватило, чтобы он отстал с расспросами о Силе. А вскоре, после парочки брошенных фраз про нового канцлера, Палапатин вовсе удалился к другим сенаторам, пожелав хорошей учебы под присмотром Катри.        Смотря в спину удаляющемуся ситху, подавил в себе желание броситься к Магистру с фразой: «Ситхи! Сихти среди нас!». Во-первых, на данный момент главным ситхом являетсся учитель Палпатина, и стоит ему что-то заподозрить, как сразу скроется до лучших времен. А если Палпатин не убьет учителя, то этот чертов Дарт Плэгас может открыть больше тайн Тёмной стороны, что приведёт к ещё худшему сценарию. Во-вторых, ситх, не ситх, а джедаям придётся доказывать властям, какого это лешего они собираются кидать в клетку достопочтенного и добропорядочного сенатора от Сектора Чоммель. Да за это время Палпатин десять раз сбежит и спрячется с помощью учителя. В-третьих, самое главное по-моему мнению, я не смогу объяснить это без раскрытия перерождения, или объясню только с помощью видений или ощущений Силы, что только оттянет пленение Палпатина. Ах, да, есть ещё четвертое — меня прикончат ситхи за раскрытие с вероятность девяносто девять целых и девяносто девять сотых процентов. Не сидеть же в стенах храма до конца дней. Я придавался подобным думам все оставшееся время.       После возвращения учителя от неё последовал закономерный вопрос:       — Понравился вечер?       На который был дал закономерный ответ:       — Нет.