Тайны на трибунах

Элизабет смотрела через зеркало заднего вида на отдаляющуюся набережную. Силуэты друзей становились все более расплывчатыми, и она тяжело вздохнула. — Ты бы видела его лицо, — усмехнулся Истон, сворачивая на трассу. — Рассказывай, что у вас случилось? — Небольшой скандал, — поджала губы блондинка. — Когда у вас небольшой скандал, ты просто закатываешь глаза, а не просишь меня забрать тебя с отдыха. И он был совершенно прав. — Ист, ты просто не понимаешь. Я никогда не встречала таких странных людей. У него тотальное нежелание жить без конфликтов, — откинулась она на спинку сиденья. — Ты про Пабло? — приподнял брови брюнет. Элизабет кивнула. — Вчера вечером ему позвонила сестра. Я не знаю, о чем они говорили, потому что он пытался скрыть это от меня, — закатила глаза она. — Но в итоге семья Пабло устраивает семейный ужин вместе с Педри и его братом. И меня не позвали, — девушка усмехнулась. — Но проблема не в этом. Меня бесит поведение Пабло во всей этой ситуации. Ладно, я согласна, мы не так давно вместе, чтобы знакомиться с родителями, но я ведь и не заставляю! Просто я не понимаю, зачем держать это в тайне, а когда я уже узнала, проявлять агрессию и игнорировать мои чувства. — Да уж... — протянул Ромеро. — А его родители вообще в курсе, что вы вместе? — Без понятия, — пожала плечами Элизабет. — Пресса еще не имеет никакой информации о нас, кроме того жалкого видео подружки Ребеки. — Ну, это уже что-то, — усмехнулся Истон, глядя на подругу. — Но я не понимаю, почему он так себя ведет. Если у него есть чувства к тебе, почему не рассказать о вас родным? Элизабет вздохнула, чувствуя, как внутри нее нарастает напряжение. — Я тоже этого не понимаю. Он постоянно на что-то обижается, а потом избегает меня. Почему я не могу сделать так же? Тем более он прекрасно знает, что ему нужно сделать, чтобы искупить свою вину. Просто извиниться! Парень кивнул. — Может, он просто боится? — предположил он. — Поверить не могу, что оправдываю его... — Так и есть! — воскликнула блондинка. — Он боится, что его родители не примут меня. Исходя из слов Педри, его сестра меня не особо жалует. — Исходя из слов Педри? — приподнял бровь Истон, заинтересованно посмотрев на Элизабет. — С каких это пор ты обсуждаешь с ним свою личную жизнь? — С тех самых, когда он сам решил ею интересоваться. Он единственный сразу же решил со мной поговорить, когда Пабло начал вести себя как придурок. — Боже, Лиз, да он тебя забыть просто не может! — рассмеялся Ромеро. — Но возвращаясь к Пабло. Я ни за что не поверю, что для этого упертого барана вообще имеют значение слова его сестры. — Я не знаю... — Брось, ты все правильно решила. Пусть походит, побесится, потом успокоится. Ему это лишним не будет. А ты добьешься своего. — Но ведь моей целью не было знакомство с его родителями, — произнесла Элизабет. — А чего ты хочешь? И это был очень сложный вопрос. Однако ответ пришёл в голову девушки моментально. — Хочу, чтобы у нас все было хорошо. Чтобы мы не ссорились и не обижали друг друга, — выдохнула блондинка. — Это вполне нормально, — кивнул Ромеро. — Все хотят гармонии в отношениях. Но кажется, Пабло пока не готов к этому. Он сам себе создает проблемы, а ты оказываешься в их центре. Элизабет задумалась, проводя пальцами по экрану телефона. — Может, я слишком много от него жду? — тихо произнесла она. — Мы действительно только начали встречаться, и, возможно, он просто не знает, как справляться с этими чувствами. — Возможно, — согласился брюнет. — Но это не значит, что ты должна терпеть его поведение. Ты заслуживаешь уважения и открытости. — Я знаю, — вздохнула она. — Но мне так сложно отпустить это. Мне нравится Пабло, и я просто хочу, чтобы у нас все было хорошо. — Слушай, я дам тебе совет, — начал Истон, наклонившись ближе к Элизабет. — Возможно, ты скажешь, что это вредный совет, но может быть, тебе стоит просто отпустить эту ситуацию? Да, я понимаю, что тебе важно, чтобы ваши отношения были здоровыми, но, похоже, он сам не знает, чего хочет. Зачем мучить себя и переживать из-за его проблем? Элизабет посмотрела на него с недоумением. — Как это отпустить? Я не могу просто взять и забыть о нем. — Почему нет? — с улыбкой сказал парень. — Вокруг полно симпатичных парней, которые будут рады обратить на тебя внимание. Ты молодая, красивая и классная. Зачем тратить время на кого-то, кто не ценит тебя так, как ты этого заслуживаешь? — Но я действительно нравлюсь Пабло... — попыталась возразить она. — Я больше чем уверен, что ты просто вскружила ему голову. Но это не значит, что ты должна страдать из-за его тараканов в голове. Если он не может открыто говорить о своих чувствах и отношениях, это его проблема, а не твоя. Ты не должна быть его психологом или спасательницей. Элизабет задумалась. — Может быть, ты прав... Но как можно просто взять и забыть о человеке, который тебе не безразличен? — Это не значит, что ты должна его забыть навсегда. Просто сделай шаг назад. Наслаждайся жизнью, общайся с друзьями, занимайся тем, что приносит тебе радость. Если Пабло поймет, что потерял тебя, возможно, он начнет действовать. А если нет — значит, это не твой человек. Она улыбнулась. — Может быть, ты и прав. Мне стоит попробовать просто расслабиться и не зацикливаться на нем. — Вот именно! — поддержал ее Истон. — У тебя есть вся жизнь впереди. Зачем тратить время на придурков? Ты заслуживаешь настоящих отношений, а не игры в прятки. Элизабет прикусила губу. — Знаешь, Ист... Правда в том, что я не уверена, что заслуживаю этого. Наши «отношения» начались именно с игр в прятки. Только от Педри, а не от его семьи. — Только он сам предложил тебе встречаться. То было раньше, а сейчас все иначе. Если бы он хотел оставить это просто игрой, то не стал бы вылезать дальше постели. — Спасибо тебе. Ты всегда знаешь, что сказать, — произнесла Элизабет. Она была действительно благодарна поддержке друга, хотя полностью избавиться от сомнений ей не удалось. Девушка сама еще не понимала, на чем держится их связь с Пабло: на искренних романтических чувствах или лишь на сильном желании. — Я тут для этого! — с улыбкой ответил парень. — Так что давай, поднимай настроение и вперед к новым приключениям!

***

Элизабет зашла в тренировочный зал, наблюдая за процессом и выбирая себе «жертву». Сегодня ей нужно было сделать как можно больше контента, чтобы компенсировать два выходных дня в футбольном клубе. Фанаты уже заждались. Однако обстановка оставалась прежней, как и отношение к блондинке. Большая часть футболистов смотрела на неё с презрением и недоверием. Взгляд Элизабет упал на Педри, который выполнял совместное упражнение с Ферраном. Если с первым можно было безопасно повзаимодействовать, то со вторым она решила не рисковать. Почти в самом дальнем углу находился Кубарси, который в гордом одиночестве справлялся со штангой. Рядом с ним не было ни других футболистов, ни тренеров по физической подготовке, поэтому Элизабет, мысленно похвалив себя за выбор, подошла к нему. — Привет, — улыбнулась она. — Ты не против, если я немного поснимаю тебя? Фанаты будут в восторге. — Без проблем, — произнёс он, делая очередной подход. Блондинка невольно засмотрелась на него. Невозможно было не отметить, как футболист с каждым днём растёт и хорошеет. Повезёт же кому-то... Спустя минуту Пау закончил упражнение и вытер пот полотенцем. Он вопросительно посмотрел на девушку, которая не переставала улыбаться. Сердце парня забилось быстрее, но он сделал глубокий вдох, стараясь выровнять дыхание. — Как отдохнула? Понравилась яхта? — спросил он. Элизабет нахмурила брови. — Тебе уже всё рассказали, да? — Нет, — Кубарси потряс головой, распушая свои волосы. — Откуда ты тогда знаешь? — А это был секрет? — приподнял бровь Пау. — Если что, я совсем не обижаюсь, что меня не позвали с собой. Блондинка вздохнула и уселась рядом с ним. — Нет, прости, пожалуйста. Я сама узнала всего за час до отправки из порта. Поэтому и удивлена, что остальные были в курсе. — Не были, — пожал плечами Кубарси. — Я узнал из новостей. Впрочем, как и остальные. — Из новостей? — удивилась Элизабет. — А ты не знаешь? Ещё вчера вечером все говорили про вас. Кто-то сфоткал тебя и Пабло. Точнее то, как вы целуетесь в воде. Теперь ваши отношения стали главной сенсацией, — горько усмехнулся юный футболист. — Пиздец, — девушка уткнулась лицом в ладони. Другого подходящего слова под эту ситуацию она подобрать не могла. — Чёрт, ты не знала..? — прикусил губу Кубарси. — Я всегда узнаю обо всём последней. Боже, как я устала от этого всего. Кубарси, заметив, как Элизабет опустила голову, почувствовал неловкость. Он не хотел углубляться в тему, которая явно вызывала у неё дискомфорт. Вместо этого он попытался сменить тему разговора. — Не стоит так переживать, — сказал он, стараясь говорить уверенно. — Фанаты всегда найдут, о чём поговорить. Главное — это то, что ты сама думаешь о ситуации. Элизабет подняла голову и посмотрела на него с недоумением. — Я думаю, что меня достали эти попытки влезть в мою личную жизнь. Почему всем не всё равно? — Потому что им интересна жизнь знаменитостей. Всем хочется знать, кто с кем спит, — мягко улыбнулся парень, аккуратно положив руку на её плечо. — Но я-то не знаменитость. — Кстати, я об этом узнал от Пабло. Почему ты ещё не в курсе? — спросил Кубарси, успокаивающе поглаживая её плечо. — Потому что мы не общаемся. — Не общаетесь? — удивился он. Конечно, его радовали эти слова, но такая нестабильность напрягала парня. — Так вышло, — тяжело вздохнула Элизабет и пожала плечами. — Странные у вас отношения, Лиз, — произнёс Пау, смотря на грустный профиль девушки. — Ты говоришь то, что и так всем давно известно, — усмехнулась она, отводя взгляд в сторону.

***

Перед матчем между «Барселоной» и «Осасуной» трибуны были заполнены преданными болельщиками, которые с нетерпением ожидали начала игры. Атмосфера была напряженной и в то же время праздничной: фанаты Барсы поддерживали свою команду громкими песнями и лозунгами, развевая флаги и держа плакаты с поддержкой игроков. На трибунах можно было увидеть множество клубной атрибутики: футболки с именами любимых игроков, шарфы и даже маскоты. Болельщики активно обсуждали состав команды, предстоящие стратегии и шансы на победу. В то же время фанаты «Осасуны» старались не отставать, создавая свою атмосферу поддержки, несмотря на меньшую численность. С приближением матча накал страстей возрастал, и все ожидали захватывающего футбольного зрелища. Последний матч между этими двумя командами вызвал шквал эмоций, поэтому сейчас болельщики особенно были на взводе. Эмоции переполняли трибуны, и каждый был готов поддерживать свою команду до последней минуты. Элизабет, завершив всю работу, направилась к скамейке запасных. На ней находились не только молодые игроки, но и стартовый состав команды. Все обсуждали тактику и задачи на матч, стараясь создать атмосферу максимальной концентрации. Отдельно от всех стоял Педри, который с кем-то переписывался в своем телефоне. Как только девушка заметила его, он сразу же оторвался от экрана и, посмотрев на неё, слегка улыбнулся. — Как настрой? — спросила она, подходя ближе и ловя на себе взгляды других футболистов. — Боевой. Планируем устроить масштабный реванш, — усмехнулся Гонсалес, убирая мобильник в карман своих штанов. — Это здорово! — ответила Элизабет. — Мы все знаем, что у нас есть за что бороться. Педри кивнул, его уверенность была очевидна. Он всегда был одним из самых целеустремленных игроков команды, и сейчас это качество особенно проявлялось. Вокруг них царила атмосфера ожидания, и каждый из футболистов чувствовал важность предстоящего матча. — Да, нам нужно показать характер, — продолжил он. — Осасуна — не простая команда, но мы готовы. Элизабет заметила, как другие игроки начали собираться вокруг них, прислушиваясь к словам. Гонсалес подтолкнул её в бок, отводя в сторону, чтобы избавиться от надоедливых ушей. — А ты как? — спросил Педри, обращаясь к девушке. — Все отлично! Болельщики полны энергии, — ответила она с улыбкой. — Мы все здесь, чтобы поддержать вас. Парень поджал губы, но всё же благодарно кивнул. — Я не про это. Ты сама в порядке? Видел, что сейчас творят СМИ. Это полнейший ужас, — продолжил он. — Стараюсь не реагировать, — пожала плечами девушка. — Во всяком случае, по большому счету они правы. — Но это не даёт им права выливать столько ненависти на тебя. Люди не знают полной картины и считают, что могут судить других. Все стремятся обвинить только тебя во всех грехах, но никто не говорит о Пабло. Мир с ног до головы пропитан мизогинией. — Педри... — Элизабет в лёгком шоке смотрела на него. — Я правда поражаюсь тому, как ты умеешь видеть в людях хорошее. Мне кажется, я сама себя больше ненавижу, чем ты. — Я тебя и не ненавижу, Лиз. Я просто рад, что вы с Пабло нашли друг друга. Наверное, у нас с тобой просто не было будущего, — грустно улыбнулся Гонсалес. Конечно, он её не мог ненавидеть. Как можно испытывать ненависть к человеку, к которому у тебя есть чувства? — Мне жаль, — девушка поджала губы, смотря в его печальные глаза. — Мне тоже. Элизабет почувствовала, как в воздухе повисла неловкая тишина. Они оба понимали, что разговор зашёл на сложную территорию, и искали подходящие слова, чтобы выразить свои чувства. — Вы с Пабло так и не помирились? — спросил Гонсалес, хотя прекрасно знал ответ. Ему было интересно услышать мнение девушки, а не только жалобы на поведение блондинки от Гави. — Нет, — вздохнула она. — Он, похоже, не особо желает этого. — Почему ты так решила? Элизабет сделала глубокий вдох, пытаясь собрать мысли в кучу. Она знала, что Педри искренне интересуется её состоянием, и это придавало ей смелости говорить откровенно. — Мы просто не понимаем друг друга. Каждый раз, когда это происходит, он реагирует так, словно это конец света. Я не знаю, как исправить это, — призналась она, опуская глаза. Педри внимательно слушал, его лицо выражало понимание. — Может быть, вам стоит попробовать ещё раз? — предложил он. — Иногда нужно просто сесть и честно поговорить. Без упрёков и обвинений. — Я не собираюсь делать это первой, — ответила Элизабет, поднимая взгляд на Педри. — Я хочу, чтобы он понял, что обидел меня. Может быть, хотя бы тогда мы сдвинемся с мёртвой точки. Педри вздохнул, его взгляд стал более серьёзным. — Это печально. Но что, по твоему мнению, он должен сделать, чтобы искупить вину? Элизабет усмехнулась. — Если я тебе просто об этом скажу, он слишком легко отделается. Пусть сам додумается. — Лиз, ты коварная девушка, — рассмеялся Гонсалес. В этот момент к ним подошли другие игроки, и разговор отошёл на второй план. Все начали собираться на поле перед началом матча. Элизабет почувствовала прилив волнения — атмосфера накалялась, и она знала, что сейчас самое время поддержать свою команду. — Ладно, мне пора на трибуны! — воскликнула она с улыбкой, пытаясь развеять свои грустные мысли. Педри кивнул и обнял её напоследок. Девушка растворилась в толпе, а Гонсалес, приподняв голову, сразу же столкнулся со сверлящим взглядом Гавиры. Он вздернул подбородок, не отрывая глаз от своего друга. Пабло был серьёзен; его губы стиснулись в тонкую полоску, а брови нахмурились. Брюнет вздохнул, готовясь к предстоящей игре.

***

Гави стоял у края поля, его глаза скользили по трибунам, полным ярких флагов и восторженных лиц. Волнение перед матчем переполняло стадион, но в его душе царила другая буря. В мыслях крутилась лишь картина объятий его друга и одной небезызвестной блондинки. Он не мог понять, почему это так злит его. Даже во время ссоры он чувствовал, что девушка занимает важное место в его жизни. Теперь же, когда она так легко общалась с Педри, его сердце сжималось от ревности. Раньше все было наоборот. Пабло отвел взгляд, но мысли о них не оставляли его в покое. Когда начался матч, он вышел на поле с решимостью, которая горела в его глазах. Каждый его шаг был полон энергии, а каждый пас — точен и стремителен. Он словно был охвачен огнем, который разгорался внутри него. Педри играл рядом с ним, и его восхищение действиями друга было очевидно. Каждый раз, когда Гави обводил защитника или делал точный пас, Гонсалес подбадривал его криками восторга и одобрения. Он понимал, что волнение и ревность придавали ему сил, и это вдохновляло его играть на пределе возможностей. Педри знал, что именно эта борьба внутри друга делает его игру такой яркой и мощной — ведь сам он был на его месте. Гави играл с такой страстью, что казалось, он сжигает все вокруг. Он прорывался сквозь соперников, как будто они были лишь тенью, и каждый его дриблинг вызывал восторг у зрителей. Он забил первый гол с невероятной точностью — мяч влетел в ворота, и трибуны взорвались криками радости. Но в его голове все еще звучал смех Элизабет и Педри. С каждой минутой матча Гави становился все более агрессивным и сосредоточенным. Он не оставлял шансов соперникам, отбирая мяч с такой яростью, что казалось, готов был отдать все ради победы. Его удары были мощными и точными, а взаимодействие с командой — безупречным. Каждый раз, проходя мимо Педри, тот смотрел на него с восхищением — ведь именно он понимал его как никто другой. Второй гол пришел после великолепного прохода: Пабло обошел двоих защитников и, не раздумывая, пробил в дальний угол ворот. Снова трибуны взорвались от восторга. Он поднял руки к небу и закричал от счастья, но в глубине души его радость была омрачена мыслью о том, что это не решит его проблем в личной жизни. Матч продолжался, и Гави продолжал доминировать на поле. Его игра стала настоящим искусством — он словно танцевал с мячом, каждый его шаг был уверен и точен. Педри поддерживал его на протяжении всего матча, подсказывая позиции и подавая мячи в нужные моменты. Он знал: сейчас они должны показать всем, на что способны вместе. Когда финальный свисток прозвучал, команда одержала уверенную победу. Пабло стоял на поле, запыхавшись и покрытый потом, но внутри него бушевала буря эмоций. К нему подбежал Гонсалес, радостно обнимая друга. — Ты умничка, Пабло, — широко улыбнулся брюнет, а Гави уткнулся лбом в его плечо. — Спасибо, — прошептал он. — Я думаю, что после такой великолепной игры ты можешь поговорить с ней, — Педри посмотрел ему в глаза, держа его голову в своих руках. — Просто извинись, она именно этого ждет. Пабло улыбнулся и кивнул. Он развернулся в сторону скамейки запасных, где сегодня сидела девушка. Однако его взгляд сразу же зацепился за разговор двух персон. Гави поджал губы и отошел от Гонсалеса в сторону. Ему нужно было побыть одному. В это время у той самой скамейки Ферран Торрес радостно подлетел к Элизабет. — Я не знаю, что ты с ними делаешь, но я хочу так же! — воскликнул футболист, вызывая недоумение на лице блондинки. — Хет-трик Педри тогда, дубль Гави сегодня. Черт, мне тоже это нужно! Элизабет приподняла бровь, гордо вздергивая подбородок. — Обойдешься, — произнесла она, отходя от него на безопасное расстояние. Торрес все еще смотрел ей вслед, качая головой. — В чем же твой секрет? — пробурчал он себе под нос, и ответ пришел сразу. — Она просто разбивает им сердца, — послышался голос Пау Кубарси. Ферран, все еще недоумевая от слов Элизабет, заметил, как парень стоит немного поодаль. Его взгляд был устремлен на поле, а на лице юного футболиста читались грусть и беспокойство. Ферран подошел ближе и увидел, как Пау наблюдает за Гави и Педри, которые о чем-то шептались. — Эй, Пау, — тихо позвал его Торрес, подходя ближе. — Все в порядке? Кубарси медленно повернулся к нему, и в его глазах Ферран заметил тень печали. — Ага... Ферран почувствовал, как его сердце сжалось. Он понимал, о чем говорит Пау. Элизабет действительно имела особый дар — она могла легко завоевать симпатии окружающих, но в то же время оставляла за собой след из разбитых сердец. — Знаешь, — сказал он, приобняв Кубарси. — Иногда нам кажется, что кто-то может быть идеальным для нас, но это не всегда так. Мы не можем контролировать свои чувства или чувства других. Гави просто не знает, что делать с тем, что чувствует к ней. Пау вздохнул и посмотрел на своих товарищей по команде. В глубине души он понимал, что, возможно, и к лучшему, что Элизабет не обращает внимание на него. Однако он был полон энергии на поле, но вне его границ все выглядело иначе. Он все равно страдал в глубине души. — Я хочу, чтобы они все были счастливы, — произнес Пау с горечью. — Но мне кажется, я тоже заслуживаю счастья. Ферран кивнул. — Мы все хотим счастья для наших друзей, — сказал он. — И у тебя все еще будет. Тебе всего восемнадцать! Вся жизнь еще впереди! Пау посмотрел на Феррана с благодарностью. — Спасибо, Фер. Надеюсь, так и есть. Ферран улыбнулся и похлопал Пау по плечу. — Именно так. Давай вернемся к команде. Они нуждаются в нас сейчас больше всего.