Binding of Kin.

***

Декабрь 2009-го года Брукса сидела в коридоре третьего этажа школы. Было уже 16:00 вечера. Она ждала начало дополнительных занятий по математике, этот предмет ей жутко не давался, а догонять не успевала. — Салют девчуль, ты не на матешу случаем? К ней подошла худая, высокая девчонка с чёрными, коротко стриженными волосами. Она щурилась, что придавало ей забавное, но в тоже время симпатичное выражение лица. — На матешу. Я — Маша Брусникина, для друзей «Брукса». Будем знакомы. — школьница протянула руку — Я — Настя Костромитина. Для друзей «Костёр», или «Митя». — девушка пожала протянутую ей руку. Она уселась рядом, доставая книгу. Название или содержание было не очень хорошо видно, но Бруксу это и не волновало. Постепенно стали приходить остальные ученики. В 16:15 они расселись по партам, и начали выполнять задания. Но не Настя. Достав пенал чудоковатого вида — рыбы — она порылась в нём и выкатила небольшую скрутку кислого мармелада. Отрезая ножницами по немногу, Костромитина потихоньку его уминала пока преподаватель не видел. Маша выполняла работу, пока её не толкнула в плечо бездельница-соседка по парте. — Будешь? — Настя кинула взгляд на сладость. — Если не жалко. — прошептала Маша, принимая от новой знакомой угощение.

***

Девушки не на шутку задружились. Каждое утро они встречались у входа в учебное заведение, обсуждая последние новости и планы на день. На занятиях они сидели за одной партой, обмениваясь шутками и поддерживая друг друга в трудные моменты. После занятий девочки часто оставались немного поработать над домашними заданиями в библиотеке. Они делали это не только ради учёбы, но и чтобы провести больше времени вместе. Позже Маша познакомила настю с Эльвирой (своей лучшей подругой), время шло, и как закончилась школа и Костромитина, и Хаммер уехали в Токио, учиться на следователей. Вот так вот сошлись судьбы двух ныне дружных коллег.

***

Октябрь 2016 года. Костромитина перебирала архивные записи пытаясь найти хоть что то, связанное с убийством джоя Моррисона. Эльвира рассказала коллеге про погоню, убийство, и то как альт скоылась с места преступления. Записи о «Крестоносцах» появились лишь только в апреле нынешнего года. Все их «грешки» заключались в нелегальных гонках, не более. Убийство стало взрывом среди уже было залегших на дно архива сведений о этой мотобанде. Костромитина выведала у Эльвиры все данные о конфликте «Токийских дьяволов» с вышеупомянутыми. Весь день проведя за поиском информации и рассматриванием пыльных папок с документами и штрафлвыми чеками выданными мотобанде Альта она вернулась домой, и усевшись в кресло пытаясь вздремнуть. Но тут её озарила идея. Достав из кармана карточку с номером телефона хостела девушка ввела нужные цифры и приложила телефон к уху Телефон в хостеле команды Дэна зазвонил. Шон, как и все ещё не отошедший после случившегося, напряг голос и произнёс в трубку: — Да? — Будьте добры, дайте Эльвире Хаммер трубку если она дома, я её коллега, хочу узнать суть больше о инциденте с Джоем Моррисоном. Подождать минуту голос хаммер послышался в трубку. — Да, Настенька? — Будь добра, познакомь меня с «дьяволами». Может дадут показания, или что то весомое для расследования. — Завтра можем встретится в минато, соберу их. В 11:00 тебе удобно будет? — Не проблема. Благодарю Элюха. Выручила. Сбросить трубку Настя легла на диван погружаясь в лёгкий сон.

***

В официальной одежде, имея при себе всё необходимое, полицейская ждала свидетелей на месте назначения. Через время послышался гул моторов—гости пожаловали. Даня слез с мотоцикла представляясь — Я Даниил Рилс, лидер мотобанды. Вы, как нам Эльвира уже сказала, Костромитина Анастасия. Он протянул руку, девушка же пожала её. — Да. Именно. Глубоко сочувствую вам в потере близкого друга. В общем. Мы собрались в этом месте по срочном делу. Можете ли вы дать показания о смерти Джоя Моррисо… Её взгляд упал на Бруксу. Обе смотрели друг на друга ошарашенно. — МАШКА! — КОСТЁР! Они кинулись друг другу в объятия, вызывая недопонимание у членов банды. — Сколько лет, сколько зим, подруга, как же ты повзрослела — умилённым голосом сказала Настя. — Ты тоже, сестра — хлопнув по плечу сказала Брусникина. — Ну ладно. Что ж, давайте всё же я возьму показания с вас. Час нудного разговора и вопросов наконец кончился. — Я вас глубоко благодарю, мне бежать надо, вот моя визитка, удачи вам. Увидимся Брукса!

***

Вновь заперевшись в архиве следователь стала искать папки с закрытыми делами старых нелегальных стритрейсеров. На шестой полке стояла коробка с уже потертой табличкой «Midnight club». Открыв первую папку Костромитина пробежалась глазами по тексту. Mid Night Club — Японская банда стритрейсеров, которая гоняла на огромных скоростях по Bayshore Route (иначе известном как Ванган между Токио и Йокогамой). Банда стала самым известным и уважаемым клубом стритрейсеров. О клубе написали более чем 200 статей в различных японских автожурналах, а также в зарубежных журналах «Danish Autoviz», «British Max Power» и «American Turbo». Самой ранней иностранной отсылкой к клубу была фраза Джереми Кларксона в его передаче 1995 года, когда он ездил на Nissan Skyline GT-R по Японии. Тогда Кларксон заметил: «этот автомобиль скорее можно увидеть в клубе Mid Night». В том выпуске передачи были показаны лишь 30 секунд любительской съемки с уличных нелегальных гонок, показывающих всю суть клуба. Помесь высоких опасных скоростей и агрессивный гоночный стиль сделали японские уличные гонки известными во всем мире. Клуб стал самым «долгоиграющим» в истории гоночным клубом. Членство Присоединиться к клубу, который был организован в 1987 году, было не так-то просто. В первую очередь из-за большого количества правил и лучшей организации клуба. Во-вторых, в клуб допускались автомобили, способные ехать быстрее 250 км/ч, ведь очень часто гонки проходили на скоростях более 300 км/ч. Новички, состоявшие в клубе менее года, находились в ранге подмастерья и были обязаны посещать все встречи клуба. Лишь 10% новичков становились полноправными членами клуба, а если на дороге они подвергали опасности других участников дорожного движения или одноклубников, то должны были покинуть клуб. На бамперах участников клуба можно было заметить небольшой стикер Mid Night Car Special, на лобовом стекле иногда появлялась наклейка с теми же словами, а на порогах и боковых юбках можно было заметить наклейку Mid Night Racing Team. Высокое мастерство водителей клуба создавало настоящие проблемы для местных полицейских, которые неспособны были догнать гонщиков. Более того на большинстве полицейских автомобилей стояли ограничители скорости до 180 км/ч (как следствие Джентльменского Соглашения 1977 года 1977 Japanese Automotive Gentleman's Agreement). В среднем в клубе состояло 30 человек, которые устраивали встречи в полночь (MidNight). Гонки проходили на Bayshore Wangan, прибрежном шоссе. Победитель гонок определялся по-разному: «победитель тот, кто долго не видит соперника впереди себя», «прохождения определенного участка на шоссе первым». Говорят, один из членов клуба однажды произнес: «Дрифт и автокросс для слабаков. Мы гоняем на максимальных скоростях». Многие другие стритрейсерские японские клубы присматривали за своими участниками, чтобы те не клеили себе наклеек «Mid Night». Если же человек, не причастный к «Mid Night» клубу клеил сей стикер себе на автомобиль, то в скором времени обнаруживал свою малышку подвергнутой вандализму. Ходит много историй о людях, которые хотели быть причастны к Клубу и клеили наклейки на свои автомобили, для всех конец был одним. При организации встречи, лидер клуба Mid Night размещал в местной токийской газете объявление. Обычно, такие объявления были совершенно не примечательны и не носили никакого намека на уличные незаконные гонки. Содержание рекламного объявления обсуждалось на прошедшей встрече. В объявлении можно было узнать место и время проведения гонок. Хотя, время каждый раз было одним и тем же. Вот пример такого объявления: «Продам маленькие кошельки со скидкой. Для дополнительной информации вы сможете найти меня на парковке Daikoku в среду, между 23-2 часами. Спасибо». Автомобили закоренелых членов клуба были способны ехать быстрее 320 км/ч, средняя мощность составляла 400-600 л.с. По слухам, один из членов клуба потратил более 2 млн. долларов на модификацию своего Porsche 911. Членам клуба было запрещено спрашивать друг друга о профессиях и способе заработка на «ништяки». Лишь Max Power в 1995 году раскрыл профессии двух членов клуба: владелец RX-7 FD3S был застройщиком; водитель Skyline GT-R R32 управлял семейным бизнесом по продаже автомобилей. Поговаривают, что многие основатели тюнинг-мастерских были первооснователями клуба. Настя закрыла папку, осмотрев соседние полки. Её привлекли бумаги «Kanjo racers» Канжо — это круговая система развязок в японских городах, которая дала своё название направлению тюнинга гоночных машин. Сегодня в Японии существует большая нелегальная группировка гонщиков Kanjo racers, в которую входят любители экстрима, гоняющие по улицам на скоростных японских автомобилях. Приверженцы направления всегда считали Honda Civic разных поколений своим излюбленным автомобилем. Новая или старая машина должна находиться в хорошем состоянии и быть пригодной для гонок. Спортивного антуража добавляет сетка на окне водительской двери. В автоспорте она служит защитой на случай переворота, а в городе защищает от опознавания лицо «канжо рейсера». Этой же цели подчинены наклоняемые кронштейны номерных знаков — таблички смотрят «в небо» или «в землю» и нечитаемы для камер. Технически автомобили не дорабатываются радикально, ибо для нужд канжо Civic Type-R обладает всем необходимым. А если за основу взята обыкновенная или более ранняя модификация, то замена на мотор серии «В» от «горячей» версии — самая популярная процедура. Архив Токийского полицейского участка на первый взгляд был необъятен. В глубине хранились записи о старых, закрытых делах, либо не очень шумных. Нелегальные гонки занимали лишь ничтожную часть этого пространства, особенно после их запрета, большинство мотоклубов распускались, и деятельность прекращалась. Самым тяжёлым и скандально известным делом была субкультура Босодзоку. В ней насчитывалось около 42 с лишним тысяч байкеров. Из-за борьбы с Босодзоку (и во многом разгульного образа жизни их самих) многие подростки оказались в колониях для несовершеннолетних и через них ещё больше приблизились к криминальному миру. Страсть к театральным эффектам, хулиганским поступкам, осуждение со стороны СМИ и общества создали босодзоку устойчивую негативно-скандальную репутацию. Всё это подталкивало их к связи с якудза, вплоть до превращения босодзоку в бойцов и исполнителей разной грязной работы для некоторых мафиозных кланов, видевших в гонщиках потенциальных рекрутов для пополнения группировок. Демонстрация взаимных симпатий между частью босодзоку и некоторыми представителями японской мафии также была выгодна обеим сторонам. В противовес подобной практике часть босодзоку пошла на открытую конфронтацию с якудза. Одним из самых известных борцов против криминализации субкультуры стал Макото, основавший для этих целей «Йокогамский альянс», однако он сам был приговорён к тюремному заключению за нападение на одного из членов своей группировки, который, как оказалось, торговал наркотиками. Другим важным атрибутом этой субкультуры являются униформы «токкофуку» представляющие собой военную форму времён Второй мировой войны. Она состоит из обуви лётчиков ВВС Японии, длинных плащей со старыми патриотическими лозунгами и брюк. Эта униформа возникла в 1972 году под влиянием формы камикадзе и была призвана доказать самим босодзоку, что они не просто банда хулиганов, а вершители молодёжного бунта своего времени. На спине токкофуку любой банды есть надпись, выполненная кандзи и означающая название банды и её суть. Самые знаменитые из них — Specter (с англ. — «Призрак») и Black Emperor (с англ. — «Чёрный император»), самая могущественная и опасная банда босодзоку, носящая на своём токкофуку нацистскую свастику. «Чёрному императору» посвящён документальный фильм «God Speed Y» режиссёра Мицуо Янагимати. Также на токкофуку часто можно увидеть такие символы, как хиномару вида времён Японской империи и императорская хризантема, традиционно воспринимаемые в Японии как символы крайне правых взглядов. Однако в остальном босодзоку не демонстрируют каких-либо политических взглядов и их праворадикальная ориентация остаётся крайне спорной. Все эти данные переполняли мозг ещё и так не очень опытной полицейской. Но она поняла: ванган. Нужно усиленно за ним следить, зная то что многие банды выбирают для гонок именно его.

***

Все «дьяволы» находились в подавленном состоянии после смерти Джоя. Ведь он был для них не просто другом. А членом дружины, духовным братом. для Фрэнка и Шона он был родным. В глубине души он все равно остался с ними навсегда, хоть и уже не в том материальном облике душного, но такого доброго парня. Последние дни летели очень медленно и серо, работа не приносила удовольствия, небольшие заезды тоже. Единственное что могло их сейчас успокоить, это… — Друзья мои, слушайте. Я тут на подработку в ночной клуб устроился, не хотите сходить, попытаться развеяться? Я в клубах в качестве посетителя давно не бывал. — Рилс подал голос с порога хостела. Дьяволы оживились, Сьюзи воскликнула — Я только за. Обожаю такие заведения. — После этого «признания» все со смешком на неё покосились. — Да чо вы на меня так смотрите, кто ж в этом мире танцевать не любит? ПОЕХАЛИ! Брукса подошла к своему парню и предложила — А давай Настю позовём, ну ту копшу. Мы с ней со школы не видались, хотелось бы, скажем так, отметить встречу. — Хорошо, я ей позвоню. — сказал Даня, доставая с кармана визитку полицейской. Каждый из друзей стал одеваться в свободную, броскую одежду, но Даня решил быть официальным. Когда они выходили он сильно выделялся в своём фраке, и красно-чёрном галстуке. — Ну ты даёшь, голова. Неужто на собеседование идёшь? — усмехнулась Джули садясь за руль мотоцикла и махнув рукой Сьюзи призывая садиться сзади. Все завели своих железных коней и рванули прямиком в Сибую, где находился ночной клуб. До места назначения ехать было около 17-ти минут.

***

Костромитина, приняв приглашение Дани, начала собираться. Жила она в Сибуе, и идти до места нужно было не более 5-и минут. Одевшись в белую футболку и серые джинсы, она закрыла квартиру, и отправилась в клуб.

***

Громкая музыка и хаотичный цветной свет заполняли помещение клуба. Дьяволы танцевали по отдельности и были пьяными в хлам. Мелодии были динамичными и заводящими. Даня вместе с настей опустошали очередной стакан, уже не помня себя, пошатывались. Они говорили о многом что произошло с их последней встречи. — Я отлучусь в туалет на пару минут. —сказал парень и пошёл в сторону санузла. Настя тихими шагами проследовала за ним. Когда Рилс закончил свои дела, он уже было застегнул ремень, но замер увидев чьи то ботинки стоящие прямо за дверцей кабинки. Он приоткрыл дверь глянуть в щёлку, но Настя опередила его распахнув дверь полностью. — Что ты де…ик.делаешь? — спросил Даня. Все перед глазами плыло. — Не задавай лишних вопросов. — Костромитина толкнула его подальше от двери и зашла туда, под действием алкоголя даже не заперев её.

***

Брукса отыскала Френка и завела с ним светскую беседу о мотоциклах. Кто если не Фрэнк расскажет ей про измерение в лошадиных силах и качественный тюнинг? На каком то моменте Фрэнк осмотрелся и сказал — Что то Дани давно не видно, пойду что ли проведаю, может он в туалете. — Хорошо, я постою неподалёку. Брукса встала около двери а Фрэнк зашёл в туалет. Встав около кабинки и заглянув в щёлку он замер, не в состоянии что либо сказать. Маша увидев что он стоит не двигаясь, осторожно спросила: — Фрэнки? Ты чего завис? Он молчал. Девушка не выдержала и зашла в туалет.—Фрэнк, что тут происходит то..— Она распахнула дверь кабинки и замолчала. Брукса стояла в дверях, как вкопанная. Пластиковая ручка двери всё ещё тёрлась о её ладонь, но она будто онемела. Перед ней — белая плитка, запах дешёвых духов, и два тела, переплетённых в поцелуе, слишком откровенно, слишком предательски. Настя вцепилась в шею Дани, а тот даже не успел отпрянуть. Тишина. На пару секунд — звенящая, глухая, убийственная. — Серьёзно?.. — голос девушки прозвучал неожиданно ровно. Даже для неё самой. Настя дернулась, прикрываясь ладонью, а Даня застыл, как будто только что осознал, что его жизнь раскололась на "до" и "после". Маша посмотрела на него. В глазах — не слёзы, не истерика. Только холод. Та пустота, которая возникает, когда тебе в спину вонзают нож, и ты даже не чувствуешь боли — только предательство и отвращение. — Ты мне говорил, что я — единственная, — почти прошептала она. — А ты просто… дешёвый. Как и она. Настя что-то попыталась сказать, но Брукса махнула рукой, будто отгоняя муху. Повернулась и вышла, оставив за собой только звук каблуков по кафелю и раздавленное доверие.