Альт
8 июня 2025 г., 06:01
***
Меня зовут Маша Васильева, но вы можете звать меня Альт. Знаете, раньше я даже не задумывалась, почему выбрала именно это имя. Но сейчас, оглядываясь назад, понимаю — оно не случайно. Всё в моей жизни было как старый альт, инструмент, который я когда-то нашла у себя дома. Он был расстроен, порван, и никто не мог в нём найти красоты. Но я училась на нём играть. Когда мне было плохо, когда я была одна, я играла на нём, как могла. Он был как я — сломанный, но всё ещё мог звучать. Детство? Не знаю, было ли оно. Я помню, как дома всегда было тихо, а воздух был пропитан запахом перегара. Мать не могла оторваться от бутылки, отец — от своего раздражения. Мама даже не заметила, как я стала взрослой. Мне не было 13, когда я поняла, что в этом доме мне не найти тепла. Тогда я начала искать его на улице. Там было что-то своё — свои правила, свои люди. Они подарили мне то, что я никогда не получала дома — чувство, что не одна. Но за это пришлось заплатить. В 13 лет я попробовала наркотики. Это было легко. Простой путь, чтобы забыться. Ушла боль, ушло одиночество. Но со временем пришла и пустота. Наркотики стали моей зависимостью. Я теряла всё. Теряла друзей, которые ушли в вечность, потеряла себя. Когда мне было 16, я стала жить среди разрушенных домов и пустых улиц. Мы выживали, как могли, на мелких кражах и обмане. Но в какой-то момент я поняла, что это тупик. Когда один из «друзей» сдал меня полиции, чтобы самому выжить, я поняла — всё. Я достигла дна. Меня забрали в реабилитационный центр. Там я впервые почувствовала, что жизнь может быть другой. Я встретила девушку. Машу Пушкину, которая рассказала мне о гонках, о скорости, о моторах. В её словах было что-то, что я искала так долго. Поняла, что гонки — это мой шанс. Выбраться из всего этого дерьма и почувствовать себя живой. Вернувшись в город я уже была другой. Не могла быть просто Машей, той, что была в прошлом. Меня стали называть Альт. Это имя стало моей защитой. Альт — это баланс между мирами, между светом и тенью. Я чувствовала себя как этот инструмент — сломанный, но живой. И я продолжала двигаться вперёд. Сев за руль мотоцикла и почувствовав, что вот она — свобода. Скорость стала моей новой зависимостью. Но на этот раз она дарила мне не разрушение, а силу. Я знала, что уже больше не тот человек, кем была раньше. Я стала кем-то новым. Когда собрала «Крестоносцев», понимала, что теперь мы все друг для друга. Они были такими же сломленными, как и я. Но вместе мы начали бороться за своё место. За наше будущее. Мы больше не будем стоять в стороне. Мы не будем бояться. Будем двигаться, гоняться, сражаться. Я стану тем, кем не могла стать тогда. Я стану лидером. Но всё это было ещё не конец. Моя жизнь всё больше сливалась с дорогами, с мотоциклами, с гонками. И вот тут появились «Tokyo Diablos». Их лидеры — твёрдые как камень. Они такие же, как я когда-то была — без страха, без сомнений. И когда наши пути пересекутся, я знаю, что буду готова. Это будет не просто гонка. Это будет столкновение двух миров, двух историй. И я не собираюсь проигрывать. Я— Альт. А значит, буду бороться до конца. Каждый день — это новая битва. Каждый момент — это выбор. И я выбираю жить. Выбираю не сдаваться. Я выбираю быть сильной.***
2013 год. Апрель. Мурманск. Маша отворила дверь квартиры, стараясь не шуметь. Её никто не встречал с объятиями, а внутри как обычно пахло пеплом. На кухне стоял крик, родители как обычно ругались. Для Маши это было привычным. Она заперла дверь, и зашла в свою комнату, разбирая рюкзак после долгого учебного дня. На улице шёл дождь, добираться от школы было далеко, поэтому вся её одежда, голова и очки были насквозь мокрыми. Она одела пижаму, а школьную форму закинула в барабан стиральной машины, засыпая порошок приятного на вид и запах голубого оттенка. Выбрав нужный режим, девочка включила аппарат, и он громко зажужжал. Она медленно обернулась, сняла с себя футболку и посмотрела в зеркало. На её немасштабном теле—плечах, руках, были только начавшие заживать синяки. В глазах не было эмоций. Маша оскалилась и отвернулась от стекла. Одевшись она пошла обратно в комнату, делать домашнее задание. Но кое что её отвлекло. Рядом со шкафом лежал он. Поломанный альт, на котором когда-то давно играла её бабушка. Но как он тут оказался? Видимо лежал на шкафу и упал, раз лежал рядом. Девочка подняла и осмотрела инструмент. Он был в вполне исправном состоянии, но струны явно расстроены. Нескольких не хватало. Часть корпуса была сильно потёрта и почти треснула. Тут в голову Васильевой пришла идея. Она достала спрятанную среди одежды копилку в традиционном виде свиньи, и вытащила пробку на её брюхе. Внутри оказалось 4 тысячи рублей. Единственная в этом доме нычка с приличной для её семьи суммой, которую мать ещё не пропила. Маша одела куртку и тихо прошмыгнула в подъезд м альтом и деньгами.***
В соседнем районе в неприметном местечке располагался музыкальный магазин. Он почти прогорел, но некоторые ученики музыкальной школы изредка забредали сюда, подкупить струны, или какие нибудь другие компоненты. Звонок при открытии двери звякнул, люди в магазине оживились-давно сюда никто помимо них не заходил. — Мне нужны струны для альта. Низкоголосый, бородатый мужчина с кассы спросил — Какие? Stark жесткие, стальные, жильные? — Дайте поглядеть. Струны оказались самые разнообразные. Оказалось что у них есть разные жёсткости, и материалы. — А сталь жёсткая почём? Датская. — Три семьсот комплект. — Отлично. Беру. Маша стала пересчитывать наличку и в конце концов вывалила на стол несколько купюр и горсть монет. Мужчина с улыбкой забрал деньги. — А я вижу ты новичок, даже не разбираешься в струнах. Васильева не ответила, лишь поблагодарила и убежала. Продавец вздохнул и пошёл заниматься чем то, что Маше уже было не интересно.***
Около дома начинающая «альтистка» натянула струны, и положила на них смычок. Поводив, инструмент издавал только писклявые, рваные звуки. — Бля. Она пролистала все возможные источники, изучала разные техники, практиковалась каждый день. Постепенно альт начинал её слушаться. Венозные руки наизусть запоминали аккорды «Сарабанды», и других композиций.***
7 августа 2013 года. Стоя у подъезда своего дома, Васильева как обычно разыгрывала очередную мелодию. Прошло всего лишь 3 месяца, а она уже чему-то научилась, альт это не самый простой инструмент из «скрипичной семейки», так что она имела полное право себя хвалить. — Эй, в очках. Рядом послышался голос и шаги молодого парня. Маша опустила альт, посмотрев на собеседника. С ним было ещё один парень и девушка. — Ты кто? — Клёво лабаешь. — Спасибо. Практикуюсь. — А чего это ты здесь одна стоишь, не скучно? Почему не дома? — Тебе-то что? На улице свежий воздух, атмосфера. Самое то чтобы играть. Да и друзей особо нет, вот и одна. — Я — Гриша Фомин, это Витька Пирогов и Дашка Кузнецова. Погнали с нами тусить? Мы тоже недавно банду сколотили, ищем ещё ребят. Были бы рады иметь музыкантку в своих рядах. — Договорились.***
На следующий день они встретились у гаражей. Маша пришла на место встречи раньше всех, потому что не любила опаздывать. Второй пришёл Витя. — Витька! Привет. — Здравствуй, Маш. В ожидании остальных эти двое сильно заболтались, трудностей в поиске общего языка, как оказалось, не было. Они обсуждали свои увлечения, мечты, и всё подряд. — Вот я хочу вернуться на родину, в Питер. Я там родился, но после этого ни разу не был. Родители почти сразу переехали. Сейчас практически живу этими улицами, так как родители пьяницы — вздохнул парень. — А я тут с самого рождения. Проблемы в семье к сожалению есть… кстати те же самые, что и у тебя. Игра на альте меня так отвлекает от всего этого. Наконец подошли остальные. — Здравствуйте, ребята! Все четверо до самого вечера сидели у гаражей, болтая, узнавал друг о друге как можно больше. Даша оказалась неплохим художником, а Гриша был силён в алгебре. Но самым интересным Маше показался Витя. Как и она ему. Как бы не хотелось, пора было расходиться. Они попрощались и пошли по домам. Следующая встреча завтра в 11 утра. Васильева спрятала альт как обычно в подъезде, и вошла в квартиру, на пороге её встретила вечно пьяная мать. — Ты где была, сучка? — Я гуляла. Ответ матери был коротким и понятным — пощёчина с размаху. Девочка не сдвинулась с места, лишь стиснув зубы от боли. — Ты хули в одиннадцать ночи не дома, мелкая дрянь?! Эта ночь стала для Маши очень запоминающейся. Боль, удары, слезы. Хотя для неё это было не впервой. На утро она проснулась со сломанной оправой очков, четырьмя новыми синяками, и кровоподтёком под носом. Тело болело, ноги не держали. — Ч…чёрт. Маша кое как встала на ноги, и подошла к столу. Порывшись в ящиках, она достала изоленту, обмотала две части сломанной оправы. — Как новенькие. Девочка утёрла кровь под носом и осмотрела квартиру. Отца не было дома, мать спала сидя на стуле. Самое время для гулянки.***
Васильева бежала к гаражам, спотыкаясь и хромая. Альт в левой руке. Издалека её увидел Витя, и ужаснулся с её внешнего вида. Она бежала ему на встречу но окончательно потеряв силы упала без сознания. Компания переглянулась и ринулась к подруге. — Машенька, очнись, прошу. Кто это с тобой сделал? — новый друг Васильевой поднял её с земли и принялся будить. Парень был в панике. Через время блондинка всё же пришла в чувство. Поняв что Витя держит её можно сказать, на своих коленях, она вскочила озираясь. — Машка, кто тебя так отделал то? — Даша обеспокоенно осмотрела лицо пострадавшей. — Маманя. За то, что пришла поздно. — Ничё себе у тебя родаки… — Гриша приобнял её. — Да ничего страшного. Заживёт. Этот день с друзьями прошёл ещё интереснее. Они ходили в соседний район, залезали на крыши. Маше стало получше, порыв веселья унёс все плохие мысли. При расставании вновь стало страшно. А если мама опять нападёт? А отец и добить может. Неизвестно чего ждать. Все разошлись, но Витя остался. — Маш, тебя проводить? А то я беспокоюсь, мало ли что случится. — Я не против, не часто таких кавалеров встречала. — усмехнулась та. Путь до дома составлял примерно пять минут. Витя жил в трёх от дома Васильевой. Они дошли до дома. Пришло время снова прощаться. — Увидимся завтра? — с надеждой спросила девочка. — Обязательно. В десять утра свободна? Часок погуляем а потом и к ребятам пойдём. — Ух ты, какой романтик. Ну хорошо. Если конечно, предки меня щас не убьют. Помахав парню она зашла в подъезд, а позже, помолившись и в квартиру. На счастье, родители снова дрыхли. Их дочь успела не торопясь помыться, обработать раны, и лечь спать. Абсолютно спокойно. Она очень ценила такие вечера.***
Утро. Тот же сценарий. Дверь подъезда отпирается, и Маша замирает видя перед ней Витю. — Решил за тобой заскочить, встал пораньше. Девочка слегка смутилась, и улыбка сама собой появилась на лице.- спасибо. Час пролетел быстро, нужно было идти к ребятам. Витя незаметно взял Машу за запястье, она это не сразу заметила, но всё же обратив внимание спросила — Ты чё творишь. — Ну по дружески же, ты не подумай лишнего — отмазался Пирогов. Васильева сразу заподозрила неладное, но всё же была рада что кто-то проявляет к ней ласку. Гриша сегодня принёс что то «необычное» судя по его рассказам. Он подбросил пачку сигарет, и раздал каждому по одной. — пробуйте, я их еле достал. Витя и его «спутница» смутились. От Гриши такого ожидатьне ждалось. — Мы наверное не будем. За здоровый образ жизни, понимаешь. — Да я чуть одно место не порвал чтоб для вас это добыть, ну уважьте человека. С сомнением все подожгли сигареты об Гришину зажигалку, и сделали первую затяжку. Для Альта это было в первый раз, и она сильно закашлялась, как и остальные. Но Гриша не кашлял, будто для него это было нормой. — Ну как вам? — возбужденно спросил старший. Все сомнительно кивнули. Остаток дня они провели как обычно. Последующие три встречи тоже. Маша становилась частью компании, частью улицы. Ей уже не хотелось домой. Но четвёртую встречу Фомин назначил не на гаражах, как обычно, а в соседнем районе. В подвале некой хрущёвки. Маша теперь всегда ходила с Витей, их дружба крепчала с каждым днём. В этот раз они насторожились из-за плана их общего друга. Слишком уж странно это всё звучало. Но что поделать. Друзья вошли в подвал, и ужаснулись. Это был вроде бы обычный хозяйственный магазин, но за кассой сидел странный мужичок, и давал Грише какой то пакетик, взамен которого получил несколько крупных купюр. Витя сильнее сжал руку Васильевой. — ФОМИН ЧТО ЗА ЧЁРТ — рявкнула блондинка. — Знакомься музыкантка, знакомься Витёк. Это мефедрон. Охуенная вещица, не так ли? Попробуйте. За мой счёт. — Ты что, больной? Подсознание подростков говорило: «ну это же круто, попробуйте. Всего один разочек.» Спор длился несколько минут. Но всё же Фомин одолел. Маша высыпала на палец крохотную полосочку порошка, и вдохнула. Взрыв. Это было как оргазм. Кайф заполнил тела двух друзей. Это доставляло нереальное удовольствие, бодрость. Это было фатальной ошибкой.***
26 октября 2013 года. Васильева шла быстрым шагом. «Где же этот подвал» крутилось у неё в голове. Найдя очередной «пункт» она спустилась в него, и передала товар. Её работа была своего рода «почтальон». Витя тоже разносил всякие нехорошие штучки. Они с Машей не гуляли уже целых четыре дня, и парень назначил встречу. Теперь уже полноценная наркоманка пришла на место. Витя сразу начал разговор. — Машка, тут такое дело. в общем признаюсь. Ты мне нравишься. — Витька. ну как. Он крепко обнял её, совсем не стесняясь. Маша не сразу среагировала, но не стала его отталкивать. Уловив момент, парень выудил из её кармана товарчик. После объятий он сделал вид смущенного, и убежал. Маша ничего и не заподозрила. Очередная ночь прошла. Но на утро пришли они — в дверь постучалась полиция. Отворив дверь девушка застыла. — Что за…***
12 февраля 2015 год. Нарко-реалебитационный центр. — Выблядки поганые! Васильева вместе с другими «наркошами» проходила лечение в течении года. Оно состояло по большей части из физической нагрузки. Вспахивания ближнего поля, и различные, в основном сельскохозяйственные работы. Как бы Маша не уставала, это на удивление помогало ей реабилитироваться. Свободное время было только ближе к вечеру. В один такой вечер зависимая ходила по зданию, и встретила там молодую девчонку русской внешности, слегка прыщавую. От нечего делать она решила к ней подойти. — Привет. Чего тут забыла? Тоже реабилитируешься? Меня зовут Маша. Маша Васильева. Приятно было бы завести здесь знакомства, а то целыми днями только пашем и пашем, даже поболтать не с кем. Хоть и выписка скоро, все равно ещё работать. — Мы тёзки. Тоже Маша. Только вот Пушкина. Да, давно уже тут, но почти на выписке, как и ты. На удивление этот труд действительно отвлекает, и помогает забыть о всей этой гребаной чертовщине которая со мной происходила. Но единственное что они из меня не выбьют — это любовь к нелегальным гонкам. — Нелегальным гонкам? — Всегда о них много читала. Все источники перерывала. Многие нелегальные мотоклубы знаю. Когда выберусь отсюда, пойду сдавать на права. И вновь. Целый вечер был уделён этой теме. Потом ещё один, ещё. И ещё. Васильева вникала всё больше и больше. И становилось только интереснее. Все работы на промзоне они тоже разговаривали о таких вещах. Остаток заточения пролетел моментально. И вот — наконец-то выписка. Девушки радостно вылетели из здания, прыгая в ощущении свободы. После расставания и разъезда по домам они продолжили общаться, став лучшими подружками. Первой их совместной целью стало получение прав. В начале они проходили практику, совместно с теорией. В один из дней они сдали теоретический экзамен — успешно прошли тесты по правилам дорожного движения. Практика была сложнее, но интереснее. Васильева быстро схватывала, и даже раньше времени встала на заднее колесо. Четыре месяца даром не прошли. В сентябре 2014 они наконец-то вышли на улицу с заветными правами. Это было первое воспоминание положившее основу будущим «Крестоносцам»
