Секрет Марианских глаз

      Следующим днём было воскресенье, которое прошло быстро и скучно, как и любой другой выходной день. В утро понедельника Ричард уже заходил в хорошо освещённую аудиторию. И уже без всяких мыслей и упрёков позади, закинув сумку на парту, сел рядом с Ло, что-то читающего в учебнике по садоводству.       — И тебе действительно интересна эта ересь?       Лопаклошка поднял недоумённый взгляд на однокурсника и ответил:       — Ричард, мы с тобой экологи. Мы должны это изучать.       — Да кому это вообще интересно? «Ой, давайте не будем есть мясо и сохраним природу, давайте будем одеваться в секонд-хенде, чтобы не загрязнять окружающую среду и не покупать новую одежду!» — перекривил слова знакомой активистки и, сложив руки на груди, закатил глаза. — Бред какой. Я здесь только потому…       Он замолчал. Сейчас Рич говорил достаточно громко и недовольно, но на последнем замялся, насовсем умолкнув. — Потому что — что?       — Да забей, бойщик стёкол, — буркнул Ричард, отвернувшись, и, достав телефон, завис в нём вплоть до окончания перерыва и звонка на пару.       Прошла пара. Лололовка вновь уснул, сняв очки и посильнее прижав наушники к ушам. Ричард даже поразился его пофигизму и бесполезности на уроках, будто они для него ничего не значили. И как он собирается сдавать промежуточную сессию? За такое поведение, а точнее, его отсутствие на парах «автоматом» зачёт он точно не получит. Но так или иначе это точно не проблемы самого Ричарда. Ему-то приходится учиться и строчить не слишком аккуратным почерком километровые конспекты, которые он весь вечер будет зубрить, и последствии уснёт. В этом вся фишка его «бесполезного», по мнению самого Ричарда, нахождения здесь.       Звонок на перерыв вырвал мироходца из сна, и, проснувшись, он поднял голову, растерянно оглядывая громких экологов, что столпились у выхода, а некоторые остались за партами, что-то громко обсуждая. Рядом сидел Ричард, всё так же в телефоне. Заметив на себе взгляд мироходца, тот тут же нахмурился, подняв глаза.       — Проснулся, да неужели! Слушай, тебе настолько наплевать на учёбу? Не боишься, что профессор может нажаловаться твоим родителям?       — У меня их нет, — сухо и без эмоций ответил Ло, надевая очки.       —Ох… Извини, — смягчился Рич.       — Я всё равно их не знал. А сейчас перерыв? — сменил тему Ло, уже зная ответ.       — Ага. Двадцать минут. Слу-у-ушай, я ж совсем забыл.       Встав со скамейки, Ричард достал из сумки голубой клетчатый шарф и отдал однокурснику. Когда его пальцы чуть коснулись чужой ладони, парень сразу отстранил руку, будто обжёгся. Но мироходец не заметил этого, он лишь поднёс к себе шарф и снова посмотрел на брюнета.       — Ты стирал его?       — Э-э, ну конечно… Он же это, после меня. Все дела. Ну, сам понимаешь.       — Он сильно стиральным порошком и хозяйственным мылом воняет. Ты его испачкал и потом отстирывал. Так?       — А-а…              Ричард невольно вспомнил позавчерашнюю ночь. Как, от горячего дыхания до вспотевшего тела и белого шарфа, он её провёл. Чуть раскраснелся, отведя взгляд от пустых чёрных линз. Ло будто что-то знал или же догадывался, это чувство пронизывало Рича хорошо знакомым чувством страха. Когда он в детстве разбил мамину вазу и пытался всё свалить на Чарли. Хотя и понимал, что Элеонора Труман, его мать, всё знала. Здесь так же, но ситуация казалась даже опаснее и куда напряжённее. Учитывая то, какие он грязные игры проворачивал с этим шарфом, что представлял и чувствовал… Взгляд сам по себе прошёлся по продолговатым фалангам бойщика стёкол, и то, что в этот момент он впивался ими в свой же шарф, напрягало Трумана ещё сильнее. Он чувствовал, как его живот свернулся в трубочку и завязался в прочный морской узел.              Труман закусил язык до боли и высказал первое, что пришло ему на ум. Самое очевидное, что мог придумать.       — Я по дороге домой в лужу упал и испачкался.       Ло несколько раз осмотрел шарф и, поняв, что на нём ничего не осталось, кажется, поверил. Ну, так решил Ричард, в пользу своего спокойствия. Но самому Лопаклоше не понравился тон его друга, реакция и недолгое молчание. Всё это подвергало его слова сомнениям, но и причины ему не верить не было.       — Давай не об этом, с шарфом же ничего не стало, правильно? Давай сходим прогуляемся, а то ещё два часа в этом душном кабинете я просто не выдержу.       Мироходец положительно кивнул. Достал из сумки кошелёк и телефон, оставляя сумку на парте. Рич последовал его примеру, и они быстро покинули универ, разговаривая о чём-то отдалённом от предыдущей темы.       В момент их прогулки Ричард повёл однокурсника в торговый центр, ведя его на четвёртый этаж до магазинчика по уже привычному маршруту. Для самого Ло это было в новинку, ведь, кроме парка, общежития и университета, он ещё никуда не ходил. А с друзьями по блоку разве что только по территории общежития и гулял.       — Будешь мороженое?       Ло разглядывал в холодильнике разноцветные и совершенно разные упаковки мороженного и чуть кивнул.       — Окей.              Ричард повернулся к кассиру и купил два «пенька» — его любимое мороженое. Он ел только его и только здесь. Но ему ещё не удавалось никого им угостить. Друзей здесь, кроме его любимого пса, не было, да и он сам не горел желанием общаться с этими мешками железа. А тут — настоящий человек, из мяса и плоти, так ещё и его новый друг. С которым сам Ричард хотел наладить общение, хоть и делал это по-свойски.       Ричард повернулся к Ло и отдал ему фруктовый лёд в упаковке. Мироходец принял угощение и потянулся в карман за деньгами, но Рич его отдёрнул, сказав, что не нужно, и пошёл дальше, а шатен за ним. Внезапно Ричард остановился у двери «вход для персонала», с лёгкостью отворил её и зашёл в тёмную комнатку. Ло остался на месте, всматриваясь в темноту, в которой растворился его друг. Послышались шаги, лязг металлических прутьев и шлепков. Затем раздался скрежет, что-то хлопнуло, а вместе с этим комната осветилась дневным светом, и металлическая лестница предстала перед мироходцем, отражаю солнечные лучи сверху желтоватыми бликами. Сверху раздался громкий, заглушаемый ветром крик Ричарда:       — Ло, ну где ты там? Лезь сюда, и дверь за собой закрой!       Лопаклоша сделал, что ему сказали. Зашёл, прикрыв за собой дверь, и быстро полез наверх, чуть скользя кедами по металлу и даже один раз соскользнув одной ногой. Хорошо, что руками он крепко держался. Так бы пролетел парочку метров, а в этом тесном пространстве, где только узкие стены и лестница, свернуть шею при падении — базовое дело.       Наконец, он выбрался, наполовину высунувшись из люка. Волосы сразу полетели в сторону, путаясь в оправе очков и перекрывая взгляд. Ло поднял очки, воспользовавшись ими как ободком, и волосы уже не мешали виду.              Многоэтажные дома, высокие деревья и горы совсем далеко, закрытые туманом.       Ричард подал ему руку, помогая выбраться и встать на ноги. Они подошли к краю, и стало видно парк, кафешки, через которые Ло проходил неоднократно, и многое другое.       — Ло, а вон и наш университет, — произнёс Ричард, указывая пальцем на четырёхэтажное здание с чердаком. Высокие заборы и деревья, окружавшие это место, не дадут соврать, что это именно оно.       — Хах, и вправду, — улыбнулся Ло.       Лошка продолжал разглядывать местность с такой высоты, облокачиваясь руками о бетонное, по пояс, ограждение. Ричард же в свою очередь самодовольно хмыкнул, разворачивая упаковку любимого фруктового льда, и, сняв, отдал её порыву ветра. Наблюдая за тем, как он уносит его мусор.       — И при этом ты эколог.       — А сам стёкла бьёшь, вырубаешь деревья и убиваешь всех животных около общаги.       — Это другое!       — Я так и понял.       Они оба замолчали, вновь глядя перед собой. Лошка открыл мороженое, сунув в карман упаковку.       Ричард откусывал по кусочкам, прожёвывая, его зубы не так чувствительны, как зубы Ло, которому приходилось облизывать и обсасывать. А из-за того, что фруктовый лёд имел продолговатую форму со сглаженной вершинкой и гладкой поверхностью, смотрелось это уж слишком пошло…       Пару раз облизав фруктовый ствол, Ло вобрал его меж губ, беря совсем немного в рот и вылизывая изнутри. Губы быстро замёрзли при тесном контакте с холодным продуктом, и Ло отстранился от него, отчего протянулся сладкий мостик от его холодного язычка до фруктового льда цвета капучино.       — М-м… Холодненький, — облизывая липкие подушечки покрасневших от холода губ, произнёс Ло. Неизвестно почему, но Ричарду послышался стон в его словах, даже если его на самом деле и не было. Лошка, будто бы услышав его мысли, обратил на друга эколога своё внимание. Брюнет отвёл взгляд, и желая перевести тему, ляпнул первое, что пришло на ум.       — Ты режешься?       Мироходец аж поперхнулся от такого заявления, схватившись свободной рукой за грудь и выкашливая затёкшую не в то горло слюну, затем ошарашенно посмотрел на Ричарда, нервно посмеявшись.       — Ричард, ты шутишь сейчас? Ты реально думаешь, что я могу…       Откидывая уже пустую палочку, Ричард подошёл и, схватив его руку с фруктовым льдом, поднял её, и другой своей рукой стянул рукав, оголяя коряво перебинтованные руки. В некоторых местах между бинтами было видно старые и давно затянувшиеся шрамы.       — Это тогда что?       — А это… — задумчиво повторил Ло уже без тени улыбки. Его взгляд стал напряжённым и более задумчивым. Словно он вспоминал какую-то долгую историю, смысл которой очень глубок. Но он лишь поднял свои большие глаза и устало посмотрел на Ричарда. Тот смотрел в ответ, вновь утопая в Марианской впадине, погружаясь на несколько сотен метров в глубину. Наблюдая за тем, как солнечные лучи постепенно перестают его доставать под литрами пресной воды Тихого океана…              Но всё это лишь тягучие цепи и связывающие руки мысли. Он снова теряется, нет-нет-нет. Нельзя поддаваться. Да он же его парализует своим взглядом!       Ричард уводит взгляд, смотря чуть ниже, на его закрытую шарфом шею. Чувствуя, как его хватка давала трещины, и Ло аккуратно убрал свою руку, ставя на бетонную перегородку. Размотал старые и посеревшие бинты, края которых распались на торчащие во все стороны нитки.       Бинт пролёг под рукой недлинной и извилистой змеёй. Сама же рука… При виде неё Ричард застыл в немом удивлении. Увидев его реакцию, Ло безысходно вздохнул и посмотрел на свою правую руку без единого живого места на ней.       — Я сам не знаю, что это за шрамы. Ричард… — Тёмно-синие глаза поднялись, в них не было прежних бликов. — Они по всему моему телу. И я понятия не имею, откуда они. Я не режусь и не резался. Никогда. Но эти шрамы… Такое ощущение, будто они всегда были со мной, и должны быть. Я даже не помню, как накладывал эти бинты. Они только на руках.       Ричард нахмурился, наклоняясь над рукой и рассматривая неаккуратные зажившие полосы на руке шатена. Провёл по ним указательным пальцем, чувствуя, как маленькие ямки под ним шершавят и прогибаются. Несмотря на оправдания парня, Ричард всё равно закрыл глаза и подумал, как он мог так себя полосать ножом. По телу пробежали мурашки. Лопаклоше он не поверил, несмотря на то, что тот говорил чистой воды правду. Но блокировка памяти при глобальном перемещении никак не давала ему вспомнить хотя бы половину своих приключений в других мирах.       Он нежно положил свою тёплую и мягкую ладонь на его измученную руку.       — Ло, зачем ты так с собой?       — Ричард, я правду тебе говорю. Не резался я.       — Прекрати мне врать.       — Да не вру я! — уже срываясь на крик, Лошка вырвал свою руку, быстро намотал бинт, коряво завязав на руке, и натянул рукав.       Фруктовый лёд растаял и стёк на руку, Ло всё это время держал его. Мироходец, чуть успокоившись, вылизал растаявшие остатки и, положив пустую палочку, обратился к Ричарду не без нотки раздражения в голосе.       — Салфетки есть?              — Нет, но я могу сходить за ними в магазин. Но, Лололошка, ты мне точно не врёшь?       — Да точно, Ричард, точно.       Этот ответ его не успокоил, но, решив довериться однокурснику, Ричард Труман пошёл за салфетками.

***

      Вытирая руку влажной салфеткой, Лошка будто током прошибся, резко подскочив. Ричард вздрогнул от столь резких движений и с напрягом посмотрел на него.       — Сколько времени?       Брюнет достал из кармана телефон.       — Пара уже сорок минут идёт…       Они переглянулись встревоженными взглядами и побежали скорее к универу.        Ричард первым забежал в аудиторию и пока, задыхаясь, извинялся, заметил, что рядом нет его друга. Недоумённо оглянувшись, он прикрыл за собой дверь и зашёл.       — Ричард Труман, вы не видели своего однокурсника Лололовку?       — Видел, но не знаю, где он.       И сразу после ответа Ричарда в окно залетел мироходец. Если бы оно было закрыто, то разлетелось бы на несколько острых осколков.              Студенты покосились на шатена, кто-то снимал, кто-то хихикал и перешёптывался.       — Тихо! — крикнул профессор и обратился к оконному преступнику: —Лололошка! Свои фокусы будешь дома показывать. А сейчас марш на место! И ставлю вам двойки за опоздание.       Сняв очки, старик опустил голову и потёр переносицу, тихо прошептав: «Ненавижу эту работу».       — И как ты вообще забрался в окно третьего этажа?       — Лестницу проложил.              — Откуда у тебя с собой лестница, Ло? Я тебя буквально на три минуты из виду упустил.       Лошка промолчал, тыкнув в переносицу очков и доставая учебники из сумки.       Позади друзей сидел Рэн, благодаря которому как раз таки они и познакомились.       Только он заметил, как они вместе уходили на перерыве и как почти одновременно пришли. Они точно что-то скрывают, подумал эколог, расплывшись в улыбке. Учитывая все моменты и расспросы Ричарда, для Рэна это не осталось незамеченным. Сделав ещё одну пометку в блокноте, как ни в чём не бывало продолжил записывать конспекты.