Страдания не бывают вечными

После того, как однокурсники Деку заставили его вернуться в академию, прошло уже достаточно времени. Но он с каждым днём становился всё более уставшим и как будто потерянным. Он всё время думал о взо, о том, что он придёт за Деку и его однокурсники и обычные люди пострадают. Ему всё время казалось, что он невероятно слаб и обязательно подведёт всех в итоговой битве. Ему было невероятно страшно, от того, что все на него надеяться.    Ему всё время хотелось с кем-то поговорить, обсудить всё, попросить совет, понять собственные чувства, однако у них было столько работы, что Идзуку иногда забывал даже поесть, что там говорить об общении. Он не понимал, что надо делать, чувства внутри него будто взбушевались и превратились в ураган, который сметает всё на своём пути. Предшественники озв конечно пытались ему помочь, но от их советов со времён динозавров, Мидории хотелось плакать.  Сегодня на удивление лил сильный ливень, каждая капелька которого словно камень бил по стеклу, на котором Мидория начал балансировать, как только вернулся сюда, оно отделяло его от чего-то плохого, о чём он предпочитал бы не думать, но у него никогда это не получалось и он снова и снова погружался в этот мир, где его друзья мертвы, злодеи выиграли, а он не смог ничего сделать. Из-за него у Мидории уже появилась бессонница. И он с каждым днём становился всё более нервным, отдаленным от реальности и замкнутым в себе. Он бы очень хотел себе помочь, но к сожалению на геройском факультете никогда не рассказывали, как справляться с накопившимися чувствами. От таких мыслей у него накатывались слёзы, он вновь чувствовал себя маленьким, беззащитным мальчиком в огромном и несправедливым мире, где так много опасностей.  Мидория так быстро начал уходить в свои мысли, при этом продолжая рыдать, что не заметил, что в комнату кто-то зашёл. — К-каччан? Что ты тут делаешь?— немного удивлённо спросил Идзуку. — Идиот, ты себя вообще видел? Ты напоминаешь ходячий труп. — немного раздражённо, но спокойней чем обычно ответил Кацуки. И вправду, Мидория даже сам на себя не был похож. Его большие, наивные, всегда готовые прийти на помощь глаза стали такими не живыми. Огромные мешки под глазами и бесконечное количество шрамов и ран на теле от сражений с преступниками . Мидория перестал сиять, он стал тусклым, а выглядел так, словно давным-давно уже мёртв изнутри. — О чём ты? — непонимающе спросил зелёноволосый. — О чём я? Да на тебе лица нет! Ты выглядишь как будто вообще не спишь! Не приходишь на приёмы пищи и всё время в ранах! — А, это обычная бессонница, не переживай. — Не переживать? Ты не спал как минимум неделю, о чём ты вообще? — слегка рассерженно, но по прежнему спокойно для него сказал Бакуго, подойдя к Мидории в упор. — Это. Просто. Бессонница. — с ноткой резкости в голосе ответил Мидория, попятившись назад. Бакуго не выдержал, ему казалось, будто это не его Деку, которого он всегда знал и это его пугало. Он опять подошел к Мидории в плотную, прижав его к стенке. — Идзуку! Ты же обещал, что мы вместе одолеем все за одного! Так почему ты тогда продолжаешь скрывать свои проблемы в себе и губить себя? — Да, ему ещё столько надо успеть сказать этому идиоту, но всё подождёт. Хотя бы до завтра. — У меня ничего не выйдет… — устало пробормотал Мидория, свалившись ему на плечо.  — Дурак, я же сказал, мы победим его вместе! А для этого ты должен хотя бы адекватно выглядеть. Так что ложись спать. — Бакуго. Прости меня. Ты не против завтра немножко пообщаться за ужином? —Мидория мигом заснул на плече Кацуки. — Вот же идиот, конечно, но думаю не я один захочу с тобой поболтать, герой. Вот проснешься, я тебе сразу выскажу всё, что думаю. И извенится не помешало бы.