Гермиона Грейнджер в гостях у кролика

      Куда-то вниз, по какому-то тоннелю. Гермиона зажмурилась и закрыла лицо ладонями, как вжух, и её попа приземлилась на твёрдую поверхность. Хотелось заныть, и скорее приложить, что-то прохладненькое, к несчастным булочкам. Как вдруг ощутила, что оказалась в тёплом месте, где очень вкусно пахнет.       Что это? А-а-а, кажется морковный пирог, ваниль и чай.       Гермиона убрала ладони и открыла глаза. Она находилась в каком-то круглом помещении: деревянный стол, а на столе большой белый чайник в маленький красный цветок и три чашки.       Значит здесь трое человек. Где же я очутилась?       И тут Гермиона поняла, что она практически раздета, и от осознанного ужаса прикрыла грудь, что была облачена в полупрозрачный белый бюстгальтер и такие же трусики, что почти не скрывались под миниатюрной юбочкой небесного цвета.       Девушка успела только ойкнуть, как услышала шаги. Резко встала, и продолжая закрывать грудь, обернулись. Она и ахнуть не успела, как человек, что стоял перед нею, ухмыльнулся.       Но удивление возросло оттого, что на его голове были милые и белоснежные ушки: кроличьи. Это было странно, но больше всего удивляло то, что он был полностью обнажён. И от неожиданности, девушка закрыла лицо ладонями, обнажив груди, что томились под полупрозрачной тканью. Но эти прятки глаз не помогли, так как она уже успела увидеть его обнажённый и весьма внушительного размера половой член.       — Так-так-так, и кто же пришёл в мою нору? — его голос был немного скрипучим, отчего весьма соблазнительно-обволакивающим. И Гермиона почувствовала как внутри поднимается тёплая волна.       Неужели Малфой мог её соблазнить?       Его ладони обхватили её хрупкие плечи и он резко притянул её к себе. Девушка только ойкнула, а его член упёрся ей в живот.       Это сон! Просто сон! Это же не может быть реальностью?       И всё же убрала ладони от лица, открывая глаза.       Малфой был слишком высоким, обнажённым, а эти кроличьи ушки...       А что если...       Гермиона резко обхватила его за ягодицы.       А может быть у него есть и хвостик?       — Мне нравится что ты такая, — прошептал он.       — Какая?       — Нереальная.       И его губы коснулись её приоткрытых от удивления губ.       Это просто сон, всего лишь сон. Этого не существует, просто мне снится кролик, — последние мысли перед тем как её мозг перестал нормально посылать сигналы, а её пальцы крепко сжали упругие ягодицы.       — Малфой, — прошептала она.       Его язык ворвался в её ротик. Как же там было сладко, будто бы она была сладким и вкусным десертом в его жизни. А поцелуй... Какой-то сумасшедший, нереальный, сильный...       Внутри всё наполнилось теплом, и она чувствовала как в промежности становится влажно, и больше ни о чём не думала.        Малфой продолжавший сжимать её плечи, резко перестал её целовать и развернул. Толкнул куда-то вперёд, а потом ещё и ещё раз, и резко прижал к стене.       Гермиона ладонями прислонилась к тёплому дереву и изогнулась, за что сразу получила по попе шлепок. Этот шлепок отразился по всему телу. Ощутив дрожь, девушка изогнулась ещё больше, закусив губу, почувствовала как его головка несколько раз прошлась по её влажной промежности, а потом толчок... И он с силой вошёл в неё, остановившись. Ощущение растянутой кожи, мгновенное и оттого резкое, и по началу неприятное ощущение, сменилось сумасшедшим и безумным желанием. Её ногти царапали дерево и она не сдерживала стоны, а он продолжил. И с каждым толчком становился неистовым, вбивая в неё член, и продолжая пальцами впиваться в её ягодицы.       — Нашла мою норку и разрешила войти в свою, — на выдохе прошептал он.       Эти слова будоражили, возбуждали, отключали сознание. Почти.       Только бы этот сон не закончился. Только бы он не прервался, — думала она покусывая губу.       Гермиона чувствовала что вот-вот её настигнет такая волна, что она кончит сразу, и упадёт от бессилия. А ей так хотелось, чтобы это длилось дольше, чтобы это ощущение продлилось ещё и ещё. А ещё ей хотелось развернуться и взять в руки его сильный член, чтобы подержать его, рассмотреть и, запомнить.       А что если это не сон? А что если всё это на самом деле?       Мозг девушки был затуманен, а ощущение пространства покинуло её. Гермиона кончила громко, ощущая дрожь и опустошение. И в этот момент его пальцы впились в кожу с большей силой и она почувствовала как он кончил, прямо в неё.       Малфой вышел, и резко развернул её на себя, притягивая за завершающим поцелуем. И распахнув глаза Гермиона увидела другие глаза: синие. И вскрикнув, оттолкнула того, кто только что хотел её поцеловать.       Рядом с ней стоял совершенно другой человек: кудрявые волосы, кожа на несколько тонов темнее, синие глаза, и он был поменьше ростом, и дурацкая шляпа на голове. Несуразная, огромная шляпа.       Почему на нём шляпа, когда он совершенно гол, и член ничуть не меньше чем у Малфоя. Ой, да что происходит?       Гермиона с ужасом округлила глаза, и вдруг почувствовал как сзади её обнимает тот, кто только что подарил волну наслаждения. Она смотрела на член Теодора, а потом перевела взгляд на его губы, глаза.       — Привет, — сказал он, — а я вот зашёл в гости к кролику.       К кролику? О, Мерлин... — в ужасе подумала Гермиона, до конца не осознавая, что тот самый кролик стоит позади неё.       И тут она вспомнила про его ушки. И поняла, что Кролик это никто иной как Малфой. А это...       Дурацкая у него шляпа, — снова перевела взгляд на головной убор Теодора. — И почему я думаю о шляпе? Причём тут шляпа, какая разница какая у него шляпа?       — Это мой друг, а я привык делиться с друзьями угощением.       — Угощением?       И в этот момент Теодор оказался настолько близко, что его губы прильнули к её. На вкус он был карамельным, а поцелуй таким нежным, что девушка передумала отталкивать его. Пальцы парня в шляпе пробрались к её клитору и он начал медленно массировать чувствительный бугорок.       Она сразу почувствовала удовольствие, а в этом момент, пальцы Малфоя, так же прикасались к её волосам, спине, нанося невесомые прикосновения, которые вместе с поцелуем Теодора уносили её куда-то на другую планету.        Шляпник сжал её ягодицы, прижимая к себе.       — Малышка, прыгай на меня, — прошептал тот.       И Гермиона сделала прыжок. Он обхватил её руками, а она обняла его ногами за талию, и он понёс её куда-то.       — Где же Малфой? — это единственная мысль, которая тут же растворилась под лаской нежный губ кудрявого парня в шляпе.        Путь был недолгим, и в эту же минуту девушка почувствовала под своими ягодицами дерево, и его член, который медленно в неё входил. Это были другие ощущения. Волна удовольствие была такой тёпло-тёплой, медленно-медленно накрывающей её.       Шляпник же постепенно набирал темп, а его губы и толчки члена были в одном органичном темпе, была в этом какая-то музыкальная слаженность.       У Гермионы закружилась голова, и она не чувствовала ничего кроме удовольствия. Её пальцы хотела скинуть эту дурацкую шляпу, пробраться в его шоколадные кудряшки, но она была словно приклеена.       Девушка откинула голову и нереальные ощущения накрыли её. Она больше не думала что это сон, а напротив, очень хотела чтобы это была её новая реальность. Неистовый кролик и нежные шляпник, и она. Только она.       Ещё ей захотелось ощутить одновременно силу и неистовую ярость, хаотичные поцелуи Малфоя и медленную нежность Теодора. Прямо сейчас.       И в этот момент девушка почувствовала, что прикосновения прекратились, а она летит куда-то вниз. Не понимая что сново происходит она открыла глаза и увидела, что летит в каком-то тоннеле вниз, а на ней голубое плотное платье, полностью скрывающее её тело. Коснулась ладонями волос, чтобы были убраны в высокую причёску, и уставилась на чёрные туфли. А потом всё что она увидела — это яркий свет. И зажмурившись, почувствовала, что движение прекратилось, и открыв глаза увидела перед собой Рона.       — Что случилось? — не понимающе спросил тот.       Гермиона чувствовала как тело не воспринимает реальность. Да и мысли путались, когда она смотрела в светлые глаза Рона. Потому что всё ещё видела другие: синие и глубокие, а ещё чувствовала дыхание на коже, другое, порывистое. А кожа горела от чужих прикосновений.       Мерлин, что же это было? Какой кошмар. Я же знала что это сон, но это просто ужасно. А что если Рон знает то, что мне приснилось?       Она смотрела во все глаза на Рона, пытаясь скрыть свою панику, вцепилась пальцами в одеяло и натянула его до самого подбородка.       — Ты так стонала во сне, что я подумал, что у тебя что-то болит.       — У меня ничего не болит! Я просто очень устала. — Гермиона резко отвернулась на бок, завернувшись с головой в одеяло. — Я хочу спать. Всё хорошо, — пробубнила она       И слышала как Рон лёг рядом. Гермиона продолжала лежать и вслушиваться в каждой шорох, внимательно изучая его дыхание, и вскоре услышала храп.       Девушка откинула одеяло, под которым больше не могла держать своë пылающее тело, и уставилась в тёмный угол. Там, на стуле, ей показалось, что сидит какая-то фигура в высокой шляпе, а рядом с ним высокий человек с кроличьими ушками.