Воробьи и нахальные охотники

Господин громовой столп непозволительно мило краснел всем лицом под пронзительным взглядом Танджиро. Он осторожно сминал одеяло и аккуратно проводил взглядом по Танджиро. Хотелось выть. … Все начиналось когда Танджиро ещё не получил титул столпа. Охотник на демонов, которых много, ничем не примечательный. Только черный клинок и какая-то особенная уверенность в завтрашнем дне отличала его от сотен таких же охотников. Задание было не сложное, даже забавное. Демон был столь жалок, что прятался в амбаре, боясь выйти к людям на бой. Продавались бы клинки ничирин повсеместно, его бы давно зарубили сельчане. Тем не менее, его зарубил Танджиро, а в знак благодарности одна мадам поделилась онигири. Штук пять, очень щедро! Продукт домашнего приготовления был прекрасным спутником по дороге обратно, пока путь не приостановила драматичная сцена. Мужчина, высоченный, на сантиметров десять выше Танджиро, плакал, успевая утирать слезы рукавами. Видно, богатый и наверное иноземец. Волосы яркие-яркие, длинные! Необычного золотистого цвета, и хаори дорогущие. Таких редко встретишь по дороге из небольшой деревеньки. — Уважаемый! Вам плохо? Ограбили? — обеспокоенный голос Танджиро отвлёк незнакомца. Мужчина посмотрел на Танджиро своими светлыми, медными глазами, слегка шмыгнул носом и снова заплакал. Но уже в его возгласах были слова благодарности, мол, спасибо, добрый юноша, за заинтересованность. Незнакомец рассказал, по его мнению, душещипательную историю. Танджиро слушал в пол уха, потому что заметил катану в ножнах, что сбивало с толку ещё сильнее. Лицо миловидное, симпатичное, вполне японское, а волосы и глаза светлые, аж сияют! Ещё и одежды, и меч… Тем не менее, рассказ по окончанию разочаровал. Мужчине просто отказала едва знакомая девушка в браке, и тот, видимо, и до этого прибывший в упадке моральных сил, совсем расклеился и разрыдался прям на улице. Танджиро утешил, в меру сил и знания, похлопал по плечу. Сунул в руки незнакомцу последнюю онигири и предложил проводить. Тот посмотрел на него грустным взглядом и Камадо уже беспокоился, не уж расстроил? — Разве это не последняя еда доброго господина? — почти шепотом поинтересовался высокий незнакомец, накручивая на палец один из локонов, которые выбивались из длинного хвоста. — Ну, я уж как-нибудь переживу! Я таких уж штуки четыре съел, не сгину! — бодро ответил Танджиро. Незнакомец поморгал светлыми ресницами, разделил рисовый шарик на две части и одну отдал Танджиро. Наверное, от смущения, сразу начал путь. Танджиро пошел следом за ним, польщенный. Они почти не говорили, Танджиро только удивился, как сильно им было по пути. Пока высокий мужчина не остановился и не вскинул голову вверх. Танджиро сделал тоже самое, увидев в небе воробья. Светловолосый перевел взгляд на Танджиро, поклонился, поблагодарил и пошел вслед за улетающим воробьем. Камадо только проследил взглядом путь незнакомца. Если кто-то другой рассказал Танджиро такую историю, то старший сын бы ответил, что звучит очень поэтично. Красивый, загадочный незнакомец в поисках любви идёт вслед весеннего воробья… Надо Незуко рассказать, она будет в восторге. … Танджиро считал, что титул столпа воды звучит гордо. Когда он только приступил на службу, то ему сразу неплохо заплатили, а столпам выдавали просто какие-то намеренные деньги! Таких сумм хватило бы, чтобы обеспечить две семьи Камадо, и осталось бы на личное увеселение! Хотя никаких морально падших увеселений Танджиро не поддерживал. Слыхивал, мол какой-то восходящий охотник все деньги на квартал красных фонарей тратит! Каков развратник, встретит этого Тенгена и уши надерет! Тем не менее, чтобы быть у начальства в почете, на первое же собрание Танджиро чуть ли не бежал. Готовил рефлексы, чтобы вовремя поприветствовать главу, и даже принес домашних яств, чтобы угостить своих соратников столпов. Прибежав ровно четвертым, и отдышавшись, Танджиро уже хотел всех громко поприветствовать, но застыл, глядя на подозрительно знакомую фигуру и золотистый хвост. Позже Танджиро совсем окаменел, когда девушка рядом с ним — госпожа Канао — окликнула высокого незнакомца по имени. Быть не может, чтобы прелестный незнакомец оказался Агатсумой Зеницу! Тем самым Агатсумой Зеницу! Не уж то он так фамильярничал со столпом? Не то чтобы Танджиро верил слухам, но не заинтересоваться персоной Агатсумы Зеницу было сложно. Личностью он был, судя по всему, известной. Во многом из-за того, что никто не мог определится с его характеристиками. Одни говорили: " Плаксивая тряпка, ваш громовой столп! Трус и желочный к тому же, только бегает быстро, да уши развезить горазд,» — вторые отвечали. — «Столп грома? Волк в овечьей шкуре! Сам смотрит глазами грустными, а через мгновение голова демона уже на полу валяется, так и самому от страха помереть можно! " Так что где-то изнутри чесалось любопытно. Про внешность никогда особенно и не вспоминали, у охотников все так. Столп может хоть кабанью голову на себе носить, хоть быть едва старше двенадцати лет, все одно. Внезапная встреча с тем самым Зеницу стала довольно неловкой. Вот надо было всяких гадостей наслушатся про него! Нет, не только гадостей, Танджиро ещё активно искал людей, которые хвалили Агатсуму, но в этом ещё сложнее признаться. Ранее незнакомец, а теперь громовой столп, обернулся к Танджиро лицом. Он ахнул, а потом слегка помахал рукой, одними губами окликнув Камадо. Столп, находящаяся рядом, тоже обернулась и кажется, совершенно не удивилась появлению Танджиро. — О! Компачиро, здоров! — кричит низкий мужской голос где-то сбоку. На него почти налетает мужчина, чуть не сбивая с ног. В нос сразу бьёт знакомый аромат плохо обработанной кабаньей туши, что вечно носил на себе господин Иноске, и бинтов, которые он так же никогда не менял. Ну, менял, но только по принуждению. — И вы здравствуйте, кхе, господин Иноске, — отбиваясь, но сохраняя приличие, Танджиро ретируется. Иноске в ответ кричит что-то, наверное, про спарринг чисто в цели профилактики, но Камадо отказывает под предлогом знакомства с коллективом. Справедливости ради, с некоторыми он познакомился ещё до первого официального собрания включавшего нового столпа воды. Танджиро, непосредственно. С Иноске познакомился по пути на одну из миссий, с госпожой Канао при лечении, с господином Геньей приходилось работать совместо. — Здравствуйте, госпожа Канао, господин Зеницу! — и низко поклонился, в основном для нового, или скорее старого, знакомого. Канао лишь кивнула в знак приветствия, а громовой столп активно пытался пожать руку Танджиро. — А я ваш голос сразу узнал, добрый господин! Или, скорее, господин Танджиро? Надеюсь, этот кабан вам доставил не слишком много хлопот?! Он такой нахал, не находите?! — если начало было столь дружелюбным, что аж щеки от благодарной улыбки сводило, то следующим слова были очевидно произнесены, чтобы уязвить Иноске. А когда Зеницу улыбается, то он даже как-то ещё симпатичней, глаза грустными больше не выглядят. Ну, официальное знакомство прошло успешно. … Как столп, Танджиро должен тренировать охотников рангом ниже. В дали от семьи, где не поиграться с младшенькими, это так веселило! Девушки и парни были такими потенциальными, а ещё он мог забегать к другим столпам. В конце концов, ему не хватало общения с людьми своего возраста, так ещё мама говорила. Тренировки Зеницу были самыми любимыми у Камадо. Всегда было весело наблюдать, как Агатсума едва справляется с тем, чтобы не расплакаться над тяжёлой долей его временных учеников. Даже сейчас, он в смятении думает, кому побежать помочь первым. Зеницу настаивал, чтобы все тренировались в естественных условиях. Что-то о том, что самого Агатсуму так тренировали. Никто спорить не стал, он же быстрейший из столпов, ему лучше знать. Так что самопальные марафоны и в горах и прочие мероприятия часто приводили к падающим с ног охотникам. — Не волнуйтесь, господин Зеницу! — подходит Танджиро тихо, чтобы сделать сюрприз для громового столпа, но тот все равно его услышал, — если они до этого справились с тренировкой господина Геньи, то и с вашей обязательно справятся! А вы, к тому же, намного нежнее других столпов! Зеницу мнется, краснеет и чешит затылок. Он почему-то всегда краснеет, когда Танджиро делает комплименты. — Ох ну… Базовая выносливость и скоростные тренировки… Это ведь совсем разное! Помниться, я часто от дедули убегал, пока он меня тренировал! Камадо радуется, что такой стеснительный человек как Зеницу, решил рассказать подробности своей жизни. — Ох! Уверен, вы не один такой был! Многие уходят, а вы остались. — Ох, ну на самом деле там… Излогаясь кратко, там был только я и второй приемник дедушки, и сбегал только я, — неловко признался громовой столп, начиная сминать в руке один рукав. — Ох, ну, что-то я не вижу чтобы второй его ученик был здесь! — не давал унывать милому другу Танджиро. — Конечно он не здесь, ведь он мертв, — ответил Зеницу, будто бы это не имело значения. У Танджиро как будто язык в глотку упал. Зеницу напротив будто и не понял, что изрёк нечто странное. И как же ему утешить того, кто вовсе в утешении не нуждается? И слава Камуи, один из учеников выдохся без сил, упав в обморок, и Зеницу поспешил на помощь. Расслабившись, Танджиро с лёгкой нежностью наблюдал, как громовой столп излишне драматично бьёт упавшего охотника по щекам. Неужели думает, что тот сгинул? Как мило. В раздумьях, Танджиро даже не обращает внимания на человека, который подошёл к нему. — Я все никак в толку не возьму, господин столп, — раздается юный мужской голос. Танджиро переводит взгляд с Зеницу и смотрит на юношу. Юноша прям блестел. Зачем-то красил себе на лицо искусственное красное пятно, имел волосы цвета снега, тоже искусственный цвет, и очень самодовольное лицо. Волосы прилипали к его лицу от пота, а искусственное пятно потекло. Видимо, один из юных дорований. — Что вам невдомёк? — улыбнулся Камадо, радостно готовый помочь юному охотнику. — А чего вы порхаете вокруг господина громового столпа? — Что, прости? — переспросил, слегка смущённо, Танджиро. Вдруг, не так понял вопрос. — Ну, все же легко! Взяли бы, подошли, да увлекли его за собой в какой-нибудь уютный домишко, там бы его и охмурили, а то мнётесь, будто не разу не грешили, — уверенно говорит юноша, едва скрывая, как горд собой, — а чего вы так смотрите? А-а-а, думали, я бы осудил мужеложество? Да не в коем случае, господин столп! — юноша расхохотался, сложив руки у себя на груди, высоко подняв голову. Танджиро, усмирив желание закричать при людях, только подвигал извилинами. Знакомый нрав, будто бы он уже где-то слышал о таком самоуверенном, нахальном и развратном охотнике. — А как, говоришь, тебя зовут, юноша? — почти спокойно, почти беззлобно поинтересовался Камадо. — Ах, вы наверняка слышали обо мне! — казалось, задирать нос выше уже было нельзя, но юноша докозал обратное. — Да ну? — притворно удивился Танджиро. — Мое имя — Узуй Тенген! Я блестящий охотник на демонов и будущий столп! — Тенген встал в позу, демонстрируя мускулы и гордо улыбнувшись. — Ах, Тенген, я слышал о тебе да… Долгожданная встреча, — Танджиро потяжелел взглядом, и только сейчас Тенген понял, что взболтнул лишнего. Только когда? … После того, как Танджиро доходчиво объяснил минусы жизни в разврате юному Тенгену, он решил что в некотором смысле юноша прав. Надо брать быка за рога! В конце концов, Зеницу парень умный, умнее Танджиро, наверное и сам уже догодался. План был прост и гениален. Пригласить Зеницу на ужин, там отпить чего-нибудь, признаться какими-то словами и лечь в одну постель. Просто в домике Танджиро, вдали от родной деревни и многодетной семьи, действительно было только одно спальное место. И все шло как по маслу. Зеницу с радостью согласился, помог приготовить ужин и радостно чирикал о качестве домашней еды Танджиро. Тем не менее, когда дело дошло до признания, все как-то не задалось. Переводя тему и запинаясь на словах, Танджиро сам не понял, как пропустил пункт плана и оказался в одной кровати и громовым столпом. И слова о чувствах не проронил. Чтобы сказала мама? Вот он, не отрывает взгляд от, вообще-то, боевого товарища и едва сдерживается, чтобы не выпалить самые важные слова в жизни любого мужчины. Зеницу, ранее перевернувшийся лицом к Камадо, открывает глаза и смотрит на Танджиро. Танджиро смотрит пронзительно в ответ. Агатсума сминает в руке одеяло и водит круги пальцем по своей щеке. Даже не смотря на ночную тьму за окном, в его медных глазах читается неуверенность. — Я слышал… О чем вы говорили с юным Тенгеном… — застенчиво и почти не слышимо говорит Зеницу. — О-ох, да?! Ой, тоесть, вы же были в метрах двадцати от нас? — смущённый откровением Танджиро, пытается перевести тему. — И что? — удивлённо спрашивает громовой столп. — Я просто, э, поражен вашим потрясающим слухом! Зеницу смущённо отводить взгляд и кладет ладонь себе под ухо, видимо, сбившись с мысли. — Так вот… Вы говорили с юным Тенгеном, и то что сказал он сказал… Вы даже не отрицали, и я… Весь день задают вопросом, был ли юный Тенген прав в своих догадках? О ваших… Ну, о вашем отношении ко мне. Танджиро чувствовал запах надвигающихся слез, очевидно, не своих, но сам пошевелится не мог. С одной стороны, повезло что разговор о неожиданной привязанности состоялся, как и планировалось, а с другой стороны на языке и единого нужного слова не находилось. Камадо, весь вспыхнувший, берет в свои закалённые трудом руки такую же покрытую мозолями ладонь Зеницу, а после пронзительно молчит. Ещё через пару секунд он кивнул. — Ой, — как-то глупо восклицает Зеницу. Громовой столп неуверенно улыбается, слегка кивая в ответ, и одними губами говорит, что чувства вполне взаимны. Засыпать ещё никогда не было так спокойно.