дылда

чонгук, сколько себя помнит, всегда отличался от своих сверстников и одноклассников. от людей в целом. родился мальчиком-омегой, да ладно это, один он что-ли такой. на свете полно таких, как он. но судьба, видимо, любит издеваться. над чонгуком особенно. его рост в семнадцать лет составлял сто девяносто пять сантиметров. блять, это была конечная. он выглядел, помогала в этом еще и худощавость, как слендермен — и это еще был для него комплимент. хорошо, что над ним не издевались. сначала пытались, конечно, потому что пропустить такой экземпляр местные буллеры никак не могли. правда, когда чонгук к ним подошел, заткнулись и быстро смотались под предлогом того, что: «ну звонок, типо, мы как-нибудь в другой раз попиздим с тобой. живи пока». после этого пару раз проскакивали обидные шуточки, но чон на язык подвешен, поэтому ответить смог и так больше его не трогали. он правда был очень милым и добрым парнем. готов помочь и поговорить на любую тему. от «какую позу принять на туалете, когда срешь?» до теории квантового бессмертия. очень любил горячий чай и математику, а еще ким тэхена. высокий (он ему дышал в пупок, а не в хуй), красивый (король школы по мнению чонгука) и очень умный (тэхен и правда часами может говорить про свою собаку). ну, в общем, немного нужно, чтобы сразить одного маленького (не очень) чона. из встреча была стара как мир, заезженный до дыр сюжет во всяких мелодрамах и романах, где девушка спешит на работу или пару — не важно, и сталкивается с супер-мега-привлекательным пак срук-пуком и проливает на него свой кофе. ну а потом любовь-морковь, поцелуи на закате и походы в дорогие рестораны. правда, чонгук никуда не торопился, а тэхен не был шибко богатым бизнесменом, да и вообще, чон оказался пострадавшей стороной. он просто, еле-еле душа в теле, шел по коридору, держа в руках учебники и тихо подпевал себе под нос. у него еще с утра крутил живот, но он все равно пошел в школу. не надо было пить тот йогурт, у которого уже поджимал срок годности! в коридоре было уже пусто, — звонок прозвенел минут пять назад, поэтому чонгук никуда не торопился. он уже и так опоздал, зачем только себе нервы портить. лучше спокойно дойдет, никого… бам. даже чонгук чуть не упал — с такой силой в него врезались. учебники, естественно, решили отдохнуть на полу, а рядом с ними разлеглось чье-то тело. взглянув вниз, что было уже настолько привычным движением, что чона разбуди ночью — проснется и опустит голову. у него уже как рефлекс. — боже, какая прелесть. на этом моменте закончился один чон чонгук. — простите, — для достоверности оглядывается. — вы мне? — и показывает на себя пальцем. человек снизу лишь ухмыляется и перекатывается на бок и сгибает руку в локте, кладя на затылок ладонь. демонстративно взмахивает другой рукой, дабы еще поглядеть на это прекрасное создание, которое нависает над ним. этого человека он знает не понаслышке. точнее, тэхен на него запал плюс-минус пол года назад. его не отталкивал ни рост (как он может что-то решать вообще), ни то, что парень — омега (ну по этому судить вообще абсурд полнейший). — ты кого-то еще видишь, — и гаденько глаза прищуривает, мерзавец. — чудо. ну по сценарию, естественно, чонгук залился краской всех оттенков. только вместо того, чтобы заправить прядь за ушко и флиртовать в ответ (а подлец с ним пытается заигрывать, он почти уверен), чон побледнел, посинел и вымолвил только: — меня сейчас стошнит. и его вырвало прямо на лежачего паренька. — у тебя очень красивый внутренний мир. после произошедшего он долго винил себя и извинялся перед кимом (тот сказал свое имя, лежа в его рвоте), стыдился смотреть ему в глаза и опускал взгляд, когда тот просто проходил мимо. чонгук еще долго кланялся, буквально целовал свои колени, когда к нему подходил тэхен. и он долго не понимал, зачем он каждый раз пытается заговорить с не особо идущим на контакт чоном. а потом чонгук решил, что тот просто над ним издевается. ему стало так обидно, он только начал ценить себя и любить, отвечать своим обидчикам. так чон и решил надоедливого альфу игноривать. — дылдочка, — чон буквально может расслышать его голос за тысячи километров, а это уже звоночек. — ну что случилось? тяжело дыша, тэхен останавливается и глядит снизу вверх по-идиотски улыбаясь. он смотрит на младшего как на божество: с яркими искорками, гляди — ослепят; с сердечками и щенячьим взглядом. он и сам понимает, вся каша в его взоре — не по-альфьи это как-то, но ничего поделать не может, да и не хочет. — ничего, — чонгук дуется, от чего его и так большие щеки становятся просто неизмеримых размеров. — я свое время на таких как ты не трачу. и глаза закатывает, мысленно ликуя и давая пять его собственному самомнению. вот так с этими дикарями и надо! не его поля ягодка! не для него роза цвела, ха! — каких таких, чудо? — еще и глаза вылупить умудряется, будто не при делах. — для такого великолепного, умного, сексуа… — и очень скромного, ага, — и подбородок выше задирает. он тэхена и так плохо видит, а голову подняв так только одна макушка и виляет. чонгук достаточно наслушался, видал он таких самоуверенных альф, как море корабли, — а то есть часто. наслушался всякого бреда, натерпелся необоснованного кидалова и повторять не хочет. поэтому, даже не начав слушать только открывшего рот кима, разворачивается и направляется дальше в свой кабинет. — чонгук, — а вот это что-то новенькое. с их очень эксцентричного знакомства прошло не так много времени. тем не менее, тэхен ни разу не назвал чона по имени. только его эти солнышки, кошечки, сладости (не то, чтобы он был против). это и заставило его остановится. — пошли в кафе сгоняем, а? подожду тебя после урока, оплачу все я! обернувшись, чонгук прищуривается и нахмурив брови, спрашивает: — с чего это мне идти с тобой гулять? и сам чуть не смеется со своего ответа. нет, чон не против, он даже всеми руками и ногами за, но, конечно, не может же чонгук просто так согласится на предложение пойти на свидание. и, разумеется, это не он поздно ночью придумывал сюжеты их с тэхеном будущей жизни с детьми, хомяками и собакой (только хаски). — мне опять перечислить все свои внутренние и внешние качества? — и осклабился, чудище. — это же не я чураюсь тебя последние два дня. смотри, после моих аргументов у тебя и шанса не будет мне отказать. эх, знал бы ким, что чонгук и не особо хочет. — ладно, но тебе понадобиться очень много налички, чтобы меня прокормить, — квело чон сопротивлялся. — по сравнению со мной, — ты ешь как птичка, я уверен, — откуда у него столько альфьей ауры? — бывай, прелесть. и, откозыряв, поплелся по коридору, свистя и пританцовывая. успел пожать какому-то младшекласснику руку и дать пять своим друзьям. смотря на эту картину, он понял, что все это самоуверенное приглашение было лишь скрывающей чувства тэхена маской, на самом деле тот волновался не меньше самого чона. чонгук улыбался, смотря ему вслед. *** докатился, называется. тэхен правда подождал чона с уроков, что было удивительно, потому что чонгук ожидал, что ким уйдет. как бывает это обычно со всеми, но сейчас он здесь. тэхен и правда джентельмен: он придерживал абсолютно каждую дверь для чона, не только для него, но и девушкам, выходящим из здания (что считал чертовски сексуальным); взял рюкзак у уставшего после учебы младшего (хотя устал точно не меньше); и помог перейти бабушке через дорогу (ну это точно конечная). а в кафе обсыпал комплиментами, отодвинул стул и сказал выбирать, что душа пожелает. ну чонгук в этом плане не стеснительный, так что воспользуется шансом. а еще… — чонгук-а, — очень приятно слышать такое ласковое обращение из уст старшего. хотя, даже если он назовет чона дерьмом таким тоном, то тот даже слово против не вставит. — ты мне очень нравишься. я говорю это не потому, что должен, а потому, что я хочу, чтобы ты знал как я тобой дорожу. я не хочу быть ненадежным человеком. я не хочу быть твоим парнем. хочу поселиться в твоей душе, если позволишь. со временем мы придем к взаимопониманию, но только по твоему желанию. ты такой красивый и сильный. я не хочу давить и… ким тараторил и заметно ссыковал, не смотрел на чона и постукивал пальцами по столу. — хватит, — чонгук накрыл свой ладонью руку тэхена. — ты можешь не говорить так много. просто скажи, что чувствуешь и доказывай действиями, как это буду делать я. смотри и положись на меня. — я хочу быть твоей опорой, — он сжал запястье чона пальцами. — я буду твоим плечом и поддержкой. — этого мне достаточно, спасибо, — из его глаз текли слезы. он стал таким чувствительным, ужас. и перегнувшись через стол чонгук оставил поцелуй на сердце тэхена. глаза кима буквально загорелись. младший никогда не видел такого сияния даже от солнца. и все это из-за одного прикосновения губ к щеке? старший медленно поднял руку и нежно дотронулся пальцами к месту, которое горело от приятных ощущений. а чон в это время так раскраснелся, что с него можно помидор рисовать. не выдержав такого напора, чонгук забрал свой кофе в стаканчике и повесив пальто на плечи, затараторил: — кто последний выйдет из кофейни, тот лох, — и выбежал, не оставляя и шанса на победу. и ради таких моментов тэхен готов быть хоть австралопитеком. лишь бы его прелесть продолжала целовать. не сдержав победной улыбки, ким оставил пару купюр на столе и, подхватив свой чай с курткой, выбежал вслед за чоном.