деку

изуку лежал на кровати с прикрытыми глазами. парень не дремал, не спал, просто лежал и старался не думать.  с кухни доноситесь какие-то звуки, кто-то готовил кушать, и изуку выдохнул и устремил взгляд в потолок. сейчас, скорее всего, мама приготовит завтрак и опять попытается заставить его поесть. он очень устал объяснять, что у него нет аппетита и желания питаться и мысли об этом стали нагнетать его еще сильнее. он не хочет есть. не хочет двигаться. не хочет думать. если честно он вообще ничего не хочет.  дверь в комнату открылась, но за этим ничего такого не последовало. рядом на стул кто-то уместился и послышался звук поставленной на рабочий стол посуды. — и сколько ты так лежать будешь? ты хотя бы мылся? — в груди неуютно сжалось и изуку слегка поморщился. опять он. вопросы остались без ответа и бакуго выдохнул. он совершенно ничего не знает о том, как следует справляться с людьми в таком состоянии. но он понимал, что все, чего он сейчас хочет — помочь изуку, а значит он добьется этого. это, мать его, бакуго кацуки, а не кто-то там еще. — я приготовил кацудон. — сказал бакуго. мидория поджал губы, все так же пялясь в потолок. — у меня нет аппетита, спасибо, каччан. — бакуго нахмурился. изуку исхудал, у него впали щеки и сейчас, когда бакуго приготовил его любимое блюдо он отказывается есть. кацуки не знал куда себя деть, что сделать, что бы просто заставить человека покушать.  — я… ты… попробуй хотя бы кусочек, пожалуйста. я старался, когда готовил… и… — бакуго был растерян. впервые он абсолютно не знает, что говорить. — иди сюда.  блондин сел рядом и изуку почувствовал как кровать прогнулась под его весом. мидорию потянули за руки, чтобы он сел и тот почувствовал в груди боль и легкий стыд. каччан так старается, пытается покормить его, приготовил кацудон… но с другой стороны, изуку не понимает, зачем он все это делает? мидория ни о чем его не просил, а теперь из-за него он чувствует себя виноватым. деку даже захотел для вида поесть хотя бы немного, но с ужасом понял, что даже при желании, он не может заставить себя двигаться. удивление изуку достигло предела, когда сосредоточенный бакуго подцепил палочками кусочек куриной грудки в панировке и протянул к лицу парня.  — каччан, ты что по-твоему де… — пожалуйста, съешь хотя бы немного. я понимаю, тебе сейчас тяжело и ты не хочешь лишний раз двигаться, даже, скорее, не можешь. ты очень стараешься, я знаю, так что сейчас, позволь хотя бы немного, помочь тебе. — голос бакуго никогда не звучал вот так… изуку впервые слышит его таким. губы задрожали и изуку сжал край одеяла под руками. — ты справишься, я в тебя верю. поэтому… ты тоже… верь в себя, хотя бы немного.  изуку с силой зажмурился, часто дыша. он не станет снова плакать. он не станет плакать. он… почувствовал как лица коснулись руки блондина, а слезы бережно смахнули.  — тише, изуку. все будет хорошо. все будет хорошо, я тебе обещаю.  через пару минут, успокоившись, бакуго снова попытался покормить изуку кацудоном. как итог, долгих сорока минут, он все таки смог, заставить его съесть целую половину порции. кацуки учавствовал в миллиардах соревнований… но сейчас… он как никогда чувствовал, что одержал победу.