деку

еда была как раз готова и, выключив плиту, он наложил ее в две миски и понес в комнату. изуку сразу протянул руки и обхватил тарелку, на что кацуки довольно улыбнулся. это совсем маленькие детали, очень крошечные, но бакуго каждую из них запоминает. каждая ценна. в этот раз, изуку съел все охотнее и убрал тарелку на столик, снова кутаясь в одеяло и не переставая смотреть в экран телевизора. что-то в его хмуром взгляде говорило кацуки о том, что мидория снова ведет какую-то внутреннюю борьбу.  дальше в фильме всемогущий давал интервью, рассказывал, как он ко всему пришел и какого это, спасать чужие жизни. на моменте, когда он рассказывал о пережитых боях, иногда особо тяжелых, бакуго заметил, как сжались костяшки деку. блондин отложил свою тарелку и продолжил наблюдать за веснушчатым, что хмуро жевал нижнюю губу и проводил мыслительные процессы. — самое сложное в работе героя — драться с человеком, которого так же хочешь спасти. — произнес тошинори. он все так же ослепительно улыбался, но на этой фразе, оба парня почувствовали как их окатило волной понимания. они как никто другой знали, что это такое. особенно, знал мидория. в голове вспыхнул образ шигараки. все те страшные события того дня. он не смог спасти его. и так же, чуть не потерял каччана… каччана!  парень опустил взгляд, хмурясь пуще прежнего. бакуго поставил фильм на паузу и повернулся к изуку. — если хочешь, мы можем поговорить об этом. — изуку покачал головой. — если захочешь… — я не знаю, что говорить. — подал голос он.  повисло молчание. бакуго не тупой, понимал, что человек прошел войну и с нее прошло не так много времени, чтобы он мог просто взять и… поговорить об этом, словно это пустяк. они все еще дети. изуку все еще ученик школы, он школьник, который смог пережить эти ужасные события.  — я не смог помочь ему. — снова подал голос зеленоволосый. — я не смог спасти тебя, ты… чуть не умер тогда, я… — изуку схватился за голову. голос звучал тихо и сипло, так, будто изуку было тяжело говорить. — какой из меня герой? — он слабо улыбнулся и поднял глаза на кацуки и у того в груди все сжалось от того, как отчаянно это прозвучало. изуку не задавал вопрос. это была насмешка. таким тоном бакуго в младшей школе спросил у него «какой из тебя герой?» с той самой ухмылкой, словно деку букашка. грязь под ногами. никогда ничего не добьется. блондин видел, как у него на глазах, изуку теряется в полном отчуждении, в ненависти к себе и лихорадочно начал соображать, что ему сделать, что сказать, чтобы не потерять деку.  — героями не становятся. — выпалил он, хватая изуку за плечи. — ими рождаются. тот момент, когда ты спас меня в средней школе, хоть я и вел себя мерзко по отношению к тебе. ты сказал тогда «мое тело двигалось само». ты понимаешь это?! — бакуго повысил голос. — про герои не подходили ко мне, я был уверен, что умру, но ты выбежал. ты единственный выбежал тогда и голыми руками пытался отодрать от меня ту слизь! — воспоминания пронеслись в голове и их обоих накрыло мурашками. — когда я умер… — слова острой болью отозвались там, где сердце. — это не была твоя вина. это никогда не была твоя вина, я должен был сделать это. — изуку поджал губы. лицо выражало такую боль… какую они не пожелали бы пережить даже врагу. хотя бакуго бы поспорил. — так как ты восхищаешься всемогущим, так я восхищаюсь тобой. — произнес кацуки. — ты мой герой, деку.  мидория не мог поверить в то, что все эти слова сказанные его другом детства — правда. изуку всегда был строг к себе и сейчас… он чувствовал как груз с плеч потихоньку спадает. ничего не проходит бесследно, и война оставила изуку особенно глубокие шрамы.  — есть очень много людей, которых ты спас. некоторых от злодеев, некоторых от… — бакуго немного помедлил. — …самих себя. кота может не писал тебе, но он очень часто писал мне о тебе. — образ мальчика в голове изуку заставил его слабо улыбнуться. — ты его герой. — мидория продолжал улыбаться, хоть и почувствовал влагу на щеках. — а еще эри. ты и ее герой, изуку.  веснушчатый кивал, вытирая щеки снова и снова, а бакуго помогал ему, перечисляя всех, кого изуку так или иначе спасал.  — и я всегда буду напоминать тебе, если ты вдруг забудешь. — сказал кацуки. — в какой-то степени то, что я тут, тоже, твоя заслуга.  зеленоволосый почувствовал как ему стало легче дышать. бакуго удостоверился, что он в норме и снова включил фильм. мидория смотрел в телевизор новым взглядом, пусть и слегка уставшим от пережитых эмоций.  спустя пол часа, бакуго обнаружил, что изуку заснул, облокачиваясь о спинку дивана. блондин помог ему улечься и укрыл одеялом, раскладывая футон рядом и ложась на него.  перед сном он повернулся к другу, наблюдая как тот спит и со спокойной душой прикрыл глаза. изуку обязательно станет легче.