По ту сторону ожидания

Тёплое июльское солнце едва ли успело проснуться и лениво показаться из-за горизонта, но проблеска его золотистых лучей хватало сполна, чтобы озарить землю вокруг. Игривые маленькие лучики, что ещё не припекали, а нежно окутывали в свои объятия капельки прохладной росы, создавали на траве замысловатые радужные узоры. Прошло ещё примерно полчаса, прежде чем утренний свет смог проползти по стенам дома и ринуться в окна, сообщая обитателя о начале нового дня. Небольшая кухонька загородного дома, что скрывался среди деревьев от чересчур любопытных посторонних глаз, каждый раз наполнялась мягкими оттенками, которые смешивались с пёстрыми комнатными растениями насыщенно-зелёного цвета. Кухня откровенно больше напоминала теплицу, нежели место для приёма пищи, потому что горшков и листьев здесь было куда больше, нежели тарелок с чашками. Хозяин дома просто обожал растения. Они наполняли его существование чем-то «живым», доказывая, что всё по-прежнему продолжается. Просто не с ним. Несмотря на то, что Артур был «совой» по своей натуре, подолгу залёживаться в постели он всё же не любил, считая, что попросту тратит время, пусть и свободного времени у него теперь было полно. Лишь поморщившись от первых, попавших на лицо солнечных лучей, он, сразу не открывая глаз принимает вертикальное положение на постели. Ему бы ещё досматривать седьмой сон, но руки уже рефлекторно тянутся к белому шёлковому халату, пролезая в каждый из рукавов и окутывая его полностью. С кровати Рэмбо слезает осторожно, боясь коснуться ступнями холодного пола, потому что привычка никуда не исчезла, и морозная тень до сих пор преследует его. Ноги сразу ныряют в домашние тапочки, обязательно с закрытым носком. Наконец-то, он находит в себе силы подняться полностью и, медленно шаркая по полу, выходит на кухню, уже там начиная протирать заспанные глаза. — Доброе утро, mon cher. Внезапный голос перед ним заставляет рассеяться сонную пелену с глаз, но Артур по-прежнему находится в лёгкой прострации и слабо соображает. Он видит перед собой лишь протянутую чашку кофе, аромат которого так приятно отрезвляет мысли. Плавно протянув руку вперёд, он благодарно принимает блаженный напиток и делает глоток, совершенно не боясь обжечься. — Угу… Доброе… — наконец-то выдавливает из себя Рембо. — А ты… Почему так рано встал?.. — Очень мне хотелось полюбоваться на эту заспанную мордашку, — искренне посмеивается Поль, так же делая глоток из своей кружки. — Как тебе спалось? Что снилось? — Эм, мне снилось… — вопрос заставляет Артура напрячь извилины и вспомнить хотя бы одну деталь, ведь он был уверен, что точно что-то видел во сне. — Там был… Кажется ты. Чёрт, никак не вспомню… — почему-то обычная сонливость неожиданно переросла в лёгкую мигрень, заставившую его схватиться пальцами и растереть возникшую горбинку на переносице. — Эй, не напрягайся. Мне достаточно и того, что там был я, — тепло улыбнувшись, Верлен ставит свою кружку на стол, чтобы подойти к Артуру вплотную и заключить его в свои нежные объятия. — Люблю тебя, — чуть склонившись, он специально касается губами чужой несчастной переносицы и целует, чтобы разгладить эту несносную горбинку. — Я тебя тоже люблю, — словно на автомате выдаёт Артур, но сердце подсказывает, что это было вполне искренне. В тёплых объятиях Поля становится невероятно спокойно и уютно, а все дурные мысли улетучивались сами по себе. Прижавшись головой к его груди, Артур прикрывает глаза и замолкает, чтобы прислушаться к сердцебиению. Настоящее. Он правда настоящий: его слова, запах, прикосновения — от всего этого не веет обыденным фарсом. Рэмбо вдруг задумался, как бы они могли провести этот день. Прогулка по лесу была бы замечательной идеей. Ещё можно сходить на озеро, хотя… Нет. Вода за пределами ванной комнаты для него всё ещё ледяная, даже посреди жаркого лета. Тогда, может быть пикник? Его они могли организовать прямо у себя в саду под деревом, греясь на солнышке и наедаясь досыта. Или же… Возможно стоило вообще провести этот день в кровати? Артур был бы согласен даже на то, чтобы просто подольше полежать в объятиях любимого и послушать его голос, не говоря уже о чём-то более пикантном. От всех этих мыслей у Рэмбо начала немного кружиться голова и он окончательно затих, чуть съёжившись и пряча от Верлена своё лицо. Поль тут же прижимается с поцелуем к его чернявой макушке, не сразу ощущая, что его собственная белая футболку начинает постепенно намокать. Артур плакал. Совершенно беззвучно глотая солёные, льющиеся ручьём слёзы. Первым его выдаёт мелкая дрожь во всём теле, а следом и собственные пальцы рук, которые так отчаянно пытались впиться в кожу на спине Верлена, словно боясь, что тот его отпустит и просто растворится в воздухе. Поль прекрасно понимает, что происходит. Честно говоря, в горле у самого застрял неприятный горький комок, но он до последнего старается сдерживать излишние эмоции, чтобы Артур окончательно не расклеился. Он утешающе гладит его по спине и продолжает целовать голову, даже не пытаясь прервать поток слёз. Иногда плакать действительно полезно, потому что со слезами уходит всё то, что ты копил в себе долгое время и что нещадно обжигало твою израненную душу изнутри. — Почему?.. Почему ты здесь?.. — взахлёб шепчет Рэмбо. — Ещё ведь слишком рано… Ты не должен был… — Разве я мог так надолго оставить тебя одного, mon cher? — так же тихо отзывается Поль, не прекращая своих поглаживаний по чужой спине. — Ты бы умер во второй раз от скуки, — иронично улыбается он, пытаясь хоть как-то разрядить обстановку. — В этом и был смысл! Я сделал всё, чтобы ты жил! — наконец-то чувства дали течь в плотине и Артур поднимает заплаканный, но полный решимости взгляд на любимого. — Я бы ждал тебя столько, сколько потребуется… — Прости меня за это. И за всё остальное. За всю ту боль, что причинял тебе при жизни, — поднимая одну руку, Поль аккуратно касается подушечкой большого пальца щеки Артура, чтобы так же осторожно стереть с неё блестящие слезинки. — Но я больше не мог ждать и надеяться, что когда-нибудь смогу увидеть тебя снова. Мне нужно было знать точно. И, знаешь… Ты здесь неплохо всё обустроил в моё отсутствие, — оглядываясь по сторонам и рассматривая каждый уютный уголок дома, улыбается он. — Всё так, как мы и мечтали… — проследив за взглядом Верлена, Рэмбо так же осматривается и постепенно успокаивается, теперь лишь шмыгая покрасневшим носом. — Когда перед каждой миссией обсуждали, как однажды мы сбежим. Каким будет наш дом. И что ты обещал сделать весь пол в нём с подогревом. — А он здесь с подогревом??? — вопросительно усмехается Поль. — Конечно нет! — слегка возмущённо, или даже обиженно, восклицает Артур. — Ведь это ты обещал его положить. — Зато со своей частью ты прекрасно справился. Как там было… «Цветочная кухня и окна, выходящие на прекрасный сад»? — Ещё скажи, что тебе не нравится! Менять мы ничего не будем, — от расстроенного Артура и след простыл. Теперь он по старинке раздавал указания, а Поль лишь с улыбкой кивал, соглашаясь на любую его прихоть. — Я и не думал, — напоследок коротко чмокнув Рэмбо в щёку, Поль приобнял его сбоку одной рукой, потому что имел желание выйти с ним на крыльцо и получше рассмотреть их теперешние владения. — Всегда мечтал жить в теплице, — колко подметил он. — В теплице, где пол с подогревом, — педантично подправил его Артур. — Да-да, завтра же займусь. По крайней мере теперь у меня есть на это целая вечность. Солнце окончательно осветило всё вокруг и от прохладного утреннего воздуха практически не осталось и следа. Весь этот мир был лишь проекцией. Маленькое убежище среди бесчисленного потока частиц, информации и электромагнитных полей. Мир между жизнью и смертью, в который Артур заключил их души при помощи своей способности когда сам умирал, а после единожды вернул Поля к жизни, чтобы остаться ждать его на этой стороне. Но Рэмбо правда не ожидал, что их встреча наступит так скоро, как бы тяжело ему не было коротать это вечное одиночество. И, казалось бы, он мог создать для себя любую реальность и даже временную копию Верлена. Но он никогда этого не делал. Почему? Возможно, по той же причине, по которой в их совместном теперь мирке до сих пор существует зима, холодный ветер и простуда. Некоторые вещи должны идти своим чередом, чтобы другие могли порой нарушать правила игры. Выйдя во дворик, двое мужчин какое-то время просто стояли в обнимку и молчали, а тишина их нарушалась лишь периодическим сёрбаньем кофе из чашки, которую Рэмбо всё никак не мог осилить. Когда же на дне не осталось и капли, он глубоко вздохнул, словно впервые за долгое время смог насладиться по-настоящему свежим воздухом. — Как это произошло? — с интересом спрашивает он у Верлена. — Ты сам? Или тебе помогли? — А это так важно? — удивлённо вскинул бровью Поль, явно не ожидая, что Рэмбо будет интересно знать, как он умер. — Мне важно всё, что связано с тобой, — с уверенностью кивнул Артур. — Тем более, что после твоего повторного воскрешения я больше не имел сил наблюдать за тобой. Поэтому, мне интересно знать всё вплоть до «этого самого» момента. — Ох, ну что ж… — задумчиво почесав затылок, вдыхает Поль и приобнимает Артура за плечи. — Думаю… Следует начать с моего вступления в Портовую мафию.