Дождь

      Светлая макушка мелькает посреди слабоосвещенных коридоров, поступь её хозяина довольно тверда, но слегка неуверенна, будто этот человек и сам предположить не может, что будет поджидать его за следующим поворотом. Нежные, будто первые лучи солнца, слегка распушившиеся кудрявые локоны, коих пару часов назад вырвали из плена шелковой ленты, водопадом спадали на лицо, шею, плечи, спину и бедра их хозяина, мешая обзору и превращая мужчину в капризную юную госпожу, что отказалась с утра собирать волосы в причёску. Глядя на эту слегка уморительную картину со стороны, может показаться, что юноша в мятых светлых одеждах вот-вот запутается в собственных ногах и упадёт, но несмотря на то, что шаг уже порядком захмелевшего Владыки Луны был слегка кривоват, падать он точно не собирался. Двигательная сила, что заставила этого чудесного лицом юношу, благородные черты которого в данный момент омрачало раздражение, в срочном порядке покинуть дружескую встречу, являлась возмущением. Да-да, вы не ослышались: именно вспыхнувшее в душе липкое чувство несправедливости по отношению к себе не давало Люциану вернуться назад и всё как следует обдумать, чтобы вынести верное решение по отношению к случившемуся небольшому конфликту. Но его тоже можно понять — такие шутки совсем не смешные и переходят все границы!       В доселе короткой жизни Владыке Луны редко случались такие моменты, когда юноша, отключая свой хладнокровный, непреступный разум, поддавался эмоциям, позволял им вести себя, направлять на явно скользкую дорожку. Да, конечно, алкоголь играл не последнюю роль в данной ситуации, ведь, опьянев, Люциан превращался в почти полную противоположность себя — эмоциональную, слегка капризную, взрывоопасную и властную. Ох, с таким Владыкой Луны шутить будет себе дороже. Однако, Кай бы не был собой, если бы постоянно не норовился ходить по лезвию ножа, ухмыляясь и довольствуясь своими выходками. Ну как ему не разыграть приятеля, когда тот, не без постороннего вмешательства, наконец-то сбросил свою излюбленную маску спокойного безразличия? Упускать такой шанс было явно нельзя. Любая жизнь, человеческая или демоническая, счастливая или незавидная, может оказаться короткой, глазом моргнешь и не заметишь, как тонкий волосок, на котором она держится, с резким звуком оборвётся — до этого решающего момента нужно успеть попробовать всё, что душе угодно.       Минув, кажется, уже сотый поворот по счёту, Владыка Луны, обуреваемый негативными эмоциями, злобно стукнул кулаком по стене — когда эти коридоры, коим нет конца и края, наконец-то кончатся? Этот развратный дворец с его еще более развратными жителями когда-нибудь выпустят его отсюда?! Звук раздраженного выдоха проносится эхом по пространству, густые светлые брови неосознанно сдвигаются к переносице, тонкие, будто божественные вервии, губы чуть поджимаются, выдавая нетерпение своего хозяина. Постояв пару минут в кромешной тьме, сквозь которую в лучшем случае ты будешь видеть на расстоянии половины вытянутой руки, Люциан прикрыл глаза и облокотился о стену, пытаясь отвлечь бушующие в его голове мысли.       «Первая... Вторая... Третья... Надеюсь, эти бедные невинные создания никогда не попадут в руки к Каю,» — считая овец, Владыка Луны немного успокоился и, с тяжким вздохом открыв глаза, решился проявить благоразумие и простить своего неприлично наглого приятеля. Скрепя зубами, Люциан собирался переступить через себя и направиться обратно в помещение, в котором всё еще прибывали скучающий Градоначальник, да Эриас, что из-за опьянения кинулся с кулаками на Хаски, коего, кажется, очень забавляло такое состояние товарища. Напоследок выплеснув часть гнева ударом кулака о стену, Люциан развернулся но, не сделав и пары шагов, чуть не врезался лбом в темную, высокую дверь, которой, казалось, минутой ранее даже и не пахло. Он же не мог быть настолько пьяным, чтобы не заметить выход, маячивший прямо перед носом? Верно? Или... Что за очередные шуточки Градоначальника?! Огонёк раздражения, что почти потух, оставляя душу юноши в покое, зажёгся с новой силой, стоило Владыке Луны подумать о том, что Кай самым нахальным образом снова подшучивает над ним. Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Решено, больше Люциан и шагу не сделает в том направлении, где обитал этот бесстыжий бессмертный. Да, конечно, в этом змеином логове до сих пор оставался его верный подчинённый Эриас, но в пылу гнева Владыка Луны решил, что его друг не бесхребетен и найдёт способ наутро покинуть Асдем самостоятельно. В трезвом уме юноша никогда бы не стал делать такой выбор, но количество выпитого ранее алкоголя затмило любые зёрна здравого рассудка, что хотели заставить Владыку Луны пересмотреть свое решение.

      Тихий, полный игривой теплоты смешок так и не долетел до слуха юноши.

      Окончательно сделав выбор в сторону незамедлительной капитуляции из этого похотливого города, Люциан толкнул дверь перед собой со всей силы, чуть ли не выбегая на кажущуюся спасением после замка Сладострастия улицу. Пышущий блеском, развратом  и демонической энергией Асдем, казалось, за время его отсутствия совсем не изменился, но из-за обилия всевозможных ярких красок перед собой юноша видел лишь мозолящие глаза яркие пятна, которые так и хотелось отогнать руками, словно назойливых мошек.        Покачивающиеся из стороны в сторону алые фонари, чьи огоньки с каждой каплей дождя становились все слабее, потихоньку оседали вниз, погружая город во тьму, настежь распахнутые узорчатые ставни наспех закрывались ворчащими на испортившуюся погоду хозяевами, запах всеразличных вин и яств ослабевал, не находя выхода из помещений. Главная улица, до отказу забитая всевозможными торговыми лавками, переполненная кричащими вывесками и гобеленами, резными фигурами животных, красующихся на столбах, под тонкой водной вуалью стала чуть менее выразительной, но на замену атакующим зрение пылающим цветам пришёл легкий, незатейливый блеск водяных капель, что приглушали цветовое разнообразие улочек и отражали нежный свет ещё не потухших фонарей.       «Тут всегда было столь отвратительно ярко?» — даже приглушенные цвета смогли стать раздражителем для и без того пребывающего не в лучшем расположении духа Владыки Луны, особенно после выхода в светлое пространство после кромешной тьмы коридоров дворца Сладострастия. Машинально переставляя ноги, усиленно стараясь избегать луж и не споткнуться о свою же обувь, Люциан пытался вспомнить дорогу к выходу из Асдема.  «Вроде бы, она находилась в противоположной части города... Значит, чтобы выйти отсюда, мне нужно свернуть на другую улицу и преодолеть несколько переулков... Надеюсь, я не перепутал направление,» — юноша, погруженный в свои мысли, шагал прямо в пучину переплетения некогда искрящихся красок, брови его от раздумий рефлекторно сдвинулись к переносице.       Конечно, из-за шума дождя, опьянения и витания в своих мыслях, юноша не замечал (да и не думал даже), что в след за ним на небольшом расстоянии движется темная фигура, небрежно держа над головой алый зонт, чья промасленная бумага была расписана тысячью золотых узоров на любой вкус и цвет.       Не обращая абсолютно никакого внимания на то, что крупные капли дождя начали пропитывать влагой его светлые верхние одежды, просачиваться в сапоги, Владыка Луны шёл вперёд, намереваясь выбраться отсюда несмотря ни на что. С каждым новым шагом его одежда становилась всё тяжелее, к лицу и голове прилипало всё больше мокрых прядей, но, казалось, целеустремленного беглеца всё это никоим образом не беспокоило. Единственное, чего хотел Люциан сейчас — покинуть это демоническое гнездо и больше никогда не возвращаться. Ну и самую малость ему хотелось прилечь на мягкую кровать и прыгнуть в объятия сна, но это сейчас не являлось делом первой важности.       Бесцельно пробродив по одинаковым на первый взгляд улочкам, юноша начал сомневаться в своей памяти: ему казалось, что центр Асдема не был столь огромен, может быть, он бродит по кругу? Может, заблудился? Хорошо, тогда остаётся ещё один выход — спросить у местных в какой стороне выход из города. Минув несколько домов, Люциан нашел демоницу, сидящую в большой луже и что-то нашёптывающую сумбурно падающим в нее каплям дождя. Женщина эта с первого взгляда показалась Владыке Луны странной, с ее головой явно было что-то не так — какое живое существо в здравом уме откажется в непогоду спрятаться дома и распивать сладкое вино, согревая разум и желудок, в пользу того, чтобы сесть в лужу посреди улицы и шептать что-то воде?! Конечно, Люциан в данный момент тоже отказался от компании, алкоголя и всеразличных яств, променяв сие удовольствие на безрезультатное брождение среди одинаковых улиц, но это ведь другое! Он не сошел с ума, не болтает с лужей, будто с собеседницей, и не сидит на дороге, как будто пятилетний ребенок в приступе истерики. Но, увы, выбирать не приходилось — в округе больше не было видно ни единой души, остается спросить дорогу у этой странной демоницы. Неуверенно подойдя ближе к женщине и опустившись на корточки, Владыка Луны чуть наклонился вперед, дабы заглянуть собеседнице в глаза.       — Извините, — после этого затуманенный взгляд алых глаз девушки пересёкся с неловким взглядом юноши, бегло осматривая человека, что потревожил её покой, — не подскажите мне, где находится выход из города? Кажется, я-я... немного заблудился.           Нелепо улыбнувшись и посмотрев пару секунд прозрачным взглядом будто сквозь заклинателя, женщина что-то неразборчиво шепнула в пустоту и кивнула в ответ, отворачиваясь обратно к воде, рассматривая чуть поплывшее отражение в большой луже. Кажется, её не смущало ни насквозь мокрое, мятое золотое ханьфу, серебряный ворот которого был усеян россыпью капель грязи, ни выбившиеся из высокой причёски пряди каштановых волос, ни потёкший яркий макияж, разводы которого полностью покрыли её вытянутое лицо. Вроде бы ни алкоголем, ни табаком от неё не пахнет... Что же это такое? Владыка Луны абсолютно не понял ее реакции — она что, по-человечески не понимает? Может быть, эта женщина просто издевается над заплутавшим заклинателем? Ведь он вроде бы ясно изъяснялся, да и все слова четко проговорил, несмотря на опьянение... Похоже, у нее и правда не все в порядке с рассудком. И как же повезло встретить именно эту сумасшедшую на своем пути! Ну что за день такой!           Натянутая доброжелательная улыбка мигом покинула лицо юноши, сменяясь хмурым выражением. Кажется, он ещё надолго останется узником в плену этого змеиного гнезда, вынужденный устало плестись по улочкам, похожим друг на друга, словно две капли воды. Но ничего не поделаешь, остаётся только вслепую продвигаться дальше.           Как только Люциан собирался подняться с корточек, женщина осторожно, будто боясь спугнуть,  взяла юношу за рукав, чуть потягивая на себя, не сводя ни на секунду взгляд с воды. Слегка опешив от неожиданности, Люциан снова перевел вопросительный взгляд на девушку, затем посмотрел в воду, тут же ужасаясь, ведь вместо него в луже отражался Кай! Это уже ни в какие ворота не лезет! Что за извращённая лужа?!           Пренебрежительно фыркнув, смотря прямиком в глаза отражению, Владыка Луны резко выдернул свою руку из слабой женской хватки и, поднимаясь на ноги, со всей злостью наступил на отражение Градоправителя в воде. Капли, разлетающиеся в разные стороны, издавали неприятные свистящие звуки, режущие слух. Ничуть не сожалея о соделанном, Люциан уже был готов развернуться и уйти прочь, но вдруг почувствовал настойчивое прикосновение к своему плечу и увидел тень зонтика, коим его только что заботливо укрыли.           — Владыка Луны, самовольно сбежав от нас, вы приняли решение поребячиться под дождём в компании прелестной дамы и даже не взяли меня с собой? Я крайне разочарован, — над ухом раздался смешок, в отражении же успокоившейся водной ряби Люциан увидел самого себя, с ребяческой ухмылкой и заинтересованным взглядом наклоняющегося к "Градоначальнику", бережно укрывая зонтом приятеля, которого, кажется, уже ничего не спасёт от мокрого, чуть потрёпанного вида. От удивления глаза Люциана расширились в несколько раз, что также повлияло на образ "Градоначальника" в отражении, чьи бездонные смоляные глаза тоже шокировано увеличились в несколько раз, повторяя за заклинателем. "Владыка Луны", покручивая зонтик в руке, тепло улыбнулся замешкавшемуся приятелю, что явно не знал об особенности дождей в Асдеме. Что ж, это станет интересным путешественническим опытом для Люциана.           Шёлковые дожди — именно так в демоническом городе зовут погодное явление, что сейчас бушевало во всю мощь на улочках. Маленькие, блестящие капельки, склеиваясь между собой, образовывали тонкие водяные ниточки, покрывающие всё пространство. Сплетаясь в незамысловатые узелки, эти тонкие канатики оседали на дорогах, из-за большого количества слоёв воды принимая вид совершенно обычных луж; незнающий человек никогда не смог бы отличить жидкость, созданную из шёлковых капель, от обычной. Однако эти маленькие блестящие клубочки имели одно очень интересное свойство — заменять отражение существа на того, кто вызвал у него самую большую бурю эмоций: будь то романтических, позитивных или гневных, презрительных. Увы, маленькие шаловливые капли никому не могли рассказать, какую именно природу чувств вызвало существо, чьё отражение показывалось в жидкости — это должен понять для себя сам хозяин.            Хотя всё же был один способ, о коем знали в большинстве своём только демоны — с помощью данных ниточек можно увидеть часть воспоминаний, из-за которых в воде появилось именно это отражение: стоит только пожертвовать жидкости немного своих духовных сил. Существа, знавшие этот секрет, старались никуда не выходить в сезон шёлковых дождей, ведь где это видано, чтобы каждый прохожий балбес мог заглянуть в твои самые сокровенные воспоминания и чувства, коим в такие моменты оказывается грош цена?!           Однако Кай, ничуть не стесняясь, позволил демонице, что тихо напевала себе что-то под нос, приложить палец с каплей духовных сил к отражению того, кого шёлковая нить выбрала центральным в его жизни — пусть знает, что Градоначальник не стыдится своих эмоций. С каждым мигом уставшее лицо женщины всё больше и больше покрывалось красными пятнами, природа коих была не очень ясна из-за макияжа: она испытывает страшный гнев или её душу захлестнуло волнами смущения?           Наблюдая за демоницей, чьё отрешённое лицо доселе не излучало никаких эмоций, но сейчас резко омрачилось алой краской, Люциан недоверчиво нахмурился: что ей нужно было от отражения с его личиной? И что такого она там увидела?! Однако прозвучавший совсем рядом голос отвлёк юношу от созерцания не очень приятной картины:            — Мода-а-ао, за что же ты так сильно меня возненавидел? — слащаво протянул Кай, смотря прямо в глаза своему промокшему насквозь отражению, и слегка насмешливо усмехнулся, поправляя чуть съехавший ворот своих тёмных одежд. Люциан, неосознанно повторив его действие, уставился недоверчивым взглядом мёдовых глаз на силуэт самого себя, что одной рукой поигрывал зонтом и улыбался. Что за очередная демоническая уловка! Почему вместо своего отражения в воде он видит Градоначальника, а вместо отражения Градоправителя — своё?!           Пока Люциан непонятливо смотрел то на два непонятных ему отражения в воде, то переводил недоверчивый взгляд на настоящего Кая, недовольно складывая руки на груди, мужчина решил воспользоваться выпавшей ему возможностью — подсмотреть воспоминания, из-за которых душа Люциана испытывала к нему больше всего эмоций. Хотя сердце этого заклинателя вряд ли испытывало хоть какие-либо эмоции к многим другим существам, всё же Градоправителю было интересно, что именно вызвало у юноши такой большой эмоциональный всплеск. Передавая в указательный палец немного силы, Кай нагнулся, не переставая укрывать товарища зонтом, чтобы тот не становился ещё больше похожим на какого-то призрака, облепленного со всех сторон своими мокрыми пшеничными волосами. Приложив палец к "своему" отражению, сложившему руки на груди, мужчина в предвкушении закрыл глаза, не став ничего объяснять вопросительно взирающему на него юноше.

***

            Очнувшись, Кай первым делом осматривается и слегка удивляется: его взору предстала картина, что он своими глазами наблюдал не так давно — большая комната, по углам украшенная всеразличными цветущими растениями, низкий деревянный столик с резными ножками, всюду разбросанные разноцветные подушки, да он с приятелями, что расположились по двум сторонам от стола. Это же было всего-лишь каких-то пару часов назад! Обдумывая свою догадку, Градоначальник пустил небольшой смешок, ведь, если он прав, то абсурдность всей этой ситуации нельзя передать никакими словами.           Именно в этот день Кай решил всё же использовать своё неистраченное желание, дабы пригласить Владыку Луны выпить с ним, однако, едва услышав их разговор, к компании тут же присоединился недовольный Эриас, что чуть ли не жизнью клялся, что ни в коем случае не оставит Люциана с таким чудовищем, что несмотря ни на что пойдёт с ними, дабы приглядывать за своим другом. Посчитав эту идею неплохой, юноша согласился с компанией своего телохранителя, ведь после прошлых питейных развлечений с Градоначальником Владыка Луны не помнил почти ничего, вдруг он творил непозволимые вещи? Кто-то должен за ним присмотреть, ведь, зная хитрость Градоправителя, придётся выпить большое количество алкоголя за короткий промежуток времени.           И да, в этот вечер алкоголя и правда было много, что уж греха таить, на любой вкус и цвет. Выпивая согревающую жидкость бокал за бокалом, знакомые весело проводили время за праздными разговорами, рассказывая друг другу истории из жизни и всеразличные (порой несмешные) анекдоты. Кай, вальяжно развалившись на подушках, заканчивал потягивать очередной бокал своего любимого вина, краем уха слушая очередную выдуманную Хаски историю, что якобы была его жизненным опытом. Решив, что слушать столь откровенную ложь без чего-нибудь вкусного невозможно, мужчина лениво потянулся к столу, даже не думая о том, что выбрать из закусок, ведь это было предельно ясно: конечно же то, за что первым ухватится рука.           Люциан, однако, вслушиваясь внимательно в рассказ знакомого, не мог ему не сопереживать  — это же какой ужас! Бедный Хаски! Владыка Луны искренне надеялся, что богу больше не придётся сталкиваться ни с чем подобным, такую трагедию и врагу не пожелаешь пережить. Обернувшись на товарищей, юноша заметил, что они не разделяют его позицию — Эриас выглядел так, будто вот-вот хорошенько треснет горе-рассказчику, снова не веря ни в единое слово, что слетало с этих лживых губ божества, но, видимо, вкусная выпивка удерживала его от рукоприкладства, заставляя лишь кидать презрительные взгляды и пренебрежительно фыркать на особенно трагичных частях рассказа. Кай же, в отличие от заклинателя, не выражал даже негативных эмоций, покачивая чарку с вином в одной руке и держа в другой палочку с свежими фруктами, обильно политыми карамелью. Понаблюдав за товарищем несколько минут, Владыка Луны решил, что так дело не пойдёт — нужно обязательно влить Градоначальника в обсуждение! А то что это за беспредел: сам позвал выпить, а теперь сидит, будто не имеет к их компании вообще никакого отношения?           Пересев на соседнюю подушку, справа от Градоправителя, Люциан слегка толкнул приятеля в бок, обращая внимание того на себя. Вопросительно-заинтересованный взгляд не заставил себя долго ждать: детское любопытство взяло верх над Каем, заставляя его улыбнуться краешком губ. Поднося чашу с фруктовым вином ко рту, Владыка Луны кивнул головой в сторону Хаски, задавая немой вопрос. Даже без слов поняв, о чем его спрашивал заклинатель, мужчина неодобрительно покачал головой, переключая своё внимание к ароматно пахнущей палочке с фруктами.            Немного возмутившись тем, что его, можно сказать, тактично проигнорировали, Люциан был готов идти напролом: нужно отомстить этому демону за то, что смел так обращаться с самим Владыкой Луны! Не придумав ничего лучше, чем обратить свой взгляд ровно на тоже самое, что захватило внимание Градоначальника, юноша быстро придумал план действий: смотреть, поджидать момент и отнимать. Отличная идея!           Пару минут наблюдая за тем, как Кай небрежно вертит в руках шпажку со сладостью, потягивая очередную чарку вина, Люциан также не сводил взгляд с лакомства и, когда, наконец наигравшись, демон начал поднимать угощение выше, намереваясь откусить, Владыка Луны понял — пришло время для фазы "отнимать"! Не давая себе ни секунды на раздумья, юноша чуть наклонился и, обхватывая значительную часть фруктов губами, быстро стянул их с палочки, активно пережёвывая. Заплутавший в своих мыслях Градоначальник совсем не ожидал такого нападения исподтишка, его тёмные брови устремились вверх, глаза же, в коих заплескался азартный огонёк, смотрели на довольного своей шалостью юношу, уплетающего сладость за обе щеки. Облизнув губы от удовольствия, Люциан посмотрел в ответ на приковавшего всё свое внимание к нему Градоправителя, взглядом будто говоря ему: "И что ты мне сделаешь?"           Сестрица-память услужливо подкинула воспоминание о их недавней прогулке, а именно о мёдовом карпе, что Владыка Луны тоже так желал отнять у Кая. Понимая, что если выпивший Люциан захотел отнимать еду  — он её отнимал, мужчина решил в этот раз просто сдаться и отдать недоеденную палочку с лакомством на растерзание этому шаловливому заклинателю, беря со стола другую попавшуюся под руку еду.           Юноша же, замечая, что его план не принёс должных результатов, задумчиво нахмурился, но всё не переставал жевать сладкие фрукты с атакованной им ранее шпажки. Переводя затуманенный взгляд на сидящего напротив Хаски, что под звяканье своих золотых украшений упорно пытался доказать Эриасу правдивость каждого своего слова, Люциан пустил смешок, слишком уж забавной казалась представшая перед ним картина: часто ли вы видите бога Обмана, доказывающего правдивость своих слов упрямому заклинателю? Даже если да, данная ситуация не становилась менее забавной от этого факта.           Полюбовавшись спором своих друзей и прикончив шпажку с угощением, Люциан решил не отступать от своей шалости после первой же неудачи, краем глаза замечая, что Кай взял с тарелки последний персик и, заливая в себя очередной стакан спиртного, медленно откусил часть фрукта, также созерцая комичную картину перед глазами. Переводя взгляд на мягкий персик, Люциан подумал, что откусить его вдруг стало его первостепенной задачей: ну а почему бы и нет? Он же не виноват, что Кай забрал последний фрукт, может быть, Владыка Луны больше всего на свете хотел съесть именно этот плод? Подавшись вперёд, юноше снова удалось провернуть свою небольшую шалость, не встречая никакого сопротивления. Кажется, будто Градоправитель знал, что заклинатель просто так не оставит попыток выхватить его еду, поэтому чуть подыграл ни о чём не подозревавшему Люциану.           В следующий раз, приблизительно через полчаса, Владыка Луны снова хотел повторить свой фокус, ведь, если жизнь даёт тебе лимоны, делай из них лимонад, верно? Верно. Нацелившись на аппетитно пахнущую булочку в руках Градоначальника, юноша снова сделал тактический выпад! И... Столкнулся с мясом?! Так нечестно! Почему этот демон решил отведать мясную выпечку именно сейчас?             Ненадолго откланявшись перед товарищами и спешно покинув помещение для того, чтобы в одиночестве сплюнуть неприятную начинку, Люциан невольно начал обдумывать произошедшее: каждая его "атака" не встречала даже мало-мальского сопротивления, Кай явно наслаждался представшим перед ним зрелищем, даже если приходилось пожертвовать едой, а значит... Он взял именно эту булочку специально? Да как так можно! Это уже ни в какие рамки не лезет! Обжигающая злость, начинавшая закипать глубоко в сердце, волнами захлёстывала сознание Люциана, побуждая потечь за собой маленьким ручейкам возмущения, презрения и ненависти. 

***

      Покинув сознание товарища, Кай всё равно не чувствовал ни единого угрызения совести за свой поступок — кто заставлял Владыку Луны так бесстыдно воровать еду прямо у него из под носа, зная, что стол полон угощений? Око за око, зуб за зуб, уважаемый заклинатель. В реальном мире прошло, наверное, всего лишь десять секунд, так что Градоправитель решил, что можно и не раскрывать маленький секрет шёлкового дождя своему пьяному товарищу — всё равно тот на утро ничего не вспомнит.              — Модао, не знал, что тебя так задела моя детская шалость, — окончательно собравшись с мыслями, Градоначальник хмыкнул, поддерживая под локти опешившего товарища и не давая ему упасть в воду, — Неужели из-за этой маленькой шутки ты будешь ненавидеть меня до скончания своих дней? Я же не обиделся на тебя за то, что ты так и норовил вырвать еду у меня прямо изо рта, — усмешка украсила лицо демона, стоило ему вспомнить о том, как по-ребячески ведёт себя Люциан, когда пьянеет. О, это зрелище явно стоит один раз увидеть, чем сто раз услышать.            Непреступный, спокойный, окружённый светлой энергией всеми уважаемый заклинатель. «В кого же он превращается в пьяном бреду?» — спросите вы. «В капризного и властного похитителя чужой еды,» — хохоча, ответит вам низкий голос.            Возможно, вы посчитаете это хорошим анекдотом, смеясь над ним, как над чем-то ужасно глупым, но от этого столь смешным, но всем же известно, что в каждой шутке есть доля правды?