Rehabilitation

После того, как Эндрю подъезжает к клинике, а именно к реабилитационному центру, как это место назвала Би, которая на данный момент сидела на водительском сиденье, выруливая на парковку, вместе с сумкой наперевес и подкрадывающейся ломкой, Миньярд понимает, что это на самом деле реальность, а не его масштабная галлюцинация. Возможно, чувство скорой свободы на то, что все может быть хорошо так скручивало его желудок, а может быть это просто его тошнит от того, что он принял свои таблетки пять часов назад, но надежда, такая ужасающая и неправильная медленно расползалась у него внутри. После того, как Би разобралась со всеми документами и на прощание улыбнулась, Эндрю уводят в его палату, которая не была чем-то необычным. Просто белая. Просто с двумя кроватями, возможно не такими удобными, но терпимыми. Просто с мятно-зеленым, не бросающимся в глаза постельным бельем и маленькой зеленоватой тумбочкой с одним ящиком для личных вещей, которых у Эндрю почти нет. Что ж. Это хотя бы не кислотно-оранжевый, который в Пальметто повсюду слепит глаза. Ему выдают сменную одежду и ведут к душевым, в которых, что удивительно, есть кабинки. Эндрю ловит себя на мысли, что ожидал решетки на окнах и смирительную рубашку. Видимо, колония для несовершеннолетних оставила на нем свой отпечаток. Проходить через ломку в первые дни ужасно и отвратительно. Эндрю выворачивало наизнанку, колотило, а тело казалось чужим. Он невольно вспоминал Аарона, стучащего по двери ванной в Колумбии и содрогался от этих мыслей, снова и снова склоняясь над унитазом на холодном полу. Дальше стало проще. Ему приносили таблетки, которые он покорно выпивал, но Эндрю на самом деле не знает, для чего они, потому что ни лучше, ни хуже от них не становилось. Постепенно все начало налаживаться, его организм стал привыкать, но слабость во всем теле иногда давала о себе знать. Впрочем, все лучше, чем галлюцинации и пляшущие звезды перед глазами от наркотиков.

***

Проходит несколько дней, прежде чем к нему в палату приводят соседа. Парень, примерно его возраста, весь перевязан, но больше всего – ноги. Его катят на инвалидной коляске. Эндрю понимает, почему Би назвала больницу «реабилитационным центром». В этом месте собраны разные случаи заболеваний и прочего. Проходя по коридору, он так однажды наткнулся на слепую девочку, а напротив его палаты находится комната, в которой лежит парень со сложным переломом. Он уже не раз сравнивает больницу с Пальметто, в котором также собираются безнадежные люди, которых потрепала жизнь. Тем не менее, Би говорила, что это место безопасное и надежное. А Бетси Добсон была одной из тех людей, кому Эндрю мог доверять. Поэтому, он готов оставаться здесь столько, сколько потребуется. – Итак, Эндрю, знакомься, это Нил, – медсестра, Беки, как помнил Эндрю, хотя, даже если бы захотел, он бы не забыл. Она была доброй и всегда игнорировала его злобный взгляд. Эндрю думает, что Беки не так плоха, – Вы будете тут жить вместе, и, я надеюсь, – Беки со всем своим недовольством посмотрела на Эндрю, – Что никаких угроз смерти и поножовщины вы тут не устроите. Беки дождалась пока Эндрю лениво на нее моргнет, а после махнет рукой, и ушла. Парень, Нил, аккуратно встал с коляски, упираясь руками в подлокотники и, как можно больше перенося вес на них, пересел на кровать. Нил заметно отдышался, и Эндрю понял, что его руки также были забинтованы. – Суицидник? Эндрю озвучил свою мысль быстрее, чем мог ее обработать в голове. Возможно, не стоит задавать такие вопросы потенциальным самоубийцам, но вряд ли этого парня поселили бы сюда, если бы это действительно было так. Нил взглянул на Эндрю нечитаемым взглядом, а у Миньярда дыхание перехватило. Его привлекли скорее не повязки на лице парня, а его глаза. Пронзительно голубые глаза, которые смотрели на него с укором. – Нет. Прохрипел Нил. Кажется, он недоволен чем-то. – Что же тогда с тобой произошло, Нил? Эндрю задал вопрос, потому что ему действительно было слишком любопытно. Нил заметно вздрогнул, а после перевел взгляд на руки. Он не ответил. Эндрю не стал настаивать, возвращаясь к потрепанному экземпляру «Смерти на Ниле».

***

Как оказалось, жить с Нилом не так уж и плохо как минимум, потому что в основном их времяпровождение основывалось на тишине. Эндрю было все равно на него. Нилу, кажется, было все равно на Эндрю, и всех все устраивало. Единственное, что не давало Миньярду покоя, это то, что же все-таки произошло с этим парнем. Все его тело было в бинтах, а передвигался он так медленно, как только мог. Каждое движение, если судить по отдышке, причиняло нестерпимую боль. Аманда, еще одна медсестра, которая нравилась Эндрю меньше, чем Беки, но была такой же строгой и настырной, давала Нилу таблетки и каждый раз смотрела на него извиняющимся взглядом, который Нил здорово игнорировал. Насколько Эндрю мог судить, эти препараты не то, чтобы помогали. Иногда Миньярд начинал странные разговоры, потому что ему было очень скучно, а в больнице были только ужасные, потрепанные книжки и журналы, которые явно не развлекали, и явно не такой скучный Нил, сидящий перед ним и разглядывающий свои руки, так что выбор был очевиден. Когда Эндрю начинал такие разговоры, он невольно вспоминал Рене, с которой они точно также обсуждали зомби-апокалипсис и другую странную чушь, понятную лишь им. И было интересно узнать мнение Нила. Нил сам по себе был достаточно интересным. – Почему ты здесь? Нил однажды спросил его, когда Эндрю в очередной раз вернулся с капельницы, после которой у него были ужасные ощущения зуда и онемения. Он никогда не любил оголять руки перед кем-то. Делать это перед врачами и медсестрами оказалось еще омерзительнее. Эндрю пожал плечами. – Я скажу тебе, если расскажешь, что с тобой случилось. Нил помолчал, а после, отведя взгляд, кивнул. – Ладно. – Меня снимают с таблеток. Наркотики, которые должны были помочь мне быть стабильным, – он не сдержался и поморщился от воспоминаний о галлюцинациях, которые постоянно преследовали его. Нил удивленно взглянул на Эндрю и нахмурился. – Почему тебя вообще на них посадили? – Это уже второй вопрос. Нил вздохнул. Закрыл глаза. – Отец пытался убить меня. Эндрю косо взглянул на Нила. Кивнул. Такой правды ему тоже достаточно, но это не значит, что интереснее не стало.

***

После этого игра в вопросы превратилась во что-то, что их развлекало постоянно. – Что ты сделаешь, когда выйдешь отсюда? Эндрю задумался. – Съем столько мороженого, сколько влезет. Нил издал звук отвращения. – Фу. Эндрю вскинул бровь. – Хорошо. Что тогда ты сделаешь, когда выйдешь отсюда? Нил перевел взгляд на свои руки, его глаза заметно потемнели. – Не уверен, что выйду. Эндрю нахмурился, разглядывая то, как Нил печально разглядывал свои ноги, прикрытые больничным одеялом.

***

После того, как Миньярд достаточно очистился, чтобы быть в здравом уме постоянно, но все еще слаб, чтобы покинуть центр, ему доверили телефон. Какое счастье, подумал Эндрю, когда ему позвонил Ники. – Эндрю! Как твои дела? – Было превосходно, пока ты не позвонил. – Бука. Ой, Кевин хочет поговорить с тобой. – Не давай ему трубку. – Поздно! – Эндрю. На том конце провода послышался голос Кевина. – Кевин. – Ммм, как твои дела? – Что ты хочешь, Дэй? При этих словах Нил на другой стороне палаты вскинул голову и пристально посмотрел на него. – Когда ты выйдешь? – До конца каникул. Я уже говорил тебе это. – Ты же сможешь тренироваться, да? Мы... – Кевин. Если ты начнешь свою болтовню об экси... Нил теперь вообще не отрывал взгляда от него. – Но... – Пока, Кевин. Эндрю сбросил трубку и, не успел он выключить телефон, как Нил задал ему вопрос. – Ты играешь в экси? Эндрю посмотрел на него. – Да. – С Кевином Дэем? – Не говори, что ты очередной экси-наркоман. Нил фыркнул. А после пробормотал: – Интересное совпадение. Миньярд косо на него взглянул и начал отвечать на сообщения Рене, которая спрашивала Эндрю о том, как он себя чувствует.

***

– Итак, поздравляю, ты полностью чист. Завтра мы тебя выписываем. Беки мягко улыбнулась Эндрю. Он просто безразлично посмотрел на нее в своей обычной манере. Она только улыбнулась ему еще шире, а потом повернулась к соседу Эндрю. – О, и, Нил, завтра у тебя тоже важный день. Первая физиотерапия. Будем ставить тебя на ноги. Нил вскинул голову и кивнул, сжимая руками простыни. – Пока, мальчики. Беки еще раз улыбнулась им и ушла. Нил взглянул на Эндрю. – Ты уезжаешь. – Очевидно. Нил продолжал смотреть на него, закусив губу. – Мне будет не хватать тебя. Эндрю не признается, что эти слова что-то с ним сделали, но его сердце подпрыгнуло и забилось сильнее. Он кивнул и продолжил смотреть на Нила. А Нил продолжал смотреть на него. – Наверняка найдется какой-нибудь идиот, который разделит с тобой палату, – Эндрю тихо сказал, глядя прямо в глаза Джостена. Нил чуть наклонил голову. Улыбка тронула его губы. – Не думаю, что есть кто-то похожий на тебя. Эндрю бы рассмеялся ему в лицо, если бы был под таблетками. – У меня есть брат-близнец. – О. Лицо Нила было настолько удивленным, что Эндрю фыркнул на это.

***

Миньярду отдали его вещи, в том числе и повязки с ножами, чего ему не хватало все то время, проведенного в клинике. Он переоделся в небольшой комнате с туалетом и раковиной, вышел из нее и посмотрел на заметно погрустневшего Нила, который, закусывая губу, смотрел в окно. – Нил. Парень обратил внимание на Эндрю, впиваясь взглядом своими огромными, прекрасными глазами. – Я могу приезжать сюда. Если хочешь. Глаза Нила расширились, и Эндрю начал беспокоиться, что они вот-вот выпадут. Или Нил расплачется. Он кивнул, смотря на Эндрю так, будто он – все в его маленьком, крошечном мире. Так Аарон смотрит на Кейтлин, пока та не видит. Так Ники смотрит на Эрика, когда тот приезжает из Германии. – Да. Выдал Нил хриплым голосом и улыбнулся так, что его раны, уже не прикрытые повязками, натянулись. Эта улыбка казалась такой искренней и нежной, что Эндрю захотелось отвернуться. Он такого не заслуживает. – Я буду очень рад видеть тебя снова, Эндрю.

***

И Эндрю приезжал. Много-много раз. Просто сидел рядом с Нилом или ходил с ним на физиотерапию, чтобы держать его за руки, пока Нил медленно, через боль и слабость, учился ходить заново. – Ходить вы сможете. Просто с тростью. Иногда без нее. Медленно, но верно, мистер Джостен. Сказал тогда доктор Томпсон, врач, который курирует Нила, поддерживающе улыбаясь.

***

– Нил. – Мм? Глаза Нила встретились с глазами Эндрю. – Расскажи мне. И Нил понял. Об отце. О бегах. О матери. Он все ему рассказал. О шраме от утюга, о пуле чуть выше сердца, о дяде, который его спас. О том, что играл в экси в малой лиге. С Кевином, с Рико. О том, что принадлежал Воронам, но дядя Стюарт смог договориться, поэтому Нил, Абрам, свободен. По-настоящему свободен. Эндрю узнал все. А в ответ Нил услышал истории о приемных семьях, Аароне, Тильде, Ники. Дрейке и наркотических таблетках. Правда за правду. Истина за истину. Шаг за шагом. Доверие за доверием.

***

Эндрю давно думал об этом. Прошло несколько месяцев, и Нила скоро выписывают из больницы. Дядя Стюарт отослал ему кучу денег, как на лечение, так и на дальнейшее проживание, хотя в папке Нила наверняка содержится сумма, на которую он сможет шиковать всю оставшуюся жизнь. Но Эндрю не давала покоя одна мысль. – Не хочешь побыть помощником тренера по экси? Глаза Нила расширились. Его губы шевелились, но не издавал никаких звуков. –...Дрю...это... Эндрю продолжал смотреть на его попытки собрать мысли, постукивая пальцем по колену. – Подумай об этом. Ваймак наверняка не захочет терять такое золото. Нил продолжал смотреть на него с самой яркой улыбкой на губах, которую когда-либо видел Эндрю. – Хорошо. – Хорошо? Эндрю переспросил. – Да. Хорошо. Нил продолжал пялиться. – Я хочу тебя поцеловать. Ну и кто такой Эндрю, чтобы отказывать? Они встретились где-то посередине. Губы Нила казались горячими. Сначала это было похожим на борьбу, на вдох воздуха после того, как надолго нырнул в воду. Они встречались вместе, а потом распадались снова до тех пор, пока поцелуй не превратился во что-то более мягкое и нежное, во что-то, что, Эндрю думал, у него никогда не будет.

***

– Я Дэвид Ваймак. Можно просто тренер. Можно просто Ваймак. Он протянул руку. Нил улыбнулся и, опираясь на трость, пожал грубую руку тренера. – Нил Джостен. Ваймак хмыкнул. – Надеюсь, Эндрю прав насчет тебя, парень. – Не сомневайтесь, тренер. Нил интересный, – сказал Эндрю, который стоял рядом с Джостеном. Ваймак снова хмыкнул и повел их к корту. – Пойдем, познакомлю тебя с командой. Они прошли через комнату для интервью и трибуны, попадая прямо к полю. Ваймак громко постучал по плексигласовой стене, чтобы привлечь внимание игроков. – Все сюда, балбесы! Лисы были такими же, какими Нил видел их в играх. Ссорились между собой и не отличались особым мастерством, но выделялись энтузиазмом. – Знакомьтесь. Это Нил Джостен. Теперь он мой помощник и по совместительству ваша нянька. Нил улыбнулся. Лисы стояли в шоке. Кевин подавился воздухом, как только увидел, кто стоит перед ними. Прошло столько лет, но эти волосы и глаза не спутать ни с чем. Эндрю стоял со скучающим лицом, поддерживая Нила за спину, чтобы тот, если что, не споткнулся. Кажется, это начало чего-то нового. Жизнь. Лисы. И Нил, который тепло ему улыбается каждый раз.