Неидеальные мироходцы.

— Я же гениальный учёный! Как я могу быть неидеальным? Я же лучший... Лучший Джон Дейви Харрис, который.. Тишину в комнате прерывают чужие возгласы, а после они обрываются, и прорывается тихий всхлип, который постепенно заменяется на более громкие и осмысленные, не собирающиеся прекращаться. Холодные слёзы стекают по щекам и падают на кафель лаборатории в каком-то карманном измерении. Никто не увидит эти слёзы. Да и даже если увидит, то кому будет не плевать? Великий учёный, которого никто не ценит. Все его близкие отвернулись от него, а любимая сестра просто.. умерла. Бренное тело падает на пол, истерика не прекращается. Он ударяет кулаком по столу, от чего какой-то предмет скатывается на пол к нему. Скальпель? Держа его в руке и рассматривая, шатен впадает в раздумья. Парень часто занимался самоповреждениями, но это никогда не было привычными для всех порезами. Он всегда был всей головой в работу, не обращая внимания ни на что, забывая про сон, еду и другие потребности. Так почему ему сейчас настолько больно, что он не может просто уйти в работу, как обычно? Из-за кого ему сейчас так паршиво?

Точно. Только один человек виноват в его боли, кроме самого Харриса.

Лололошка... его альтер эго, которое ужасно ценят в этой реальности и его рвутся спасти.. почему именно его? За что он заслужил эту любовь публики? Почему, даже в чужой реальности, он смог завести верных друзей, которые готовы на всё ради него? Неужели сам Джон Дейви Харрис завидует? Сам того не замечая, Джон сжимает скальпель в руках чуть сильнее, чувствуя, как костяшки на руке краснеют. Приподымая рукав своего белого халата. Он медленно подставляет лезвие к руке. Дыхание сбивается, тело слегка трясёт. Учёный, который доводит всех и вся, которого все ненавидят и презирают, сейчас сидит и рыдает просто из-за того, что остался один? Какой идиотизм. Не справляясь со всеми этими навязчивыми мыслями в голове, JDH начинает делать обрывистые движение по руке, не особо обращая внимания на реальный мир. Слёзы на глазах мешают нормально воспринимать реальность сейчас. Кровь с рук капает на кафель, сочетаясь там со слёзами, создавая красивую, но до ужаса странную картину. Раны постепенно раскрываются, можно легко рассмотреть слой кожи, но этого не достаточно. Джон режет ещё и ещё, не беспокоясь ни о чём – он бессмертен, так почему же он должен волноваться, если ненароком вскроет свою вену? Плевать, если останутся шрамы. В любом случае другим людям будет просто всё равно на него. Его боятся, им восхищаются, но… на самом деле его все ненавидят. Человек, который больше всех живых существ  ненавидит Джона – он сам. В этом он никогда никому не признается, даже самому себе. Самобичевание продолжалось ещё пару минут, пока его рука не стала похожей на руку гниющего трупа. Боль успокаивала, хотелось большего, но.. он слишком долго ведёт себя как маленькая депрессивная девочка. Нужно привести себя в порядок. Нельзя проявлять эмоции, он должен быть идеальным. Никто не примет его, если он снимет с себя маску. Никто не должен увидеть его таким.. слабым. В этом он точно уверен. Никому нельзя доверять. Он не хочет снова оказаться преданным.

***

С того момента прошло дня 3, если не больше. Срывы не повторялись – всем нужен был учёный под рукой, чтобы он помогал вернуть Лололошку обратно. Джон не понимал, за что такая честь Лололошке, почему все делают всё за него? Этот глупый мироходец же ничего не стоит.

Так почему же гениальный учёный сам захотел помочь ему?

Что он чувствует к нему?..

И вот настало мгновение, когда Лололошка выходит через портал. Окетра, Райя, Джодах – все они рады. Парень в голубой одежде также искренне счастлив увидеть своих друзей после долгой разлуки, но стоит ему заметить Джона, как улыбка спадает с лица сначала с голубоватого парня, а после и с лица Джона. JDH'у неприятно, что тёзка относится к нему так холодно. Даже не соизволил обнять. Почему учёному сейчас так хочется прикоснуться к тому, кто его открыто ненавидит? Что это за странное чувство к..

«Ты это заслужил. Тебя никто никогда не полюбит искренне».

Застолье за столом. Глаза Джона не сползают с Лололошки, которому, кажется, становится тут скучно? Он и правда изменился с их последней встречи. Стал увереннее в себе, стал больше язвить и отстаивать свои права, что удивляло всех за столом. Кажется то, что он начинал вспоминать пошло ему на пользу. Джон находил то, что мироходец стал сильнее морально хорошим знаком, но почему его друзья будто бы были против того, что он стал более ответственным? Кажется, Лололошка стал вспоминать больше подробностей про людей вокруг себя, от чего его лицо холодело. От воспоминаний было.. мерзко. Плевать, Джон потом обратит на взаимоотношения Лололошки с этими людьми больше внимания. Надо идти по плану. Перемещение в другой мир, не смотря на скинтонитовый браслет и начало томного ожидания своего альтер эго. — Conseco. Лололошка оказывается в каком-то кафе перед Джоном, который, не говоря ни слова, попивал клубничный коктейль. Заметив тёзку, JDH сразу же натянул улыбку, начиная свой монолог, как ни в чём не бывало. Ему кажется или взгляд у Лололошки смягчается, когда тот смотрит на него? Это приятно осознавать. Посреди диалога, ученый как обычно делает колесо, не желая оставаться на одном месте, от чего его рукава слегка невзначай приподымаются, а последствия прошлого срыва становятся видны. Поняв, что произошло, Джон кидает взгляд на Лололошку, пытаясь прочитать его эмоции, надеясь, что тот ничего не заметил. Лололошка казался удивлённым..? Впервые ученый не рад тому, что его осматривали. Его неидеальную сторону заметили. «Чёрт, чёрт, чёрт, Джон! Как ты мог так оплошаться? Погряз в свои мысли и забыл обо всём в присутствии этого мироходца. Ты полный идиот. Вдруг он подумает, что ты таким способом давишь на жалость? Что теперь говорить Лололошке? Что…» Размышления учёного прерывают тем, что его вовлекают в объятья. Простые, тёплые, но донельзя крепкие. Лололошка стоит, ничего не говоря, немного утыкаясь носом в чужую шею. Слова для них были излишне сейчас. Джону хотелось оттолкнуть его от себя, сохранить горделивую маску, но что-то остановило его. Впервые он почувствовал что-то настолько тёплое, что могло напоминать ему его единственного человека, который знал его настоящего. Издав еле слышный смешок, Джон сдаётся и обнимает своё альтер эго в ответ. Он сжимает парня в своих руках, боясь, что тот сейчас оттолкнёт от себя, начнёт смеяться над ним, возненавидит ещё сильнее и осудит, но Лололошка лишь держит шатена в своих объятьях, медленно приподымая свою руку и зарываясь в чужие волосы, поглаживая макушку «лучшей версии себя». Лололошка принял его. Он принял его без маски, неидеального, со своими проблемами и загонами, позволяя ему быть собой и не скрывать настоящих эмоций. Невозможный мироходец, кажется, полностью потеплел к учёному, когда тот неосознанно показал себя с другой стороны. Они, конечно, обсудят это потом, но сейчас Джон лишь успокаивался в его объятьях, постепенно понимая, почему он захотел помочь ему, почему так хотел прикоснуться к нему, и почему он хочет остаться с этим парнем как можно дольше, завлекая в новое путешествие.

Он готов открыться этому невозможному мироходцу.

Нарциссичный учёный и правда влюбился в своё альтер эго, но ещё не скоро признается в этом хотя бы самому себе.