Правда или действие, Му Цин?

Каникулы длинною казалось в вечность заканчивались, уже буквально завтра в их жизни появятся проблемы, работа, обязанности и ещё многое. Не то что б все были сильно расстроены, конечно если не брать в счёт Пэй Мина который весь день ходил и ныл. Ши Цинсюань так же немного взгруснул, но проникнуть ему не дал Хэ Сюань, все потому что он пообещал ему сходить к психиатру. Наконец то тема с его расстройством закончилась, и они смогли нормально поговорить. Се Лянь и Хуа Чэн наконец то перешли на некий новый уровень отношений, их разговоры зашли в русло семейной жизни, оба очень хотели жить вместе, наконец то разделять бытовые проблемы между собой, проводить вечера вместе, спать на одной большой кровати, и многое другое. Му Цин наконец то дописал заветную книгу, которую спрятал к себе в сумку, так скажем на сбережение и подальше от лишних глаз, и очень надоедливого Фэн Синя. Тот постоянно спрашивал о книге, и очень хотел почитать о чем там написано, но в конце концов остался без книги в руках, и с недовольным Му Цином. —И так дорогие мои друзья, сегодня последний день нашей крутой посиделки в этом прекрасном коттедже!—Юноша поднял бокал—Давайте же выпьем в честь этого момента! —Полностью согласен, давайте выпьем!—ПэЙ Мин так же поднял бокал, и цокнулся с другом. —Что ж, было очень весело.—Фэн Синь взяв свой бокал с вином так же поднял его, и цокнулся с ближе сидящим Пэй Мином, а потом и с Ши Цинсюанем. Остальные так же подняли свои бокалы, и под голоса и смех друзей стали выпивать. Время близилось к 11, сегодняшний день прошел так же весело как и предыдущие. Се Лянь для воспоминаний собрал ракушки, и сделал каждому по подвеске. Он проткнул ракушки небольшой иголочкой, и продел туда ниточки. Парням очень понравилось, и под явные довольства, и разговоры Се Ляня обняли. Юноша ходил и собирал ракушки разных цветов, дабы они максимально подходили под человека. Хэ Сюань получил черную ракушку, она отлично сочеталась с его характером, и скудной цветовой палитрой одежды. Ши Цинсюань получил голубую как небо ракушку, она отлично подходила ему, ведь юноша был таким же нежным как облака, как последняя светлая тучка на темном полотне. Му Цин и Фэн Синь получили по жёлтой ракушке, они олицетворяли великодушия и благородства. Пэй Мин получил ярко фиолетовую ракушку, так как он по своему характеру был независимый и мудрость, хоть с вторым тот был не сильно и согласен. Своему парню, Хуа Чэну, он подарил красную ракушку, именно она вызывала у него много эмоций, этот цвет по его мнению означал страсть, мужество. —Господи ты самый лучший друг в мире! Этот чистый белый цвет так мне идёт, Хэ как ты думаешь?—Юноша покрутиться рядом с парнем, и улыбнулся когда его парень кивнул, и притянув к себе стал шептать всякие нежности. —У нас обоих жёлтые, пф—Му Цин закатил глаза, и посмотрел в сторону Фэн Синя. Тот с удовольствием разглядывал ракушку. —Ага, кажется это круто?—Он посмотрел в сторону парня который ехидно улыбнулся, и неожиданно потрепал того по волосам.—Эй! —Да, кажется это очень круто. —Гэгэ, а какая ракушка у тебя?—Парень приобнял Се Ляня, и положил на его плече голову. —Ох, точно.. моя ракушка белая. Именно она хорошо сочетается с красной ракушкой.—Юноша немного поглаживая руку парня, поцеловал того в макушку. —Мм, знаешь что ещё красный означает?—Хуа Чэн приподнял голову, и посмотрел в глаза парня. —Что же? Надеюсь не что то плохое.. потому что тогда мне будет неловко, ведь именно я подарил тебе эту ракушку.—Просмеялся тот. —А вот и нет, красный цвет это символ удачи, счастья и процветания, так что я очень хотел бы увидеть этот цвет и на тебе. —Саньлан! —Ну и голубки, что ж такого этот Хуа Чэн сказал ему, что Се Лянь покрылся красными пятнами.—Просмеялся Пэй Мин, и ударил локтем Фэн Синя под ребро. Тот лишь пожал плечами. —Даже знать не хочу о чем эти двое воркуют, лучше уж застрелиться.—Юноша встал из за стола, и направился к выходу во двор.—Тут алкоголем на всю воняет, я пойду воздухом подышу. Пэй Мин со смехом покачал головой, провожая взглядом раздражённого юношу, который покинул комнату. На улице Фэн Синь глубоко вдохнул, позволяя солоноватому морскому воздуху освежить его после удушливой атмосферы комнаты. Он прикрыл глаза и ещё раз вдохнул, чувствуя, как прохлада и аромат моря обволакивают его, проникая в каждую клеточку, заставляя забыть о хлопотах дня. Внезапно чья то рука легла на его волосы, и немного потрепал их. —Эй! Я только сделал нормальный хвостик!—Юноша повернул голову и увидел Му Цина, тот с улыбкой посмотрел на него и засмеялся. —Распусти волосы.—Юноша подошёл поближе и обнял Фэн Синя со спины положив голову ему на плече. —Зачем?—Неожиданные объятия немного взбудоражили, причина была ясна, ведь он очень редко мог подойти и вот так обняться.—Ты сильно выпил что ли? От тебя вином за километр прёт. Му Цин что-то лишь промычал вместо ответа. Фэн Синь глубоко вздохнул и понял что смысла спрашивать нет, и положил свою ладонь на руки парня. Му Цин чуть крепче прижался, не поднимая головы с плеча Фэн Синя, будто бы пытаясь спрятаться от всех вопросов и всего мира в этом мимолётном моменте. —Не знал что когда ты выпьешь можешь быть таким.—С улыбкой пробормотал Фэн Синь.—С чего бы такая щедрость,м?—Юноша повернул голову и поцеловал парня в висок. Му Цин, не отрываясь, тихо ответил, почти шёпотом: — Иногда… хочется просто тишины и спокойствия—его голос звучал чуть глуше, чем обычно, в нём не было ни колкости, ни привычного сарказма. Фэн Синь на мгновение застыл, а затем, словно поддавшись безмолвному согласию, разжал волосы, позволяя прядям свободно упасть. Му Цин чуть заметно улыбнулся, хотя сам этого не видел — просто почувствовал, как Фэн Синь наконец-то позволил себе чуть больше расслабиться. —Му Цин.. —Сердце забилось сильнее, а ноги вот вот будто бы перестанут тебя держать. Одурманивающий и сладкий запах вина в перемешку с морским воздухом душил, обжигал лёгкие. На щеках выступила небольшая краснота, из за нее было чувство что щеки горят, полыхают ярким и обжигающим огнем. Юноша немного приподнял голову, и переместил свои руки с Фэн Синя. Быстро и грациозно, тот встал уже вперёд парня, и положил руки ему на плечи. Фэн Синь смотрел только на него, как тот смотрит на него своим обжигающим взглядом, будто бы Му Цин заглядывает прямиком в его душу. Он положил свои ладони на талию юноши, и подняв глаза в небо, такое чёрное но манящее своим видом, миллионы звёзд рассыпались по черному полотну, и только одна луна светила ярко-ярко. —Что такое Фэн Синь?—Му Цин тихо рассмеялся, но в его взгляде не было ни насмешки, ни привычного холодного оттенка. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними, так что их дыхание смешалось. —Я люблю тебя.—Жар быстро проступил по всему телу, из за чего юноша глубже вдохнул воздуха, дабы не сгореть.—Прости что так редко говорю тебе это, но я очень люблю тебя. На мгновение Му Цин просто смотрел на него, и на губах появилась едва заметная улыбка—такая робкая и хрупкая как хрусталь. — Ты даже не представляешь, как много для меня значат твои слова, — наконец прошептал он, и в его голосе прозвучало больше нежности, чем Фэн Синь когда-либо слышал от него. Му Цин сделал ещё шаг навстречу, и их лбы коснулись друг друга. Сердце Фэн Синя билось так громко, что ему казалось, юноша мог это услышать. Он почувствовал, как всё его существо наполнилось теплом. Му Цин мягко обнял его за шею, словно давая понять, что больше не нужно ни слов, ни объяснений. Море тихо шептало вокруг них, звёзды светили над головой, и весь мир, казалось, замер, чтобы стать свидетелем этого момента. Фэн Синь поддался и оставил нежный поцелуй на сладких губах парня. Но хитрый взгляд Му Цина дал понять что ему мало, критично мало, хочется больше. Парень сильнее сжал его шею, и уже сам стал целовать, не нежно, не ласково. Это было скорее чем то властным, чем то большим чем просто поцелуй. Фэн Синь сначала растерялся, но быстро поддался этому напору, ощущая, как в нём вспыхивает ответная страсть. Руки сами скользнули на бедра Му Цина, и он притянул его ближе, будто пытаясь ещё сильнее сократить то малое пространство, что их разделяло. Вкус вина, солёный запах моря и тепло, исходящее от тела Му Цина, смешались в голове, и юноша позволил себе забыть обо всём на свете. —Я тоже люблю тебя.—тихо прошептал Му Цин, на его губах играла лёгкая, почти дразнящая улыбка.—Кажется я видел как ты тоже выпил. —Кажется да.—Согласился тот, и обнял юношу.—Но вино на твоих губах было намного вкуснее. —Мм, да что ты.—Улыбнулся тот, и нырнул одной рукой в распущенные волосы Фэн Синя. Фэн Синь и Му Цин одновременно отпрянули друг от друга, когда услышали голос. Ши Цинсюань, с широко раскрытыми глазами и легким румянцем на щеках, явно смущённый тем, что оказался невольным свидетелем их момента. Он нервно махнул руками, делая шаг назад. —Ой-ой, извините! Я… я просто… искал вас, но, кажется нашел не вовремя!—Пробормотал он, немного заикаясь от смущения, но не удержавшись от едва заметной улыбки, промелькнувшей в уголках губ. —Да нет, ничего, Ши Цинсюань, всё нормально— ответил он, усмехнувшись и уже отпустив Му Цина, который лишь молча смотрел в сторону, будто стараясь скрыть лёгкий румянец. — Ну… тогда, пожалуй, оставлю вас вдвоём! — весело отозвался Ши Цинсюань, подмигнув им, прежде чем быстро развернуться и скрыться из виду. Му Цин тихо фыркнул, а затем снова посмотрел на Фэн Синя, их взгляды встретились, и между ними пробежала тихая, теплая искра. —Кажется нас спалили, думаю нам и в правду пора зайти?—Фэн Синь смущённо потёр макушку, и взяв резинку стал заплетать волосы. —Что ж, думаю да.—Несколько глубоких вдохов и выдохов помогли унять полыхающее щеки залитые краской.