Пора работать..

Солнце взошло ровно к четырём часам утра и уже отдавало тёплыми лучами. Летом солнце всегда всходит раньше и к двенадцати уже сияет как никогда. А если говорить о невероятных явлениях, так это «белые ночи». Такое происходит в Санкт-Петербурге, всё равно будет светло, хоть день, хоть ночь, и это прекрасно. Когда солнце начинало потихоньку заходить, оно отдавало последние лучи. В одном из окон промелькнуло пару лучиков и через пару минут по кабинету заиграли солнечные зайчики. Мужчина в белоснежной рубашке и синем жилете, поверх которых был ещё и пиджак, выглядел статно, особенно когда он расправлял широкие плечи. Небольшая чёлка постоянно лезла в глаза и поэтому длинные пальцы убирали её, откидывая назад. Темноволосый мужчина поправил очки и стал внимательно вчитываться в документ о заключении брака. В такой тишине раздался стук в дверь. — Да-да, — раздался его бархатный голос, и в помещение зашли две фигуры. — Здравствуйте! — весело проговорил низкий мужчина и широко улыбнулся, расставляя в разные стороны руки и прошел до стола. — Райские ворота открыты для вас. Ох, Дмитрий Тимурович, — брюнет встал и обошёл стол из тёмного дуба. — Арсений Сергеевич, — мужчины обнялись и по гречески три раза поцеловались в щёки. — давайте-ка присядем, — Дмитрий кивнул на стулья, а сам подозвал высокого парня. — А кого вы к нам привели? — Попов обвёл своим холодным взглядом высокого парня, что сел на стул напротив него. — Так сказать «наш товар ваш купец», — Кареглазый подмигнул директору и продолжил. — вы же говорили, что вам нужен хотя бы один сотрудник в компании. Голубоглазый хитро прищурил глаза и стал разглядывать парня. Высокий юноша, кучерявые волосы, что так симпатично падали и приходилось их поправлять, из-за солнечного света, глаза младшего казались изумрудными. Парень казался невинным и святым, от этого и хотелось испачкать его белые крылья. Но не кровью, а похотью. Арсений вальяжно встал и обошёл стул, подойдя ближе к парню со спины, он наклонился. — А имя у товара есть? — обжигая горячим дыханием уха шатена, сказал Арсений и вернулся назад. — Ан… Антон. Шастун — парень волновался, а после проделанной манипуляции стал сидеть будто на иголках. — Антон, — гордо проговорил Позов. — Антоша? — Арсению стало интересно, что за маленькое чудо пожаловало к нему. — Антон! — Хочет тебя называть «Антоша» пускай называет, — наклоняя голову ближе к парню, тихо проговорил Дима. — Дмитрий Тимурович, а парень с юмором, — с усмешкой сказал брюнет и повернулся к мужчине. — Да, парень с юмором. Так, ну собственно. — Ну собственно? — Попов слегка не понимал, к чему клонит его друг, но стал подыгрывать. — Арсений Сергеевич, мальчик хороший, — кареглазый положил руку на сердце, будто клянётся, что это чистая правда. — Так-так… — мужчина хоть и любил интриги, но в этой ситуации это слегка раздражало. — Мальчик с профильным образованием. — С профильным образованием? — Брюнету хотелось рассмеяться. Ему было без разницы, какое образование у тех, кого он берёт на испытательный срок, ведь компания их всему обучает. — Да, как бы это не звучало в этом месте, — мужчина в чёрной водолазке повернулся к Антону и тихо спросил, — Какое у тебя образование? — Афнтограф, — парень посмотрел на мужчину и когда словил холодный взгляд, запнулся. — Афнтограф? Вы можете и фанатам запустить и сфотографировать его? — Попова это начинало смешить и он стал включаться в эту игру. — Да-да, с юмором — Дима провёл рукой по лицу и тяжело выдохнул. — Тоша? Пока похож на Тошу, — директор перевёл взгляд и задал интересующий и вполне логичный вопрос — Дмитрий Тимурович? — Да? — А мальчик что хочет? Я не понимаю. — Мальчик хочет работать. — Так у меня штат укомплектован. — Подождите. Ну вы же бизнесмен? — Ну да, поэтому я вкладываюсь в фотографов?! — Если вам не нужен фотограф, нуу мальчик у нас ещё… — Кондитер, — выкрикнул Антон. Шастун сидел и сам не понимал, что происходит, ему Дима говорил, что это будет нелегко. — Кон-ди-тер — проговорил по слогам Арсений. — Хаха… Кондитер — Дима нервно усмехнулся, не понимая, куда лезет пацан — А ещё он… — мужчина хотел как-то спасти ситуацию, но кажется не сработало. — Подождите, кондитер… Любопытно, а сколько стоит какой-нибудь торт? — 17.700 — 700? Я прошу прощения, за грамм? — Мужчина рассмеялся и подался вперёд — а что в него входит? А Антош? — Ну… — парень не знал что сказать и стал крутить кольца на пальцах и закусывать нижнюю губу. Арсений Сергеевич с кровожадной улыбкой наблюдал за парнем, что зашёл в тупик. — По бабкам договоритесь? — Понимаешь, Димуль, я боюсь спрошу о бабках, а он скажет у меня их две и обе умерли. — Я таких людей знаю, Вы случаем не у Сергея Матвеенко учились? — директор отбросил ручку и захлопнул папку. — Я вот вообще не понимаю, мне же придётся кого-то уволить. — Арсений достал контракт и стал рассматривать, на какую должность можно впихнуть мальчишку. Позов придвинулся к Антону, наклоняясь, тихо сказал: — Антох сейчас вот не ошибись. Берёшь выше — получишь ниже. — Повисла небольшая напряжённая пауза. Шастун проматывал всё что можно и, не думая, сказал: — Тамада! — Куда уж выше? — нервный смешок — Та-ма-да — Тамада? — Прям лишнего взял? — Блондин перевёл взгляд на Диму, тот же закрыл глаза одной рукой и немного отошёл. — Дамы и господа, товарищи брачующиеся, сегодня у нас рождается не только новая семья, но и новая ячейка общества — Вы сможете переиграть такой текст? — Брюнет выдохнул и поднялся с кресла. — Да?! — Ну а если будете тамадой, вам придется уволить прежнего тамаду — именно Вам. Вот прям подойдёте и уволите, — он тыкнул пальцем в грудь парня, давая понять, на что он идёт. — Так я сам могу уйти, — Дима сделал пару шагов назад. — Нет! Дима! — грубым голосом сказал мужчина. — Ну возьмите! Ну хочет работать, — разводя руками, проговорил тамада. — Антош! всё в ваших руках. Антон встаёт со стула и подходит к Позу, который уже стоял у выхода. Они минуты две-три говорят, пожимают руки. После Шастун возвращается назад и садится на стул. Перед парнем появился контракт, который нужно подписать. — Ну было хорошо и… Антон, когда на коленках будешь сидеть, не сопротивляйся. — В начале фразы взгляд стал более серьезным — Ну, удачи, хорошего Вам вечера, — невысокий мужчина ушёл. Зеленоглазый пару минут после услышанного начал тупить, а очнулся, когда услышал два щелчка. Директор запер дверь и стал медленно подходить. Одна за другой пуговицы на пиджаке стали расстёгиваться. Дальше мужчина принялся за жилет. — Антон Андреевич, пора работать, — брюнет широко улыбнулся и стал медленно подходить ближе. — Арсений Сергеевич, я не хочу! — Антон с широкими глазами наблюдал за юркими пальцами, которые расстёгивали жилет. И он отправился на пол вслед за пиджаком. — Мне плевать, чего ты хочешь. Пока у тебя со мной подписан контракт, твоя душа, сердце и жопа — принадлежат мне. — Попов подошёл в плотную к кучерявому и прижал его к столу. — А жопа то Вам зачем? — Шастун упёрся в стол, что был позади него, и положил руки на грудь директора, сжимая белую рубашку. — Чтобы трахать тебя за лишние вопросы! — с широкой улыбкой проговарил он, кладя руки на талию. Он медленно обводил хрупкое тело и опустился к бёдрам. Антон отвернулся, чтобы восстановить дыхание. Попов же приблизился к открытой для него бледноватой шее. Проведя кончикам носа от шеи до скулы, мужчина хмыкнул. Взяв лицо юноши напротив, он потянул ближе к себе и накрыл губы своими губами. Целовал Арсений сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью, заставившей его прижаться к нему, как к своему единственному спасению. В этом хмельном, качающемся мире его жадный рот раздвинул его дрожащие губы, по нервам побежал ток. Он разбудил в шатене ощущения, которых он раньше не знал и не думал, что способен познать. И прежде чем отдаться во власть, он понял, что тоже целует его. — Ммм… Арсений… Сергеевич… — поцелуй стали спускаться к открытой шей. Оставляя мокрые дорожки, Арсений стал расстёгивать чёрную рубашку, что так облегала худое тело и так манила. Сняв рубашку и опустив её до локтей, брюнет прильнул к груди Антона. Дыхание у блондина сбивалось от манипуляции старшего, хотелось теперь ещё больше, ещё жарче. Длинные музыкальные пальцы проникли в тёмные волосы, перебирая пряди и приятно массируя кожу головы. Протяжный стон вышел из опухших губ парня, когда Попов стал кусать шею, ключицы. Грубые руки бродили по бёдрам, опускаясь к пояснице, а там и к ягодицам. — Ты слишком вкусный, ты об этом знал? — шёпотом проговорил директор в самое ушко Шастуна, зацепляя зубами мочку. Арсений взял за руку парня и повёл к угловому диванчику. Сев и расставив ноги шире, мужчина похлопал себе по колену, намекая, чтобы Антон сел. Шастун! будучи в небольшом шоковом состоянии, не понимал и краснел всё сильнее с каждым движением Попова. — Солнышко, не бойся, я не кусаюсь, — после этих слов директор сам потянул своего работника к себе на колени. — Наверное, не кусаюсь — проговорил брюнет, кладя руки на ягодицы шатена, придвигая его ближе к себе. Антон ещё больше залился красным цветом, хотя больше уже некуда. Сидя на коленях, он чувствовал пятой точкой, что что-то в него упирается. Он стал двигаться, чтобы удобно сесть и несколько раз задел ягодицами пах мужчины. Шастун сам не выдержал такого напора и тихо простонал. — Малыш! Будь аккуратнее, а то я сейчас не выдержу — посмотрев в эти невинные, тёмноизумрудные глаза, старший закусил губу, грубо сжимая в ладонях приятную на ощупь попу. — Ах, папочка, пожалуйста, возьмите меня прям сейчас, — блондин стал тереться о пах Попова и тихо стонать в ухо, призывая к большим действиям. Мужчина с глухим рыком повалил младшего на спину, а сам навис над ним. Эти тёмнозелёные слегка приоткрытые глаза, розовые щёки и приоткрытые тёмно розовые губы. Валить и трахать. Арсений потянулся руками к пряжке ремня. Медленно растёгивая молнию, специально дразня парня, он снял джинсы вместе с боксерами. Попов снял с себя лишнюю одежду и захватил с собой смазку и презерватив. Нависая над Антоном, брюнет снова поцеловал, проталкивая свой язык глубоко в горячий и податливый рот. Выдавив смазку на палец, мужчина приставил его к колечку мышц. Медленно входя в шатена, он следил за его выражением лица. Антон морщился из-за движения внутри, но когда палец попал по определенной точке, он блаженно простонал. В нем уже было три пальца, Шаст уже привык к движениям и уже мог кончить, но Арсений каждый раз пережимал член у основания, не давая этого сделать. — Сейчас может быть неприятно, — низким от возбуждения голосом сказал Попов и приставил головку к входу, он вошёл на всю длину, слушая протяжный стон парня. В младшем было так узко, так горячо, что Арсений не мог держаться на одном месте. Мужчина медленно толкался, держа в грубой хватке Антона. Через пару толчков Попов стал вдалбиваться в парня грубее. На весь кабинет раздавались стоны и шлепки тела о тело. Для большей страсти брюнет сжал горло Шаста, оставляя после своих пальц красные следы. В помещении было слишком душно, слишком жарко, слишком мокро, слишком… В унисон, одновременно кончая, мужчина убрал руки с горла младшего, давая жадно глотать воздух. Попов лег рядом, прижимая к себе растраханое тело.

***

Солнце давно село за горизонт и наступила всеми любимая ночь. Белые звёзды и фонари освещали дорогу машинам, что так редко мчались по трассе. К небу медленно плыл сизый дым. В руках была почти выкуренная сигарета, Антон медленно подносил горящую палочку к искусанным губам и также медленно выдыхал едкий дым. — На улице не май месяц, чего без рубашки вышел? — сзади подошёл Арсений, поставив по обе стороны руки, он прижаося к телу. — Да хер его знает, куда ты эту рубашку кинул, мне и так норм — откидывая голову и кладя её на плечо мужчины, сказал Антон, потушив сигарету. — Конечно, не май, но июнь — с улыбкой проговорил Шаст, в ответ обнимая Попова.