И плевать на мнения

Солнечные лучи ярко освещают город, прогревая его своим теплом. Пение птиц сопровождает редких прохожих на улицах Сант-Эринбурга, спешащих по своим делам в разгар рабочего дня. Школы наполнены шумными разговорами детей. Офисы забиты работниками. Некоторые жители города, уловив пару свободных минут, просто прогуливаются по цветущим улочкам. Все так и весна никого не оставляет равнодушными. Аглая и Прохор усердно трудятся в "Иллюзионе" над подготовкой к предстоящему выступлению. Матвей тренеруется в фехтовании с другими ребятами, но сегодня с ним нет его лучшей соперницы — Катерины. *** По комнате раздается тихий скрип кровати, а после оглушительный чих. Девушка приподнимается, с болезненым стоном отрывая голову от подушки и шмыгает носом. Собственно, это и есть причина отсутствия Катерины как на занятиях, так и на тренеровках. Уже три дня она сидит дома с сильнейшей простудой и удивляется тому, что заболела именно в период первых теплых деньков. Сегодня она только проснулась, но уже чувствует, как голову будто сдавливает тисками, а тело горит так, что ад покажется безобидными каникулами. Медленно спустив ноги с кровати, она собирается выпить приготовленное Аглаей лекарство и лечь обратно, но в этот момент слышит знакомый хрустальный перезвон с первого этажа и невольно напрягается, пытаясь отыскать глазами свою рапиру. Прислушиваясь, сначала Катерина отмечает полную тишину в доме. А после слышит до ужаса знакомые шаги, поднимающиеся по лестнице на второй этаж, явно переступая сразу по две ступеньки. Мгновенно раслабившись, девушка пытается подняться с кровати, дабы встретить нежданного гостя. Однако она не успевает сделать и шага. Запутавшись в одеяле, она с грохотом падает на пол. В этот же момент дверь резко разпахивается и в комнате показывается веселое лицо Грановского, которое тут же удивленно вытягивается при виде кучки из одеяла и торчащих ног сестры. — Державина, если хотела встретить меня стоя на коленях, то стоило для начала узнать, как это правильно делать. — хохотнул парень и присел на корточки рядом с Катериной. — Иди к черту, Алекс! — ответила та и снова шмыгнула носом. Из под одеяла высунулась голова и парень отметил слезящиеся глаза и красный нос сестры. Справедливо рассудив для себя, что у нее что-то случилось, Грановский чуть нахмурился и попытался отыскать глазами край одеяла, чтобы помочь девушке выпутаться. — Что уже стряслось? Кто посмел обидеть мою девоч... — Алекс кашлянул и тут же поправил себя —... сестренку? Только скажи, я быстро гаду уши надеру. Катерина села, наконец сумев выпутаться из своего кокона и непонимающе уставилась в ответ на парня, не сразу поняв, за что и кому он должен надирать уши. Девушка только открыла рот, что бы задать этот вопрос, как вновь чихнула и ойкнув, немного нахмурилась, когда почувствовала дикую боль в висках. — Спасибо за микробный дождь. — хмыкнул Алекс и приложил ладонь тыльной стороной ладони к девичьему лбу — Разболелось что ли? А я уже успел подумать, что льешь слезы по какому-то идиоту. — Грановский, тебя какие черти принесли? — отодвигая руку брата, спросила Катерина — Я в норме. — Ага. Вижу. — проигнорировал вопрос парень. Вытащив ладонь из руки девушки, Алекс аккуратно придержал ее за голову и приложил к ее лбу уже губы, немало удивив этим саму Державину — Горячая, как расколенный метал. — хмуро заявил он — Вставай давай и на кровать. Лекарства есть? Созерцатель придержал Катерину за руки, пока она вставала с пола и ложилась на кровать. Потом прошел к столу, на который указала девушка. Глянув на пару баночек и пластинок таблеток, Грановский неодобрительно покачал головой и вернулся назад к кровати. — Полежи минут 10, схожу тебе за лекарствами... Нормальными — выделив последнее слово, Алекс вновь накрыл сестру одеялом и вышел за дверь, не дав девушке опомниться. Спустя несколько секунд на первом этаже вновь послышался хрустальный перезвон. Дом погрузился в тишину, а Катерина моргнула в попытке понять, что это сейчас был за приступ заботы. *** Когда Алекс опять вышел из зеркала в доме Державиных из комнаты Катерины не исходило ни звука. Парень быстро поднялся на второй этаж и толкнул дверь, на этот раз не создавая лишнего шума. Он зашел внутрь и увидел, что Катерина уснула, крепко прижимая к себе одеяло. Ее волосы были раскиданы по подушке, а брови немного нахмурены. Покачав головой, Алекс поставил две баночки с травянными порошками на стол, а после подошел к кровати девушки и сел рядом с ее ногами. Поправив одеяло, он коснулся ее головы, аккуратно поглаживая. Катерина тяжело дышала и иногда шмыгала носом, но в остальном оставалась неподвижной. Невольно залюбовавшись точенными чертами лица Катерины, созерцатель задумался о том, что впервые испытывает столь глубокие чувства к кому-то, но не может рассказать о них, потому что между Катериной и Алексом лежит пропасть под названием "родственники", пусть и дальние. Рука парня осторожно переместилась с волос сестры на лицо. Пальцы, в нежном, практически невесомом жесте скользнули по женской щеке. Он задвинул прядку ее волос за ухо и, поддавшись неожиданному порыву вдруг наклонился и оставил мягкий поцелуй на щеке Катерины. В этот же момент глаза девушки распахнулись и она ошарашено уставилась на Алекса. В неловком молчании они смотрели друг на друга пока Катерина вдруг не чихнула, при этом чуть качнувшись вперед и сталкнувшись лбом с носом брата. — Черт! — воскликнул Грановский и отдернул голову назад, прикрывая ладонью нос. — Ой, Алекс! Прости! Сильно больно? — Державина вмиг села и принялась отодвигать руку брата от покалеченой части тела — Надо что-то приложить. И ваткой заткнуть, что б кровь не бежала. — она встала с постели, но в глазах потемнело и девушке пришлось на секунду остановиться в таком положении параллельно хватаясь за плечо парня, что бы не упасть. — Не паникуй, не умру. — шикнул Алекс — Сядь, еще не хватало, что бы ты грохнулась опять. — он придержал Катерину одной рукой и потянул на себя, второй все еще зажимая нос. Девушка неловкой ойкнула и приземлилась ровно на колени к созерцателю. — Грановский, совсем страх потерял? — вопрос должен был быть угрозой, но получился больше смущенным, нежели строгим. Хохотнув от напыщенной хмурости в совокупности со смущением на лице сестры, Алекс щелкнул ей по носу и улыбнулся во все 32. — Ты выглядишь в два раза забавнее, когда пытаешься быть злой. — он притянул ее ближе за талию и сам двинулся дальше на кровати — К слову, ты сама продолжаешь сидеть на моих коленях. И не сказал бы, что выглядишь так, будто тебе это неприятно. Еще раз усмехнувшись, он чуть склонил набок голову и шмыгнул носом. В ответ Катерина лишь возмущенно хмыкнула и легонько шлепнула его по руке. Однако практически сразу снова переключила внимание на нос парня и, развернувшись к нему лицом, все так и отвела руку созерцателя в сторону. Однако под рукой скрывался его самый обычный нос, только немного красный, а улыбка Грановского стала в два раза шире. — Совсем спятил, пугать так! — возмутилась Катерина. — Да ладно, Державина, подумаешь, немного разыграл. — он положил вторую руку на колено к сестре и продолжил с улыбкой смотреть на нее — Зато ты и думать забыла о своей болезни. Катерина на секунду задумалась и поняла, что действительно не ощущает прежней боли в голове, да и температура в комнате будто снизилась минимум на градусов десять. Однако решив, что несправедливо оставлять брата безнаказанным, она мстительно улыбнулась и придвинувшись к его лицу максимально близко, невинно похлопала глазами. — Грановский, если еще раз ты так сделаешь, то я реально сломаю тебе нос! В этот момент, когда Катерина хмуро глядела на парня в попытках дозваться до его совести, она вдруг почувствовала его губы на своих губах. Глаза девушки удивленно расширились и она замерла, не решаясь предпринять какие-либо действия. Не получив никакого ответа, Алекс аккуратно отстранился и настороженно замер. Он пытался понять, чего именно ему стоит опасаться: криков о том, что он озабоченный, ненормальный и приказа уйти и не приходить больше никогда, или игнора и молчаливого избегания в будущем. Ни первый, ни второй исход событий не принес бы ему удовольствия. — Нет, я клянусь, когда-нибудь ты у меня схлопочешь! — угрожающе, но с еле заметной улыбкой сказала она — Кузен! — последнее слово прозвучало особенно насмешливо и даже как-то неправильно в этой ситуации. — Что, стукнешь меня? — заметив, что Катерина не настроена негативно, усмехнулся Алекс. — «Стукнешь» звучит как-то совсем по-девчачьи. Я тебе врежу! По больному носу! — и девушка щелкнула его по носу, уже не скрывая веселой улыбки — Какая сердитая! Созерцатель чуть нахмурил брови, как бы пародируя Катерину, а в следующую секунду снова поцеловал девушку. В этот раз девушка сразу ответила на поцелуй и сама прижалась ближе к парню. Одна ее рука запуталась в его волосах, а вторая легла на накаченную, обтянутую футболкой грудь. Руки Алекса же лежали на талии девушки, не давая ей далеко отстраниться. Когда пара наконец оторвалась друг от друга, парень с нежной улыбкой заправил прядь волось за ухо Катерине и оставил не ее щеке еще один легкий поцелуй. — Аглая явно не одобрит такое родство... — усмехнулся он, но улыбка вышла немного грустной. — Не думаю, что она может как-то повлиять на мой выбор. — Катерина отвела взгляд к окошку и задумавшись, спросила — Ты останешься? — А я разве собирался уходить? — непонял Алекс — Тем более пока ты болеешь я бы хотил следить за твоим состоянием. — Нет. Я не об этом. — она замолчала, как бы обдумывая, стоит ли озвучивать, что ее беспокоит — Ты останешься здесь, если я не захочу покидать Землю и уходить в Зерцалию? Катерина вновь посмотрела на Грановского в ожидании ответа. Теперь же молчал уже парень. Он несколько секунд смотрел ей в глаза, а потом расхохотался в голос. Державина нахмурилась, не понимая, что рассмешила юношу. — Клянусь, если бы ты не выдавала такие глупости, мне было бы в миллионы раз скучнее жить! — отметив обиженное выражение лица у Катерины, Алекс улыбнулся и, в знак примерения, оставил нежный поцелуй на ее носу — Катя, я люблю тебя и мне не важно, в каком мире, главное с тобой. — признался созерцатель и, прижав девушку к себе сильнее, вдохнул столь родной запах СВОЕЙ девочки — К тому же для нас обоих не составит труда посещять оба мира. В ответ Державина согласно кивнула и уткнулась носом в шею брата, который теперь негласно стала считать своим парнем. Наперекор установкам этого мира они решили, что будут вместе. *** Когда Аглая, Прохор и Матвей вернулись в особняк, Катерина, укутанная в одеяло уснула на диване под шум телевизора. Ее голова лежала на коленях рядом сидящего Алекса, который активно жевал бутерброд. Перед ними на журнальном столике стояли две чашки с чаем, баночки с какими-то порошками и тарелка,в которой еще оставались пара бутербродов. Ничего не заподозрив, Аглая и Прохор улыбнулись созерцателю и поднялись к себе в комнату, решив не тревожить беспокойный сон девушки. Матвей приветственно махнул рукой Грановскому и ушел на кухню. В течении следующих недель, пока Катерина выздоравливала и после, Алекс приходил к ним каждый день. А спустя еще две недели Аглая в открытую спросила, что так укрепило их с Катериной связь. Рассказанные ей новости сначала воспринялись с шоком и отрицанием, но потом мачеха Катерины решила, что ей важнее счастье падчерецы, нежели какие-то принципы и смерилась, хоть все еще немного косо посматривала на их пару. *** Кто же мог знать, что услышав в один из дней знакомый хрустальный перезвон, Катерина обретет что-то столь важное для себя...