Осознание невозможно

Сколько это уже продолжалось, Гарри сказать не мог. Ему не хватало ни воздуха, ни сил, чтобы рассчитывать всё по времени. Губы Драко пленили и манили брюнета, и оторваться от них — грех. Особенно, когда рубашка Малфоя валялась где-то около кровати и Герой мог беспрепятственно блуждать руками по телу парня. Комната была наполнена душной, тяжёлой атмосферой. Воздух казался неподвижным, как будто сам закрывал все выходы, впуская лишь жар их тел. Едва уловимый аромат пота и горячего дыхания смешивался с напряжением в воздухе, создавая почти осязаемую плотность. Запах страсти витал вокруг, приглушенный, но неоспоримый. Их взгляды пересеклись, и пространство между ними словно сжалось, притягивая их друг к другу. Тепло их тел сливалось с неистовым пульсом, пока их руки начинали искать друг друга, приближая к неизбежному моменту. Через мгновенье с Гарри стянули футболку и джинсы, он лежал на спине, разглядывая изящные изгибы тела возлюбленного. Тонкая, почти прозрачная кожа, красиво светилась на солнце и Поттер предпринял массу сил, чтобы не залипнуть на Драко до самого вечера. Нежно проводя кончиками пальцев по талии блондина, Герой спускался ниже, чтобы избавиться от ненужных элементов одежды и приступить к любимой части обоих. Сменив положение и уложив Малфоя на спину, Гарри одним движением стянул с него нижнее белье и принялся целовать каждый участок тела, до которого он только мог дотянуться. Сладкие и тихие стоны подогревали интерес и возбуждали ещё сильнее. Чем ниже спускался Герой, тем сильнее пальцы блондина путались в непослушных чёрных волосах. Как только Поттер коснулся губами желанной плоти, с губ Драко слетел первый громкий и протяжный стон. Это позабавило Гарри и он принялся усерднее вылизывать член возлюбленного. Насаживаясь на него всё больше, Поттер получал неимоверное удовольствие от стонов и вскриков Малфоя, который метался по кровати, сжимая простынь в свободной руке. — Гарри! Прошу, я больше не могу ждать... Мельком усмехнувшись и, напоследок, громко чмокнув губами, брюнет раскрыл заранее приготовленный презерватив, раскатал его на собственном возбуждённом члене и пристроился ко входу Драко. Поводив немного головкой, дразня и выпытывая тем самым у Малфоя ещё пару громких просьб, Гарри аккуратно вошёл, давая любимому привыкнуть. Когда Герой получил уверенный кивок, то начал двигаться. Поттер давно понял, что Малфой великолепный. Его манеры, внешность и голос завораживали и привлекали. Но Гарри и в жизни не мог представить насколько невероятно Драко выглядел в постели. Увидев это впервые, он не мог налюбоваться таким нежным, податливым и красивым блондином. В тот раз, как и сейчас, парень старался запомнить каждый сантиметр тела, ведь его точно можно было приравнивать к чудесам света. Вот и теперь, начиная активно двигаться в теле возлюбленного, он целовал каждую родинку, каждую косточку, каждую впадинку, до которой только мог дотянутся. — Ты такой красивый.. — Невольно, Гарри и не был против, вырывалось у него каждый раз. Он любил смотреть на то, как от таких комплиментов, Драко сразу заливался краской, старался прикрыть лицо и всё остальное. Поттер, конечно, не позволял ему такого. — Не вздумай закрываться, — каждое слово было сопровождено глубоким толчком, который приходился прямо по простате, что заставляло блондина вскрикивать от удовольствия, — я обожаю наблюдать за таким тобой, ты просто невероятный. Следующий поцелуй пришёлся прямо в губы. Языки вновь сплетались в игривом танце, а движения Гарри стали отрывистее и быстрее. Малфой, не стесняясь, стонал в поцелуй. Его руки обвивали Героя полностью, иногда царапая спину короткими ногтями. Поттеру это нравилось. Он ещё никогда не чувствовал себя настолько удовлетворённым и довольным, как с Драко. Каждое движение Поттер старался делать так, будто другого шанса уже не будет, и каждый раз их секс был всё лучше и лучше. Они изучали друг друга, чувствовали жар тел и потребность души. Вот, что было самое замечательное, как считал сам Гарри. Ещё один углублённый поцелуй, громкий стон, глубокий толчок и Поттер почувствовал, как вокруг члена сжимаются стеночки, а по животу Драко течёт его собственная сперма. Его ноги, которые Герой придерживал под коленями, слегка потряхивало от нахлынувшего оргазма, а на краснощёком лице застыла довольная улыбка. Малфой, встретившись взглядом с любимым, продолжил подмахивать бёдрами и это возвратило Гарри в реальность. Нет, когда то он точно зависнет на блондине насовсем. Герой, сделав ещё пару уверенных толчков, которые сопровождались стонами Малфоя, также обильно кончил, притягивая своего парня для поцелуя. Он, аккуратно сняв презерватив и убрав его палочкой, напустил очищающие на себя и Драко, и наконец смог прилечь. Ноги слегка гудели, сердце выпрыгивало из груди и Поттер был абсолютно счастлив. Драко, пригревшись сбоку и уложив голову на плечо возлюбленному, тихо шептал, что невероятно доволен и счастлив. Гарри, услышав это, прижал блондина к себе и, поцеловав в лоб, наконец осмелился прошептать то, что давно уже должен был сказать. Последние недели он долго думал об этом, но лишь мысль о заветных трёх словах приводила его в ужас. Поттер думал, что вряд-ли когда-нибудь получиться переступить через себя. И вот этот момент настал, ведь юноша был точно уверен, что его чувства сильные и точно не поверхностные. Теперь он понимал, что хочет связать всю свою жизнь с Драко. Пара лежала, укрытая лёгкой простынёй, и крепко обнималась. Иногда эти ленивые движения сопровождались короткими поцелуями. Поттер младший считал, что это был идеальный момент для заветных слов. Но судьба, как и обычно, была с ним несогласна. Неожиданно и без стука, что странно, дверь в комнату отворилась. Гарри благодарил Мерлина, что всё же накинул на них хоть что-то, ведь в проходе стоял отец. Он, не заметив даже, в каком виде находился его собственный сын, радостно начал. — Мы выиграли! Всё! Том Реддл стал официальным Министром Магии! — Джеймс скрепил руки и тряс ими поздравляя себя и парней с такой победой. В последние недели министерство очень часто пересчитывало голоса и пересматривало условия выборов, ведь, поймав после первого тура Артура с очередной взяткой, они ужесточили проверки. Теперь же волнению не было и поводов. За последний месяц Тому и так удалось убрать большую часть нечестных и коррупционных работников, поэтому дело оставалось за малым. Гарри, ещё не успевшего полностью прийти в себя после секса с Драко, накрыло новой волной радости и некого смущения. Сейчас он и его парень лежали абсолютно голыми, благо под простынёй, пока его собственный отец ходил по комнате и радостно вещал о переменах и долгожданной справедливости.

***

Прошло не меньше пяти месяцев с тех пор, когда Министерство магии, наконец, очистилось от всех интриг и коррупции, в его стенах остались лишь надёжные и преданные своему делу сотрудники. Гарри и Драко смогли, наконец, вздохнуть с облегчением. Блондин, освободившись от чувства покинутости, утвердил решение начать обучение на целителя, ведь он давно чувствовал, что может помогать людям иначе, нежели его родители. Гарри тем временем углублялся в своё обучение мракоборца. Успехи Гарри поражали его наставников — его опыт, накопленный за годы борьбы с Волан-де-Мортом, ставил его на голову выше всех остальных учеников. Они с Малфоем поддерживали друг друга, строили новые жизни, отпуская старые обиды. Прошли ещё месяцы, и жизнь казалась почти спокойной. Поттер продолжал делать успехи, а Драко с головой погрузился в учебные материалы, изучая сложнейшие зелья и заклинания для лечения. Они видели друг друга не так часто, как хотелось бы, но каждый вечер старался напоминать, что рядом всегда есть поддержка. Они оба становились сильнее, не только как профессионалы, но и как люди, обретая мир с самими собой и с окружающими. Вокруг Министерства всё ещё витала атмосфера перемен, но теперь это были перемены в лучшую сторону. В этот момент и Гарри, и Драко понимали, что светлое будущее — это не что-то далёкое, оно уже на пороге.

***

Прошло два года с момента, как Гарри экстерном закончил своё обучение и официально стал мракоборцем. Теперь он больше не жил с семьёй, а переехал в новый дом, подаренный ему родителями на день рождения. Это было особенное место, куда он позвал Драко жить вместе с ним. Дом быстро стал их общей крепостью, местом, где они начали строить своё собственное будущее. Гарри теперь полностью отдавался своей работе, а Малфой продолжал совершенствоваться в целительском искусстве. Их жизни, казалось, нашли свою гармонию. Здесь, вдали от прошлого, они строили свою новую семью — семью, о которой оба так давно мечтали. Дом этих двоих стал настоящим убежищем для них. Это место наполнилось теплом и уютом, где каждый уголок отражал их совместную жизнь. Гарри часто проводил вечера на кухне, готовя простые, но вкусные блюда, в то время как Драко любил ухаживать за цветами в небольшом саду на заднем дворе, который он сам разбил. Они наслаждались простыми вещами: совместными завтраками, ленивыми воскресными утрами, когда можно было подольше полежать в постели, и тихими вечерами у камина с книгами. Дом стал для них не только местом отдыха, но и символом новой жизни — совместной, счастливой и полной гармонии.

***

Но даже спустя столько времени, призраки прошлого не отпускали Героя полностью. Временами он встречался с Роном или Гермионой в Министерстве или по делам Аврората. Они всё ещё смотрели на него с презрением, хотя ничего не говорили вслух. Гарри больше не держал на них обиды — он принял тот факт, что здесь эти люди уже не его близкие друзья, которые сражались с ним рука об руку, но это больше не ранило его. Он стал другим. Теперь вокруг него были люди, которые действительно его любили и принимали таким, какой он есть. Родители, крёстный, Люпин, Тонкс и их сын Тедди, который стал ему маленьким крестником, для которого он был готов на всё. Гарри, наконец, обрел то, к чему стремился долгие годы — счастье. С ним были те, кто был дорог его сердцу: родители, близкие друзья, его любимый человек — Драко. Жизнь уже не была полна той боли и страха, что преследовали его в юности. Теперь его окружала любовь, и каждая минута была наполнена ощущением правильности того, что он делает. Призраки прошлого, как бы они ни старались напомнить о себе, уже не могли лишить его этой внутренней гармонии. Гарри наконец-то был счастлив.