Старый дом

Дневник был написан неровным почерком, как будто его авторка торопилась запечатлеть свои мысли, пока было время. Анна открыла первую страницу и начала читать вслух, чтобы Игорь и Дмитрий могли слышать: "25 марта 1897 года. Я не знаю, сколько ещё смогу это терпеть. Его ярость не знает границ, и каждый день я боюсь за свою жизнь и за жизнь нашей дочери. Дом, который когда-то был убежищем, теперь стал нашей тюрьмой. Я слышу шепот стен, они предупреждают меня, но что я могу сделать?..." Анна перевернула страницу и увидела на ней большой кровавый отпечаток руки. Её сердце сжалось, но она продолжила чтение: "3 апреля 1897 года. Сегодня он снова пришёл в ярость. На этот раз пострадала наша дочь. Я больше не могу этого терпеть. Если ты, читающий эти строки, найдёшь этот дневник, знай — в этом доме нет мира. Он пропитан злом, которое пожирает нас изнутри. Я должна что-то сделать..." Анна остановилась, не в силах продолжать. Её руки дрожали, а голос ослаб. Игорь положил руку ей на плечо. — Мы должны быть осторожны, — сказал он. — Этот дом полон гнева и страданий. Но мы здесь, чтобы понять, что именно произошло. Дмитрий, хоть и был потрясён, решил продолжить съёмку. Теперь он понимал, что история этого дома намного мрачнее, чем он мог себе представить. — Мы должны найти подвал, — сказал он. — Обычно все самые страшные тайны хранятся там. Они спустились вниз и обнаружили старую дверь, ведущую в подвал. За ней их ждала темнота и холод, словно само пространство сопротивлялось их присутствию. Игорь достал фонарик и осветил лестницу. — Идём, — сказал он, и они начали спускаться.