Меняя судьбы

Эйгон выбежал из своих покоев, не обращая внимания на няню, которая следовала за ним. Он был рад, что посетит с сестрой город, она пообещала, что купит ему сладости, а ещё он сможет познакомиться с другими детьми его возраста. Сейчас, когда сестра начала о нем заботиться, он был намного счастливее. Нира не била его и не кричала на него. Она была милой и любила обнимать и целовать его, что ему нравилось больше всего. Также, когда она касалась его или брала за руку, она никогда не причиняла боли. Она сидела с ним, читала, помогала с уроками, и даже когда он не понимал что-то, она не кричала и не называла его глупцом. Его сестра была терпелива с ним, позволяла и бегать, и играть. — Эйгон. — Он остановился и сжал в руках тунику, увидев своего деда, стоящего в конце коридора. Мужчина не выглядел довольным, заметив его бегающим по залам. — Не следует ли тебе быть на уроках? — Нет. — Его голос был слишком тихим, он не хотел, чтобы дед злился и кричал на него. — Нира берет меня с собой в город, на уроки я пойду завтра. — Твоей матери не нравится, что ты проводишь так много времени с этой женщиной. — На лице деда появилась гримаса раздражения. — Она не желает тебе счастья и хочет, чтобы тебя не было. Он нахмурился, то, что говорил ему дед, ему не нравилось. — Это не правда! Нира — моя сестра и она любит меня. — Она твоя соперница и нисколько о тебе не заботится. Его нижняя губа задрожала, а глаза наполнились слезами, но он попробовал сдержать себя. Его мать била его, когда он начинал плакать. Он взглянул на этого человека, ненавидя его за то, что он испортил ему день. — Ты лжец! — Ты никогда не будешь говорить со мной таким образом! — Его дед сделал два резких шага, и пощёчина ошеломила Эйгона, по какой-то причине он этого не ожидал. — Я твой дед, и ты будешь делать то, что я тебе говорю! — Вы хотя бы думаете, что делаете? — Эйгон дернулся от гневного голоса сестры. Губа задрожала ещё сильнее, и всхлипы перешли в рыдания. Рейнира тут же присела перед ним на корточки, ласково касаясь пальцами щек. — Не волнуйся, любовь моя, все будет хорошо. — Его сестра взяла его за руку, поворачиваясь лицом к его деду. — Вы никогда больше не поднимите на него руку, или, я вам клянусь, я скормлю вас Сиракс. Лицо его деда стало раздраженным, но он не выглядел испуганным. — Принцесса, вам не следует… — Заткнись! — Даже Эйгон подпрыгнул от тона сестры, его глаза расширились, когда дед закрыл рот. — Помни свое место, Отто. Ты будешь говорить только тогда, когда тебя будут спрашивать. А если вы когда-нибудь прикоснетесь к Эйгону или кому-то ещё из моих братьев, или к сестре, я получу огромное удовольствие, сняв с тебя заживо кожу, прежде чем сожгу на глазах у всего города. Его дед рассердился. — Вы не имеете права… — У меня есть право на все! А теперь замолчи и уйди! — Лицо его деда стало очень красным, и, казалось, что он сейчас взорвётся. Руками Эйгон схватился за юбки сестры, наблюдая за удаляющимся дедом. Сестра тут же повернулась к нему и подняла на руки, крепко обняв. — Мне так жаль, маленький дракон. Я позабочусь о том, чтобы он пожалел, что прикоснулся к тебе. Эйгон обнял сестру в ответ, но не мог перестать думать о том, что сказал ему дед. — Ты хочешь, чтобы меня не было? — Что? — Рейнира немного отстранилась и вопросительно посмотрела на него. — Почему ты так решил? — Мой дед сказал, что ты хотела, чтобы меня не было. — Его сестра была единственной, кто хорошо к нему относился. Возможно, если он будет вести себя лучше… — Это потому, что я был плохим? — Конечно нет. — Она поцеловала его в лоб и крепче обняла. — В тебе нет ничего плохого, Эйгон. Ты особенный маленький мальчик, ты мой брат и я люблю тебя. Я всегда буду с тобой, что бы ни случилось. — Хорошо. — Он обнял её за шею. — Мне нравится быть с тобой. — Мне тоже нравится быть с тобой. — Она расцеловала его в щеки. — Я люблю тебя, Эйгон. Никогда в этом не сомневайся. Его дед лгал, сестра любила его и всегда защищала.

***

К тому моменту, когда они добрались до купленного ей несколько дней назад здания, она все ещё была зла на Отто Хайтауэра. Тот факт, что мужчина осмелился напасть на маленького ребёнка, поразил её. Она не понимала как Алисента позволила своему отцу причинять вред своим детям таким образом, разве она не любила своих детей? Она продолжала улыбаться Эйгону и заверяла, что все хорошо. Она ненавидела, что Отто заставил мальчика усомниться в её любви к нему, ей было больно от мыслей, что младший брат думал, что она не любит его, потому что он плохой. Они стояли перед зданием, люди сновали вокруг и доделывали необходимый ремонт. Она также приказала перекрасить фасад и хотела, чтобы на заднем дворе были высажены красивые растения. Эйгон смотрел на все это с широко открытыми глазами. — Оно принадлежит тебе? — Да. — Она улыбнулась ему. — Я позабочусь о том, чтобы оно выглядело красивым и удобным для людей, которые будут жить здесь. Эйгон вопросительно посмотрел на неё. — Кто будет здесь жить? — Это будет приют для женщин и детей. — Она взяла брата на руки. — Они будут учиться, работать, пока будут в безопасности. Эйгон нахмурился, не понимая. — Зачем тебе позволять другим людям жить здесь? — Мы с тобой принц и принцесса, Эйгон, это означает, что мы несём ответственность за благополучие нашего народа. — Она указала на людей, которые ходили по улице и занимались своими делами. — Нам нужно убедиться, что наши люди защищены, что о них заботятся. Это часть нашего долга. Мальчик кивнул. — У нашего долга ещё много частей? Она щелкнула его по носу, заставив хихикать. — Да. Мы так же являемся защитниками королевства. Рейнира уже начала нанимать людей, которые понадобятся ей для ухода за женщинами и детьми. Она так же начала искать новых учителей. Отец дал свое одобрение накануне вечером, ещё не зная, что Рейнира уже купила здание, которое хотела, и начала перестраивать его. Она бы не позволила отцу помешать её замыслам. Лионель Стронг сильно помог ей при покупке и даже пообещал ей помочь найти учителей. — Племянница. — Она чуть не выпрыгнула из кожи от голоса, раздавшегося у неё над ухом. Её дядя незаметно подошёл к ней. Он искренне обрадовался её присутствию, прежде чем осмотрел здание. — Что это за место? — Я купила здание. — Она сказала это защищаясь, так как отец сказал ей, что это бесполезное занятие. Она поставила Эйгона и смотрела, как он подбежал ближе к зданию под присмотром стражника. — Его отремонтируют. Я планирую превратить его приют для женщин и детей. Дядя приятно удивился. — Это отличная идея. Ты планируешь только приют или что-то ещё? — Я хочу нанять учителей. — Ему она могла рассказать все честно, все, о чем мечтала и что планировала. — Женщины обучатся какому-нибудь ремеслу и получат возможность содержать себя и своих детей. — Замечательно. — Дядя ещё раз осмотрел здание. — Ты выбрала хорошее место. Оно почти в центре и его легко заметить. — Да. Я надеюсь, что оно сможет заработать в течении следующей луны. — Она оглянулась на Эйгона, который играл с сиром Вестерлингом, убедилась что с ним все в порядке и только потом повернулась к дяде. — Его не нужно долго ремонтировать, а мебель, которую я купила, будут переносить уже ночью. — Это хорошо. — Он взял одну из её рук в свою и провел большим пальцем по тыльной стороне ладони. Рейнира была немного ошеломлена его действиями, особенно когда он прижал её к себе. — У тебя все спланировано, маленький дракон. — Деймон. — Она не была уверена в том, что происходит у него в голове, особенно когда он склонил голову, пока их губы чуть не коснулись друг друга. — Что ты делаешь? — Ты сказала, что я не показываю тебе, как сильно хочу тебя, что все, что я делаю, это только говорю. — Он взял её лицо в ладони, проводя пальцем по нижней губе. — Я хочу развеять твои сомнения, показать, что я не хочу никого кроме тебя и никого кроме тебя не будет. Я скажу об этом любому, кто будет слушать. Его губы коснулись её прежде, чем она успела что-либо ответить. Она даже не думала сопротивляться, позволяя поцелую полностью захлестнуть её. Ей было уже все равно, что они стояли на улице посреди бела дня и на глазах у почти всего города. Даже если пойдут слухи, в этом не будет ничего особо неуместного, просто поцелуй. Она была уверена, что это обязательно дойдёт до отца и что именно в этом состоял план Деймона. Внезапно Деймон вскрикнул и отпрыгнул. Они посмотрели вниз, чтобы увидеть Эйгона, который снял один сапожок и использовал его, чтобы побить Деймона. — Ты не можешь целовать Ниру. Она моя. — Младший брат выглядел по-настоящему злым, смотря на него. — Она моя, и ты не можешь забрать её. — Эйгон. — Она взяла мальчика и отобрала у него сапожок. — Ты не можешь ходить и бить людей, особенно на глазах у других. Брат широко раскрыл глаза. — Но он пытался украсть тебя. — Я этого не делал. Это был всего лишь поцелуй. — Деймон неуверенно улыбнулся ему. — Она моя племянница и мне разрешено её целовать. — Ты не можешь. — Эйгон ещё раз взглянул на Деймона. — Ты не можешь целовать её без моего одобрения, и я его не дал. Она моя и любит только меня. — Рейнира откашлялась, смотря на Эйгона, заставив его досадливо вздохнул. — Хорошо. Ещё моего брата и сестру, но они единственные с кем я её делю. Рейнира укусила себя за щеку, чтобы не рассмеяться. Она не будет заставлять его чувствовать себя меньшим, чем он есть, особенно когда он пытается защитить её. Деймон задумчиво посмотрел на мальчика, и она была удивлена, увидев что он не злится и не раздражается. Его тон был игривым, когда он заговорил с Эйгоном. — А если я возьму тебя в полет на Караксесе? Эйгон задумался об этом на несколько мгновений и задал Деймону вопрос. — И мне будет позволено сказать Дракарис и твой дракон выдохнет пламя? Деймон кивнул и протянул руку. — Да. — Хорошо. — Эйгон пожал руку Деймону, почти как взрослый. — Ты можешь поцеловать её. Но это будет быстро, и ты должен помнить, что она моя, и это я её маленький дракон. Деймон кивнул, и Рейнира заметила, что его взгляд потеплел. — Конечно. — Эй. — Она пощекотала Эйгону живот, заставив его смеятся. — Ты не можешь просто давать людям разрешение целовать меня. — Но он не люди, он наш дядя. — Эйгон подошёл к ней и прошептал на ухо, но Деймон все ещё мог их слышать. — И он собирается взять меня полетать на Караксесе. Я не могу упустить такую возможность. Она позабавлено посмотрела на брата. — То есть, ты меня продаёшь? — Конечно нет. — Эйгон широко посмотрел на неё. — Я бы не отдал тебя ради полета на драконе. Возможно, если бы он отдал бы мне Караксеса, я бы подумал. Рейнира распахнула рот, а Деймон рассмеялся. Она зарычала, прежде чем снова пощекотала Эйгона, заставив его хихикать. Люди останавливались, чтобы посмотреть на них. Она не предполагала, какую картину они все представляли. Эйгон мог бы быть их с Деймоном сыном. Но даже если этого не видела Рейнира, это заметили другие. Веларионы видели это, Корлис знал, что попытка навязать брак между его сыном и принцессой, будет равноценна подписанию ему смертного приговора. Деймон никому не позволит встать между ним и Рейнирой.