Меняя судьбы

— Ты можешь идти, Милла. — Женщина помогла ей искупаться и переодеться в ночную рубашку. Рейнира заранее позаботилась о детях, чтобы они спокойно заснули. Они немного волновались с тех пор, как прибыли в Королевскую Гавань. — Пожалуйста, если что-нибудь случится, дай мне знать. — Не волнуйтесь, принцесса. — Эта женщина была одной из немногих, кому она доверяла заботу о своих детях. — С детьми всё будет хорошо, но если что-то случится, я позабочусь о том, чтобы вы немедленно узнали об этом. Рейнира слегка кивнула ей и проследила, как та вышла из её покоев. Она ждала возможности поговорить с Деймоном с тех пор, как вернулась из города, но муж был занят. Хотя Деймон больше не был мастером над законом, эта должность была возвращена Лионелю Стронгу, у её мужа всё ещё были свои проекты, и он так же был занят золотыми плащами. Она была рада, что он вернулся к своим делам. Деймон и сам был рад, что у него есть собственные проекты, которые занимают его. Она знала, что он не обрадуется, когда она расскажет ему о Мисарии, хоть её муж и не питал любви к женщине, которая когда-то была его надёжной союзницей. Двери в её покои открылись, и вошёл муж. Он остановился, увидев её, и окинул взглядом её тело. — Ты всегда так прекрасно выглядишь. — Он подошёл ближе, заметив разрез сбоку на её бело-фиолетовой ночной рубашке. — Я всегда теряю контроль, когда вижу тебя. — Я чувствую то же самое. — Нельзя отрицать, что ее муж был очень красивым мужчиной, самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела, и она любила его с такой силой, которая иногда пугала её. — Я бы с удовольствием сказала тебе, какой ты удивительно красивый и желанный, но нам нужно поговорить кое о чём ещё. Он слегка кивнул ей, но она видела, что он всё ещё рассеян. — О чём? — Это касается Мисарии. — Эти слова привлекли внимание Деймона, и он нахмурился. — До моего сведения дошло, что она работает на Отто и шпионила за нами. Лицо Деймона полностью изменилось. — Что заставляет тебя так думать? — Она отправила по крайней мере одного шпиона в мой приют, и они с этой женщиной встречаются почти каждую ночь. — Она поиграла кончиками своих серебристых волос. — Она также отправила шпиона на Драконий Камень, по крайней мере, попыталась. Я не уверена, что ей это удалось. Деймон провёл рукой по волосам. — Если это правда, то я хочу, чтобы она умерла. — Я тоже, но сначала я бы хотела узнать, какую информацию ей удалось собрать и что она рассказала Отто о нас и нашей семье. — Она с надеждой посмотрела на Деймона. — Как думаешь, мы можем с ней поговорить? Может, мы сможем убедить её рассказать нам то, что она знает. — Если Мисария действительно работает на Отто, ей нельзя доверять. — Её муж подошёл и встал перед ней. — Она не скажет нам всей правды. Она подумала о том же. — Тогда мы можем избавиться от неё, но сначала я бы хотела узнать, что она успела сделать. — Мы можем выяснить, кто шпион, — Деймон опустился перед ней на колени и потянулся рукой к разрезу на платье. — Кажется, у меня есть идея. Она знала, что он что-нибудь придумает, её муж был мастером стратегии. — Какая? — Я расскажу тебе. — Его глаза были совершенно тёмными, виднелась лишь тонкая фиолетовая линия. — Но сначала нам нужно позаботиться кое о чём более важном. Он раздвинул её ноги, устроившись между ними так, чтобы она не могла их сомкнуть. Он задрал её сорочку так, что она легла на живот, и предстала перед его взором обнажённой. Его большая рука легла между ног, заставив её ахнуть, и его улыбка стала пошлой, когда он понял, насколько она влажная. Его пальцы скользнули по её складкам, заставив её выгнуться, и она застонала. Может, ей стоило найти другой момент, чтобы поговорить о Мисарии, или хотя бы надеть что-нибудь другое. — Деймон, нам следует беспокоиться о возможном шпионе в нашем доме. Её жалобный голос не придавал особого веса её словам, и муж, похоже, это понимал. — Сейчас я беспокоюсь о других вещах. А теперь будь хорошей девочкой и позволь своему мужу делать то, что он хочет. Деймон прижался губами к её губам, уговаривая их раскрыться, чтобы он мог целовать её, не торопясь. Он вошёл в неё пальцем, вызвав у неё хриплый стон, а у себя — стон. Его палец входил в неё и выходил, заставляя её забыть о Мисарии и о том, что за ними могут следить шпионы. Всё, что имело для неё значение, — это чувства, которые вызывал у неё муж, и то, как её тело, казалось, горело изнутри. Она чувствовала, как её влага стекает по его руке, но муж, казалось, не возражал, наоборот, его рука двигалась быстрее. Она была почти на грани, когда он остановился и вытащил из неё пальцы, заставив её протестовать и сердито смотреть на него. Деймон лишь усмехнулся, расстёгивая штаны, а затем притянул её к себе, пока она не оказалась у него на коленях. Рейнира застонала, когда он вошёл в неё, наполняя до боли. — Вот так. — Он притянул её к себе, войдя до основания и не обращая внимания на её жалобные стоны, когда её влагалище сжалось вокруг него. — Ты так хороша, любовь моя. Ты словно небеса. — Ты так хорошо меня наполняешь, Кепус. — Деймон стянул с неё ночную рубашку, обнажив её тяжёлые груди. Он взял её сосок в рот и сосал, пока она не начала приподниматься на нём, не заботясь ни о чём другом. — Твой член такой приятный, почти больно, но такой невероятно удивительный. Он толкнулся в неё ещё сильнее, обхватив руками за бёдра и прижимая к себе. Стоны Рейниры стали невероятно громкими, когда Деймон сильнее толкнулся в неё, посасывая её грудь, которая была ещё более чувствительной, чем обычно, из-за беременности. Она чувствовала, как его большой член пульсирует внутри неё. От каждого движения его языка её влагалище сжималось вокруг него, пока она не потеряла голову от удовольствия, не заботясь о том, что её слышит весь замок. Его член потерся о то сладкое место, которое всегда заставляло ее тело терять контроль, и ее охватило освобождение, отчаянный крик сорвался с ее губ, когда муж продолжил входить в нее. Отработанные движения полностью исчезли, и теперь он был мужчиной, ищущим собственное удовольствие превыше всего остального. Она почувствовала, как его семя взорвалось внутри нее, его стон эхом разнесся по комнате. Через несколько мгновений все стихло, и все, что можно было услышать, это потрескивание огня и их учащенное дыхание. — Я люблю тебя. — Звук его голоса и его слова заставили её улыбнуться. Он поцеловал её в плечо, а затем двинулся вверх по шее. — Я не забыл о том, о чём мы говорили. Я расскажу тебе, что я задумал, завтра. Рейнира просто кивнула, ее тело было удовлетворено, а разум спокоен. Все, о чем она могла думать, это о сне. Обо всем остальном она подумает завтра.

***

6 дней спустя. Деймон направился в покои Хелейны, держа в руках подарок. Ему потребовалось больше времени, чем он рассчитывал, чтобы понять, что подарить дочери. Он купил ей шелка, золотое ожерелье и куклу, похожую на неё. Последний подарок, который он выбрал для неё, был особенным, и он надеялся, что ей понравится. Он вошёл в покои Хелейны и улыбнулся, увидев, что она стоит перед зеркалом, а служанка заканчивает причёсывать её. Лицо дочери просияло, когда она увидела его, и сразу же повернулась к нему. — Ты выглядишь прекрасно, моя милая. — Рейнира приказала сшить необычное красно-серебряное платье, расшитое золотыми нитями. Хелейна выглядела красивой и счастливой, её серебристые волосы были распущены, а часть их была заколота золотой булавкой, которую Эйгон подарил своей сестре. — У меня есть для тебя подарок. — Ещё один? — Он уже подарил ей и другие подарки, когда они завтракали два часа назад. — Ты уже подарил мне несколько подарков. — Да, но этот особенный. — Он сел и подождал, пока она встанет перед ним. Деймон открыл шкатулку, и Хелейна ахнула, когда он достал золотую корону. — Она принадлежала моей матери, это был подарок от короля Джехейриса. — Ты уверен? — Она посмотрела на корону. — Ты мог бы сохранить её для своей дочери. Он знал, что она говорит о ребёнке, которого носит Рейнира. По словам Хелейны, это будет девочка. — Ты моя дочь, и я хочу, чтобы она была у тебя. Она улыбнулась и позволила ему надеть корону ей на голову, прежде чем обнять его за шею. — Спасибо, папа. Она прекрасна. Он поцеловал её в висок. — Я рад, что тебе нравится. Он не был уверен, стоит ли дарить ей корону, не зная, как она отреагирует. И был рад, что ей понравилось. Через несколько секунд Хелейна отстранилась и с любопытством посмотрела на него. — Почему ты сейчас в доспехах? — Я буду участвовать в турнире. — Хелейна усмехнулась, когда он постучал её по носу. — Это турнир в твою честь, и, конечно же, я буду участвовать. Хелейна бросила на неё игривый взгляд. — А что, если ты проиграешь? Деймон игриво посмотрел на неё, и она взвизгнула, когда он схватил её и начал покрывать поцелуями всё её лицо. — С твоей стороны очень нелестно думать, что я могу проиграть. Разве ты не знаешь, что я величайший рыцарь в семи королевствах? Хелейна снова хихикнула. — Ладно, прости. Ты будешь великолепен, и я уверена, что ты победишь. — Так гораздо лучше. — Он поцеловал её в лоб. — Как только я выиграю, я короную тебя королевой любви и красоты. — Правда? — Ахнула Хелейна. — Не маму? — Что ж, сегодня твой день рождения, и ты его заслужила. Твоя мама любит тебя, и она знает, что я люблю её. Она будет счастлива, когда я тебя короную. Двери в покои Хелейны открылись, и вошёл Эйгон с большой шкатулкой в руках, закрыв дверь ногой. Деймон вопросительно посмотрел на дочь, но она лишь пожала плечами. Эйгон поставил шкатулку на стол и улыбнулся Хелене. — Я принёс тебе подарок. Его дочь покачала головой. — Ты уже подарил мне подарок, я его уже надела. — Да, и ты выглядишь прекрасно, но это ещё один подарок, и я знаю, что он тебе понравится. — Деймон и Хелейна с любопытством наблюдали, как Эйгон закрыл двери балкона и вернулся к столу. На лице мальчика играла загадочная улыбка, когда он снял крышку и отложил её в сторону. Деймон услышал, как Хелейна ахнула, когда из коробки вылетело более сорока бабочек и закружили по комнате. Они были прекрасны, с разноцветными крыльями, и его дочь выглядела совершенно очарованной. На лице Эйгона было гордое выражение. — С днём рождения, Хелейна. Его дочь выглядела совершенно счастливой, она кружилась на месте и оглядывалась по сторонам. — О, Эйегон, как здесь красиво. — Эймонд и Дейрион помогли мне поймать их. — Эйгон обошёл вокруг стола. — Они были бы здесь, но они только что облились желе. Мама сейчас помогает им переодеться. Деймон усмехнулся, зная, что его сыновья доставят ещё больше хлопот в течение дня. Он поцеловал Хелейну и Эйгона, прежде чем оставить их одних и пройти через один из самых малопосещаемых залов Красного замка. Мужчина уже ждал его и поклонился. — Мой принц. — Мужчина огляделся, чтобы убедиться, что рядом никого нет, а затем повернулся к нему. — Я следил за слугами вашей жены, как вы и просили, и это предатель. Мужчина протянул ему маленький клочок ткани с изображением клевера. Деймон приподнял бровь. — Вы уверены? — Да, эта женщина несколько раз встречалась с Мисарией, она использовала ребёнка, чтобы общаться с этой женщиной. — Идеально. — Деймон с подозрением относился к нескольким горничным и использовал верных ему старых золотых плащей, чтобы следить за ними. Он был уверен, что одна из них — предательница, и оказался прав. — Спасибо за службу. Твое золото доставили в условленное место. Теперь ему нужно было сказать Рейнире, кто предатель. Они собирались использовать эту женщину и заставить Мисарию и Отто пожалеть о том, что они выступили против них.