Передача файлов/file transfer

      К тому моменту, когда он наконец услышал звонок в дверь, Вайз уже несколько часов сидел за клавиатурой.       На самом деле это уже второй раз, когда посетитель звонит в дверь, запоздало осознает он — в первый раз он просто включил музыку слишком громко, чтобы услышать его, но приложение для посетителей на его телефоне показывает два уведомления о звонке в дверь. Усталость обрушивается на Вайза как удар грузовика, когда он понимает, что ему придется встать и поприветствовать посетителя, ведь он один дома. Белль ушла ужинать с подругами — и вообще, она милая, миниатюрная девушка, и иногда, когда они оба дома, ему не нравится мысль о том, чтобы позволить ей открывать дверь, когда кто-то теоретически может просто схватить ее.       Но он и сам довольно худой. Не намного лучше было бы, если бы кто-то крупный и пузатый попытался схватить его.       В общем. Неважно. Возможно, это просто почтальон.       Сегодня никто никого не подкарауливает.       Зрение слегка затуманилось — он уже некоторое время просматривает одни и те же несколько строк кода, вглядываясь в каждую пиксельную букву, пытаясь понять, где в скрипте он ошибся, — но он знает, что ему нужно открыть дверь. Там может быть важный пакет. Что еще важнее, это может быть сама Белль, забывшая ключи или что-то в этом роде. Она склонна к подобным казусам и всегда забывает написать ему заранее.       Поднявшись, Вайз ударяется пальцем о стул, беззвучно ругается, морщась от боли, и спускается по лестнице, чтобы нажать на дверной звонок. — Привет, — вздыхает Вайз, опустив глаза от усталости, когда распахивает дверь. — Если вы клиент, извините, но сегодня мы закрыты—       Он останавливается на середине своего предложения.       Перед ним стоит самый крупный и красивый волк Тирен, которого он когда-либо видел — не то чтобы Вайз видел его впервые.       Несмотря на внушительный вид, белый волк изящно кланяется, вежливо прижимая одну руку к груди, словно приветствуя почетного гостя. — Агентство домашнего персонала Виктория, к вашим услугам, — пробормотал мужчина, едва заметно взмахнув хвостом. — Вы заказывали полную уборку и пакет услуг по уходу, я полагаю?       Вайз замирает. — О, — говорит он с большим опозданием. — Фон Ликаон, верно? Я— нет, я не думаю, что мы заказывали... что-нибудь...       Фон Ликаон — джентльмен во всех смыслах этого слова, поэтому для него становится неожиданностью, когда тирен осторожно кладет руку на плечо Вайза и с мягкой силой отодвигает его в сторону. Прокси без особых протестов уступает, пропуская Фон Ликаона в помещение, хотя и чувствует себя несколько растерянно, наблюдая, как белый волк уверенно шагает по видеомагазину.       Словно проводя некий драматичный осмотр — к стыду Вайза, — мужчина одним пальцем убирает пыль, скопившуюся на полке, а затем сдувает ее с него, как бы давая понять, насколько обшарпанным стал «Random Play» благодаря небрежности Вайза. — Я должен быть более точным, — говорит Фон Ликаон голосом, который каким-то образом источает галантное рыцарство. — Ваша сестра Белль попросила от вашего имени провести полную уборку и позаботиться о вас. Полагаю, она выразила обеспокоенность тем, что вы, скажем так... переутомились.       О. Так вот что произошло? Вайз слегка расслабился. Ну, конечно, подарки-сюрпризы — это то, что Белль любит делать время от времени. Но это первый раз, когда она нанимает кого-то из агентства домашнего персонала Виктория, чтобы снять с него часть работы. — Не знал, что вы занимаетесь уборкой, — отвечает он в порядке праздной беседы, закрывая дверь. — Наши услуги разнообразны. Мы беремся за любую работу, которую наши сотрудники считают нужным выполнить, — металлические ноги фон Ликаона тяжело стучат о доски пола, когда он снова поворачивается к Вайзу. — Ну что ж. Не позволите ли вы мне провести полную уборку помещений?       Часть Вайза все еще хочет возразить, что ему действительно не нужна прислуга на этот вечер. Но другая его часть понимает, что она ему совершенно необходима, а также то, что он не собирался готовить ужин самостоятельно. Домашние дела, которыми он пренебрегал, внезапно кажутся совершенно непреодолимыми. — Да, конечно, — вырывается из его уст вместо озабоченности. — Не могли бы вы прибраться в магазине к приходу покупателей? Не беспокойся о коробках в подсобке. Я не хочу, чтобы тебе пришлось сортировать все эти фильмы в одиночку. В конце концов, я до них доберусь, — Вайз проводит рукой по волосам, внезапно осознавая, что выглядит, наверное, как измученный человек: усталость, бледные глаза, осунувшееся лицо. Приятно видеть горячего парня, но зачем ему понадобилось приходить, если я выгляжу как дерьмо? — Я буду в своей комнате, пока ты работаешь. Просто завершаю кое-что для нашего... другого бизнеса.       Фон Ликаона, похоже, забавляет его нежелание признавать вслух их операции по погружению в каверны. — Несомненно, снова планируете миссию. В Нью-Эриду нет более опытного прокси, чем Фаэтон, — пробормотал он, и в его низком тоне прозвучало что-то дразнящее. — Мы много работаем, чтобы сохранить этот титул, — вздохнув, Вайз повернулся на пятках, чтобы вернуться наверх в свою комнату. — Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится, хорошо?       Трудно сказать, так как его морда отличается от человеческого лица, но Вайзу кажется, что он видит, как Фон Ликаон коротко улыбается, прежде чем тот молча поворачивается, чтобы принести какие-то принадлежности для уборки.       К его чести, размышляет Вайз, Фон Ликаон действительно непревзойденный профессионал во всех смыслах этого слова. Он почти молчит, пока убирается внизу. Вайз не включает музыку на случай, если мужчина позовет его, но в тишине комнаты он не слышит даже щебетания Банбу, доносящегося с этажа ниже.       Проходят минуты. Вайзу удается устранить несколько ошибок в своем скрипте.       Он проверяет свой телефон. Новых сообщений от Белль нет. Фон Ликаон все еще убирается внизу.       Расфокусировав взгляд, он смотрит на экран, его зрение слегка затуманивается. Надо бы поужинать, но он хочет спать. Может, не так уж плохо лечь спать на голодный желудок? Но ведь Белль постоянно твердит ему, что он слишком худой...       ...Как мило, что Фон Ликаон пришел и убрался, даже если это только потому, что Белль наняла его...       Несмотря на кибернетические ноги и отсутствие наушников, Вайз почему-то не слышит, как Фон Ликаон поднимается по лестнице в его спальню. Не слышит, как он входит. Не чувствует его присутствия за креслом, пока белая рука не обхватывает его за шею и не накрывает усталые глаза, лишая зрения.       Внезапно рука Фон Ликаона оказывается над глазами Вайза, загораживая экран компьютера. — Чрезмерное переутомление приведет лишь к новым ошибкам, мастер Прокси, — шепчет ему на ухо глубокий голос.       Вайз вздрагивает, но через мгновение успокаивается. Он... в хороших руках, не так ли? Скорее всего, в хороших руках. Неловко перебирая костяшками пальцев, Вайз осторожно берет Фон Ликаона за запястье, но волчий дворецкий не освобождает его зрение из заточения. Ослепленный на мгновение, Вайз сдается. — Я собирался передохнуть, — лжет он. Не глядя, потому что он точно знает, где находятся его руки на клавиатуре, по одному только ощущению клавиш, он нажимает команду сохранения сценария, а затем вздыхает. — Ты уже закончил уборку? Это было быстро. — Да, хотя я еще не убрался в вашей комнате, — он просто констатирует очевидное. Вайзу кажется, что он чувствует взмах хвоста Фон Ликаона, даже не видя его. — Я вижу, у вас на столе не меньше четырех кружек, мастер Вайз. — У меня... есть плохая привычка выходить на кухню, чтобы приготовить напиток, а потом... — А потом вы забываете вернуть кружки в раковину, когда закончите. — Да, — он чувствует, как криво улыбается. — Прости. — Не нужно извиняться передо мной. Скорее, вам следует извиниться перед Белль. — Она часто злится на меня за то, что я забираю все кружки, да, — он по-прежнему ничего не видит. Он снова осторожно берет Фон Ликаона за руку. — Ты меня отпустишь? — Возможно, — рука зверочеловека переходит с глаз Вайза на его шею. — Частью моей работы было также следить за тем, чтобы вы расслабились. И все же вы явно... недостаточно отдохнули. — Мне достаточно того, что ты убрался внизу. Кстати, спасибо тебе за это, — Вайз вздыхает, когда перед ним снова появляется экран компьютера. Он застенчиво опускает взгляд. — Ммм... — дворецкий экспериментально проводит большим пальцем по затылку Вайза, затем другим. — Как вам это?       В верхней части позвоночника Вайза, где обычно накапливается напряжение, возникает ощущение полной расслабленности. — Ох, — Фон Ликаон нажимает сильнее, достаточно глубоко, чтобы проработать напряженные мышцы, и Вайз чувствует, как боль и облегчение в равной степени проникают в его плечи и шею. — Ох. Ох, это— больно, но—       Трудно не застонать. Вайз пытается сдержаться, но тут Фон Ликаон массирует его как следует, и, клянусь, за веками у него разлетаются галактики. Облегчение очень сильное.       Ему так хорошо, что чувства плывут за закрытыми веками. Он откидывается навстречу прикосновениям белого волка, его большим рукам и крепким пальцам. — У тебя идеальные руки для того, чтобы помассировать шею, ты знаешь об этом? — Я рад слышать вашу похвалу, — и снова Вайзу кажется, что он слышит слабый взмах виляющего хвоста. — Позволите ли вы мне также прикоснуться к вашей челюсти и вискам? — Конечно...       Эти нежные руки с большими и сильными пальцами — их прикосновения удивительно нежны: Фон Ликаон проводит сильными пальцами по челюсти Вайза и вниз по шее, делая своего рода лимфатический массаж лица. Зверь старательно прорабатывает тонкие скулы, виски, стройную шею Вайза.       Вайз не помнит, когда в последний раз его лицо было настолько расслабленным.       И вдруг он обнаруживает, что его подняли. Это поразительно. Конечно, он не очень хорошо сложен, но разве он не высокий?       Фон Ликаон буквально поднимает его на руки, а затем занимает его место, усаживая Вайза к себе на колени.       Вайз вдруг почувствовал себя мягкой игрушкой.       Неплохое ощущение. Он улыбается, слегка прислоняясь к широкому телу Фон Ликаона, которое теперь оказалось прижатым к его спине. — А? Что случилось?       Дворецкий-зверь осторожно касается его щеки своим носом. Прикосновение удивительно прохладно на ощупь и заставляет Вайза рассмеяться. — Я подумал, что так тебе будет удобнее. Как ты себя чувствуешь? — Хорошо, — прокси игриво прижимается к широкой пушистой груди Фон Ликаона и улыбается. — Ты очень мягкий. И пушистый.       Уши Тирена подергиваются. И снова легкое прикосновение любопытного носа. — Тебе нравятся мягкие и пушистые вещи? — Я удивлюсь, если кто-то их ненавидит, — невинность игривого момента, однако, слегка омрачается тем, что Вайз замечает, что руки Ликаона все еще обвивают его талию, а затем скользят вниз, к бедрам, сжимая и растирая их сквозь свободные темно-синие брюки. — А, подожди... эй... — Что-то не так? — низкое хмыканье, почти похожее на непринужденное рычание. — Ты, эм... — как он должен сказать мужчине, что от этого заботливого массажа он становится мокрым? Неловко приподнявшись, Вайз слегка сдвигает бедра, словно пытаясь скрыть стояк, которого на самом деле нет; от этого движения в паху у него слегка хлюпает, и он вздрагивает от смущения, — Ты делаешь... как бы...       Незаметно для Вайза уши Фон Ликаона снова подергиваются. Эти проклятые пальцы настойчиво поглаживают внутреннюю сторону бедер Вайза. — Если у вас есть жалобы на мою службу, я бы очень хотел их услышать. — Не... жалобы, просто... — еще через мгновение Прокси погружается в свои греховные желания, глубоко утопая в пьянящей смеси возбуждения и расслабленности. — Ты уверен, что это часть услуги...? — Как я уже говорил, — говорит Фон Ликаон, его руки скользят вверх, вверх, вверх, к паху Вайза, пальцы широко раздвигают его бедра, — Мы принимаем любую работу, которую наш персонал считает нужным выполнить, — небольшая пауза, и затем, тоном, который говорит о том, что он точно знает, что делает, он продолжает: — Твоя сестра сказала мне, что я твой любимчик.       Неужели она действительно так сказала?       Правда, Вайз просматривал записи сражений Фон Ликаона больше раз, чем может сосчитать — но это всегда было для исследования! Да... для исследования...       ...Ладно, может, ему просто нравится время от времени смотреть на задницу Фон Ликаона... — Она... Ненавижу ее, — простонал Вайз, не имея в виду то, что говорит, всерьез. Часть его разума пытается смириться с тем, что Фон Ликаон теперь точно не торопится расстегивать штаны Вайза. Это происходит? Это действительно происходит? Неужели Белль заплатила за это? — То есть, да, мне... нравится наблюдать за тобой, время от времени... — Ваше внимание очень лестно, — говорит Фон Ликаон тем же невозмутимым, полным достоинства тоном, что и всегда. — Мне также приятно иметь редкую возможность видеть вас, — пробормотал он, когда его пальцы наконец-то с любопытством погрузились под резинку трусов Вайза.       Молодой человек впадает в панику. — Ликаон, — заикается он, — подожди. Я... — Мокрый? Я знаю, — Фон Ликаон снова навострил уши. В его голосе слышны нотки веселья, — Неужели ты думал, что это будет меня беспокоить?       Пальцы Тирена без колебаний погружаются в складки Вайса, намечая тонкие половые губы, капюшон и бутон клитора. Он совершенно неустрашим; через мгновение он убирает руку, но только для того, чтобы обмакнуть пальцы в собственную слюну, а затем они снова погружаются в штаны Вайза, горячие и влажные, как зияющая пасть зверя, пальцы скользко и уверенно трутся о клитор Вайза.       Прокси не может не вздрогнуть. — Я имею в виду... некоторым парням это не нравится, — бормочет он, все еще пытаясь осознать, что Фон Ликаон активно ласкает его пальцами прямо сейчас, и не только это, но и то, что у него это хорошо получается. — Мастер, — мурлычет Фон Ликаон ему на ухо с низким хрипом в голосе, — Уверяю вас, я очень, очень возбужден.       Он невероятно искусен в этом. Мягкими подушечками среднего и указательного пальцев он нежно надавливает на набухший клитор Вайза. Он снова и снова, терпеливо и неторопливо, плавно перекатывает пальцы по клитору Вайза все быстрее и быстрее, когда его дыхание учащается, а бедра начинают подрагивать в такт движениям. Черт, как же хорошо от этой горячей влаги! — Блядь... — Вайз выругался, хотя обычно он не склонен к вульгарным выражениям. Так хорошо. — Ты действительно знаешь, как свести парня с ума...       Белый волк усмехается, играя с клитором Вайза в том же требовательном темпе. — Позволь мне посмотреть, как ты кончаешь, — бормочет он, а потом лижет ухо Вайза.       Это все, что нужно прокси, чтобы кончить — оргазм накатывает на него, как приливная волна, и он с нетерпением трется клитором о пальцы Ликаона еще раз и сдается, выгибая позвоночник от наслаждения. Это ни на что не похожий экстаз, после которого еще несколько долгих секунд после первого взрыва его покалывает. Рай. — Блять, — снова задыхается он, вздымая грудь. — Это было здорово... лучше всего, что я чувствовал за последние сто лет...       Пальцы Фон Ликаона не перестают двигаться.       Медленно они стягивают штаны Вайза до колен; острые когти волка проявляют нетерпение и просто разрывают трусы Вайза. Неужели ему пришлось это сделать? Наверное, это была старая пара—       На мгновение нежное обещание опасности только сильнее возбуждает Вайза. Тирен осторожно раздвигает складки Вайза. Он осторожно вводит один палец в его тугой проход, движения костяшек пальцев очень нежные и медленные. — Ты ведь не думал, что мы закончили? — голос волка, кажется, урчит в его груди, вибрируя за спиной Вайза. — Пожалуйста, не двигай бедрами. Я не хочу, чтобы ты поранился о мои когти.       Один палец превращается в два, раздвигая Вайза; юноша вцепился в подлокотники кресла, напрягся, но такое растяжение — не то, чего он не делал раньше сам. Он знает, как освободиться. Насильно он пытается заставить себя расслабиться, но ничто не помогает ему сделать это лучше, чем когда мягкие подушечки пальцев Ликаона неожиданно находят его точку G, надавливают внутрь, заставляя искры лететь за веки, когда он внезапно чувствует, как сильное удовольствие проносится по его организму. — Блядь, — простонал Вайз. С его киской никогда так не играли, никогда— — Блядь, я— о, это хорошо... Ликаон—       Ликаон снова и снова проводит пальцами по его киске, очень медленно и неторопливо; его свободная рука крепко сжимает бедра Вайза, чтобы при случайном движении он не поцарапался о когти Ликаона. Он чувствует, как когти прижимаются к его проходу, но лишь слегка упираются в стенки; по большей части это мягкие, волнообразные движения костяшек волка, пульсирующие наслаждением в его организме, работающие с его киской так, что он даже не чувствует себя.       Звуки влажного хлюпанья вскоре заполняют комнату Вайза, и он краснеет от смущения, услышав их. Он никогда, никогда не доводил себя до такого состояния, и рука Фон Ликаона выглядит непристойно, так идеально заполняя его киску.       Вскоре Фон Ликаон добавляет большой палец, снова сладко надавливая на клитор Вайза, а пальцы продолжают давить на то место, которое заставляет Вайза чувствовать, что он вот-вот кончит, вися на грани; он стонет громко и протяжно, отчаянно. О, это совсем несправедливо, что один мужчина так чертовски хорошо владеет руками. Ему кажется, что он слышит, как хвост Ликаона нетерпеливо бьется о край кресла.       Разве он не достаточно ждал? Вайз хочет сдвинуть бедра, чтобы узнать, насколько большим должен быть член этого человека, но не может пошевелиться: хватка на его бедре просто ужасна, и в любом случае Прокси достаточно хорошо знает, чтобы понять, что он не хочет пораниться о когти Ликаона. Но если он и дальше будет трахать меня вот так— — Ликаон, пожалуйста, — умоляет Вайз, его бедра дрожат. — Мне нужно...       Дворецкий-зверь усмехается. — Ты действительно думаешь, что готов? — наконец, наконец, он вытаскивает пальцы из киски Вайза; сереброволосый мужчина не может отделаться от ощущения, что он потерян и пылает. Пальцы Ликаона казались такими массивными внутри него. — На твоем месте я бы подождал. Меня нелегко взять.       Как бы подчеркивая истинность своего замечания, тирен, наконец, отводит бедра Вайза назад, прижимаясь влажной, ноющей киской к его члену. Вайз ожидал увидеть большой, он может справиться с большим — но даже он не может не задохнуться от удивления: член Ликаона не просто большой, он горячий. Почти обжигающий. Гораздо теплее, чем любой человеческий член, который он брал в руки раньше. — Хотя очень лестно... видеть, как сильно ты этого хочешь, — холодно замечает Фон Ликаон. Медленный, неторопливый толчок его бедер, и огромный член прижимается к влажным губам киски Вайза, медленно и неуклонно перекатываясь по клитору Вайза и обратно. Трение, давление — от всего этого по позвоночнику Вайза пробегают мурашки. Наслаждение дразнящее. — Признаюсь... как бы ты ни удивлялся тому, что я тебя хочу, я тоже удивлен тем, что ты меня хочешь, — мягкий, глубокий смех. — Не каждый красивый человек готов быть оттраханным "собакой".       Так вот что должно произойти? Именно это и произойдет. Он будет принимать массивный волчий член Фон Ликаона до тех пор, пока не потеряет способность ходить прямо. От этой мысли Вайза пробирает неконтролируемая дрожь. От предвкушения у него мурашки бегут по коже от головы до пальцев ног, а массивный член продолжает водить по его киске, наслаждаясь влагой ее складок. — Я... не могу даже думать нормально — когда ты так трешься об меня—       Он не видит лица мужчины, но ему кажется, что он чувствует, как тот улыбается. — Если я могу? — наконец, наконец, Фон Ликаон прижимает головку своего члена к входу в киску Вайза, слегка надавливая на нее. — Д-да... пожалуйста... — Вайз стонет, чувствуя, как его складки поддаются.       Он проталкивается внутрь. Вжимается. Это самое большое, что Вайз когда-либо принимал, заполняя его внутренности, растягивая его стенки до предела. Это так, так хорошо. Так горячо, почти кипяток, и это выглядит непристойно, раскаленный докрасна и толкающийся в сладостно поклоняющуюся киску Вайза. На мгновение Вайз не может не представить, как бы это выглядело со стороны, в порнофильме: Массивный Волк Трахает Горячего Твинка С Красивой Киской. — Так глубоко... — Вайз задыхается, едва сдерживаясь; это все, о чем он может думать. — Так хорошо...       Фон Ликаон посмеивается. Как ему удается сохранять контроль над собой, даже когда стенки Вайза судорожно сжимаются и разжимаются на его члене, прокси не может себе представить. Больше всего на свете Вайз хочет, чтобы мужчина начал двигаться, трахать его, как будто он тряпичная кукла, предназначенная для принятия члена, но звероподобный дворецкий лишь терпеливо хмыкает, пальцы снова находят клитор Вайза. Перекатывая его, чтобы заставить его дергаться и дрожать, когда его насаживают на большой член волка. — Грубо с моей стороны так думать, но я должен сказать... — его язык высунулся, чтобы еще раз лизнуть щеку Вайза; горячий, влажный и прохладный в последствии. — Обычно ты так отстранен и так контролируешь себя... что мне доставляет особое удовольствие видеть тебя сейчас таким беспомощным... жаждущим моего члена и ждущим, чтобы его взяли.       Так он выглядит? Беспомощным и отчаявшимся? Вайз хочет протестовать, клясться, что не собирается умолять, гордость не позволит — но тут бедра Фон Ликаона начинают двигаться, и Вайз чувствует себя так, будто едет верхом, подпрыгивая, как на лошади, с каждым проклятым толчком. — Нет, — выдыхает он, хотя на самом деле это означает да, — Нет, я— ах, подожди—       Это очень сильно. Невероятно. Он уже настолько возбудился от терпеливого траха пальцами Фон Ликаона, что ему требуется не более четырех секунд, чтобы кончить, но это только в первый раз. Зверочеловек трахает его до оргазма, удовольствие пульсирует в его теле с каждым мокрым толчком, до другого оргазма, а потом еще и еще. Он кончает снова и снова, с этим массивным раскаленным членом внутри него, заполняя и покрывая его внутренности густой струйкой спермы. Вайз чувствует себя секс-игрушкой для Фон Ликаона, которую трахают до умопомрачения.       Он кончает снова, и снова, и снова, и снова, и хнычет о пощаде, но Фон Ликаон лишь еще сильнее гладит его клитор, надавливая на него пальцами, пока его член пульсирует в нем снизу, и чем больше Вайз кончает, тем небрежнее он себя ведет, широко раздвигая ноги, сидя на коленях Фон Ликаона, прижимаясь всем телом к его груди, когда в него вонзаются, руки свободно обхватывают крепкие бедра оборотня — он видит, как член Ликаона вздымается у него в животе, чувствует, как он проникает в него с каждым разом, и уже теряет счет своим оргазмам, когда волк наконец громко и опасно рычит, как зверь, и притягивает его к себе, заставляя делать еще более долгие, мучительные, карающие толчки, когда мужчина наконец гонится за своим собственным удовольствием, натягивая его до самого основания этого массивного члена. Его сперма заливает внутренности Вайза, и выпуклость его узла начинает раскаляться, упираясь в губы бедной, измученной киски Вайза.       Закончив кульминацию, Фон Ликаон, кажется, приходит в себя, выходя из полубезумного состояния с поразительной скоростью. Он прочищает горло. Вайза все еще держат на узле, и так будет еще некоторое время; он извиняюще облизывает щеку Прокси, а затем обхватывает Вайза за талию, словно имитируя нежные объятия. — Теперь вы выглядите гораздо более отдохнувшим, — его пушистые щеки прижимаются к лицу Вайза, пока он расправляет их измятую одежду. — Потерпите несколько минут. Как только все пройдет, я уберусь в вашей комнате и приготовлю ужин.